Осенние расследования
(сборник рассказов)

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Царица горных вершин

Артур Гедеон

1

Крымов сидел на старой рассохшейся лавке в Струговском парке – гигантском зеленом оазисе в центре старого города. Парк брал начало на высоком склоне у драматического театра и спускался к проспекту, за которым простиралась набережная Волги. Андрей курил и высматривал на дорожке одного человека. И этот человек появился – минута в минуту. Бодрый старичок в парусиновом костюме, панаме и белых штиблетах бойко ковылял в его сторону, то и дело попадая в яркие солнечные пятна, щедро разлитые по асфальту. Через плечо у него была переброшена крупная парусиновая сумка небесно-голубого цвета. Чего только не таила эта сумка!

Они пожали друг другу руки. Бодрый старичок приземлился на скамейку рядом с Крымовым, снял с плеча сумку и положил ее на колени.

– Вот и решил выбраться в город. Не все же сидеть под моим яблонями и дикарем трескать с вами наливку, верно?

– Не спорю – вам стоит почаще бывать на людях, – согласился Крымов. – Отползать подальше от вашей библиотеки по демонологии.

– У вас боевое настроение, тем лучше. – Долгополов расстегнул замок на сумке и выудил старую книгу. – «Тайны, легенды и сказания Девьих гор», – прочитал он. – Переводы в изложении писателей Царева.

– У меня была такая, – кивнул детектив. – В детстве.

– Верю-верю. У многих была, даже не сомневаюсь. Но все ли прониклись глубинами этих легенд? В этом я не уверен. Так вот! – Долгополов раскрыл книгу на закладке с графической картинкой, где красовался старик в кроваво-алом плаще и золотой короне, с кривым мечом, нависая над парой молодых людей. – Легенда называется «Любовь и смерть молодой царицы Арьяны».

– Припоминаю, – кивнул Крымов.

– А я читаю: «В незапамятные времена правил в Девьих горах злой и жестокий царь Мардук, и влюбился он в дочь одного из своих вельмож – дивную Арьяну. Царь Мардук сказал вельможе: «Я возьму в жены твою дочь Арьяну и награжу тебя так, как ты не мог и мечтать». – «О мой царь, – ответил вельможа, – о такой чести я не мог и мечтать! Моя дочь будет счастлива сочетаться браком с великим царем!» – «Даже не сомневаюсь в этом», – сказал царь. Но вельможа ошибся, и его дочь не была счастлива от этой новости, напротив, она разрыдалась и упала в ноги к отцу, прося его о милости – не отдавать ее за старого и злого царя. «Я люблю другого! – в слезах сказал она. – Мое сердце принадлежит навеки юному благородному Аркану, а его сердце – мне!» Но рыдать и умолять было бессмысленно. Девушку отдали за Мардука, и с того дня стала она царицей Девьих гор. Самой несчастливой царицей на всем белом свете, потому что даже прикосновения нелюбимого старого мужа, беспощадного в гневе, приводили ее в ужас и лишали сил. Прошел год, за ним – второй, потом третий. И вот царица оттаяла, даже блеск появился в ее глазах. Правда, самые наблюдательные заметили, отчего это происходило. Стоило царю Мардуку погрузиться в государственные дела или уйти с войском, молодая царица садилась на коня и улетала прочь. Тогда же от своих приближенных и слуг исчезал и юный Аркан. Конечно, нашелся тот, кто донес царю на его неверную жену. Говорили, что это была ее старшая сестра, которая всегда завидовала Арьяне. Это она указала время и место, где совершалось прелюбодеяние: в горах, в маленькой пещере, обустроенной под жилище для двух влюбленных. В их отсутствие царь прилетел туда. Он смотрел на порочное ложе и готов был от гнева разрушить весь мир. Вскоре царь сказал, что уезжает по делам, но сам с верными слугами нагрянул к прелюбодеям. Он застал их в самый разгар любовного свидания. Царь не захотел выставлять себя посмешищем перед своим народом и публично казнить преступников. Аркана долго пытали огнем на глазах его возлюбленной, пока он не умер в муках. А потом царь Мардук приказал неверной жене встать на колени и вытащил из ножен меч. «Сейчас и ты умрешь, презренная клятвопреступница», – молвил он. Насмотревшаяся на пытки любимого, сказала последнее слово и юная царица Арьяна: «Я умру только один раз, сегодня и сейчас, но обещаю тебе, проклятый палач, что стану преследовать тебя и в загробном мире, и в этом, если богам будет угодно возвратить нас на землю». В самое сердце поразили слова жены царя Мардука, но тем сильнее был его гнев. «Посмотрим, – молвил он, – но запомни: я буду отсекать тебе голову всякий раз, как ты окажешься на моем пути. Как это сделаю и сейчас!» – сказал Мардук, занес меч и отсек прекрасной Арьяне голову. Тут все отступили. В том месте, куда обильно пролилась кровь царицы Арьяны, вырос ярко-алый мак удивительной красоты. От него исходил божественный аромат. Но Мардук не устрашился знака и растоптал цветок. В тот же день были тайно казнены и две семьи – Арьяны и Аркана. Народу было объявлено, что царица упала со скалы и разбилась, с тех пор ту вершину стали называть Горой Арьяны. Саму же царицу похоронили в скале, в закрытом гробу. Но на этом история не закончилась. Скоро многие люди, жившие в Девьих горах, увидели, как на вершине Горы Арьяны в полночь возникают два силуэта – молодого мужчины и молодой женщины. Они держат друг друга за руки и смотрят на великую реку Ра, огибающую полуостров и Девьи горы. Никто не сомневался, что это Арьяна и ее возлюбленный Аркан, погубленные злым Мардуком, навеки соединились перед Создателем мира. – Долгополов перевел взгляд на Крымова: – Ну, как вам эта история, Андрей Петрович?

– Кровожадная и жестокая. Мне всегда было жалко царицу Арьяну.

– Зато, как видно, правдивая. История-то с продолжением. – Старичок похлопал ладонью по обложке книги.

– О чем вы?

– Местными новостями интересуетесь?

– А что случилось?

– Экспедиция местных археологов, студентов истфака, обнаружила в Девьих горах каменный саркофаг. На самой оконечности Змеиной гряды. На Кузнечной горе, если быть точнее. Прямо в скале. В пещере. Разобрали камни и наткнулись на него. В саркофаге лежала мумия молодой женщины. Волосы черны как смоль. Дама была захоронена предположительно в царском уборе.

– Предположительно – это как?

Антон Антонович поднял крючковатый палец:

– В потешном царском уборе! Железная корона, насквозь проржавевшая, впилась в череп, истлевший плащ из простого сукна, железные сандалии на ногах, – очень символично, чтобы далеко не убежала. Представляете? В руках мумия держала железный скипетр, тоже ржавый. Справа лежал кривой меч, съеденный ржавчиной в центре лезвия, куда могла пролиться кровь от удара. Эта сторона – доказательство правоты. Меч как орудие правосудия. А слева у руки покоилась высушенная мумифицированная змея, предположительно гадюка. Змея, сами понимаете, олицетворение чего?

– Лжи и предательства.

– Именно. Подробности мне рассказал небезызвестный вам профессор Налимов Виталий Эрнестович.

– Товарищ моего покойного отца, – кивнул Крымов. – И ваш агент. Я все помню.

– Он не знает, что является моим агентом, в отличие от вас.

– Сколько лет захоронению?

– Минимум две с половиной тысячи лет. Ровесница этрусским могильникам. Но это предположительно. Появилась, когда племена ариев, двигаясь с севера на юг, обосновались в бассейне Волги и Оки.

– И оставили здесь тысячи каменных осколков своей цивилизации.

– Именно так.

– Какие еще странности этого захоронения обнаружили ваши археологи? Вы же всегда что-то утаиваете от меня – так что у нас за сладкий ломтик на закуску?

– Голова мумии предположительно была отсечена от тела мечом. – Антон Антонович воодушевленно уставился на детектива. – И я почти уверен, это тот самый меч, что лежал в саркофаге. Убийца хотел, чтобы жертва помнила о нем всегда. Вечность! А в руке молодая женщина сжимала высушенный кусочек плоти – забальзамированное сердце. Экспертиза определила по оставшимся сосудам. Этого Налимов Виталий Эрнестович не сказал, но у меня свои источники. – Долгополов выдержал паузу. – И я почти уверен, что это сердце мужчины. Вот вам и закуска.

