Катерина Цвик
Наг для мятежной Дюймовочки

Пролог

Пролог

«Гены пальцем не зажмёшь», – подумала я, видя, как в сильных пальцах сестры от злости гнется вилка. И вот из неё мама когда-то хотела сделать балерину… М-да. Чтобы эта мечта осуществилась, ей нужно было искать нам другого папу. Но потом родилась я, и вот на мне она оторвалась. А все почему? Потому что гены – такие гены… Я пошла в бабушку, а та никогда не славилась богатырским телосложением. Наоборот, была тонка в кости и миниатюрна как… как я. Соседи до сих пор судачат, что мама меня нагуляла на стороне, но мне от папы-викинга – а иначе его стать я охарактеризовать не могу – достались густые светлые волосы, голубые глаза и характер, поэтому сплетню обсуждают без энтузиазма.

Зато в отцовстве Зои, моей старшей сестры, никто не сомневается. Высокая, статная, широкая в кости. Ей тоже достались папины волосы – ее косой можно было ненароком кого-нибудь прибить. Сейчас, правда, она сделала модную стрижку.

Характером Зоя пошла в маму – красивую фигуристую брюнетку. Сестра мгновенно вспыхивала, раздавала всем причастным и мимопроходящим люлей и считала, что точно знает, как и что нужно в этой жизни делать. Мы с папой только вздыхали. Терпение у меня от него. Вернее, как говорит сестра, адское терпение, неуместная интеллигентность, склонность к ностальгии и желание держать все переживания в себе.

Это я все к чему?

Потерла ноющее колено.

К тому, что прошлое нужно оставлять в прошлом и даже заглядывать туда очень аккуратно. А я… решила в канун нового года навестить в театре коллег. Уже бывших… Травма колена – и все, моей прежней жизни не стало. Я сама стала бывшей… балериной. Полгода собирала себя по кусочкам. Это как внезапно оказаться в другом мире и совершенно не знать, что в нем делать и как жить. Меня тянуло в театр, к станку, к прежней жизни. А курсы бухгалтеров, куда меня пристроила сестра, угнетали. Иногда от безысходности хотелось биться головой о стену, но я держалась, решив раз и навсегда изменить свою жизнь. Если я не могу танцевать, значит рядом с балетом мне делать нечего и нужно держаться подальше от всего, что с ним связано. Хотя бы поначалу…

Но сегодня, в канун нового года, я дала слабину и пришла в театр.

Меня узнали. А как не узнать, если мне прочили место примы? Всего год после училища, и уже такие успехи! Да, у меня было много завистников, но я не думала, что кто-то будет глумиться над той, кто решила одним глазком заглянуть за кулисы той жизни, о которой мечтала и которую потеряла.

Поглумились. Улыбаясь и выражая фальшивое сочувствие, попытались растоптать. Я не зря прошла школу балета – смогла уйти из театра с высоко поднятой головой, но то, что творилось сейчас у меня в душе, сделало мир вокруг черно-белым. Праздник? Новый год? Вы о чем?! Мне хотелось просто лечь и сдохнуть! Где лечь? Да хоть бы и здесь – посреди нашей с сестрой небольшой кухни.

Но даже этого я сделать не могла. Моя сестра-валькирия мне этого не позволит. Вернее, я сама себе этого не позволю по одной простой причине: мне жалко Зою. Она ведь тогда возьмет наш кухонный тесак, больше смахивающий на мачете, пойдет в театр и порубит там всех за сестру в капусту. Она может. В состоянии аффекта ее даже танк не остановит.

– Так, все! – Зоя отбросила погнутую вилку, и та со звоном свалилась на пол. – Они доигрались!

– Зоя, успокойся, – устало произнесла я и потерла ноющие виски. – Это жизнь. Когда кто-то падает с пьедестала, его стремятся запинать еще дальше, чтобы уж точно не поднялся. Я об этом забыла, и это мои проблемы.

Сестра зло поджала губы.

– Твои проблемы?! Ага, счаз! Это теперь их проблемы! – по азартно блеснувшим глазам валькирии я поняла, что она что-то задумала.

– Зоя, – я настойчиво посмотрела ей в глаза. – Не нужно.

– Да ну!

– Тебя посадят.

– Фи, можно подумать, я в каталажке ни разу не была.

Зоя была. Вот как раз за хулиганство и была, и именно мне поутру пришлось ее оттуда вытаскивать.

– Послушай… – устало вздохнув, начала я.

– Нет, это ты послушай! – ткнула она в меня пальцем. – Я не поленюсь, закажу ведро гнилых помидор и тухлых яиц и закидаю ими ваш театр тонким слоем. Чтобы уже на подходе к нему всех воротило. Понятно?! – Картинка мне неожиданно понравилось, и я на секунду даже зависла. Сестра это заметила и победно улыбнулась. – Вот! Наконец-то я вижу адекватную реакцию! А то как не родня. Где твой характер?! Пойдем вместе, поможешь мне яйца нести.

Я застонала и уткнулась лбом в стол. За что мне все это? Ну почему у всех родственники как родственники, а у меня… такая замечательная сестра.

Нет, она у меня правда замечательная, когда не хочет меня осчастливить или за меня отомстить. Но именно сейчас моральных сил бороться с ураганом в ее лице не было совсем.

Я повернула голову набок, укладываясь на стол уже щекой, и задумчиво посмотрела на пол. Может, и правда на него лечь и сдохнуть?

Сестра встала, пересела на стул рядом со мной и обняла.

– Эх, Дюймовочка ты наша. Плюнь на них. Пошли лучше со мной на новогоднюю вечеринку. Там сегодня все, кто не на смене. У нас хороший коллектив. Повеселимся. – От одного только словосочетания «новогодняя вечеринка» и «повеселимся» мне стало дурно, и я, вздохнув, перевернула голову на другую щеку. – Ну не дури. Сегодня нельзя просто отсидеться дома в одиночестве. Новый год же! Как его… – она защелкала пальцами, подбирая слова. – Время исполнения желаний! – У меня было только одно желание: вернуть свою прошлую жизнь. Но это невозможно. Поэтому я продолжила лежать на столе. – А может, домой поедешь? Ты же знаешь, родители тебе всегда рады.

Я вспомнила, как рвала и метала мама, когда оказалось, что после травмы коленной чашечки вернуться в балет не получится. Как она искала лучших врачей и требовала сохранить за мной место в театре. Как рыдала, будто это не я лишилась карьеры, а она, и все время причитала, какая же я бедная и несчастная. Пожалуй, лучше сдохнуть прямо тут – на полу кухни, чем так жестоко продлевать себе агонию.

Родители у меня замечательные, и мама в особенности. Но гиперопеки с их стороны я сейчас не выдержу. Хватает их постоянных телефонных звонков.

Я прикрыла глаза.

