Макс Вальтер
Руль

Глава 1

Попадос

Помню, как я отправился в свой первый рейс. Это было… даже не знаю, сродни первому поцелую. Адреналин зашкаливал, хотелось, чтобы поскорее настало завтра. Тогда мне казалось, что моя будущая работа полна романтики и приключений. Свобода – только я и дорога. Ведь это уникальная возможность увидеть мир, погулять по отдалённым уголкам нашей необъятной страны. Впрочем, от истины это не так далеко и одновременно – недостижимо.

Но, как и в любой другой профессии, минусов оказалось гораздо больше, чем плюсов. Нет, я не жалуюсь, да и вряд ли решусь что-либо менять. Денег хватает. Без шика и блеска, но я мало в чём себе отказываю. Семьи нет, и кроме как на свои хотелки тратить больше не на что. Вся жизнь в дороге, и всё нажитое добро умещается в кабине «американца», баранку которого я кручу.

Мама умерла пять лет назад, оставив мне в наследство трёхкомнатную квартиру в провинциальном городке. Первое время жил в ней, а затем продал и купил небольшую «однушку». Оставшихся денег с запасом хватило на скромный ремонт и спартанскую обстановку. А большего мне и не требуется, всё одно дома практически не бываю. Даже своей машины нет, в смысле – легковой.

Вот и выходит так, что деньги есть – тратить не на что. Друзья советуют жениться, мол: «удивишься, как резко они станут заканчиваться», вот только кому я нужен? Нет, в плане женщин у меня полный порядок: сегодня одна, завтра другая… Но кто в здравом уме пойдёт замуж за дальнобойщика? Шучу, конечно, в нашей профессии семейных больше, чем холостых. Вот только я не хочу. Как представлю, что в моё отсутствие её будет трахать какой-нибудь сосед, аж тошно делается. Не факт, что до этого дойдёт, однако трепать себе нервы в рейсе – тоже такое себе удовольствие. Да и плохих примеров перед глазами хоть отбавляй. Так что нет, пусть всё остаётся как есть, меня устраивает. А что ещё нужно для счастья?

Я вздохнул, приоткрыл окно и прикурил сигарету. Прохладный ночной воздух ворвался в кабину, выветривая остатки сонливости. Обожаю ночную трассу. Есть в этом что-то особенное, когда ты остаёшься наедине с дорогой. Иногда кажется, будто я попаданец из тех книг, которые гоняю одну за другой. Даже сейчас, когда мысли витают где-то далеко, из динамиков льётся приятный, низкий голос Ильи Дементьева. В последнее время обожаю слушать истории в его исполнении.

Окурок полетел на дорогу, рассыпавшись крохотным фейерверком искр, но стекло я поднимать не стал. Слегка прибавил громкость, чтобы шум ветра не мешал погружаться в приключения и представлять себя на месте героя.

Впереди замаячил свет «оазиса». Так мы называем заправки, где можно размять ноги, попить кофе и даже спокойно выспаться под чутким присмотром «большого брата». Топлива у меня больше половины бака, но я всё равно включил правый указатель поворота и плавно сбросил скорость. Преодолев «лежачего полицейского», свернул на колонку с дизельным топливом и выбрался из кабины.

– Доброй ночи, девчат, – поприветствовал я скучающих работниц.

– Доброй, – ответила одна из них.

– На шестой, соляры, до полного, – попросил я, – И кофейку, если можно.

– Любой каприз за ваши деньги, – отшутилась кассирша. – В рамках приличного, конечно.

– Ну вот, а я только губу раскатал, – улыбнулся я и направился к кофемашине.

– Лёш, до полного, шестая колоночка, – произнесла женщина в рацию.

– Вот это сервис, – отсыпал очередной комплимент я.

– А то, – усмехнулась женщина. – Что-нибудь ещё желаете?

– Да, водички возьму и курева пару пачек.

– У вас по топливной будет?

– По ней, родимой. А вот курево и жо́рево – по банковской.

Закупив всё необходимое, я вернулся к машине. Распахнул дверь и забрался в высокую кабину, не забыв предварительно скинуть обувь. Только угнездившись, понял, что забыл поставить книгу на паузу, и принялся тыкать по бегунку в поисках места, где закончил слушать историю. Затем пристегнулся, запустил двигатель и, рыкнув мощным мотором, тронул машину с места.

На обочине снова замелькали деревья, образуя эдакий зелёный коридор, а на меня вдруг навалилось странное чувство тревоги. От дороги всего можно ожидать: то лихач какой на встречную полосу выскочит, то ещё какая нелепость приключится. Вот и сейчас неприятности не заставили себя долго ждать.

Вначале мне показалось, что у меня резко погас головной свет. Мир мгновенно погрузился во тьму, и я тут же ударил по тормозам. Однако несмотря на экстренное торможение, вместо инерции, которой я по привычке ожидал, ощутил невесомость. Она была мимолётной, словно я на качелях, что на всей скорости несутся вниз. Даже в животе защекотало, настолько схожими оказались ощущения.

Грузовик замер, продолжая мерно тарахтеть дизельным двигателем, а я взялся тупо озираться, силясь сообразить, где оказался и что вообще происходит? Ещё секунду назад я мчался по трассе, проложенной сквозь лес, а сейчас вокруг раскинулись каменные джунгли мегаполиса. И… что это? Дождь?! Откуда, ведь на небе не было даже намёка на облачко. Звёзды жемчугом рассыпались по бесконечной черноте, а луна светила так, что впору свет выключать. Но сейчас ничего этого не осталось.

– Руки в гору! – прозвучал громкий крик. – Руки, сука! Я тебе сейчас в черепе дырку проделаю!

Я медленно повернулся на голос, всё ещё не понимая, что происходит, и едва не выпрыгнул из кабины. Мне в лицо натурально смотрел ствол автомата. Ещё два силуэта вышли под свет фар, недвусмысленно взяв меня на прицел.

– Да вы чё, мужики? – забормотал я, но руки всё же поднял.

– Вышел из тачки! – продолжил командовать тот, что находился у моей двери. – Без резких движений.

– Ладно, ладно, – продолжил бормотать я и потянулся к ручке. – Только не стреляйте. Вам деньги нужны?

– Вышел, я сказал! – рявкнул мужик. – Да шевели ты копытами, придурок!

Я распахнул дверь, встал одной ногой на порог и уже собирался спуститься, как мужик, который отдавал приказы, резко приблизился. Нет, не в том смысле, что он пошёл в мою сторону или даже побежал. Вот он стоял метрах в пяти от кабины, я лишь моргнул – и он уже рядом, а к моей голове приближается приклад.

***

– …веньким делать? – прозвучал незнакомый голос.

– Сдадим в комендатуру, получим законные камешки – и дело к стороне, – ответил другой.

– Это понятно, ёпт, а дальше что?