– Круто, – кивнул детектив. – Но какое отношение все это имеет ко дню сегодняшнему?

– А вот это вам и предстоит узнать, Андрей Петрович, – ответил Долгополов. – Для начала. Виталий Эрнестович Налимов скрывает что-то важное, голову даю на отсечение. Не хочет открывать все тайны! И узнать надо прямо сейчас. Если вы не против, конечно.

– Прямо сейчас?

– Да, тут, у первого причала, вас дожидается катер одного моего знакомого. Милый человек – считает меня профессором ботаники. Слетаете до Девьих гор. Там вас будет ждать джип – смотаетесь до места раскопок. С ветерком, так сказать.

– А кем вас считает водитель джипа?

– Космонавтом. Я сразу определил: у вас нынче боевое настроение! Самое то для прогулки. Пока они все не упаковали и не увезли в город. А там уже концов не сыщешь. Знаю, у вас корочки на всякий пожарный случай имеются. Прикинетесь капитаном полиции или инспектором по охране природы Жигулевского заповедника.

– Но у меня в планах был обед, Антон Антонович.

– В сумке на катере – море еды и коньяк. Видите, я внимательный и заботливый. Все предусмотрел. – Долгополов первым подскочил со скамейки. – Ну, вставайте, вставайте, детектив! Не ленитесь. Я вас до стоянки даже провожу, тоже не поленюсь. А по дороге расскажу, как добраться до этих археологов.

2

Уже через двадцать минут, расположившись на кожаном диване катера, Крымов наблюдал в окошко за быстро уходящими назад берегами Волги. Брызги то и дело осыпали стекло мощного дорогого судна, мотор которого мог дать фору целому табуну лошадей. «И как профессор знакомится со всеми этими людьми? – глядя на кепку худого капитана, очень радушно встретившего его, размышлял Андрей. – Как он им представляется, как заговаривает зубы? Профессор ботаники! Удивительно…»

Через полтора часа он попрощался с капитаном у Южной пристани и поднялся по тропинке до асфальтовой дороги. Еще издалека Крымов увидел черный внедорожник с тонированными стеклами. Не ошибся: машина ждала именно его.

Асфальтовая дорога вела путаной лентой мимо горных вершин, укрытых еще изумрудными коврами лесов, с редкой вязью осенних красок, через медленно желтеющие долины. Далеко слева проплыл Царский утес, грозно нависавший над Волгой. Там же осталось огромное село Смирное. Горный хребет, названный Змеевидным, уходил на северную оконечность полуострова. Цивилизация оставалась позади. Ее сменили удивительные дикие пейзажи.

Они пролетели этот участок полуострова и вновь вырвались на чудесный простор – сразу полыхнула вдали Волга, и все окрасилось в яркие тона. Тут и заканчивался Змеевидный хребет. До последней – Кузнечной – горы в этой череде вершин было рукой подать.

Две красные и одну синюю палатки Андрей увидел очень скоро. Смотрелись брезентовые домики сиротливо – вокруг никого не было, словно все разбежались и бросили лагерь. Джип остановился неподалеку. Крымов поспешно вышел, огляделся. В скале зияла дыра – несомненно, это и был проход к захоронению.

Он хотел было крикнуть, но услышал за кустами женский голос:

– Ну я же тебе говорила, дурья башка, не ешь эту гадость! Сейчас тебе привезут нормальную еду! Бестолочь ты, Рудольф, хоть и красивый. Иди ко мне, ну? Глупый пес!

Голос показался Крымову знакомым. Хлопнул дверцей и водитель. На звуки из-за кустов на детектива вылетел рыжий сеттер и, обалдев от внезапного появления незнакомцев, замер, а потом разразился оглушительным лаем.

– Рудольф, кто там? – спросил тот же женский голос.

Она вышла из-за тех же кустов, и теперь пришлось обалдеть Крымову. В истертых добела старых походных джинсах и короткой синей майке, огненно-рыжая, с лицом, густо усыпанным веснушками, она смотрела на него и хлопала глазами, сейчас особенно ярко-синими. И улыбка восторга буквально расцветала на ее лице – девушка преображалась с каждым мгновением. А потом не просто шагнула – полетела к нему. И Крымов не смог удержаться – прихватил ее на лету за талию. И только потом горячо и тесно прижал к себе.

– Рыжее солнышко! – вырвалось у него. – Ты как здесь? Это же экспедиция профессора Налимова? – нахмурился он. – Его студентов? Я ничего не перепутал?

Затаив дыхание, пес смотрел на радостную встречу.

– Да, его. Ничего не перепутали. Но как вы тут оказалась, Андрей?

Ах, его прекрасная рыжеволосая спутница! А ведь они договаривались созвониться после того расследования в Девьих горах, когда на обрывистых этажах Царского утеса вместе видели призрака барона фон Шварца. И много чего еще – другому человеку на целую жизнь бы хватило.

– До меня дошли слухи о находке экспедиции профессора Налимова, – кивнул Андрей. – У которого я учился, кстати, лет пятнадцать тому назад. И я решил все увидеть своими глазами. А ты как в этой экспедиции оказалась?

– Друзья взяли с собой. Они-то знают, как мне интересно все удивительное и чудесное.

– А где они, кстати, твои друзья?

– Поехали на великах в ближайшее село за продуктами. Ну, и за вином тоже. Не хватило, – улыбнулась она. – Меня и Рудольфа оставили сторожить лагерь.

Отсутствие ее компаньонов Крымова полностью устраивало. Детектив отпустил водителя и, когда они остались вдвоем, стал очень серьезным:

– Я уже многое знаю: возможная мумия царицы Арьяны, голова отрублена, в костяшках руки зажато забальзамированное сердце. Возможно, это сердце ее возлюбленного Аркана.

– Откуда столько информации? Это же тайна?

– Легенду я прочитал еще в десять лет, новости о находке смотрел по телику, – немного преувеличил он, – а вот деликатные подробности мне открыл один человек, хорошо знакомый с Налимовым.

– Да, вам известно многое. Но далеко не все, – лукаво улыбнулась она.

– Так расскажи, милая девочка, – интригующе понизил голос Крымов.

– А что я буду с этого иметь? – та подняла брови. – Какой мой интерес? Кроме сентиментального напоминания, что мы – старые друзья. Хотя этот старый друг даже не позвонил мне. А ведь обещал, и я ждала. А?

– Могла сама набрать номер.

– Мужчина – вы. И вы должны были сделать первый шаг. Так в чем моя выгода, Андрей Петрович?

– Есть хочешь?

– Да! Мы тут с голоду подыхаем последние два дня. На печенюшках сидим.

– У меня полная сумка деликатесов. Ветчина, копченая курица, сыр, горбуша, пирожки с яблоками. И коньячок. Так что, договоримся?

– Издеваетесь? Конечно!

Пир они закатили знатный – на большом камне, похожем на древний стол. Достались кусочки и Рудольфу.

– Вы купили меня с потрохами, – сытая и довольная, наконец вздохнула Кассандра.

Коньячок сделал ее вальяжной.

– Итак, Касси, что не рассказал профессор Налимов моему информатору? Говори сейчас, а то потом твои вернутся. А еще лучше, сразу покажи мне гробницу.

– Вначале секрет. Наши ребята искали этот саркофаг, но совсем в другом месте. И не первый год. Легенду и комментарии к ней выучили наизусть – все впустую. А потом Артем Шубин, мой друг из этой компании археологов, получил подсказку.

Последние слова она произнесла очень загадочным тоном.

– Что значит «получил»? Кто подсказал? Местные жители?

– Во сне он увидел прекрасную девушку, как сказал Артем, в царских одеждах. Это когда мы там все ночевали, в палатках, на другой стороне. Она повела его через весь полуостров, на самый край, именно сюда, и тут показала это место – скалу. А потом строго сказала: «Я лежу тут – ищи меня!» И ушла. Исчезла.

– Ух ты!

– Ему никто не поверил, разумеется. Пальцем у виска покрутили: мол, чокнулся ты. Столько об этом думал, как и все мы, что уже глюки пошли. Так ведь бывает, правда?

– Правда.