– Эй, ну не нужно так убиваться! Не хочешь к родителям – не надо. Пошли на вечеринку? Меня там такой парень дожидается – ммм… вкусный, как пироженка! – она мечтательно подкатила глаза. – У него, кстати, друг есть. Ничего так. Правда, очкарик интеллигентный, но тебе же такие нравятся. – Я постучала лбом по столу. Вот чего мне сейчас «не хватает», так это отношений. – Снежана, но это же выход! – всплеснула сестра руками, осененная идеей. – Ты ведь еще ни с кем толком не встречалась! Один балет этот твой и фуэте на уме были! Тебе уже двадцать, Снежана! Тебе парень… нет, тебе мужик нужен! Такой, чтобы ого-го! Чтобы фуэтэ на нем крутить! Так, чтобы мысли о балете на раз вышибало!

– Чем? – простонала я.

– Что чем?

– Мысли вышибал чем?

Отчего-то представлялся мужик, похожий на гамадрила, с дубиной в руках. И меня такой вариант не устраивал. (Гамадрил – вид обезьян рода павианов, подотряда узконосых обезьян. У самцов длинные, оригинально расположенные волосы на голове, плечах и груди образуют нечто вроде гривы. Седалищные мозоли красного цвета. – Прим. авт.)

– Как чем? – и похабненько так улыбнулась. – Дубинкой своей.

Воображаемый гамадрил взял в руки нечто иное, на что недвусмысленно намекала Зоя, и постучал им по другой ладони…

– Ты издеваешься? – покосилась я на нее.

– Ох, Дюймовочка ты моя… – Она погладила меня по голове. – Ничего-то ты в жизни еще не знаешь и не понимаешь.

Этот ее покровительственный тон всегда действовал мне на нервы. Будто между нами не четыре года разницы, а двадцать четыре. Нужно было прекращать себя жалеть и позволять это делать другим.

– Ну да, четыре года разницы делают тебя ну очень опытной в этом вопросе, – съязвила я. – На вечеринку не пойду. У меня… дел много, – выпрямилась и встала. – Но ты иди, нечего со мной сидеть.

– Ага, счаз! Дел у нее много! Стакан слезами еще наполнить не успела…

Зоя тоже встала и уперла руки в бока. Дома меня не зря называли Дюймовочкой – я в семье самая низенькая, а на фоне сестры вообще смотрелась ребенком. И теперь она возвышалась надо мной и давила… авторитетом. И вот когда она делала так, спорить с ней было чревато для здоровья.

– …Значит, так. Вечеринка будет в каком-то баре с кроличьим названием. Наши покреативили и решили, что отпраздновать там год кролика будет очень символично. Так что или ты надеваешь какое-нибудь платье и идешь со мной праздновать. Или я звоню маме и сдаю тебя с потрохами! – Я так и застыла, не веря услышанному. – Да-да! И нечего на меня так смотреть! Может, хоть у нее получится вставить тебе мозги на место. На вот, уши не забудь надеть, – и сунула мне в руки непонятно откуда взявшийся ободок с прикрепленными длинными черными ушками с розовой атласной сердцевинкой.

– П-почему черные? – невпопад спросила я.

– Так год черного кролика же. Все, у нас час на сборы, – и хлопнула в ладони.

Я вздрогнула и с тоской посмотрела в окно, на которое, шутки ради, Зоя успела приклеить улыбающуюся мордочку зайца. Покрутила в руках ободок и вздохнула.

Поплакать в одиночестве сегодня не получится…

***

Вечерний праздничный город радовал огнями гирлянд, вывесок, ярко украшенными витринами многочисленных магазинчиков и группками празднично настроенной молодежи.

Точно радовал. Я в этом уверена. Но не нас. Потому что таксист завез нас куда-то в спальный район, где светились только окна домов и изредка звучал смех проходящих мимо компаний. Они с интересом поглядывали на двух подмерзших ходящих кругами по их району девушек, одна из которых опиралась на палочку – мне без этого аксессуара пока никак.

– Да я точно тебе говорю: вот этот адрес!

– Хорошо. А бар твой заячий или кроличий где? – Мы снова обошли несколько домов по кругу и ничего не нашли. – Ты уверена, что тебе прислали правильный адрес?

– Да я сама его записывала! Собственными ручками! – вспылила сестра и ткнула мне огрызок бумажки прямо в лицо. – Вот! – и внезапно замялась. – Правда, там Толик муку рассыпал, гвалт поднялся. Я могла Аську и не дослышать… Мне ж еще за белковыми коржами в духовке нужно было следить. Их же чуть передержишь – и все! Фирменный торт не получится.

Я вздохнула и уже хотела посоветовать Зое еще раз позвонить коллегам по кондитерскому ремеслу, которые упорно сегодня не слышали наших звонков, и уточнить адрес, как мы завернули за угол и уставились на… бар. Перепутать это деревянное строение, украшенное огоньками, с чем-то другим было невозможно. Вывеска на нем гласила «На перекрестке».

Но самое удивительное было не это. Как мы могли не заметить его раньше?! Мы же тут уже пятый круг наматываем!

Мы с Зоей переглянулись.

– Кажется, нашли, – нерешительно произнесла она.

– А где твое кроличье название?

Тут дверь бара отворилась, на улицу вышла компания с надетыми на головы кроличьими ушками и, весело смеясь, скрылась за ближайшим домом.

Зоя посмотрела на клочок бумаги в руках, на молчавший телефон и заявила:

– Зайцы-кролики есть? Есть. Значит, нам туда. А название я могла и не услышать нормально. Говорю же: мука, Толик, коржи… – и, подхватив меня под руку, решительно поволокла к бару.

Я уже успела так продрогнуть, что была не против зайти хоть куда-нибудь, лишь бы в тепло. У Зои, несмотря на ее холодоустойчивость, тоже нос покраснел, а в глазах горело желание кого-нибудь убить.

Стоило нам подойти к двери бара, как она резко отрылась, и нам навстречу вывалилась целая компания смеющихся Дедов Морозов. Одеты они были по всей форме, к удивлению, даже бороды на их физиономиях смотрелись вполне натурально. Из образа выбивались только черные атласные ушки поверх их красных шапок с белой опушкой. Точно такие, как я «случайно» забыла дома.

Один из них поскользнулся на выходе и, пытаясь удержаться на ногах, толкнул меня. Несильно. Но с моей ногой и гололедом мне большего оказалось и не нужно. Я взмахнула руками – палка улетела в сугроб, я зацепила Зою, которая сегодня решила сразить коллег наповал и надела сапожки на высоченной шпильке, и мы с ней повалились на землю. Только эти Зоины шпильки и мелькнули.

И вот лежала я на снегу, смотрела в темное небо, ощущая, как ноет отбитая пятая точка и колено, а за шиворотом тает завалившийся туда снег, и понимала, что в новогоднюю ночь меньше всего ждала подвоха от Деда Мороза… А ведь вечер еще даже не начался…

Морозы тут же загомонили, помогли подняться, отряхнули нас от снега. Тот, что меня толкнул, подхватил под локоть и, виновато заглядывая в глаза, попросил прощения у меня и Зои. Но вокруг одновременно что-то говорили еще пятеро Морозов, и сосредоточиться на чем-то не было никакой возможности. Как-то незаметно мы с тоже ошалевшей сестрой оказались в баре. Зазвучала музыка, со всех сторон доносились смех, веселые возгласы, а Морозы, казалось, обступили нас стеной. Я окончательно растерялась, а когда пришла в себя, обнаружила, что без верхней одежды сижу с сестрой и толкнувшим меня парнем за столиком, а остальные бородатики сердечно с нами прощаются и желают счастливого нового года.