– Ничего, я с ним нянчиться не собираюсь. Пусть вообще спасибо скажет, что мы его подобрали.

– Так-то да, – снова согласился первый. – Охота сегодня вообще никакая, ёпт, а мне уже за аренду платить надо. Вчера дружинник один передал, что скоро в форт пускать перестанут. Ёпт, не дай бог ещё метку в доку́ментах оставят, тогда, считай, кранты.

– А ты поменьше в карты играй, глядишь, и жизнь наладится.

– Тебя забыл спросить.

– Тогда не ной, всё равно денег не дам.

– Да я вроде и не просил… О, пассажир очнулся. Здорова, ёпт.

– Угу, – буркнул в ответ я и поморщился, прикоснувшись к огромной шишке на лбу.

– Кто это тебя так? – поинтересовался мужик за рулём.

– Бандиты, – вспомнив о том, что случилось, ответил я. – Налетели, под стволы поставили, машину отобрали.

– Чё за тачка?

– Американец, Mack.

– Типа грузовик, что ли?

– Скорее тягач.

– А чё вёз?

– Да разное там, – поморщился я. – Техника какая-то, запчастей немного…

– Ясно. – Водитель почему-то резко утратил интерес. – Я думал, горючку.

– Сто пудов Дьякон отжал, ёпт, – произнёс ещё более странную фразу пассажир.

Я наконец справился с тошнотой и смог осмотреться. Оба мужика одеты в «горку», и оба при оружии. На секунду мне сделалось не по себе. Однако никакой агрессии ко мне они не проявляли, и я заставил себя успокоиться.

– Мужики, а где я?

– О-о-о, это сложный вопрос, ёпт, – с ухмылкой ответил пассажир. – На этот счёт мнений больше, чем блох у шлюхи…

– Твою мать, Узкий! – взревел водитель, а затем раздался удар.

Меня смело с заднего дивана и хорошенько приложило головой о пассажирское кресло. В ушах тут же зазвенело, а перед глазами пошли чёрные круги. Боль была такой адской, что я не сразу смог вздохнуть. Загрохотал автомат, кто-то закричал и так, словно прощался с жизнью. А затем раздался скрежет металла, и сквозь разодранную крышу в салон проникло кошмарное чудовище. Таких я даже в фильмах ужасов не видел. Тело существа чем-то походило на кошку, но на этом сходство заканчивалось.

Мужик, что сидел за рулём УАЗа, попытался пристрелить чудовище, но не успел даже развернуться, как огромная клыкастая пасть сомкнулась на его плече. А в следующее мгновение монстр выдернул человека из машины, словно тряпичную куклу. Раздался противный влажный хруст, после которого дикий вопль, полный ужаса и отчаяния, огласил всю округу.

Я забился между сидений и старался не дышать. Было так страшно, что я вспомнил молитву, даже не подозревая о её присутствии в памяти. А снаружи продолжало твориться что-то невероятное. Я видел это в крохотную щель под сиденьем. Наверное, хорошо, что в обзор попали лишь ноги водителя, иначе я бы уже блевал, чем обязательно бы выдал своё местоположение.

Тварь, что вырвала человека из машины, похоже, собиралась его сожрать. Но тут на неё внезапно набросилась ещё одна. Между ними завязался яростный бой. Они клубком катались по мокрому асфальту, каждый раз заставляя меня вздрагивать, когда прикладывались о борт машины. Неизвестно что послужило окончанием схватки, но в итоге монстры бросили это занятие и вцепились в мёртвое тело. Они разорвали его в считаные секунды, после чего до меня донеслось жадное чавканье. Трапеза длилась недолго, хотя мне показалось, что прошла целая вечность. А затем одна из тварей снова засунула свою жуткую рожу в салон машины и принялась с шумом втягивать ноздрями воздух.

Всё это время я не прекращал молиться. Не уверен, что произносил в уме правильные слова, возможно, я даже обрывал молитву где-то на середине, чтобы опять завести её по-новому кругу. А дабы не видеть приближающуюся смерть, я попросту закрыл глаза и приготовился сдохнуть. Однако тварь меня так и не нашла. Вскоре она покинула салон машины, и мир вокруг погрузился в тишину, нарушаемую лишь шумом дождя. А я всё лежал и боялся пошевелиться.

Не знаю, сколько времени прошло, когда я наконец позволил себе подняться с пола и опасливо выглянуть между двух передних сидений. Вокруг никого, лишь огромные туши домов с тёмными глазницами окон да противный, мелкий осенний дождь. Настолько унылый, что от одного его вида начиналась депрессия и хотелось поскорее сдохнуть. Хотя нет, желание жить было как никогда ярким. Так близко к краю я не находился никогда.

Спустя минуту я наконец решился и потянул на себя ручку открывания двери, а когда выбрался наружу, всё же не смог сдержать рвотный рефлекс. То, что ещё совсем недавно было человеком, растащили по дороге. Дождь не успел смыть кровь, которая тёмной лужей продолжала растекаться по асфальту. А в центре всего этого лежали ошмётки мяса, костей и кишок. Наполовину обглоданное лицо смотрело на меня мёртвыми глазами, и именно оно стало последней каплей в моём самообладании.

Упав на четвереньки, я выворачивал содержимое желудка на асфальт. Не знаю, как это работает, но в итоге мне полегчало. Сознание прояснилось, мозги заработали, хотя…

Лишь добежав до перекрёстка, я вспомнил про оружие, что так и осталось лежать возле растерзанного тела. А заодно осознал, что не видел второго мужика. Ни тела, ни ошмётков…

– Эй, – словно подслушав мои мысли, кто-то окликнул меня.

Я обернулся на голос, но никого не увидел.

– Да здесь я, ёпт, – снова прозвучал голос, и как раз из того самого места, куда я смотрел.

– Глюки, что ли? – пробормотал я.

– Сам ты глюк, – вернулся ответ, а затем из ниоткуда передо мной появился тот самый пассажир.

На меня это произвело такое впечатление, что я отшатнулся, запнулся обо что-то и плюхнулся задницей в лужу.

– Вставай, сваливать нужно, пока остальные на шум не пришли. Это надо было так попасть?! Ведь считай, уже дома были, ёпт.

– Что… что это было?

– Синие, – получил я странный ответ.

– Какие ещё?.. Почему синие?

– Долго объяснять, – отмахнулся он. – Ты жить хочешь, ёпт? Шевели копытами – семеро одного не ждут.

Произнеся эту фразу, он развернулся и быстрой походкой направился к подъезду одной из высоток. А жить хотелось просто невыносимо, потому я оставил вопросы на потом и рванул за странным человеком. Надеюсь, он приведёт меня в безопасное место, где я уже вывалю ему на голову всю ту кучу вопросов, что сейчас роится в моей черепушке.