– Я тоже не поверила ему. Артем стал мрачным, злым, обиделся на всех и ушел один. А потом, дня через три, прислал нам фотки – камнем был завален проход в скале. Он написал: все это правда. Сам очистил камень по периметру – это точно были двери. Ну, мы быстро снялись с лагеря и покатили на горных великах на другой конец полуострова. Стали копать. С помощью рычагов отвалили эту глыбу, за ней – пещера. А в этой пещере – саркофаг, выдолбленный из камня. Отвалили крышку. Внутри лежала мумия молодой женщины. Думали, ну все – сейчас озолотимся. Как те, что фараонов открыли. Царица же! Все будет золотое. А на ней все железное. Точно поиздевались над покойной. Ржавый меч, ржавая корона, ржавый скипетр, высушенная змея. А потом увидели на крышке гроба, с внутренний стороны, того жутковатого бога…

– Какого бога на крышке гроба? – встрепенулся Крымов.

Об этом ему Налимов точно не говорил. Как и о сне молодого археолога, кстати.

Кассандра сокрушенно вздохнула:

– Ребята могут быть недовольны, что я выдаю тайны.

– Представишь меня своим парнем – взрослым парнем, – добавил он.

– А что, можно?

– Разумеется. Приехал к своей девушке с продуктами – накормить бедняжку и ее друзей. Да я же просто герой после этого, разве нет?

Она улыбнулась:

– Я все время забываю, что вы – профессиональный лжец.

– Только по обстоятельствам, – уточнил Крымов. – Во имя истины и справедливости.

– Ладно, представлю вас моим ухажером – пусть Катюха позавидует.

За горой послышался отдаленный шум вертолетного винта. Они как раз остановились у порога пещеры, прислушались. Вскоре вертолет затих – то ли улетел, то ли приземлился где-то в этом районе.

– Ладно, пошли, – кивнула Кассандра. – Там все расскажу и покажу. Рудольф, – грозно сказала она, – карауль лагерь!

За порогом пещеры в сумке лежало несколько больших фонарей – один Кассандра взяла себе, другой протянула Крымову. Они зажгли их и двинулись по проходу. Метров через тридцать вошли в еще один коридор, небольшой и более аккуратный, а за ним открывалась пещера. Пахло сыростью и мертвечиной. Но прежде луч фонаря Крымова скользнул по стенам прохода.

– Черт! Кто это?!

– А, мне они тоже не нравятся, – поежившись, сказала Кассандра. – Забыла предупредить. Жуть, правда?

По обе стороны в неглубоких нишах стояли примитивные каменные фигуры – люди с песьими головами в натуральный рост. В руках эти древние мутанты держали подобие секир.

– На египетского Анубиса похожи, – подходя к одному из них с фонарем, сказал Крымов. – Охранники мира теней? Поставлены тут, чтобы душа погребенной не покинула свою могилу?

– Наши ребята решили точно так же.

– Ладно, пошли дальше.

Они вошли в погребальную пещеру, небольшую и квадратную – примерно четыре на четыре метра. На высеченном прямоугольном камне стоял каменный саркофаг, уже открытый и укрытый целлофаном. Сама крышка внешней стороной была привалена к дальней стене.

– Ну что, покажешь мне ее? – спросил Крымов.

– А то. – Кассандра медленно и осторожно отвернула целлофан. – Вот она – Арьяна.

Перед Андреем открылась мумия молодой женщины, с черными волосами, ржавой короной на голове, оскаленными зубами и черными пустыми глазницами. Золотисто-черная кожа облепила череп и остатки костей. Не все сгнило, что-то просто намертво высохло. Сердца в руке уже не было.

– Зрелище жутковатое, да? – спросила Кассандра.

– Нормальное для той, что умерла две с половиной тысячи лет назад. Можно даже экспертизу ДНК сделать. А сердце многострадального Аркана где?

– Вот сердце и забрали на экспертизу.

– Ясно. – Крымов приблизился к изголовью гроба и направил луч фонаря на шейный отдел скелета. – Да, насколько я вижу глазом бывшего следователя убойного отдела, изучавшего медэкспертизу, позвонок рассечен надвое, но оружие было очень острым и тонким.

– Значит, еще крепче доказательство, что это – она, Арьяна, казненная своим мужем.

– Ну а теперь тот жутковатый бог, – напомнил Крымов. – Где он?

– Вот. – Кассандра направила луч фонаря на внутреннюю сторону крышки гроба. – Отпугивает, правда?

Андрей присел на корточки рядом с крышкой. В одной руке зло смотревшего божества с длинными волосами был меч, в другой – круг с символами. Все изображено крайне примитивно, но понятно. Глаза бога были плотно закрыты.

– Да, мне он знаком. У многих народов есть подобное божество. Это бог времени. Круг – колесо времени, меч – оружие, которым пресекается человеческая жизнь.

– А почему глаза закрыты?

– Он смотрит в будущее, а не в настоящее. Все, что происходит сейчас, его мало занимает.

– Как интересно! До этого наши ребята не додумались. Так вот, Артем тогда тоже присел перед этой крышкой, ну, как вы сейчас – на моих глазах все это произошло, – и положил на бога времени руку. Тогда это и случилось.

– Случилось – что? – обернулся Крымов и зажмурился от света ее фонаря.

Кассандра отвела его в сторону.

– Парня как током пробило, Андрей, – горячо сказала она. – Вначале он как будто прилип рукой к этому знаку, его затрясло, а потом оттолкнуло. Он отлетел к противоположной стенке. – Она кивнула назад. – Мы подбежали. Смотреть на него было страшно – глаза закатались, одни белки. Брр! Пена изо рта пошла.

– Может, он у вас припадочный? Эпилептик?

– Нет, такого раньше не случалось, как он потом рассказал. Минут пять он был без сознания, а потом случилось нечто еще более жуткое. Ночью в палатке, во сне, Артем вдруг заговорил на каком-то непонятном языке – и так чисто, так эмоционально, словно говорил на нем всю свою жизнь, это и был его родной язык. А когда проснулся утром, то ничего из этого – ну, из своего речитатива – не вспомнил. Только обрывки нового сна.

– Сильно, – заметил Крымов. – История на миллион. И какие картины он видел в новом сне?

– Та самая девушка, которая вела к этому месту, убила его собственными руками – заколола ножом. Прямо в сердце. Теперь у него столько вопросов! Говорит, голова идет кругом. О том, что с Артемом приключилось, ребята даже своему профессору не рассказали, вашему Налимову. Сказали только про знак на крышке гроба, а про его силу решили – не стоит. Дело в том, что еще двое тоже этот знак трогали – и никакого эффекта. И я – как раз перед Артемом. Страшновато было, и ничего.

– А сама как думаешь, Касси? Что случилось с вашим Артемом? Я про эффект удара и толчок.

– Я думаю, Андрей, что так он получил информацию. Нужную только ему и только для него предназначенную. Глупо звучит, да?

– Нисколько. Дай-ка я теперь потрогаю, – сказал Крымов. – Заряжусь информацией.

– Может, не надо, а?

– Надо, – ответил Андрей и положил руку на древний рисунок. – Ничего. Не-а. Я никакой информации не получил. Увы, не для меня этот божок. Ну ладно, сделаю фотки, и пойдем на свежий воздух.

Скоро они вышли на белый свет – рыжий изящный Рудольф так и закрутился у ног Кассандры.

– Вы когда домой поедете?

– Все по-разному. На кого мы Арьяну оставим?

– Верно. А лично ты?

– Я лично завтра собираюсь – мне в редакцию надо.

– А ваш Артем?

– Он вам понадобился, да?

– Угадала.

– Артем дома, сказал: хочу побыть один.

– Разумно. А ведь я могу тебя увезти сегодня домой. Позвони своим, узнай, когда они будут, сколько их ждать.

Через пару минут Кассандра сказала:

– Через час-полтора.

– Отлично. Сейчас и я своего водителя предупрежу.

Через полтора часа пятеро археологов – четыре парня и девушка – приехали с сумками и рюкзаками за спиной на своих горных велосипедах. Крымов представился старым другом Кассандры, который решил навестить и накормить ее, а заодно и всех остальных. Ребята были рады деликатесам, но вопросительно косились на взявшегося из ниоткуда взрослого супермена. Особенно археологиня, Катя. Она даже успела спросить у Кассандры: «Ты где такого мэна нашла, тихоня?» Вскоре и за Андреем приехал джип. Кассандра на прощание душевно расцеловалась со всеми, пообещала вернуться через пару дней и направилась к машине. Отсалютовав археологам, потрепав за ухом Рудольфа и подхватив сумку подружки, Андрей направился к джипу.