– Ага, – кивнула я уже вслед удалявшимся парням.

Да-да, назвать их дедами, несмотря на красивые окладистые бороды натурального вида, у меня не повернулся бы язык даже в моем растерянном состоянии.

– Что это было? – озвучила мои мысли пришедшая в себя Зоя.

– Я сильно перед вами виноват, – снова повинился Мороз и грустно сказал: – Друзья ушли по делам. Новый год все-таки. Мы сюда всего на минутку заглянули. Мне тоже пора, а я опять натворил дел.

– Опять? – вырвалось у меня.

– Да, как-то на новый год тоже вышла история. Только я там со снежными танцами перестарался, нечаянно вьюгу устроил, планы людям попортил, но все исправил! (Имеется в виду другая новогодняя история, «Дракон для беглой невесты», другая новогодняя история, где в начале принимает активное участие этот Дед мороз. – Прим. авт.)

– Исправил, значит, – скептически усмехнулась Зоя и сложила руки под грудью. Вырез её платья при этом красноречиво натянулся, и бородатик на несколько секунд на нём залип. Спохватился и, смутившись, отвел взгляд:

– Да. Только… запретили мне после этого так активно вмешиваться в судьбы людей… – Потянулся рукой к голове, собираясь снять шапку, наткнулся на ободок с ушками и, смутившись еще больше, снял их и покрутил в руках, не зная куда деть.

– Слушайте, – вздохнула я, ощущая, как уровень бреда в исполнении этого Мороза неуклонно растет. Нельзя так сильно вживаться в роль! – Все хорошо! Никто ничего не сломал. Вы извинились. Мы вас простили. Все! Вы полностью свободны и ничего нам не должны!

– Как это не должен?! – внезапно возмутилась Зоя. – Я из-за этого индивида прическу испортила! Вот смотри! – и продемонстрировала мне мокрые кончики выпрямленных волос. – Чуть каблук не сломала и получила моральную травму!

– Какую травму? – мы с парнем озадаченно переглянулись.

– Моральную! – весомо возвестила Зоя. – Эти бородачи видели мое… – она внезапно запнулась, огляделась и заговорила гораздо тише, многозначительно приподнимая брови. – Белье они мое видели.

Я озадаченно посмотрела на сестру. Вспомнила, как эффектно она падала, и признала, что да, белье ее они видеть могли. Но лично я бы в таком точно никогда не призналась! А она сидит, выразительно смотрит на Мороза и не краснеет даже. Зато краснеет он. Зоя, когда хочет, может смутить кого угодно.

Внезапно рядом появилась темноволосая красивая девушка в костюме кролика и спасла парня от еще большего покраснения.

– О! Новые посетители!

– Хозяйка! – облегченно выдохнул он. – Прекрасно выглядишь!

Брови девушки чуть приподнялись, и она положила руку на пояс, принимая эффектную позу. В ее костюмчике это было несложно. По-моему, ее хоть сейчас можно было фотографировать и смело помещать на первую полосу модного мужского журнала: кокетливые черные кроличьи ушки, жилетка с белыми отворотами и впечатляющим декольте, белые перчатки, черная коротенькая юбочка и чулки в мелкую сетку. Уверена, если она повернется тылом, то мы обнаружим на попе белый пушистый хвостик.

– Спасибо, конечно. Приятно услышать это от одного мужчины дважды за вечер. – Парень снова начал краснеть, а я поняла, что в этом баре есть еще одна особа, которая любит заставлять мужчин смущаться. Но она быстро над ним сжалилась: – Будете что-то заказывать?

– Да! – тут же отозвался Мороз. – Фирменный глинтвейн для начала будет в самый раз. Девушкам нужно согреться.

Хозяйка кивнула и величественно прошагала к барной стойке. Только тут я поняла, что еще так и не огляделась в этом баре. Это заведение было уютным, а новогодний антураж и веселые посетители создавали праздничное настроение. Даже у меня на душе стало как-то светлее.

Снова заныло колено, и я невольно поморщилась. Зоя это заметила, отвлеклась от бородатика и с тревогой посмотрела мне в глаза:

– Болит?

– Ноет. Ничего, скоро пройдет, – выдавила я улыбку.

Мороз с сочувствием посмотрел на меня, на прислоненную к стулу палку и, внезапно, будто решившись на что-то, сказал:

– Мне, конечно, вмешиваться запретили, но вот ему – нет!

Я глазам своим не поверила, когда увидела на его ладони вместо ободка с ушками их обладателя! В смысле, самого настоящего пушистенького черного кролика!

Зоя тоже опешила и широко раскрыла глаза:

– Откуда?! – и потянулась к нему. – Какой милашка!

Взяла кролика на руки и засюсюкала, поглаживая его по гладкой блестящей шерстке.

– Так год черного водяного кролика же. Он сейчас приходит, куда ни позовешь, – довольно улыбнулся Мороз.

– А почему такой маленький? – улыбнулась я, поддерживая эту игру и беря кролика у сестры.

Его носик смешно шевелился, а глазки-бусинки глядели на нас с удивлением.

– Так год только начинается, – усмехнулся парень. – К концу вы его не узнаете.

– Не сомневаюсь. А где ты его все-таки прятал? – спросила сестра, почесывая милаху за ушком.

Мороз как-то странно улыбнулся и не ответил. Подошла хозяйка заведения и поставила перед нами с сестрой высокие прозрачные бокалы с горячим ароматным глинтвейном.

– Так какое желание вы бы хотели, чтобы исполнилось в новом году? – внезапно спросил Мороз.

Улыбка пропала с моего лица. С новой силой заныло колено. Зоя невесело вздохнула, потом встрепенулась и, взяв бокал, с улыбкой произнесла:

– За новый год! И пусть наши желания сбудутся!

– За новый год! – поддержал ее Мороз и подмигнул кролику.

– За новый год, – тихо поддержала я, спустила ушастика с рук на стол и взяла бокал.

Внезапно кролик громко чихнул, и мне показалось, что наши с сестрой бокалы окутала прозрачная сверкающая дымка. Я моргнула.

Показалось.

Отпила глоток, ощутив, как на языке тают странные пузырьки. А потом мир мигнул, и я поняла, что алкоголь даже в маленьких дозах – зло.

Бар в одно мгновение изменился. Теперь мы с такой же ошалевшей, как и я, сестрой сидели за грубо сколоченным столом на деревянной лавке посреди какой-то средневековой таверны.

Но далеко не это было нашей главной проблемой.

Таверна была не пуста. И взгляды всех присутствующих здесь… существ… внезапно оказались скрещены на нас.