Мы нырнули в подъезд и крадущейся походкой двинулись через центральную квартиру. Я только успевал удивляться, вращая головой. Такое чувство, будто хозяева покинули жилище не далее как вчера. Все вещи на местах, даже ботинки в прихожей стоят на этажерке ровным рядком. Какие-то лёгкие курточки на вешалке, кепка на одном из крючков. Зато в следующей комнате – лишь голые стены, покрытые штукатуркой, словно квартиру ещё и жильцам не сдали.

Мой провожатый распахнул окно и ловко перемахнул через подоконник. Я выбрался следом и не поверил глазам. Сразу за современной высоткой ровными рядами расположились гаражи, за которыми возвышалось… нечто. Хотя, пожалуй, именно это и должно называться не иначе как «форт». Кажется, о чём-то таком говорили мои спасители.

Высоченные стены, с которых били мощные лучи прожекторов, стрелецкие башни по всему периметру. И судя по вооружению моего спутника, там защищаются явно не луком и стрелами, наверняка и крупный калибр имеется. Я смотрел на каменного монстра, который ну никак не вписывался в современный городской пейзаж. На фоне высоток, что окружали его со всех сторон, он выглядел нереальным, будто из другого мира.

– Да где я оказался, чёрт тебя дери? – буквально одними губами произнёс я.

Тем не менее собеседник меня услышал.

– Мы называем это «Мешок».

– Странное название.

– Тебя забыли спросить, ёпт.

Похоже, Узкий очень любил эту фразу, раз повторил её уже дважды за столь короткое знакомство. Кажется, именно так назвал его покойный водитель?

Вдоль гаражей крались недолго. Буквально обогнули пару рядов и выбрались на пустырь, образованный кучей строительного мусора. Мне показалось, что Узкий немного расслабился, когда выбрался на открытое место.

– Ну всё, ёпт, считай, приехали, – выдохнул он. – Сюда твари только днём суются, да и то не всегда. Умные они, быстро запоминают, где им больно делают. Поговаривают, в первое время здесь не один ящик крупняка за час утекал, прежде чем они начали нас бояться. Стой, ёпт, не лезь в крошево!

– Да я не специально, – оправдался я.

– Да мне пофигу. Хочешь по минам побегать – это без меня.

– Минам?! – выпучил я глаза от удивления. – Там что, мины?!

– А я чё говорю, ёпт, – с ухмылкой ответил Узкий. – Это же форт.

– А ты умеешь доступно объяснять, – отпустил в адрес спасителя шпильку я.

– Ну так, ёпт, – согласился он. – Хорош трындеть. Хочешь жить – топай молча.

– Вообще-то, это ты начал…

– А ну цыц, кому говорят. – Узкий повернулся, угрожающе ткнув мне стволом автомата прямо в живот. – Подохнем из-за твоей болтовни. Наберут новичков по объявлению, ёпт…

Я быстро внял совету и закрыл рот, но Узкий ещё долго бормотал что-то себе под нос. Казалось, он совсем не переживал о погибшем приятеле, словно это само собой разумеется. На сколько же жесток этот мир, что здесь не обращают внимания на смерть? От этих мыслей у меня засосало под ложечкой, страх вновь запустил свои ледяные щупальца в душу, заставляя сердце пуститься в бешеный скач.

Вдоль крошева из строительного мусора мы прошагали минут пять, после чего ступили на разбитую, размокшую от дождя колею. По такой не каждая машина рискнёт проехать. Я всего два шага сделал, когда мои ноги заскользили по грязи, но Узкий вовремя подхватил меня под локоток.

– Раззява! – в очередной раз упрекнул меня он. – Кто же в тапочках в такую погоду разгуливает?!

– Ну я же готовился, – огрызнулся я. – Три дня баранку крутил и мечтал оказаться в полной заднице! Как я вообще?..

– Кротовые норы, ёпт, – состроив крайне умное выражение на небритой, потрёпанной алкоголем и жизнью роже, ответил Узкий. – Слышал когда-нибудь про такие?

– Издеваешься? – уже начал раздражаться я.

– Цыц, – шикнул на меня он. – Сейчас КПП проходить будем. Рот не открывай, я буду говорить. Как понял?

– Да нормально я тебя…

– Цыц, ёпт, кому говорят?!

Мы подошли к железным воротам, которые имели толщину чуть не в половину метра. Чтобы открыть такие, требовалась нечеловеческая сила. Сейчас они были слегка сдвинуты в сторону, образуя узкую щель, чтобы внутрь мог попасть человек. Под створкой просматривалась рельса, по которой эта махина и передвигалась. А в действие её наверняка приводили с помощью редуктора. Не хотел бы я оказаться на её пути в момент закрытия…

– Документы? – строго спросил человек с автоматом на груди.

– Да он новенький, ёпт, – вступился за меня Узкий.

– Рот закрой, – огрызнулся привратный охранник. – Тебя вообще пускать не велели.

– Ой, да хорош, Гнев, ты же в курсе, что за новичков в комендатуре премию выписывают. Сейчас я его сдам, и долг погасят.

– Тебя Лапша ищет, придурок. На твоём месте я бы сюда не возвращался. Или ты в яму захотел?!

– А мне-то чего делать? – вклинился я в дружескую беседу.

– Проходи давай, чего замер?! – Кто-то грубо толкнул меня в спину.

Охранник лишь усмехнулся и слегка посторонился, пропуская меня внутрь под защиту стен. Не знаю почему, но на душе сразу стало спокойнее. Хотя это вполне объяснимо, учитывая то, что я увидел снаружи. Здесь люди явно чувствуют себя в безопасности.

– Нам туда, – толкнул меня в плечо Узкий и указал на невысокое здание, что расположилось почти у самой стены.

Я молча кивнул и пошёл следом. Похоже, что мой спаситель – тот ещё хлюст. Любитель острых ощущений, чтоб его! Не уверен, что мне стоит долго находиться в его компании. Как бы так ни случилось, что проблемы станут общими. Зная, как решаются вопросы с карточными долгами, не стоит списывать со счетов подобные варианты. Среди нашего брата частенько проводятся турниры на общих стоянках. Бывали случаи, когда, поддавшись азарту, мужики спускали все командировочные подчистую, ещё и должными оставались. Так вот, даже учитывая жизнь на колёсах, их умудрялись найти и выбивали долги с процентами. Случалось, что перепадало и напарникам, которые не имели к этому никакого отношения. Вот только кого это волнует, когда речь идёт о карточном долге?

– Может, я дальше сам разберусь? – осторожно спросил я. – Нет, ты не подумай, я тебе благодарен и всё такое, просто мне не нужны неприятности.

– Рот закрой, – сухо потребовал Узкий. – Мне от тебя много не надо. Подтвердишь, что я тебя нашёл, и можешь быть свободен.

– Ага, ясно, – кивнул я.

Узкий потянул на себя дверь, но та оказалась закрытой.