– Так ты тихоня, оказывается?

– Я просто скромная, – ответила его спутница. – И не вешаюсь на каждого встречного парня. Вот и все. У Катюхи свои принципы: бери, пока дают.

Они проехали на машине метров двести, когда Крымов, до того смотревший в окно, вдруг выпалил:

– Стой! – и даже хлопнул по спинке водительского сиденья.

Он буквально выскочил из машины и уставился вверх – на вершину Кузнечной горы. Там на фоне закатного солнца неподвижно стояла женщина в черном. Андрей выхватил телефон, навел на незнакомку и приблизил изображение. В черном деловом костюме и темных очках, она смотрела вниз – на археологов, а потом, как показалось Крымову, перевела взгляд на него. Он успел несколько раз сфотографировать ее. Поспешно вышла из машины и Кассандра. Уловив направления взгляда спутника, сама посмотрела туда же.

– Кто она? – спросила девушка.

– Понятия не имею, – ответил Крымов.

Лица было не рассмотреть – слишком высоко забралась путешественница.

– Мой военный бинокль в сумке, – торопливо сказал он. – Достань его, Касси. И побыстрее.

– Сейчас, Андрей.

Но когда она вынырнула из салона машины с огромным биноклем, уже было поздно.

– Повернулась и ушла – как и не было, – сказал Крымов.

– Но вы же сфоткали ее?

– Да, смотри.

Он показал мутноватые снимки незнакомки в очках.

– Я ее не знаю, – отрицательно покачала головой Кассандра.

Они проехали еще с полкилометра, когда Андрей увидел в небе вертолет и привлек внимание девушки.

– Думаете, она прилетала на этом вертолете? – спросила та.

– Если в этой стрекозе та самая дама, то она – богатая штучка и может себе многое позволить, – резюмировал детектив. – Даже вертолет.

Джип крепко подпрыгнул на кочке, но приземлился мягко, как опытный кот.

– Ой! – вырвалось у девушки.

– Но мы люди скромные, обойдемся катером и джипом. Да, милая?

– Уговорили на катер и джип, – улыбнулась она.

Они сделали пересадку. Ревел мотор могучего катера, и тот пушечным ядром летел вперед. На волнах, когда судно взлетало и грузно плюхалось на такой бешеной скорости, брызги перехлестывали за борт. Справа уже открывался грандиозный Царский утес с лысой вершиной.

– Как, Андрей, воспоминания живы? – кивнула в ту сторону Кассандра. – Часто видите во сне призрак старого барона?

– Бывает, – кивнул детектив. – А что, Касси, не наведаться ли нам к твоему Артему завтра, если это возможно? Он поговорит с детективом, твоим любопытным другом? Окажет такую любезность?

– Нет, детективу он откажет. Надо будет придумать что-нибудь другое.

– Хорошо, прояви инициативу. Ну а если он не захочет, мы с тобой вдвоем посидим в какой-нибудь кафешке. Идет? Восполним пробелы. Прямо завтра и восполним. Время будет?

– Для вас, Андрей, я всегда найду время.

Они встретились взглядами. Крымов потянулся и накрыл ее руку своей:

– Отлично.

Тотчас перед глазами явилась недавняя картина – женщина в черном стоит на вершине горы и смотрит в их сторону.

Когда они подплывали на малой скорости к лодочной станции Царева, Крымов вызвал такси. Теперь оставалось доставить Кассандру домой, вернуться к себе и отчитаться перед своим куратором, вдохновенным борцом с демонами и прочей нечистой силой.

Дома он первым делом выпил коньяка. Завалившись на диван, Андрей рассказал Долгополову об увиденном и услышанном. Подробно – об Артеме Шубине, который неосторожно приложился рукой к крышке саркофага, и его отбросило назад. И о последствиях этого прикосновения – о видениях молодого археолога, в том числе и том, как его убивает кинжалом та, которую он любил всем сердцем.

– Этот Артем Шубин – медиум, – задумчиво откликнулся на том конце связи Антон Антонович, и голос его был очень серьезен. – Вам нужно будет встретиться с ним. Обязательно, Андрей Петрович! Поговорить с ним и понять его.

– Я постараюсь – идеи уже есть.

– Хорошо. А фотографии?

– Сейчас пришлю.

Андрей выслал куратору фотографии саркофага, мумии целиком и частями, рассеченных шейных позвонков на женском скелете, рисунка на крышке – бога времени – и наконец двух охранителей гробницы – мрачных получеловеков с песьими головами и секирами в руках.

– Кто они, по-вашему? – спросил Крымов. – Стражи загробного мира?

– Это личные стражи души царицы Арьяны. Тот, кто уложил ее в этот саркофаг, не хотел, чтоб она освободилась.

– Мы подумали точно так же.

– Мы – это кто?

– Археологи и я, ваш покорный слуга. Скажите, что у вас, Антон Антонович?

– Плотные изыскания по нашей теме. Мое дело – книжная сторона, ваша – практическая. Я пытаюсь угадать, как эта находка может отразиться на дне сегодняшнем. Первые результаты скоро будут. Думаю, завтра до обеда. Кстати, о практической стороне. Известием о захоронении заинтересовались сторонние люди, не имеющие, по нашему мнению, никакого отношения ни к истории, ни к археологии.

Крымов щелкнул зажигалкой, затянулся, пустил дым через ноздри.

– И что это за люди?

– Некая дама, меценатка. Она позвонила Налимову и попросила позволить ей посмотреть на предметы, связанные с захоронением, предложила финансовую помощь, если таковая понадобится.

– Да ладно? – всполошился Крымов. – Я же забыл вам сказать о женщине на горе. Сошедшей с небес!

– О чем вы? С каких еще небес?

Андрей рассказал о женщине, предположительно прилетевшей на место раскопок на вертолете.

– Очень интересно, очень! – живо отреагировал Долгополов. – Таинственная дама пообещала Налимову организовать зал в музее, достойный этого захоронения. Но вот в чем дело – она оговорилась, беседуя с Налимовым, бросила очень странную фразу. Он-то, блаженный, не сразу вспомнил об этом. Незнакомка сказала: «Могила царицы Арьяны должна быть достойно представлена этому миру». Она как будто наверняка знала, что древняя легенда и археологическое открытие неразрывно связаны друг с другом.

– У вас есть для меня задачка?

– Да, выяснить, кто эта благотворительница, решившая остаться инкогнито. Узнайте про нее все, а еще лучше – найдите способ и пересекитесь с ней.

Крымов сделал затяжку и выпустил тонкую струю дыма.

– Это будет интересно. Очень надеюсь, что Налимов сможет помочь ученику в этом деле.

Они попрощались. Крымов выпил на кухне еще рюмку коньяку, выкурил на балконе сигарету. Упав на кровать и быстро уходя в сон, Андрей в обрывках подступающей грезы увидел каменный коридор – тоннель, а потом и сам будто оказался в нем. Когда сон крепче взял его в свои цепкие лапы, он увидел и другое: далеко впереди, в бледных лучах света, ее – царицу Арьяну. Стройную, темноволосую, с горящими янтарными глазами ведьмы. В руке она держала длинный меч и, кажется, готовилась к схватке.

3

Крымов пил на кухне крепкий черный кофе из любимого бокала с надписью «Супермен». Иногда она его вдохновляла.

– Виталий Эрнестович? – спросил он в трубку. – Андрей Крымов, ваш ученик. Приветствую. Не отвлекаю?

Было десять утра: самое время звонить трудолюбивому педагогу.

– О, господин сыщик! – воскликнул старый профессор. – Привет-привет! Как ваши дела?

– Да все в норме – тяну лямку. Брожу по лабиринтам человеческих пороков. До меня дошли слухи, что вы откопали удивительный саркофаг в Девьих горах.

– Так и есть, и удивительную мумию.

– И про нее слышал. Вы уже решили, кто она?

– Вы уже знаете, что это – она?

– Знаю.

Повисла торжественная пауза.

– Боюсь даже предположить. Но так хочется!

Крымов усмехнулся:

– Принцесса Арьяна?

– Именно так, Андрей, именно так! – вдохновенно пропел Виталий Эрнестович Налимов. – Но как вам-то пришло в голову?