Подписывайтесь на новинки на странице автора, чтобы первыми узнавать о новых книгах:

https://www.litres.ru/author/katerina-cvik/?lfrom=196351992

Глава 1

Глава 1. Прикрывая спину

– Снежанка, прикрывай спину! – орала Зоя, размахивая отобранной у проходящей мимо зелененькой дамы чугунной сковородой.

На сковороде все еще что-то шкварчало, и от этого уровень опасности, исходящей от сестры, возрастал в разы. И в первую очередь я старалась сама не попасть под ее в прямом смысле горячую руку. В другой руке она держала туфлю с длинной шпилькой. Вторую она решительно всучила мне, после того как затащила на стол и увидела воинственно выставленную мной палку.

Я не была уверена, что подобное поведение – правильная тактика. Вполне возможно, что стоило забиться под стол и не отсвечивать. Но это не в характере моей сестры-валькирии, и у меня автоматически не осталось выбора.

А ведь все началось с обычного подката…

Мы с сестрой очумело оглядывались по сторонам.

Так не бывает. Бар не может измениться в один момент, а люди… перестать быть людьми.

Из ступора меня вывел невысокий ушастый гоблин. Был у Зои знакомый художник, который рисовал всяких фэнтезийных существ для одной онлайн-игры, и всегда, когда мы по какой-то причине пересекались, показывал мне свои работы и подробно о них рассказывал. Мне тогда было не очень интересно, но, видимо, в мозг что-то такое заронилось, раз я их так отчетливо сейчас вижу вокруг.

Гоблин, почесывая под жилеткой волосатую грудь и что пониже, вальяжно подошел к нашему столику и… предложил Зое уединиться. Предложил, правда, не так культурно. Я бы даже сказала – слишком прямолинейно, но…

Не знаю, видела ли Зоя то же, что и я, или глинтвейн только на мой мозг так подействовал, но это был ГОБЛИН! Зеленый, носатый, с ушами-лопухами и непропорционально длинными руками ГОБЛИН! Гоблин, прилюдно предложивший моей сестре… пусть будет уединиться – не повторять же за ним гадости! Сделать такой костюм невозможно. Точно так же, как и стать огромным красным орком с выступающими клыками или малюткой-гремлином, расхаживавшим по соседнему столу…

В общем, каюсь. Слабым звеном оказалась именно я. Мои нервы не выдержали. Никогда не видела Зою такой растерянной, а ситуация в принципе никогда не была такой дикой, и совершенно неожиданно во мне взыграл инстинкт защитницы. И плевать мне было, что передо мной не обычный человек, а гоблин, и что сейчас я вполне могла видеть вымышленных персонажей – поверить в реальность происходящего было очень трудно.

Обычно это Зоя всегда на острие атаки и вступается за меня, но и ее при мне никто еще не пытался обидеть или унизить, а те, кто имел такую неосторожность, огребали сразу и без вопросов. А тут Зоя беспомощно хлопала ресницами и пялилась на этого похабника! И я, не ожидая от себя самой, размахнулась и залепила зеленомордому хлесткую пощечину. Но немного не рассчитала – удар пришелся по самой выступающей части его тела – большущему носу с целым рядом колечек вокруг одной ноздри.

Гоблин взвизгнул, прикрывая его руками, а потом оскалился таким впечатляющим набором острых зубов, что у меня, наконец, включился инстинкт самосохранения.

И не только у меня. Зоя подскочила, отчего многострадальный нос гоблина уткнулся ей в пупок, и зарядила ему такую оплеуху, что он улетел к соседнему столу и сбил руку огромного красного орка, собиравшегося отпить из большущей кружки. Жидкость из кружки выплеснулось на маленького гремлина, который вышагивал перед громилой прямо по столу и что-то ему втолковывал.

Если до этого наше появление заметили и стали активно переговариваться, то после того, как облили гремлина, на бар опустилась тягучая тишина.

Гремлин несколько раз дернул головой, ме-е-едленно провел лапкой по миленькой мордочке, вытирая жидкость, а потом глаза его потемнели вместе с белками, и его затрясло.

Орк с досадой стукнул кружкой по столу, обернулся, чтобы схватить подбившего ему руку смертничка, но гоблин выставил палец с длинным загнутым ногтем в нашу сторону и неожиданно тонко запищал:

– Это они! Они меня толкнули!

Мне оставалось только удивляться детализации и яркости моих глюков.

Орк перевел взгляд на меня, на Зою, продолжавшую воинственно сжимать кулаки, и начал подниматься. Не знаю, что он хотел сделать и кого назначить крайним, но подняться так и не успел – в ухо ему прилетел такой мощный удар, что голова орка мотнулась, а взгляд поплыл. А вот не нужно было забывать про своего дружка гремлина!

Тот так стремительно менялся, превращаясь в страшное неуправляемое существо, что я сглотнула и попятилась, но уперлась в стол. В одно мгновение милый маленький гремлин стал выше, его мышцы взбугрились, став гипертрофированно огромными даже для его увеличившегося роста, а в глазах заплескалась тьма безумия. Я с ужасом поняла, что сейчас ему все равно кого бить или убивать.

Из-за столов повыскакивали посетители, а гоблин уже вопил во все горло и тыкал в нас с сестрой пальцем:

– Это они! Они во всем виноваты!

– Ах ты… – зашипела пришедшая в себя Зоя.

Она огляделась, заметила застывшую неподалеку официантку и выхватила из ее рук все еще шкворчащую сковороду, на которой та подавала какое-то мясо.

– Ну держись, носатый! – и замахнулась.

Жир плеснул в разные стороны, и от нас дружно отшатнулись. Гоблин снова тоненько заверещал и кинулся прочь. По пути подбил кому-то ноги, тот зацепил соседа, что-то звякнуло, разбилось, пролилось, зазвучали возмущенные выкрики. Тем временем полностью преобразившийся гремлин развернулся и бросился на бородатого мужика, который имел неосторожность икнуть и привлечь к себе его внимание. Взревел пришедший в себя орк.

Культурное заведение стремительно превращалось в эпицентр масштабной драки.

И вот тут Зоя потащила меня на стол. Мы встали спина к спине и судорожно оглядывались. Какой-то мужик попытался сунуться и к нам, но Зоя без затей метнула ему на лысину из сковороды все еще горячий кусок мяса с овощами и выставила свое орудие вперед на манер меча. Мужик взвыл и отскочил. Остальные временно забыли о двух невезучих девушках. Но надолго ли?

Я все никак не могла соотнести происходящее с той реальностью, в которой прожила все свои двадцать лет. Откуда здесь взялись все эти существа?! Вернее, откуда мы с Зоей взялись в месте, где они собрались? И вообще, что за беспредел вокруг творится?! Мысли метались в голове, и я никак не могла найти рационального объяснения происходящему. По тому, как озиралась вокруг сестра, я в этом была не одинока. Но, как бы эгоистично это ни звучало, сейчас я была дико рада, что оказалась в этой передряге не одна.

А может, все просто – у меня поехала крыша?

Мимо нас пролетел глиняный кувшин, впечатался в спину орка и разбился на мелкие осколки, оставив на его жилете алое винное пятно. Орк взревел, отбил атаку гномов, наседавших на него с разных сторон, развернулся и уставился на нас налитыми кровью глазами.