– Да чтоб тебя, ёпт! – выругался он. – Кажись всё, опоздали.

– Ну, я тогда пошёл?

– Куда? – выпучив глаза, уставился на меня тот. – Стой здесь, сейчас коменданта вызовут. Курево есть?

– Нет, в машине осталось, – ответил я и поёжился от холода.

Погодка здесь – не из самых приятных. Мелкий дождь насквозь промочил лёгкий спортивный костюм. Ноги промокли уже давно и закоченели до ломоты в суставах. До этого я и не замечал дискомфорта, находясь под адреналином. Тогда в голове пульсировало лишь одно: «как бы не сдохнуть». А сейчас, когда я оказался в относительной безопасности, всё это разом навалилось, заставляя тело трястись от холода. Интересно, сколько сейчас градусов? Десять, может, и того меньше? Так и с воспалением слечь недолго.

– Вон он, кажись, идёт, – прервал мои размышления Узкий.

И действительно, из прохода между цехами (а судя по виду, когда-то именно ими здания и были) в нашу сторону спешила сгорбленная фигура в тёмном дождевике. Мужик молча прошмыгнул мимо нас, вставил ключ в скважину и, распахнув дверь, быстро проскочил внутрь. Узкий бесцеремонно попытался прошмыгнуть следом, но был остановлен строгим голосом:

– Куда прёшь, в грязных ботах?! Тебе чё вообще надо?!

– Это я его нашёл, – виноватым голосом заблеял спаситель и обернулся ко мне. – Скажи, ёпт, как тебя там?

– Денис, – представился я.

– Вон пошёл, – спокойным, но не требующим возражения тоном скомандовал комендант, и мы оба поспешили обратно на улицу, – Да не ты… Вашу ж мать! Новенький, останься, а ты Узкий, вали, чтоб мои глаза тебя не видели.

– Так там это, премия вроде как…

– На счёт зачислю, чтоб бухгалтерия долг высчитала. Всё, Узкий, сдристнул отсюда, пока я в расположении.

– Оп, благодарочка, – изобразив реверанс, откланялся тот и заговорщицки мне подмигнул. – Я тебя там подожду.

Ответить я не успел, так как провожатый исчез за дверью.

– Ну и погодка у вас, – произнёс я, не зная, с чего ещё начать беседу.

– Привыкнешь, – буркнул комендант. – Так, некогда мне тут с тобой. Вот буклет, советую ознакомиться. Как звать?

– Денис, – повторил я.

– Фамилия есть?

– Головин.

– Ясно. Погоняла в том мире была?

– В смысле, в том мире? Я что, умер?

– Не исключено, – не отрывая глаз от ноутбука, в который вбивал информацию, ответил комендант. – Ну? Долго ждать? Или мне самому придумывать?

Я молчал, пытаясь собрать в кучу мысли, но комендант воспринял моё молчание по-своему.

– Ладно, Батоном будешь, – буркнул он и начал вбивать это в компьютер.

– Нет, стойте! – резко оживился я. – Руль, пусть будет Руль.

– Руль – Сруль, – передразнил он и вбил выбранную мной кличку. – Чем занимался в прошлой жизни?

– Водила я, дальнобойщик, – честно ответил я.

– Вот как? – Впервые за всё это время, комендант проявил ко мне искренний интерес. – Завтра после заката ко мне загляни, покалякаем.

– Хорошо, – кивнул я.

Комендант, что-то ещё набил на клавиатуре, затем щёлкнул клавишей на принтере. Тот загудел и спустя некоторое время выплюнул лист бумаги формата А4. Хозяин кабинета взял его в руки, критически осмотрел, чертыхнулся, скомкал и бросил в стоящую рядом корзину.

– Сюда смотри, – постучал он пальцем по крохотной камере, прикреплённой поверх крышки ноутбуку.

Я уставился в глазок. О том, что фото уже готово, понял по странным манипуляциям коменданта. Предупредить об окончании съёмок он так и не удосужился.

– Ой, да пойдёт. Себе, что ли, – произнёс он странную фразу, и принтер вновь загудел. – Вот здесь автограф поставь, – ткнул пальцем в строку под фотографией комендант.

Затем он, не особо стараясь, вырезал прямоугольник, сложил его пополам и прогнал через ламинатор, после чего протянул мне готовую карточку. Да уж, фотография действительно та ещё. Пожалуй, чуднее я только на паспорте в четырнадцать лет вышел. Рядом с фоткой крупными буквами было напечатано: «Руль» – и на этом всё… Хотя нет, на обратной стороне обнаружился штрих-код. Скудно.

– Всё, свободен. – Захлопнув ноутбук, комендант выбрался из-за стола. – Завтра после заката жду. И постарайся избавиться от этого ушлёпка. Только неприятностей с ним наживёшь, а профессиональные водители нынче редкость. Ну, чё встал? Ах да, точно, подъемные.

Комендант нырнул в ящик стола, выудил из него небольшой мешочек по типу тех, в которых в средневековье носили монеты, и протянул его мне.

– Здесь ровно сотня, трать с умом. Следующие могут придти нескоро и то если выживешь. Всё, вали давай, некогда мне тут с тобой, у меня ужин стынет.

Комендант вытолкал меня наружу, запер дверь и, слегка согнувшись, быстрой походкой исчез в проулке, из которого появился.

– Ну чё, поздравляю, – протянул мне руку Узкий. – Теперь ты полноценный гражданин Мешка. Тебе буклет дали?

– Ой, ёпт! – хлопнул я себя ладонью по лбу, но было уже слишком поздно.

– Ладно, не ссы, ща я тебе всё расскажу, за кружечкой пива. Пойдём, знаю я тут одно место…

– Не уверен, что это хорошая идея, – замялся я и ответил на рукопожатие.

– Так, ты ещё молодой и зелёный, – напустив на себя строгий вид, произнёс Узкий, не выпуская моей руки. – Это традиция. Я тебя нашёл, значит, ты обязан угостить меня пивом. Тебе подъёмные дали?

– Ну.

– Баранки гну. Всё, вперёд, ща я тебя научу, как родину любить. А ну пока́жь доку́мент? Руль, значит? Ну ничего так, сойдёт для сельской местности. Я вот тоже момент прошляпил, и теперь Узкий, но это ещё нормально. Я тут в соседнем форте бывал, так там чувака одно встретил, у него погоняло «Сопля», ты прикинь? Ха-ха-ха.

– Так где мы? Что это за место? Что за монстры такие? Почему они твоего друга сожрали? Где мой грузовик? Как я вообще здесь жить буду?