– Недавно перечитывал «Легенды и сказания Девьих гор», представляете?

– Как же все совпадает с легендой! Возраст саркофага – две с половиной тысячи лет. Возраст захороненной в нем женщины – от двадцати до тридцати. А еще предположительно… – Налимов неожиданно осекся.

– Договаривайте, Виталий Эрнестович.

– Пока рано, Андрей.

– Предположительно отсеченная голова?

– Значит, вы и об этом слышали? Но от кого? Об этом в газете точно не было и по телевизору тоже.

– Слухами земля полнится. В профессиональных узких кругах – особенно. А еще атрибутика: вместо золотых украшений – железо. Ржавая корона. Железные колодки на ногах вместо сандалий. Ржавчиной съеденный меч, которым, очень возможно, была убита жертва. И еще – высушенная змея…

– Да, и окаменевшая змея. И про нее уже знаете, подумать только!

– И про нее тоже знаю. Змея как символ обмана. Все сходится, Виталий Эрнестович, не правда ли? Так мог похоронить свою жену только мстительный царь Мардук.

– Вы правы, Андрей, все сходится! Вы и впрямь детектив. Но если все так, то это находка века! – выдохнул в трубку старый профессор. – Для всего нашего Поволжского края, разумеется.

– Даже не сомневаюсь в этом, – поддержал учителя находчивый ученик. – Но для такой находки и оправа нужна соответствующая?

– Что вы имеете в виду?

– Отдельный зал в нашем музее, конечно. У Джоконды есть свой зал в Лувре? Есть. У супругов этрусского происхождения на вилле Джулия в Риме есть? Тоже. Ну и для царицы Арьяны должен быть свой, пусть небольшой, но зальчик. С подсветками, необходимой влажностью воздуха и так далее. Если они разорятся, конечно, на такую роскошь.

– Полностью с вами согласен, Андрей, и вот что интересно. Не успели мы опомниться от фантастического шока, найдя это сокровище, как вдруг появилась некая дама, по ее словам – благотворительница, и тут же предложила средства для обустройства именно такого зала. Представляете?

Перед глазами Крымова выплыла женщина на горе – строгий силуэт в деловом костюме. Но вновь пришлось врать.

– Да ладно? – удивился он. – А еще говорят, дух меценатства иссяк в наше время. И что за дама такая?

– Она решила остаться инкогнито. Пока. Но у меня есть ее фотография. Правда, она в огромных темных очках, чалма-тюрбан на голове, костюм. Выглядит как кинозвезда.

– Решила остаться инкогнито, но дала себя сфотографировать?

– Нет, не дала. Когда я провожал ее до шикарной машины, наша Юленька, ассистент, выбежала и сфотографировала нас. Незнакомка и возмутиться не успела.

– Какая шустрая у вас Юленька!

– Да, аспирантка, не нарадуюсь на нее.

– Вот бы посмотреть на эту даму – кинозвезду! Что в чалме. Разожгли любопытство – теперь буду думать о ней весь день.

– Красотка. Я бы отослал вам фотографию, да так и не научился.

– Но вы сейчас на работе?

– Разумеется.

– А вы Юленьку попросите, Виталий Эрнестович, я ей потом шоколадку через вас передам. Да и к вам зайду – поболтаем. Расскажу об одном прелюбопытном деле. Я ведь теперь, пока на вашу мумию и тот меч не посмотрю, когда вы их привезете, и змейку символическую в том числе, не успокоюсь. Слово даю!

– Ну хорошо, Андрей, хорошо, – рассмеялся старый профессор. – Юленька! – громко позвал он ассистентку. – Поди сюда, милая! Дело есть!

Не любил Крымов пользоваться чужой простотой, играть людьми, но куда деваться – работа такая. Не в корыстных целях, а только во имя истины и правды, которые обязательно должны восторжествовать.

– Когда вы думаете привезти мумию в музей?

– Когда все будет готово для транспортировки саркофага, конечно. Через пару дней. Администрация города погрузку берет на себя. Наша будущая меценатка тоже интересовалась этим вопросом. Сказала, что будет ждать с нетерпением. И хочет быть одной из первых, кто увидит ее.

«Даже не сомневаюсь в этом», – подумал Крымов.

– И еще сказала, что откроется миру, как только мы используем ее финансовый дар музею – сделаем отдельный зал для нашей Арьяны.

– Разумно, – одобрил пожелание меценатки Крымов.

– Фотографию никому не показывайте, – попросил Налимов.

– Ну что вы, ни в коем случае, – пообещал детектив.

Через пять минут, попрощавшись с профессором, он уже разглядывал присланную фотографию. На фоне капота черного «Мерседеса» стояли двое – профессор Налимов и прекрасная незнакомка в элегантном кремовом костюме, высокой чалме и огромных темных очках «а-ля Софи Лорен». И надо же, будто специально для него между профессором и богатой дамочкой, слева от ее колена, красовался номер автомобиля!

Крымов нашел в телефонном справочнике нужного абонента.

– Алло, Яшин? Здорово, Костя. Слушай, нужно пробить один номерок – одного очень интересного «Мерседеса». Да, есть дело, и важное – как ты угадал? Ну конечно, расскажу, когда сам разберусь. Жду!

Еще через полчаса Крымов знал, что машина записана на крупную в области нефтяную компанию «Экопетролеум». С экрана на детектива смотрел и директор фирмы – Каверзнев Юрий Николаевич. Собранный, волевой, грозный бровями, взглядом, резкой линией губ и всем своим естеством. Немного информации приоткрыли страничку его жизни. Крупнокалиберный нувориш, один из многих преуспевших еще в девяностые, депутат, удачливый деляга, умевший зарабатывать деньги. Вскоре интернет открыл Крымову и супругу директора фирмы «Экопетролеум» – Альбину Георгиевну, модельную красотку, в девичестве – Радневскую.

Крымов бросил сообщение Яшину – просил разузнать об этой семье побольше, и как можно скорее. Капитан в ответ пообещал не забыть.

Не было почти никаких сомнений, что это именно она, Радневская, стояла у капота «Мерседеса» с профессором Налимовым и с непроницаемым лицом уничтожающе смотрела на шуструю ассистентку Юленьку с ее айфоном. И очень возможно, именно она вчера взирала с Кузнечной горы на археологов и машину Крымова. А потом улетела на вертолете нефтяной компании мужа. Но что ей понадобилось на тех раскопках?

Через час перезвонил капитан Яшин:

– Короче, этот тип, что вас интересует, тот еще тип! Он «неприкасаемый». Даже для нас. Обо всем только при личной встрече. Через полчаса в нашей кафешке «Журавель». Кофе за ваш счет.

– Да я тебя обедом покормлю, Костя, – спрыгивая с дивана, ответил Андрей. – Собираюсь и еду.

Через сорок минут они сидели в кафешке в двух кварталах от управления УВД.

– Этот Каверзнев тот еще фрукт, – повторил характеристику Яшин. – В девяностые шел по головам – никого не жалел: ни врагов, ни компаньонов, ни друзей…

Через десять минут Крымов имел полное представление об этом воротиле. Коммерсант с темным прошлым, депутат городской думы, затем областной, потом – директор небольшой нефтегазовой компании, которую они приватизировали с другом детства. Затем друг скоропостижно скончался, и Каверзнев стал единственным владельцем. А затем небольшая компания стала превращаться в огромный концерн. И везде Каверзнев душил, топил, скручивал головы своим конкурентам и смело, без оглядки, по спинам, плечам и теменям взбирался наверх. Пока не оказался генеральным директором концерна «Экопетролеум».

– Класс, – когда рассказ был окончен, сказал довольный Крымов. – Милый человек. С целью по жизни. А его женушка?

– Теперь о женушке, – кивнул Яшин.

Об Альбине Георгиевне и впрямь мало что было известно. Сама Радневская вышла из семьи русских эмигрантов второй волны, училась в Англии – магистр изящных искусств, бакалавр по антропологии. Богатей Каверзнев познакомился с ней на курорте в Анталии, роман закрутился стремительно, в итоге – пышная свадьба.

– Одним словом, она – эрудитка, а муж – успешный барыга, – допивая кофе, заключил Яшин. – Обычный союз – красоты и бабла. Расскажете, зачем они вам понадобились?

– Разумеется, Костя, но пока вопросов больше, чем ответов. Раз этак в сто. Тут задействована археология: ученые и медиумы, памятники древности, призраки и мумии. Одним словом, правят бал дела давно минувших дней.