Пожалуй, сейчас я была бы даже рада, окажись происходящее обычным помешательством.

– Зоя, скажи, что я просто сошла с ума и мне все это кажется!

– Да без проблем! – нервно хохотнула сестра. – Тебе кажется! Я тебе больше скажу: нам эти глюки обеим чудятся. – Орк двинулся на нас, и Зоя, от души размахнувшись, саданула его сковородой. Та в руках сестры аж завибрировала. Но самое удивительное – громила пропустил этот удар и сейчас мотал головой и не мог сфокусировать взгляд. Но получился этот финт у Зои только потому, что орк отвлекся на ухватившего его за штанину недобитого гнома. К сожалению, громила слишком быстро приходил в себя, и что-то мне подсказывало, что в его случае сковорода больше Зое не поможет. Перехватила поудобнее туфлю и свою палку и приготовилась вступить в бой.

Внезапно дверь бара с грохотом открылась, впуская внутрь клубы морозного воздуха, и на пороге появились новые действующие лица. И вот тут нервно хихикнула уже я. Если происходящее все же плод моего воспаленного воображения, то с головой у меня точно что-то не так…

Я моргнула раз, другой, третий… Ничего не изменилась. Даже от орка отвлеклась.

На вновь прибывших почти никто больше не обратил внимания. Зато сами вошедшие повели себя неадекватно – они так радостно заулыбались, что мы с Зоей невольно отступили, забыв, что стол небольшой и край рядом.

– А это мы удачно зашли, – сказал высокий темноволосый мужчина и размял пальцы.

И все бы ничего, но рядом с ним стоял… эм… лежал… полз… пусть будет былмужчина, ниже пояса которого кольцами изгибался длинный темно-зеленый хвост! Но вот в верхней части это был блондин с аккуратно уложенными назад волосами до плеч, пронзительным взглядом голубых глаз, тонкими хищными чертами лица и внушительным разворотом плеч. И улыбался он при этом так, что сердце сбилось с ритма, а оно и так частило.

– Не то слово! – в тон ему усмехнулся он и посмотрел на нас с сестрой.

И был он настолько хорош собой, что я бы, наверное, даже назвала его мужчиной мечты, но… хвост! Большущий зеленый хвост, словно живущий своей жизнью и находящийся в постоянном движении! Он перечеркивал все достоинства! Как мое воображение могло породить такое?! Мужчина мечты – и с хвостом! Жизнь несправедлива…

Тем временем орк успел прийти в себя, в предвкушении оскалился и протянул к нам с сестрой свои ручищи. И такое у него при этом было кровожадное выражение на лице, что я, вскрикнув, выронила Зоину туфлю, перехватила двумя руками свою палку и изо всех сил начала дубасить громилу.

Зоя не отставала. И ее удары явно были повесомей моих. Но на этот раз орк не растерялся – отобрал у нас сковороду и палку, откинул куда-то в кучу малу драчунов и, не успели мы с сестрой опомниться, закинул нас на плечи! А здоровенные, как снегоуборочные лопаты, ладони положил на наши пятые точки! Хорошо, что я сегодня надела узкое платье до колен, и оно не задралось. Зое повезло меньше, но орк как-то даже любовно его поправил и погладил чувствительное к неприятностям место.

У меня аж дыхание перехватило от такой наглости! А Зоя завизжала так, что орк неодобрительно шлепнул ее по попе. Мы с сестрой переглянулись, и я увидела в ее глазах решимость не сдаваться до последнего. Не сговариваясь, мы начали молотить здоровяка кулаками по чему придется. Но он, не обращая на это внимания, широкими шагами направился к выходу!

– Помогите! – закричали мы с Зоей в два голоса.

Но, похоже, с орком связываться никто не торопился. И быть бы нам вынесенными в зимнюю метель, но прямо перед дверью он наткнулся на брюнета и блондина с хвостом.

Мужчины скрестили руки на груди и не сдвинулись с места.

– С дороги! – взревел орк.

– Отпусти девушек.

Будь я на месте громилы, точно бы отпустила – так внушительно блондин это произнес.

– Это теперь скволки Джуя. Джуй так решил, – пробасил орк, поглядывая на живое препятствие с высоты своего немалого роста.

– Если ты получил от них по морде, это еще не значит, что ты им нравишься. Они не орчанки. Отпусти по-хорошему, – с угрозой потребовал блондин.

Громила сплюнул на пол:

– А то что?

Ответил ему хвостатый ударом в челюсть. Голова орка дернулась. Но это лишь его больше взбесило. Он дико зарычал, но черноволосый поднял руку и стукнул раскрытой ладонью, на которой поблескивала какая-то странная дымка, ему прямо по лбу. Орк покачнулся и начал заваливаться назад.

Пол стремительно приближался к моему лицу. Но вдруг я почувствовала, что меня от громилы отрывают чьи-то сильные руки, и несказанно обрадовалась! Я готова была вцепиться в спасителя всеми конечностями. Что и сделала, ухватившись за шею мужчины и прижавшись к нему всем телом.

На грохот обрушившейся на пол туши обернулись все присутствующие. Каким-то чудом орк даже умудрился никого не придавить. Мы с Зоей, оказавшейся на руках брюнета, смотрели на все, пребывая в священном ужасе. В зале повисла угрожающая тишина.

Внезапно её нарушил такой громкий ввинчивающийся в мозг храп, что все вздрогнули. Орк уснул!

Нет, так не бывает! Как он мог заснуть посреди драки?! Или брюнет знает какие-то суперсекретные точки на теле человека… эмм… орка.

Я наконец смогла нормально вдохнуть и посмотрела на того, кто держал меня на руках. Блондин. Вблизи он оказался еще красивее. И смотрел так серьезно, что я оробела. А еще, вдыхая его приятный древесный запах, увидела маленькие прозрачные чешуйки на его висках и очень сильно захотела до них дотронуться и проверить, не кажутся ли они мне.

– Джу-у-уй! – внезапно заверещали позади.

Я обернулась и увидела прыгнувшего на стол в глубине зала гремлина. Он посмотрел черными глазами на орка и перевел взгляд на нас. Его мордочку исказило такое выражение, что даже я поняла – сейчас нам будут мстить за друга. Не зря же они сидели за одним столом, и орк даже не пытался ответить ему на оплеуху.

– Гремлин, надо же… – брови блондина удивленно взметнулись вверх.

– Ты как хочешь, а мне нужно выпустить пар, – хищно улыбнулся брюнет, прижимавший к себе мою сестру.

Он опустил ее ноги на пол и начала закатывать рукава черной рубашки.

– Дитер, я все понимаю, но с нами девушки. Давай не будем их еще больше пугать.

Брюнет с досадой посмотрел на друга:

– Аншас, после моего Звездного зелья ты всегда такой серьезный, аж тошно!

– Ну должен же хоть кто-то сохранять ясность ума.

– Больше тебя на дегустацию не позову.

– Н-ну-ну, – скептически ответил хвостатый.

Мы с сестрой только ошалело то смотрели на мужчин, то переглядывались.