– Эко тебя понесло, братан, – усмехнулся приятель. – А ещё по пиву не хотел. Ладно, пошли, сейчас я тебе поведаю все тайны Мешка. Мне когда обо всём рассказали, я три дня как пришибленный ходил, всё никак поверить не мог. Пришли…

Узкий замер у двери, с надписью «Берлога» и едва успел отскочить, когда из заведения с явно преданным ускорением вылетело пьяное тело и плюхнулось рожей в грязную лужу. М-да, похоже, меня ждет весьма интересная жизнь после смерти, если это всё же она. Ну, это ничего, разберёмся. К сложностям я приучен, ведь в дороге чего только не случается. Как оказалось, даже такое, крайне странное и необъяснимое моё здесь присутствие. Осталось лишь разобраться, где это – «здесь». И можно ли отсюда выбраться?

Глава 2

Знакомство

Внутри царила атмосфера кабаков начала девяностых. От изобилия табачного дыма резало глаза. Справа, за столиком в углу, двое изрядно подпитых парней очень агрессивно выясняли отношения, но до драки дело пока не дошло. Ближе к середине зала расположилась шумная компания человек на десять. Они даже столы сдвинули, чтобы всем хватило места. Слева сидели странные типы, просто потому что молча пили пенное и наблюдали за происходящим. Да и видок у них был довольно мрачный. В остальном никто больше особо не выделялся.

Узкий окинул взглядом кабак и уверенной походкой направился к единственному свободному месту. Честно говоря, у меня возникло острое желание поскорее отсюда свалить. Нет, я не ханжа и бывал в похожих заведениях, притом довольно часто. Однако сейчас хотелось поскорее скинуть мокрую одежду и с головой забраться под одеяло. Уснуть, скорее всего, не получится, слишком уж яркое событие со мной произошло, а вот поразмыслить в тишине – как раз то, что мне нужно. И я бы с удовольствием ушёл, если бы не одно «но»: Узкий обещал рассказать мне об этом мире.

– Марин, будь любезна, два пива, – громко попросил Узкий, усаживаясь за стол.

– Ага, щас, бегу аж волосы назад, – огрызнулась девушка, которая только что на повышенных тонах разговаривала с одним из посетителей. – Вначале камешки засвети, чтоб мне за тебя опять не прилетело.

– Не ссы, расплатимся сразу, ёпт, – вальяжно отмахнулся приятель. – Камни есть.

– Какие ещё камни? – навалившись грудью на стол, осторожно спросил я.

– Ты что, в кошель даже не заглянул? – усмехнулся Узкий. – М-да, бро, с таким отношением ты здесь долго не протянешь.

– Да чтоб тебя! – выругался я. – Ты можешь вообще нормально объяснить?!

– Ты в мешочек посмотри, ёпт, все вопросы сами отвалятся, – посоветовал он.

– Новенький, что ли? – спросила подошедшая официантка, водрузив две кружки пенного на стол. – Пепельница нужна?

– А есть чё покурить? – тут же задал встречный вопрос Узкий.

– Камень пачка, – пожала плечами она и снова уставилась на меня. – Чего молчишь, как воды в рот набрал?

– Да вы вроде и без меня неплохо общаетесь, – пожал плечами я.

– Курево нести?

– Да, пару пачек, если можно, – кивнул я.

– Шесть камней, – бесцеремонно заявила официантка и протянула руку.

Я открыл мешочек и высыпал себе на ладонь десять прозрачных камешков. Выглядели они как обычные окатыши, каких полным полно на морском побережье. Разве что отполированные до идеального состояния. По форме и размеру чем-то напоминали таблетки «Нурафен».

Под удивлённые взгляды Узкого с Маринойя отсчитал шесть окатышей и протянул официантке.

– Вот же придурок, – непонятно о ком отозвалась она и подхватила с моей ладони всего один камень. – Опять сделал вид, что ему некогда?

– Вы о коменданте? – на всякий случай уточнил я.

– А о ком же ещё?! Чтоб его красный приголубил! Значит, запомни: вот это стоит десять цветных камней. Все остальные идут один к одному, если конечно, они не рады.

– Кому рады? – не понял я.

– Господи, – Марина закатила глаза, – какие же вы тупенькие вечно проваливаетесь! Рады – это камни с пустоши. Такие у нас один к сотне считают. Но это очень большая редкость.

– А откуда они берутся?

– Всё, некогда мне здесь с вами лясы точить. Сейчас сдачу принесу.

– Лучше сразу в жидкой валюте, – оживился Узкий. – А у тебя смена до скольких сегодня?

– Губу закатай. – Марина продемонстрировала приятелю средний палец. – Пиписька ещё не выросла.

– Она всегда такая? – кивнул я в сторону стойки, за которой скрылась девушка.

– Это она сегодня ещё в хорошем настроении, ёпт, – ухмыльнулся Узкий и отхлебнул за один глоток сразу две третьих кружки. Затем вытер рот рукавом и натянул на рожу серьёзное выражение. – Значит, слушай, ёпт: мир, в который ты попал, называется «Мешок». И не спрашивай, почему и кто это придумал.

– Почему? – всё же спросил я.

– По кочану, ёпт, – огрызнулся приятель. – Не знаю я, сойдёт такой ответ?

– Ну, допустим, – согласился я. – А как отсюда выбраться?

– Вопрос, который ломает умы всех жителей этого мира, – философски подняв палец, ответил Узкий. – Никак. Никому ещё не удавалось это сделать. Хотя слухи ходят разные. Я как-то встречал одного придурка, который рассказывал о коричневых камнях. Типа они могут пробивать порталы во внешний мир. Ёпт, нет, ну ты прикинь, это надо было такое придумать?!

– А откуда берутся камни? Их кто-то делает? И почему вы используете их как валюту? Разве нельзя такие подделать? У них ведь даже защиты никакой нет.

– Тихо, тихо, не беги впереди паровоза, ёпт, ща всё по порядку. Этот придурок в натуре уже задолбал, за что ему только камни платят! Короче, синих ты видел.

– Ты это про монстров, которые твоего друга сожрали?

– Пусть земля ему будет пухом, – тяжело вздохнул Узкий и залпом допил остатки пива. – А ты чё не пьёшь?

– За рулём, ёпт, – в тон приятелю ответил я. – Не хочу пока.

– Я возьму тогда? Ща Маринка ещё притащит.

– Бери, – кивнул я и отодвинул кружку. – Так что там с этими монстрами?

– Их несколько типов: синие, красные, зелёные, фиолетовые, жёлтые и прозрачные. Мы дали им классификацию по типу камней, которые из них выпадают.

– В смысле – выпадают?! – удивился я. – Они ими что, гадят?! Хочешь сказать, это какашки монстров?!

– Ха-ха-ха! – грохнул от смеха Узкий и даже ладонью по столу застучал. – Ой, умора! Какашки… Ха-ха-ха, это ж надо было такое выдать, ёпт, ха-ха-ха!

Я терпеливо ждал, пока он успокоится. Как раз явилась Марина, поставила на стол ещё две кружки с пенным и выудила из кармана передника две пачки сигарет. Даже коробку спичек рядом бросила. Узкий не смог сдержаться и поведал девушке мою гипотезу появления камней, после чего хохот удвоился.