Едва Крымов распрощался с капитаном и сел в свой старенький «Форд», зазвонил телефон. Это был его неутомимый куратор – Антон Антонович Долгополов.

– Андрей Петрович, вы где?

– В дороге.

– Отлично. Я вам обещал, что сегодня будут новости? Так вот, они есть. Жду в Струговском саду, – сказал тот. – Немедленно.

– С новыми документами? Я о вас.

– А то! Сумка вот-вот лопнет.

– Уже еду.

– Прихватите для меня сок. Лучше манго, но можно и персиковый.

Андрей включил зажигание.

– Какой вы, однако, гурман.

– Да, я такой. И поторопитесь – вас ждут удивительные подробности нашего дела. Я же обещал накопать фактов! И я это сделал.

Крымов заехал в супермаркет, купил коробочку персикового сока с трубочкой и минералку, припарковался на небольшой стоянке у чугунной ограды и сразу зацепил взглядом старого черного немецкого «Жука» Антона Антоновича. Старичок был уже здесь и ждал его.

Спускаясь по лестницам, Андрей внимал яркому солнечному дню. Обширный городской парк, едва тронутый ранней осенью, полнился голосами людей и птиц. Где-то играла музыка.

Крымов обнаружил куратора на вчерашней скамейке. Тот сидел в обнимку со своей небесно-голубой джинсовой сумкой.

– Сок купили? – спросил он.

– Персиковый, – протянул коробочку Андрей и сел рядом.

– И на том спасибо. Хотя я надеялся на манговый.

Антон Антонович оторвал трубочку, освободил ее от целлофана, проткнул фольгу и шумно потянул напиток. И пока не выпил весь – не успокоился. Андрей в это время потягивал минералку.

– Хорошо! Итак, – старичок отправил коробочку в урну и прихлопнул по той же небесно-голубой джинсовой сумке, – первые ответы тут. – Он расстегнул на модной котомке молнию и достал новую книгу.

«Новую», потому что Крымов ее видел впервые. А так она могла достойно перехватить эстафету у прежнего издания – такая же видавшая виды, потертая руками страстных библиофилов, важная, с закладками.

Антон Антонович открыл книгу на первой закладке.

– Слушайте. «Тайны захоронений властителей мира», – торжественно произнес старик. – Редкое издание. Итак, Боэций, шестой век, эрудит конца античности и зари раннего Средневековья, служивший остготам, упоминает об одном из королей своей эпохи, Гардарике Пятом. – В подтверждение своих слов Долгополов похлопал по открытым страницам исторического справочника. – Король безумно любил свою молодую жену, королеву-вестготку, которая, как выяснилось, ненавидела его и изменяла ему с молодым аристократом. Оба были схвачены и казнены, прелюбодей – мучительно, но смерть королевы устроили тайно. Будто бы она выбросилась из башни. Ее похоронили в семейной усыпальнице, но! – поднял указательный палец рассказчик. – В каменной гробнице рядом с останками обнаружили шелковый шнурок и высушенную змею – гадюку. Королеву, несомненно, задушили. А в руке она держала сухой комок – это было сердце мужчины.

– Да ладно?

– Представьте себе. – Антон Антонович открыл книгу на другой закладке. – Филипп де Коммин, знаменитый французский историк пятнадцатого века, пишет об одном из герцогов могущественного Бургундского дома. Тот, Гуго Вислобрюхий, выследил свою неверную жену и под страхом пыток заставил ее с любовником выпить яд. Они погибли в муках. Когда же могила неверной жены была открыта, в ней обнаружили рядом с останками герцогини чашу, из которой и был выпит яд, высушенную змею, тоже гадюку, а в костлявой руке было зажато все то же высушенное мужское сердце.

– Мрак, – покачал головой Крымов. – Кто же насобирал такие легенды? Что за оптимист?

– Группа оптимистов, Андрей Петрович, старательная группа; ученые, скрупулезные профессионалы своего дела. – Долгополов вновь пролистнул книгу и открыл на третьей закладке. – Османская империя. Семнадцатый век. Один из кровожадных султанов, Баразид Громоподобный, расправляется со своей любимой женой, а их у него было двести пятьдесят три. Все то же самое: отрубленная голова, ятаган в гробу, змея и сердце в руке предательницы-султанши. Каково?

– И что же, кровожадный сериал происходил только в царствующих домах?

– Кто вам сказал? Царствующие дома на виду, а сколько таких роковых смертей могло происходить у обычных людей – простых дворян? Купцов? Художников, наконец? Ведь уморил же венецианец Рафаэль дель Торо свою жену и натурщицу, изменившую ему с его учеником? Об этом вот в этой книге. – Долгополов вытащил из сумки еще одно потертое издание. – Несчастную обнаружили в мешке, в канале, на ее груди была змея, кстати. Художник во всем обвинил того самого ученика, юношу схватили и приговорили к смерти, но мальчишка до последнего утверждал, что любил жену хозяина и это сам художник расправился с супругой. Но добрые венецианцы казнили, разумеется, юного прелюбодея. Нечего покушаться на чужое. Утопили беднягу в том же канале. Так что бывали такие случаи и среди простолюдинов. И все они, эти истории, происходили в разные временны́е отрезки, ни разу не наслоились один на другой. Каково?

– К чему вы ведете, Антон Антонович? Есть какие-то идеи? Связи с днем сегодняшним? Существуют подсказки?

– Подсказка одна, и она такова: стоит подобной истории открыться, и она тут же имеет продолжение.

– Как это?

– Эстафета. Когда французы одолели Бургундский дом и могила герцогини была вскрыта, – продолжал сказитель, – а случилось это спустя пару столетий, при дворе появился некий маркиз, который страстно заинтересовался гробом и его содержимым.

– Рисунком на внутренней крышке?

– Именно, – кивнул Долгополов. – Он имеет магическую силу.

– Дарить озарение?

– Как вы угадали?

– Одна милая девушка предположила. Прикладываешь руку, и все тайное становится явным. Бог времени помогает тебе.

– Мудрая девушка. И с женщинами иногда такое случается. Маркиз приложил руку к гербу, как этот ваш мальчишка Артем, а потом долго бился в эпилептическом припадке. Его посетило озарение, по-нашему – он получил информацию.

– Но какую именно? Артем увидел картины из прошлого. Возможно, выдуманные. Мало ли чего приснится? Я в юности летал, как птица.

– Все в юности летали, как птицы, – скептически заметил Долгополов. – Человек в состоянии этого озарения понимает, где его враги, а где друзья. Он видит их и знает, где найти. В этой жизни. Понимаете? – Он вздохнул. – Тот еще не ведает, что он ваш враг, а вы – его. А вы уже знаете. И можете первым нанести удар. Думаю, этот рисунок на крышке саркофага – аномалия. Непредсказуемое чудо. Мардук хотел повесить замок на могиле убитой им жены, даже стражу выставил, а получилось то, что получилось. Окно в будущее. Так бывает. У настоятеля дома Периньона перебродило вино – он хотел вылить его, но оставил. И миру явилось шампанское. Колумб поплыл в Азию, а открыл новый континент – Америку. Повторяю: так бывает.

Антон Антонович печально вздохнул.

– Что? – спросил Крымов.

– Жалко, вы не купили две коробочки сока.

– Очень жалко. В следующий раз найду для вас манговый. Обещаю.

– Я запомню.

Телефон Крымова ожил.

– Простите, – кивнул он Долгополову. – Алло?

– Добрый день, Андрей! – Это была его отважная рыжеволосая спутница Кассандра. – Артем согласился встретиться. Сегодня.

– И что ты ему сказала про меня?

– Сказала, что вы – историк и писатель, пишите книгу о царице Арьяне.

– Ну не фига себе ты замахнулась. Писатель!

– Артем предложил встретиться на свежем воздухе, например в Струговском саду, нормально будет? Через час?

– Да просто отлично, – ответил Крымов.

– Я готова к приключениям, кстати.

– Даже не сомневаюсь в этом. Встретимся у чертова колеса, Касси. У кафе «Бирюсинка». Знаешь где?

– Конечно.

– Съедим мороженое, поболтаем. А там, глядишь, и твой Артем подоспеет.

– Супер! А вы где сейчас?

– Рядом. Совсем рядом.