Тем временем гремлин в несколько длинных прыжков оказался к нам совсем близко, и я не успела испугаться еще больше, как длинный хвост блондина откинул его к стене.

– Открывай портал, – потребовал он, и брюнет сокрушенно вздохнул.

Но глянул на Зою, продолжавшую смотреть на все происходящее большими глазами, и улыбнулся.

– Таким прекрасным дамам здесь действительно не место. Кстати, как вы здесь вообще оказались? – поинтересовался он, чертя рукой в воздухе какие-то замысловатые знаки.

Мы бы и рады были ответить, но сами не знали и не понимали как. И он действительно открыл портал! Старые пуанты, портал! Как иначе объяснить марево, в которое нас с Зоей понесли? Я от шока даже не зажмурилась во время перехода, только сильнее вцепилась в Аншаса.

Перед глазами блеснуло, я на несколько мгновений потеряла возможность видеть, а потом поняла, что эту новогоднюю ночь никогда не забуду.

Если переживу ее.

Глава 2

Глава 2. Этот безумный-безумный мир…

Разбитые стулья, опрокинутый стол, какие-то осколки – вот что я увидела, когда проморгалась. В комнате, куда мы попали после перемещения, все оказалась перевернуто вверх дном. Но даже не это было самым устрашающим – посреди этого хаоса стояла… лежала… ползла… была красивая разъяренная блондинка с таким же зеленым хвостом, как у Аншаса. Она все еще была чем-то взбешена и искала, чего бы еще разгромить. Но наше появление переключило вектор ее внимания. И прямо сейчас мне показалось, что в той таверне было не так уж негостеприимно.

– Аншас! – возопила она и бросилась к нему.

И вот тут я поняла: мой конец близок. Сейчас эта ненормальная вместо хвостатого разорвет меня, и плевать ей будет, что я вообще-то ни при чем. Не знаю, чем ей так насолил блондин, но мне очень хотелось жить.

– Стоять!.. – неожиданно для самой себя гаркнула я.

Да так, что зазвенело в ушах. И, к моему удивлению, меня послушались! Застыли все! Блондинка тоже. Она замерла с разведенными то ли для удушения, то ли для страстных обнимашек руками и уставилась на меня, недоуменно хлопая глазами.

– …Отпусти, – повернула я голову к Аншасу, и он действительно поставил меня на пол.

Неожиданно сильно прострелило колено. Я поморщилась. Мужчина дернулся поддержать, но я вскинула ладонь, останавливая любые движения присутствующих. И под их недоумевающими взглядами, прихрамывая, ухватила Зою за руку и поковыляла к выходу.

Потом решила, что так просто уходить некрасиво. Все же эти двое спасли нас из лап орка, да и молчат как-то слишком недоуменно, даже недавняя разъяренная фурия. И я, отшвырнув с дороги обломок стула, остановилась:

– Спасибо большое за наше спасение. Мы вам искренне благодарны, – и пошла вперед к вожделенной двери.

Тут в себя пришла Зоя и, вспомнив, наконец, что она моя старшая сестра и обычно такие решительные действия предпринимает именно она, добавила:

– Готовы ответить тем же. Но позже, когда придем в себя и развидим эту чушь. Кстати, красавчик, у тебя сильные руки, – подмигнула брюнету. – А ты, хвостатенький, разберись сначала со своей девушкой, а потом мою сестру на руки хватай. В общем, не теряйтесь, – дверь за нашими спинами захлопнулась.

Мы выдохнули. Огляделись.

Обнаружили, что стоим в коридоре какого-то дома, а нам навстречу идет классический такой дворецкий. Он с достоинством нас оглядел и спросил:

– Дамы?

– Ну не кавалеры же, – проворчала Зоя. – Слушайте, где тут у вас выход? Не знаю, как мы сюда попали, но если верить своим глазам и выводам, то становится страшно за свои мозги. Нам срочно нужно вернуться домой, выспаться и понять, что нам все это приснилось. – По мере того, как она говорила, брови мужчины – слава богу, совершенно обычного, с двумя ногами – поднимались. Зоя поняла, что несет что-то не то, проглотила следующую фразу и рубанула: – Короче! Такси тут есть? – Глянула на экран своего смартфона и нахмурилась. – А то сеть не ловит. Опять в новый год сотовые компании халтурят. – Мужчина почему-то молчал. – Ладно, все тут у вас какие-то… непонятные, – недовольно проговорила она, явно имея в виду более емкое выражение. – Выход тут где?

Мужчина указал в сторону, откуда пришел. И теперь уже впереди шагала Зоя, а я, хромая и стараясь не сильно наступать на правую ногу, шла чуть позади. При этом мы не разжимали наших рук. Внезапно показалось, стоит нам их разъединить – и все! Наш общий глюк станет отдельным, и мы друг друга уже не найдем.

Оглядывать чужой дом было некогда, но даже так я успела отметить его богатое и со вкусом подобранное убранство. Входная дверь и та смотрелась монументально. Мы устремились к ней, как к спасательному кругу, надеясь увидеть на улице очертания привычных домов и улиц, найти такси и умчаться от этого безумия как можно дальше.

***

– Обалде-е-еть… Ты тоже это видишь? – спросила Зоя, провожая взглядом нечто, напоминавшее огромную ящерицу, запряженную в карету.

– Не-е-ет, Зоя. Я отказываюсь это видеть, – растянула я губы в подобии улыбки, когда маленькая зелененькая девочка-тролль в яркой меховой жилетке приветливо помахала мне рукой. – Осталось только розового единорога увидеть – и можно смело сдаваться в дурку.

– Даже не знаю, что тебе и сказать… – произнесла Зоя, провожая взглядом всадницу с длинными эльфийскими ушами. – Единорога мы-таки увидели. – Эльфийка и правда ехала на лошади с длинным рогом посередине лба.

– Только он не розовый, а белый, – вздохнула я. – Так что тут пятьдесят на пятьдесят… Можно сдаваться в дурку смело, а можно – робко шаркая ножкой…

– Кстати, о ножках, – Зоя перевела страдальческий взгляд на свои ступни.

– Зоя, ты босиком?!

– Ага. Туфли в таверне потеряла. Красивые были туфли…

Тут дверь за нашими спинами распахнулась, и мы увидели взволнованные мужские лица.

– Вы здесь! Куда же вы пошли?! Без верхней одежды и… босиком! – брюнет подхватил Зою под руку и настойчиво потянул обратно в теплый дом.

Я все еще держала ее ладонь и вошла следом, чтобы… снова оказаться на руках блондина!

– Вы чего?! – возмутилась я.

На горизонте злых орков и гремлинов не имелось и ездить на руках мужчины не было никаких причин.

– У вас нога болит. Это в таверне повредили? Кто? Вернусь – им самим ноги поотрываю, – слишком серьезно заявил хвостатый, занося меня в гостиную, где вполне мирно среди подушек восседала уже известная нам с сестрой девушка. Она командовала дворецким, накрывавшим небольшой стол для чаепития.

– Не в таверне. И поставьте меня на пол. Это давняя травма. Я уже к ней привыкла.