Но я не расстраивался. Спокойно распечатал курево, вставил в рот сигарету и с наслаждением втянул в лёгкие табачный дым. И только сейчас понял, насколько сильно были натянуты мои нервы. Осторожно потрогав огромную шишку на лбу, я всё же решился глотнуть пива, справедливо рассудив, что хуже точно не станет. К моему удивлению, оно оказалось вполне сносным, не хуже, чем то, к которому я привык во внешнем мире.

– Фу-ух, – наконец выдохнул Узкий и ещё пару раз дебильновато хихикнул, – аж до слёз, ёпт.

– Так откуда камни?

– Из жопы, ха-ха-ха, – тут же снова развеселился тот. – Ладно, ладно, не куксись. Короче, камни появляются, когда тело твари тает.

– Как понять – тает?

– Натурально, как снег, только лужа тут же испаряется. А на этом месте остаётся камень, иногда два.

– И почему вы решили сделать из них деньги?

– О-о-о, – снова поднял указательный палец Узкий. – А вот это как раз самое главное, ёпт. Камни могут дать тебе силу тварей.

Приятель замолчал, видимо, ожидая очередного вопроса. Но я в нём не видел смысла и молча ожидал продолжения.

– Помнишь, когда я был невидимым?

– Думал меня приглючило, – честно признался я.

– Нет, это как раз и была сила камня. Если его раздавить и перетереть в пыль, а затем её вдохнуть или занюхнуть, то ты получишь определённую силу, ёпт. Вот смотри: синие – они быстрые как не знаю что. Могут сто метров за секунду преодолеть, ёпт. Убьёшь такую тварь, вдохнёшь пыль от камня – и станешь носиться быстрее ветра.

– А красные что дают?

– Силу, ёпт. Под красной пылью можно грузовик одной рукой перевернуть.

– Серьёзно? – не поверил я. – А ну, попробуй ещё раз исчезнуть?

– Эй, не-е-е, бро, эта хрень так не работает. Силы даются тебе всего на пару минут. Хотя всё это опять же на уровне слухов. Говорят, мол, если долго употреблять один цвет пыли, то талант становится постоянным. Но я таких ещё не встречал.

– А если смешать? Ну здорово же, если ты и быстрый, и сильный одновременно.

– Попробуй, ёпт, – ухмыльнулся Узкий, будто я какую-то чушь спросил. – Если ты не экс, до свиданья, крыша. Превратишься в слюнявого идиота, ёпт. Кстати, вот это ты вовремя подметил. Между приёмом пыли лучше сутки паузу выдержать. У всех, конечно, по-разному, некоторым и двенадцати часов хватает, но лучше перебдеть.

– А почему?

– Да откуда я знаю, – отмахнулся он и, допив вторую кружку пива, наглым образом подхватил третью. – Короче, захочешь сменить цвет – лучше выжди сутки.

– Не понял? – помотал я головой.

– Ну, смотри: если дунул синей пыли, то всю ночь можешь гонять только под синькой. Махнёшь красной или жёлтой, или вообще любой другой – прощай, кукуха.

– А-а-а, то есть один цвет я могу употреблять без паузы в сутки?

– Ну так, ёпт, о чём тебе и говорят.

– Да ты объясняешь так, что ничего не понятно, – замахал руками я. – Прыгаешь с одного на другое.

– Уж как могу, – пожал плечами Узкий. – Не нравится – вообще больше ничего не скажу.

– Тогда гони камни за пиво, – нагло предъявил ему я.

– Эй, эй, полегче на поворотах, – выставил руки ладонями вперёд Узкий. – Ты, вообще-то, за спасение проставляешься, информация бонусом идёт. Так что давай там, не наглей, ёпт.

– Заявил человек, который пьёт моё пиво.

– Я не понял, тебе жалко, что ли?! Вот знал бы, что ты такой жлоб, ни в жизни бы тебя спасать не полез.

– Ой, ладно, не ори, – поморщился я. – Давай дальше рассказывай. Я так понял, что красный монстр – сильный.

– Капец! Ты даже не представляешь насколько!

– А как он выглядит?

– Длинный такой, как каланча, на тощих ножках, но с перекачанными руками и торсом. Голова ещё как горошина – хрен попадёшь.

– Понятно. А жёлтый что делает?

– Телекинез. Мелкие противные гномы, ёпт. Из всех тварей больше всего их ненавижу. Они вечно по крышам лазают и сверху всяким дерьмом кидают. Есть ещё фиолетовые, но их камни чаще всего под запретом.

– В смысле?

– В прямом. Ну, то есть не сами камни, ими-то как раз можешь платить сколько влезет. Их пыль запрещено употреблять в большинстве фортов. Она даёт тебе способность давить на мысли.

– Как понять – давить?

– Пф-ф-ф, – выдохнул Узкий. – Вот ты в натуре тупенький, п-хах. Короче, ёпт, под фиолетовой пылью ты можешь контролировать мысли человека. Заставить его убить кого-нибудь или ограбить. Кстати, фиолетовых тварей только огнём убить можно. Они… как бы это сказать… призраки типа. Физического тела не имеют.

– Понятно, а кто там ещё был?

– Зелёные. Увидишь такого – лучше сразу вали. Они по одному никогда не ходят. Выглядит как большая черепаха, и пули его не берут. Точнее, берут, но это нужно в пасть выстрелить или крупняком бить. Эти уроды своих каким-то полем накрывают, и те становятся неуязвимыми. Короче, те ещё твари, ёпт.

– Значит, зелёная пыль даёт защиту? – уточнил я.

– Во, наконец-то соображать начал, – улыбнулся Узкий. – С прозрачными, надеюсь, всё ясно?

– Невидимки, да?

– Почти, их очень хорошо в тепловизор видно. Они даже сквозь бетонные стены фонят, хотя специалисты утверждают, что такого быть не должно. Но оно есть, и никто не знает почему. Все, кто с ними сталкивался и остался жив (а таких, попрошу заметить, единицы)… так вот, все они утверждают, что их тела холодные, как у лягушек. А в тепловизоре фонят, как раскалённый металл, ёпт.

– А коричневые как выглядят?

– Ты дурак? – Узкий аж замер и уставился на меня немигающим взглядом. – Какие ещё,нахрен, коричневые?! Тебе пиво, что ли, в голову ударило?

– Ну, сам говорил, что слышал о коричневых камнях.

– Ой, да байки всё это. Чушь полнейшая. Если бы такие существовали, в Мешке было бы пусто, ёпт. Понимаешь о чём я?

– Угу, – кивнул я и, допив своё пиво, снова закурил. – А где здесь остановиться можно?

– В гостишке, – быстро ответил приятель. – Или, если хочешь, можешь у меня упасть. Аренду на «пэ» поделим.