– Тогда через полчаса?

– Идет. Жду!

Он дал отбой и мечтательно улыбнулся:

– У меня сейчас встреча с девушкой, участницей экспедиции, свидетельницей всей этой истории. Она меня познакомит с Артемом – медиумом.

– Здесь, в этом парке?

– Ага.

– Удобно.

– Кстати. – Крымов нашел фото и показал старику: – Вот фотография дамы, о которой вы говорили. Богатая красавица, жена местного нефтяного магната, которая заинтересовалась археологической находкой и предложила профинансировать экспозицию. Альбина Георгиевна Радневская. Страстно хочет взглянуть на мумию царицы Арьяны и, как я понимаю, на саркофаг. Вот ее фотографии в ранней молодости, когда она работала моделью.

– Так-так-так, – с удовольствием пробормотал Долгополов, разглядывая яркую даму в тюрбане и темных очках, а потом другие ее снимки – длинноногую хорошенькую девицу с высокомерным взглядом.

– Хороша?

– Мила, мила, истинная королева от бизнеса, – усмехнулся старичок. – Нефтяная монаршая особа. Когда думаете встретиться с ней?

– Надеюсь, когда привезут останки царицы Арьяны в каменном гробу.

– Резонно, – кивнул Долгополов. – Только что вы ей скажете?

– Пока что понятия не имею. А вот, очень возможно, она же. – Он нашел еще одно фото. – Дама, которую я увидел на вершине Кузнечной горы и успел снять ее. Она следила за нами. Но эта фотка мутноватая, да и против солнца.

– Как пить дать она. Что-то вынюхивает красотка. Думаете, этот король, ее муженек, и есть наш главный ревнивец-злодей, мстящий своей неверной жене уже две с половиной тысячи лет? Только в разных образах и под разными именами?

– Похоже на то. Вот бы подбросить ему фотографию этого страшного бога времени, а? И проследить, чтобы понять, имеет он к этому отношение или нет.

– Отличная мысль! – резко оживился Долгополов. – Правда-правда! Найдется человечек из моей гвардии, работающий в этом «Экопетролеуме». Он и конверт подсунет Каверзневу, и устроит съемку. А мы поглядим на реакцию нувориша.

– Откуда у вас такой человек? – спросил Крымов.

– Секрет фирмы. Мои шпионы – это мои шпионы.

– Интересно, кем вы ему представились?

– Укротителем львов. Довольны?

– Все эти водители джипов, капитаны катеров, кто они? – поморщился Крымов. – Как вы их собираете вокруг себя? Тоже секрет фирмы?

– Люди ко мне тянутся, – нарочито скромно выдохнул Долгополов.

– Не верю, – скептически усмехнулся тот. – Вот не верю, и все тут. Любого нормального человека вы можете только напугать.

– Я обижусь, Андрей Петрович, честное слово. Это демоны от меня разбегаются, а люди доверяют. Наконец, я же не всем показываю свою библиотеку по демонологии и не с каждым веду заумные беседы. Как вы думаете? И рассказываю, сколько живу на белом свете. Вот вам я открылся. Частично, конечно.

– Частично?

– Вы этого заслуживаете.

– Ну, спасибо.

– На здоровье. А второй персиковый надо было взять.

– Мой промах.

– Вот что, я думаю, вам стоит сделать, когда эта примадонна с вертолета пожалует в музей. Вряд ли она станет знакомиться с посторонним и уж тем более делиться с ним своими секретами, но мы можем кое-что придумать. И вы сами подбросили мне эту подсказку.

– Какую?

– Да такую, – хитро усмехнулся Долгополов. – Слушайте…

Они проговорили еще минут пятнадцать, разложив по полочкам все за и против и просчитав каждый следующий шаг.

Потом Крымов взглянул на часы:

– Мне пора, Антон Антонович.

– Отлично, идите же, идите. А я еще посижу, – на этот раз счастливо вздохнул старичок, – послушаю птиц и детские голоса. Как же этот уголок напоминает мне райские кущи!

Детектив поднялся со скамейки.

– Райские кущи?

– Именно! Ах, дорогой Андрей Петрович, если бы люди могли слышать то, что слышу я, мир воцарился бы во всем мире, – высокопарно и снисходительно добавил Долгополов, – и ангелы небесные позавидовали бы тем, кто живет на земле!

– Да вы – поэт, – констатировал Крымов. – Будем на связи!

4

– Привет, Артем! – издалека помахала рукой товарищу Кассандра.

Полчаса назад Крымов встретил ее у гигантского чертова колеса и кафе «Бирюсинка», где они съели по мороженому и чудно поболтали. И вот теперь направились туда, где их поджидал задумчивый медиум Артем Шубин. Шли в район «Детского городка» – большой площадки с горками, лесенками, песочницами, качелями и забавным глазастым паровозом с прицепным вагоном. И конечно, вокруг было много лавок, где отдыхали взрослые, наблюдая за своими играющими, визжащими на все голоса детками.

Кассандра и Крымов подошли к Шубину. Мужчины пожали друг другу руки. Тот заметно нервничал. Тренированный и уверенный в себе сыщик явно настораживал Артема.

Кассандра села слева от него, Крымов – справа. Как в тиски взяли. Справились о здоровье. Он скромно поблагодарил.

– Я пишу книгу о царице Арьяне, – смело соврал детектив. Ему просто деваться было некуда – надо как-то зацепить молодого осторожного медиума, напуганного тем, что с ним произошло. – Но я не повторяю известную легенду, а пытаюсь проникнуть глубже в тему. Кассандра рассказала, что ваши ребята стали свидетелями необыкновенного события.

– Какого?

– Прикосновение к печати открыло вам нечто.

Шубин бросил косой взгляд на Кассандру, но та лишь легкомысленно пожала плечами: мол, а что тут такого? Да, сказала. Ну все же видели. И от этого история еще интереснее.

– Сразу хочу сказать: я бы мог взять вас в консультанты для моей книги, – уверенно сообщил Крымов. – А если информации будет много, то и в соавторы.

Он решил брать быка за рога, и Кассандра, судя по ее веселым глазам, была не против.

– Не знаю, – нерешительно покачал головой Шубин.

– Меня поразило ваше видение, как царица Арьяна, до того во сне показавшая вам свою могилу, после этого, уже в другом сне, поразила вас ножом в сердце.

– Может быть, это была не она? – пожал плечами Артем. – Или мне это просто показалось? Сны – на то и сны…

– А если вы увидели то, что было на самом деле?

– Вряд ли.

– А почему? Бывают же пророческие сны.

– Ну, в общем, да, но…

Шубин мямлил. Он не знал, что ему отвечать и как себя вести с этим уверенным спортивным типом, совсем не похожим на писателя. Он-то представлял себе бледного слюнтяя с бородкой.

– Но тогда какая ваша роль в истории? Кем вы видите себя в этом уникальном сне?

Медиум усмехнулся:

– Я вижу себя Артемом Шубиным, студентом четвертого курса истфака, которому приснился страшноватый сон. – Он нервно пожал плечами: – Вот и все.

– А вдруг вы и есть легендарный Аркан? – напрямую спросил Крымов. – А ваша возлюбленная жестоко убивает вас? Что тогда?

– Да не могла она убить Аркана! – вдруг очень серьезно возмутился Шубин. – Она любила его, а он – ее! Они были одним целым, как вы не понимаете?! Века, тысячелетия! Одна плоть и кровь! Одна душа!

Крымов и Кассандра опешили от такого выпада. До того старавшийся казаться безразличным, Артем Шубин вдруг вспылил так, словно дело касалось его чести и даже жизни, а может быть, и жизни близкого ему человека, но не в каком-то сне или фантазии, а здесь и сейчас.

Он вспылил и тут же стушевался. Понял, что выдал себя с головой, и тотчас закрылся, захлопнул за собой дверь и саданул задвижкой. Нет, эта история была небезразлична ему! Он был напитан, заряжен и заражён ею, она не отпускала его уже ни на мгновение!

– Что-то мне не очень хорошо, – пробормотал молодой человек. – Наверное, Кася, я пойду домой.

– А у меня для вас кола есть – сделайте глоток, – предложил Крымов, вынимая из сумки банку. – А то на вас лица нет.