Брови на переносице мужчины сошлись, образовав тонкую глубокую морщинку. Захотелось разгладить ее пальцем…

И откуда только эти дикие желания?!

Тем не менее отпустил он меня не сразу, все же донес до дивана и усадил, а сам пристроился рядом. Этим мужчина отчего-то смутил меня даже больше, чем когда нес на руках. Ощущать, что рядом сидит не обычный человек, а полузмей, и почти касается моего бедра чешуйчатым хвостом… странно. До этого я видела змей только в серпентарии, куда наш класс ходил с экскурсией. И тамошние обитатели меня не впечатлили, а полудохлый питон, с которым нам предложили сфотографироваться, вызвал только жалость. А тут… снизу – хвост, а сверху – совершенно обычный человеческий торс. Очень развитый мужской торс, облаченный в белую рубашку и нечто вроде пиджака замысловатого кроя.

Зоя молчала и тоже выглядела непривычно смущенной. И я этому даже не удивилась – не каждый день перед тобой на ковре сидит мужчина и согревает ладонями «маленькие» девичьи ступни сорок первого размера. При этом я точно видела, что вокруг его рук, словно нагреваясь, подрагивает воздух.

– Какие забавные человечки! – внезапно весело заявила забытая за всем этим блондинка. – Где вы их нашли?

– Несси, это неважно. Лучше объясни свое… экстравагантное появление в столь поздний час, да еще в праздник. Как мать тебя отпустила?

– Аншас, – тут же состроила она жалостливую мину. – Я думала, ты будешь рад меня видеть.

– Несси… – с угрозой повторил он.

– Что сразу Несси?! – всплеснула она руками и обиженно отвернулась.

– Прекрати, пожалуйста, этот спектакль. Подобное могло бы сработать, если бы не погром в комнате, который ты устроила. Это, к слову, моя любимая гостиная.

– А эта чем тебе не нравится? – удивленно повела она рукой.

– Несси, – очень серьезно произнес блондин, – ты сбежала из дома?

Девушка сначала насупилась, а потом вспылила:

– Ну а что мне было делать?! Меня хотят выдать замуж! Представляешь?!

– Представляю. И, насколько знаю, до этого дня ты была не против.

– Но я-то думала, что мама договаривается с родителями Сушана! А оказалось…– она внезапно всхлипнула и расплакалась, – мне сватают его старшего брата Шанаса-а-а, – завыла она.

– Не вижу в этом никаких противоречий. Они такие же родители Шанаса, как и Сушана.

– Но я люблю Сушана! – сквозь слезы, на которые Аншас не спешил реагировать, сверкнула она глазами.

– Так уж и любишь?

– Ты не понимаешь! Он красивый, обходительный и… и целоваться умеет!

– О да, это, конечно, главные добродетели мужчины.

– Да! – решительно заявила она. – А ты сам-то видел этого Шанаса?! Он же старый! Старше меня на девять лет! И вообще только смотрит на меня и молчит. Молчит и смотрит, – девушка демонстративно вытаращила глаза, показывая, как именно Шанас это делает. – А еще не забывай, мы с тобой из ветви Шассур!

– Это что-то меняет?

Девушка от этого замечания аж подскочила, схватила одну из лежавших рядом подушечек и запустила в блондина.

– Аншас! Я хочу почувствовать Притяжение!

И так это сказала, что сразу стало понятно, что это нечто большее, чем просто слово.

– Но ты сама говорила, что не против выйти за Сушана. И, как я понял, Притяжение к нему ты не испытываешь.

Щеки девушки заалели.

– Ну-у-у оно ведь не всегда прямо так сразу появляется, а он… – блондинка замялась.

– А он целуется хорошо, я понял, – задумчиво кивнул Аншас и закинул руку на спинку дивана.

Я отметила, что девушке не больше восемнадцати, и она очень похожа на Аншаса, к тому же, чувствовалась между ними какая-то общность. Сестра?

– Так, – кончик хвоста мужчины стукнул по полу. – Сегодня ты уже никуда не пойдешь, а завтра…

– Аншас! – взмолилась она, складывая перед собой руки с таким взглядом, что у меня дрогнуло сердце.

Но я все еще не верила в реальность происходящего и не понимала, как ко всему относиться. И это я еще не заостряла внимания на том, где мы вообще находимся… в глобальном смысле. И как вернуться домой… Я вообще пока старалась сосредоточиться на сиюминутных раздражителях, опасаясь, что еще немного и у меня внутри что-то рванет.

Вот, например, у девушки проблема – не определилась она чего от жениха хочет и хочет ли вообще. А еще чешуйки на хвосте Аншаса очень интересные – меняют цвет в зависимости от расположения. Интересно, хвост и правда есть или это слишком натуральны глюк?

Я в который раз скосила на него взгляд. Никто ведь не заметит, если я его потрогаю? Мне же надо убедиться…

Я посмотрела на девушку, умоляюще взиравшую на блондина, на него самого, сосредоточенно хмурившего брови, и мизинчиком потрогала хвост.

Непонятно. У меня с детства, после того как я чуть не отморозила этот палец, плохая чувствительность. Подключила к исследованию безымянный. Чешуйки и в самом деле есть, они теплые, гладкие… Для чистоты эксперимента я даже не смотрела на хвост, уже не доверяя собственным глазам.

Внезапно хвост блондина обвился вокруг моих щиколоток, а рука, лежавшая до этого на спинке дивана, опустилась на плечо:

– Эм, а что это ты делаешь? – спросил он с бархатной хрипотцой в голосе.

Я хлопнула ресницами раз, другой. Опустила взгляд на свою руку, которой все еще прикасалась к его бедру, и только тут до меня дошло, что если это не одежда, то…

Я посмотрела на присутствующих. Все с любопытством смотрели на нас. Я сглотнула. Даже у Несси выражение лица стало озадаченным, что смотрелось забавно в сочетании со сложенными в мольбе ладонями.

– Э-э-э… – мое лицо залила краска смущения.

Никогда я не была в такой идиотской ситуации.

– Ой, да ладно вам! – пришла мне на помощь Зоя. – А что бы вы делали, если бы первый раз в жизни увидели мужика с хвостом вместо ног? Я бы тоже не отказалась потрогать. Кстати, Снежан, он холодный и сколький?

Я медленно мотнула головой. Рука на моем обнаженном предплечье с каждой секундой жгла кожу все больше, а хвост по щиколотке поднимался все выше. Что этот блондинистый гад делает?!

Я решительно сбросила его руку, высвободила ноги и отсела подальше, сцепляя пальцы.

– Первый раз? – удивился Аншас и пристально посмотрел мне в глаза. Я кивнула. – Из какой же глуши вы прибыли и как оказались в той забегаловке в такую ночь?

Что ответить, я не знала.