– Нет, спасибо, я лучше в гостишку.

– Ну, смотри сам. Там с тебя сейчас пятёрку за ночлег враз сдерут. А у меня, ёпт, червонец в месяц отдавать будешь.

– Я подумаю.

– Слушай, одолжи одного прозрачного, а? Я тебе на следующей неделе отдам. Есть у меня тема одна, можно нормально подняться…

– Всё, стоп! – прервал я словесный понос собеседника. – Я ещё понятия не имею, как здесь вообще жить можно? У мен ни дохода, ни хрена.

– Зажал, короче… – сделал собственные выводы Узкий. – Ну понятно, ёпт, я ему жизнь спас, а ему червонца жалко.

– Жалко, – честно ответил я. – Они мне самому пригодятся. Я жрать хочу, мне спать негде. А здесь, судя по всему, без оружия только дети ходят.

– Нет, без оружия здесь вообще никто не ходит, – усмехнулся он. – А давай так: я тебе ствол нормальный намучу, а ты мне два прозрачных.

– Что-то не нравится мне это, – поморщился я. – Давай эти вопросы до завтра отложим, хорошо? Мне бы для начала осмотреться и понять, что к чему.

– Как хочешь, – пожал плечами Узкий. – Ну чё, ёпт, ещё по бокальчику?

– Не, я всё, – отказался я. – Лучше объясни: как до гостиницы добраться?

– Да не ссы, здесь всё рядом, – беззаботно отмахнулся тот. – Марин! Тащи ещё пива!

– Марин, не нужно! – крикнул следом я и указал пальцем на приятеля. – Если только за его счёт.

– Вот ты… кайфолом, ёпт, – откровенно расстроился Узкий. – Ладно, пойдём провожу.

От этого я отказываться не стал. Залпом допил пиво, поднялся из-за стола и направился к выходу. Когда попытался толкнуть дверь, она вдруг ушла прямо из-под руки, и я едва не нырнул носом в пол. В проёме стоял человек. Впрочем, кого ещё можно было ожидать в мирном форте? Правда, его вид говорил совсем о других намерениях: тяжёлым взглядом он буквально рыскал по залу в поисках жертвы. А пистолет в руке намекал, что сюда он явился вовсе не за приятным времяпровождением. Да и поиск жертвы завершился достаточно быстро.

– Ба-а, какие люди?! – с наигранным дружелюбием произнёс он. – Узкий, мать твою, какими судьбами? Неужели я упустил момент, когда у тебя появились камни?

– Это, Лапша, да хорош ты… – Мой приятель моментально сдулся, как проколотый воздушный шарик.

Кстати, понятно, почему этого типа прозвали именно так. Тощий, долговязый и, судя по всему, имеет по данному поводу комплексы. Он постоянно пригибается, отчего кажется сгорбленным и действительно напоминает лапшу. Даже движения какие-то скользкие или мягкие, будто у него гибкие кости.

Лапша подошёл к Узкому и обхватит его за шею, прижал затвор пистолета к щеке. К слову, приятель всячески пытался до меня донести, чтобы я как можно скорее сваливал. Честно говоря, мне и самому не очень хотелось влезать в неприятности. Вот только какая-то часть меня продолжала противиться. Ну не привык я бросать в человека в беде, даже если он мало знаком. В среде дальнобоев такое не принято. Видишь на трассе коллегу с мигающей аварийкой – остановись. Это закон, и те, кто его нарушает, попадают в чёрный список. В том смысле, что им никто никогда уже не окажет помощь. А дорога коварна. Проскочив мимо товарища, сам можешь встать через пару километров.

В общем, как ни крути, а Узкий мне действительно жизнь спас. И хоть я старался отодвигать этот довод подальше, особенно когда он просил камни взаймы, уйти сейчас совесть мне не позволила.

– А ты чё сразу растерялся, дружище? – произнёс Лапша почти в самое лицо приятеля и нервно засмеялся. – Да ты расслабься, мы просто побазарить зашли.

«Мы?» – мелькнуло в мозгу, и я обернулся к двери.

Та была всё ещё распахнута, а на крыльце стояли два мордоворота, скрестив руки на груди. М-да, а задачка становится всё сложнее и сложнее. Уж с одним Лапшой мы бы как-нибудь справились, но сейчас… Нет, с ними я даже один на один связываться не рискну. Но ведь что-то делать надо? Или хрен с ним? Я ведь его даже не знаю. Гнев вроде говорил, что он денег должен, так выходит, это его трудности. А водитель – тот, который погиб – что-то про карты говорил. Так что, если сложить два и два, картина становится максимально прозрачной.

Но совесть всё-таки победила.

– Эй, отстань от него, – тихим голосом попросил я.

– Чё? – задал самый популярный вопрос Лапша. Он плавно, с некой ленцой, отпустил Узкого и направился ко мне. – Ну-ка ещё раз повтори, можно на ушко, а то я плохо тебя слышу.

В кабаке повисла гробовая тишина. Все с любопытством смотрели на то, чем закончится шоу. Снаружи доносились звуки дождя, которые с завидной частотой заглушали короткие очереди. Каждый раз, когда грохотал автомат или пулемёт, я вздрагивал.

– Ба-а, пацаны, да он совсем зелёный ещё, ха-ха-ха!– расхохотался Лапша. – Слышь, новичок, давай вали отсюда, пока я добрый. Ну, если, конечно, не хочешь, за своего корешка долг отдать?

– Лапша, гадом буду, я завтра к тебе собирался. Это я новенького привёл, мне утром должны премию выписать.

– Закрой пасть, – указал в его сторону пистолетом тощий, при этом его голос перестал выражать дружелюбие. – Я не с тобой сейчас разговариваю.

– Сколько он должен? – спросил я и поморщился, потому что ой как не хотел расставаться с теми крохами, которые здесь называли «подъёмные».

– Ого, да у нас здесь гуманист, – развёл руки в стороны Лапша. – Три сотни. Ты что, действительно готов оплатить долг первого встречного? Послушай моего совета, заметь – бесплатного: лучше потрать свои камешки на что-то более полезное, чем этот кусок дерьма. Тем более что тебе там всё равно немного не хватает, примерно сотни две.

– Иди, я разберусь, – поддакнул Узкий.

– Уверен? – спросил я.

– Да, в форте нельзя убивать, а всё остальное решаемо, – уверенно кивнул он.

– Опа, вы посмотрите, пацаны, кто у нас здесь такой смелый?! – Лапша вновь переключил всё внимание на моего приятеля.

Я было дёрнулся вперёд, но один из мордоворотов положил мне тяжёлую ладонь на плечо, прямо намекая на последствия. Внутри всё кипело, хоть я и понимал, что это действительно не мои проблемы. Но сильнее всего коробило то, что я здесь больше никого не знал, и если с Узким что-то случится, останусь совсем один в этом явно забытом богами мире. Не сказать, что я был сильно доволен знакомством с Узким, но тем не менее…

– А где здесь гостишка подешевле, не подскажете? – обратился я к одному из быков.