На другой стороне детской площадки сидела миловидная девушка с длинными русыми волосами, в джинсовом костюме и темных очках. Крымов сразу разглядел ее и отметил, что она неотрывно смотрит на них. Следит. Она – преднамеренный свидетель их разговора. А еще отметил, что и Артем то и дело поглядывает в ее сторону. И Андрей не ошибся в выводах: когда Артем вспылил, она буквально вскочила со скамейки и, кажется, готова была броситься ему на выручку. И только какая-то сила остановила ее. Было в ее лице нечто очень знакомое, только что? Она походила на изящную девушку хиппи из семидесятых, только сабо не хватало.

– Давайте вашу колу, – вяло сказал Артем, со щелчком вскрыл банку и сделал несколько глотков. – Спасибо.

– На здоровье, – беззаботно откликнулся Крымов.

А вот другого свидетеля их разговора он и не заметил – тот хорошенько спрятался за горкой, по которой то и дело с диким смехом скатывались детки. Это был старичок в парусиновом костюме и панаме, с большой джинсовой сумкой небесно-голубого цвета. Встав со скамейки, он направлялся сейчас к ним, чуть переваливаясь с ноги на ногу, как маленький медвежонок. Все ближе и ближе – шажок за шажком.

– А я смотрю: ты или не ты? – воскликнул он. – Здравствуй, Андрюшенька! Здравствуй, внучок. – Последняя фраза прозвучала особенно радостно и сладко.

– Это мой троюродный дедушка, – с трудом проглотив слюну, представил старичка Крымов. – Человек уникальных профессий, кстати. Ветеран многих наук.

Он уже хотел было представить «дедушку», но тот опередил «внучка»:

– Семен Семенович Астраханский, – перехватив изящную ручку Кассандры в рыжих веснушках, представился Долгополов. – Заслуженный работник цирка, укротитель львов, в прошлом, конечно же. Теперь только кошки, только кошки!

Крымов подумал: а ведь он даже не знает, где живет этот старый чудак. И возможно, у него по дому и впрямь бродит десяток другой котов и кошек. Все ученые-преученые, как сам хозяин. А еще где-нибудь под кроватью живет крокодил или анаконда.

– Как приятно, – сказала рыжеволосая девушка. – Кассандра.

– Опасное имя, – кивнул «укротитель львов».

– Я осторожна с ним, – улыбалась девушка.

Старичок пожал руку вымышленному внуку и протянул сухонькую крепкую ручку парню.

– Артем Шубин, – представился тот.

Глядя прямо в глаза, старичок задержал, и весьма подозрительно, его руку в своей.

– О, молодой человек, – сказал он, – вас что-то мучает. Я чувствую это. Вы готовитесь к чему-то очень важному и опасному, поэтому прошу вас, будьте осторожны.

– Опасному? – переспросил тот.

– Да, поберегите себя.

– Хорошо. – Шубин мотнул головой и залпом вытянул банку колы. – Я пойду, Кася. Правда – устал. Всего доброго, Андрей. До свидания, Семен Семенович. Был рад знакомству.

Он поспешно пожал всем руки, вскочил и быстрым шагом двинулся по аллее. Девушка в джинсе, сидевшая на другой стороне детской площадки, тоже быстро поднялась и поспешила вслед за медиумом. Кассандра этого не заметила, чего нельзя сказать о Долгополове – он проводил девицу-хиппи вопросительным и очень требовательным взглядом.

– Ну а теперь расскажите о ваших гастролях, дедушка, – попросил Крымов. – Пока мы все идем наверх к вашей машине. Ведь вы же, как и прежде, за рулем неизменного «Жука». Я ничего не забыл?

– У тебя отличная память, внучок. Итак, Кассандра, насчет львов…

Пока они поднимались, Антон Антонович очень серьезно рассказал о гастролях во Францию, Аргентину и даже в Китай, который был в восторге от их выступлений, а Китай, как известно, цирком удивить трудно.

Молодые люди проводили «укротителя» до машины, Долгополов сел в своего «Жука» и был таков.

– Какой чудный у тебя троюродный дедушка, – сказала Кассандра.

– О да, – согласился Крымов. – Он – нечто.

– Забыла сказать, – вспомнила она. – Саркофаг привезут уже завтра – так решили городские власти. Пока там ничего не разграбили, а то уже видели каких-то подозрительных туристов. Сегодня туда даже двух полицейских отправили.

– Хорошее известие.

– Особенно для Налимова, – кивнула Кассандра. – Он туда завтра с ними отправится. И вернется с мумией.

– Тогда сегодня еще погуляем? – Ему так не хотелось ее отпускать. – У меня есть пара часов.

– С радостью, – кивнула девушка.

– Хоть так восполню пробел, который сам когда-то оставил.

Кассандра вопросительно посмотрела на Андрея:

– А что же вы делаете вечером? Когда все люди развлекаются после работы?

– Тружусь, милая девочка. Не каждый раз, но бывает. У меня ненормированный рабочий день. Такая вот доля сыщика.

Вечером, вернувшись домой, Андрей вышел на балкон и набрал Долгополова.

– Алло? – отозвался тот. – Внучок?

– Он самый, дедушка. Отличный цирк вы сегодня устроили в парке, Антон Антонович. Я в восхищении. Народного артиста бы вам присвоил.

– Благодарю. Вы заметили ту девчонку, что следила за вами?

– Разумеется.

– Она опасна, точно вам говорю. Я проходил мимо нее – и сразу почувствовал вибрации. Та еще особа. И этого Шубина держит на крючке.

– Уверены в этом?

– Абсолютно. Он у нее под каблуком. В сущности, я и остался, чтобы получше рассмотреть этих персонажей, а еще подержать медиума за руку.

– И как?

– Вот что я вам скажу: дело стремительно близится к развязке. Нужно быть предельно бдительным и осторожным. Некоторые персонажи могут превратиться из агнцев в диких зверей. Да-да, представьте себе. А теперь смотрите и удивляйтесь, Андрей Петрович! Пересылаю вам запись из кабинета Каверзнева, которую сделал мой человек.

– Получилось?!

– Да, – твердо сказал Долгополов. – И для меня уже смонтировали ключевые куски. На конверте, что попал бизнесмену на стол, подпись: «Из археологического общества».

Видео пришло почти тотчас же, и Андрей жадно запустил его. Скрытая камера была установлена где-то на шкафу, выше привычного ракурса, и снимала панорамно. Вот бизнесмен Каверзнев заходит в кабинет, вот он берет конверт, вскрывает его, достает снимки. Смотрит на них. На фото – древняя печать: бог времени с мечом. Не видно, но понятно. Каверзнев безразлично смотрит на снимки, вертит их в руках и бросает на стол. Ноль эмоций. Таймер показывает, что проходит два часа. В кабинет входит незнакомый молодой человек. Осматривается. Подходит к столу. Замечает снимки. И вот тут с ним происходит нечто – он отступает, будто увидел непонятное, страшное, но еще не верит своим глазам. Затем вновь приближается. Хватает снимки, оглядывается, нет ли свидетелей, вновь смотрит на фото, не отрывая глаз, потом садится в кресло. Сидит довольно долго, безучастно уставившись в пространство, пока в свой кабинет не входит Каверзнев и раздраженно не указывает молодому человеку на дверь. Что означает: пошел вон! Кажется, тот просит, чтобы ему отдали снимки. Каверзнев соглашается и вновь указывает на дверь. Молодой человек уходит с фотографиями. Все.

Крымов набрал Долгополова:

– Понравилось?

– Еще бы. Но что это было? – спросил он у всезнающего куратора. – И кто это?

– Это его пасынок, Теодор, о котором мы прежде ничего не слышали. Каверзнев ненавидит его. И, скорее всего, не оставит ему ни гроша, как мне рассказали знающие люди. Его первая жена, мать этого Теодора, погибла в автомобильной аварии. И виноват был именно Каверзнев, но он отделался переломами. Надо полагать, Теодор тоже ненавидит своего отчима. Но пока он его официальный сын, то является наследником наравне с женой.

– Значит, мы ставили не на того? – спросил Крымов. – Нашим джокером был этот Теодор?

– Именно так. Но как он шарахнулся от фотографий, а?

– Да уж. Мне понравилось. Для него они – большая ценность.

– Теперь все будет зависеть от завтрашнего дня, когда жена Каверзнева, бывшая модель Альбина Георгиевна Радневская, пожалует в музей к нашему радетелю археологии Виталию Эрнестовичу Налимову.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.