– Там, – махнул рукой вдоль здания он. – За угол завернёшь, и в торце дверь будет.

– Благодарю.

– Вали давай, пока ноги целы, – вместо «пожалуйста» ответил здоровяк, и я поспешил ретироваться.

На душе было погано. Но с другой стороны, а что я мог? У меня ведь даже ножа с собой нет, а этот Лапша – с пистолетом. Допустим, убивать в форте нельзя, но пуля в ноге – тоже не самое комфортное ощущение. И вообще, какого хрена я так распереживался за первого встречного? Ах да, он же мне жизнь спас…

– Ой, да пошёл он в жопу! – в сердцах выругался я.

– Не понял?! – донёсся пьяный голос откуда-то из темноты, и я ускорил шаг.

Не хватало ещё каких-нибудь приключений по пути подхватить. Ещё неизвестно, как мне разговор с Лапшой аукнется.

Я свернул за угол и увидел ту самую дверь, о которой говорил мордоворот. Её освещала одна тусклая лампочка, которую от дождя прикрывал старинный плафон в виде чаши. Стоп, это же и есть чашка. Обычная, эмалированная, в которой просверлили отверстие, чтобы просунуть провод. Да, похоже, с комфортом мне выспаться не светит. Нет, я вполне могу обойтись парой часов сна прямо в салоне машины, вот только её у меня угнали.

Я потянул на себя дверь и шагнул в такое же мрачное помещение, как и всё вокруг в этом мире. Справа от входа расположилась стойка администратора, забранная решёткой и явно не для красоты. Впрочем, вся атмосфера практически кричала о том, что безопасностью здесь не пахнет. Я подошёл ближе, чтобы получить информацию по поводу свободных мест, но обнаружил лишь пустой стул. Осмотрелся в поисках звоночка или хоть чего-нибудь, чем можно привлечь внимание работника, но ничего похожего не нашёл. А потому прибег к привычному методу.

– Эй, живые есть? – крикнул я в темноту.

– Да закрой ты хлебало, дай поспать! – вернулся нервный, приглушенный возглас откуда-то из глубины коридора.

– Чего орёшь? – внезапно прозвучал скрипучий голос за спиной, заставивший меня вздрогнуть.

– Господи, зачем так подкрадываться?! – возмутился я.

– Чего надо? – пропустив замечание мимо ушей, спросила бабуля.

О да, это была натуральна бабка, не побоюсь этого слова: карга. Скрюченные пальцы, морщинистая кожа, огромный нос с уродливой родинкой на самом кончике. Картину завершали редкие седые волосики и водянистые глаза. Однако бо́льшим шоком было обнаружить кобуру с пистолетом у неё на поясе. А вернувшись за стойку, она бряцнула ещё и дробовиком, отодвигая его на край стола.

– Ну чего замер, как столб? Комната нужна?

– Д… Да, – оправившись от шока, кивнул я.

– Три камня гони, – добавила старуха и, выдвинув ящик стола, выудила из него журнал. – Звать как?

– Денис… Ой, тьфу – Руль.

– Руль – сруль, – ухмыльнулась та, повторив фразу коменданта.

– А вот хамить не обязательно, – пожурил старую я.

– А ты что за цаца такая?! – подняла на меня взгляд та. – Ишь, слова ему не скажи. Чего вылупился? Заплачь мне здесь ещё.

– М-да, ну и порядочки тут у вас, – хмыкнул я.

– Новенький, что ли? – Мне показалось, что эту фразу бабка произнесла уже более мягко.

– Угу, – буркнул я.

– Кто там у нас сейчас президент-то?

– Да всё тот же, – пожал плечами я.

– Жив, чертяка, – улыбнулась старуха. – Чего встал, камни давай! Я из-за тебя уже журнал испачкала.

– Скажите, а у вас можно где-то одежду посушить?

– Можно Машку за ляжку, – хихикнула старая. – Посушим, отчего не посушить. Но это ещё камень добавить придётся.

– А может, и сменку какую найдёте?

– Ну, ты прям как на базаре. Ещё два камня. Размер у тебя какой?

– Пятьдесят четыре, – ответил я. – А нога сорок третьего.

– Нога-а-а – покачала головой та. – Это ты ещё четыре камня готовь.

– У вас что, ботинки дороже ночлега стоят?!

– Не нравится – бегай в тапочках по лужам, – пожала плечами она. – Ну? Будешь брать или где?

– Неси. – Я резко перешёл на «ты» и вытряхнул прозрачный камень себе на ладонь.

Бабка аж зачавкала, когда увидела такое «богатство». Она как-то странно усмехнулась и исчезла за дверью, что расположилась у неё за стеной, которую я даже не заметил в полумраке помещения.

– На вот, переоденешься в комнате, сырое сюда принесёшь. – Она сунула мне сложенную кучкой одежду, поверх которой находились очень даже приличные ботинки.

– Спасибо, – поблагодарил её я. – А ключ?

– Какой ключ? В пятый номер иди, там уже двое дрыхнут.

– Так это что, типа хостел, что ли?

– Чего? Какой ещё к лешему?.. Всё, иди давай, я тут с тобой весь день нянчиться не собираюсь.

И только я собирался переодеться в чистое, как позади скрипнула дверь и внутрь ввалились двое мужиков, с красными повязками на рукавах. Я, конечно, ещё не понимал всех порядков, но люди с такими же опознавательными знаками как раз охраняли ворота. Судя по всему, они здесь представители власти. Как их там называл Узкий? Впрочем, в качестве подсказки на красных повязках красовалась надпись «Дружина», вот и ответ.

– Руль? – прямо с порога спросил один из них, глядя мне прямо в глаза.

У меня внутри всё сжалось. Ну не бывает так, чтобы в первый же день мной вдруг заинтересовались власти. В конце концов, не из праздного же любопытства они это делают, что-то явно случилось и, скорее всего, нехорошее. Однако я всё же кивнул.

– Он самый, – добавил голосом я.

– Вы задержаны по подозрению в убийстве, – окончательно ошарашил меня дружинник, – И лучше не сопротивляйся, мы всё равно под зелёнкой.

– Да я вроде как и не собирался, – пожал плечами я. – Но вы что-то напутали. Я – новенький, в форте всего часа полтора.

– Разберёмся, – уверенно кивнул дружинник, но я почему-то ему не поверил.

– Даже не думай, пуля быстрее, – заверил меня второй, заметив, как я покосился в сторону тёмного коридора. – Пройдёмте, гражданин Руль, у нас к вам парочка вопросов.

– А кого хоть убили-то? – осмелился уточнить я.

– Узнаете на месте. Да шевели копытами, у нас уже смена закончилась!