– Нас опоили, – уверенно заявила Зоя. И все взгляды скрестились на ней. – Нет, ну а как можно объяснить то, что мы зашли в бар, отпили по глоточку глинтвейна и оказались в незнакомом месте в окружении орков, гремлинов, гномов и прочей… – она повертела перед собой кистью, пытаясь подобрать подходящее слово, но, махнув рукой, продолжила: – Нет, я бы поняла, если бы это произошло в конце вечера после большой дозы алкоголя, но мы ведь только пришли! Дед Мороз перед нами распинался, извинялся и что-то говорил про желания, а…

– Дед Мороз? – внезапно перебил ее Аншас и подозрительно сощурился. – Это который дед, но не дед? В красной шубе и шапке?

Я закивала, а блондин с брюнетом так красноречиво переглянулись, что стало понятно – они что-то знают!

– Вы знаете его? И что с нами произошло? – я переводила взгляд с одного мужчины на другого.

А Несси сидела с таким счастливым видом, что Зоя не выдержала:

– А ты чему радуешься?

– Это же так интересно! Что за дед? Что он сделал? При чем тут мороз? И вообще…

– Так, – кончик хвоста Аншаса снова стукнул по полу. – Рассказывайте все с самого начала. Есть у меня догадка, что с вами произошло, но я должен убедиться.

Глава 3

Глава 3. Так не бывает

Пружина событий этого вечера закручивалась слишком стремительно. И все же прежде, чем что-то кому-то рассказывать, нужно было начать не с Деда Мороза. И хвост сидящего рядом мужчины, который и на ощупь оказался хвостом, был этому ярким доказательством. Как говорится, па-де-де нужно начинать с антрэ. (Па-де-де – так можно назвать любой парный танец в балете. Это французское слово ("pas de deux") и означает примерно "шаг вдвоём". Антрэ – красивый выход пары в центр сцены. – Прим. авт.)

– Для начала, – откашлялась я, – нам всем не мешало бы представиться.

По тому, как округлились глаза присутствующих, я поняла, что события развивались слишком быстро не только для меня.

– Да, конечно, – чуть склонил голову блондин. – Прошу нас простить за столь вопиющую неучтивость. Позвольте представиться. Меня зовут Аншас – наг старшей ветви Шассур.

– Наг? – невольно вырвалось у меня. Про нага я только читала в рассказе Киплинга «Рикки-Тикки-Тави». Было там два отрицательных героя – кобры по имени Наг и Нагайна. А тут получается, что…

– Да, это наша раса. – Я кивнула, не в силах больше удивляться. – Это моя младшая сестра Нессиания – нагайна старшей ветви Шассур. А это мой друг маркиз Дитер Парнский.

Брюнет учтиво кивнул и улыбнулся.

– Тоже наг? – спросила я, не доверяя сегодня своим глазам. Мало ли, может, у него прямо сейчас хвост вырастет, а ноги – временная трансформация.

– Нет, – сдержав улыбку, ответил Аншас. – Дитер обычный человек, но маг.

– Маг, значит… – Зоя окинула продолжавшего сидеть на ковре у ее ног мужчину задумчивым взглядом. – Это ты ею меня сейчас греешь?

– Да.

– А погорячее сделать можешь?

– Могу.

– Ой, не сейчас! – внезапно взвизгнула Зоя.

– А когда? – Дитер заинтересованно вздернул бровь.

Зоины глаза чуть сощурились, но я уже знала, что сейчас маг получит очень интересный ответ:

– В кухне. Вот там я люблю погорячее, – мечтательно протянула она и даже закатила глаза. Брюнет сглотнул. – Ты не представляешь, какой десерт из взбитых белков можно забабахать, имея такие способности!

– Десерт? – Теперь уже вверх взметнулись две его брови.

– Да-а-а, – она снова прикрыла она глаза в предвкушении. – Такие сладкие белые вершинки…

– Вершинки… – завороженного глядя на Зою, повторил Дитер и остановил взгляд на ее внушительной груди.

– Да. Хрустящие сверху и мягкие внутри, – тут она открыла глаза и деловито добавила: – Но это будет только полуфабрикат. Я еще планирую кремовую прослойку с орехами…

Шутка сестры, по-моему мнению, была неуместна. Мы знаем этих мужчин всего ничего, а Зоя провокации затеяла. Мало ли, как они могут на подобное отреагировать. А потому я поспешила вмешаться:

– Это Зоя Белова, моя сестра. Она кондитер, поэтому о десертах может говорить часами и очень образно. – Вздохнула. – А меня зовут Снежана Белова.

– А ты чем занимаешься? – спросил брюнет, продолжая коситься на грудь Зои.

Я втянула носом воздух. Что мне ответить? «Я потеряла дело всей жизни и теперь просто никто»?

– Снежана – балерина, – вместо меня ответила Зоя и поджала губы.

– Бывшая, – резко ответила я.

Хотелось вскочить и уйти, но в том-то и дело, что идти некуда. А потому еще больше выпрямила спину и уставилась невидящим взглядом в пространство.

В комнате повисла неловкая пауза.

– А кто такая балерина? – разбила ее заинтересованным вопросом Несси.

– Танцовщица, – ответила Зоя. – Наша Дюймовочка была одной из лучших, но полгода назад повредила колено и теперь ищет для себя другое занятие.

– Танцовщица… – разочарованно протянула нагайна.

Ее тон неожиданно сильно задел, и не меня одну.

– Снежана с малых лет пахала в залах, чтобы стать лучшей. Пахала так, как некоторым и не снилось, до кровавых мозолей на пальцах и гудящих мышц. Не видела развлечений и нормального детства. Она знает о танце, музыке и искусстве побольше всех нас вместе взятых! И если бы вы видели, как она танцует…

– Зоя, не нужно, – остановила я сестру. Колено неожиданно сильно заныло, и мне стоило труда не поморщиться. – Это в прошлом.

– Но…

– В прошлом, – надавила я голосом.

Нэсси потупилась, но тут же вскинула полные сочувствия голубые глаза и спросила:

– И что, лекари не смогли вас излечить?

– Нет, – ответила, пытаясь совладать с комом в горле.

Прошло уже много времени, а я никак не могу относиться к этому спокойно.

Мужчины переглянулись.

– Думаю, к этому вопросу мы еще обязательно вернемся, – неожиданно ненадолго обвив мои щиколотки хвостом, произнес Аншас. – А сейчас мы бы хотели услышать полную историю вашего попадания в таверну.

Рассказывать начала Зоя. Я не была уверена, что после поднятой темы голос меня не поведет, и сестра это поняла. Она довольно подробно рассказала о наших поисках бара и как мы в него попали. Не обошла стороной Деда Мороза и даже кролика.

– …мы и пригубили глинтвейн, а потом внезапно обнаружили себя сидящими за другим столом в окружении каких-то сказочных существ.

– И… – я вспомнила небольшой факт, который сейчас уже не казался случайным глюком. – Мне показалось, что когда тот черный кролик чихнул, наши бокалы обволокла странная дымка. – Под внимательными взглядами присутствующих я стушевалась. Теперь мои слова показались глупостью. – Мне могло показаться… Я не уверена…

– Нет-нет, это очень важное замечание, – прервал мои оправдания Дитер. – Учитывая, что ваш Дед Мороз сказал, что ему запретили таким образом вмешиваться в судьбы людей, неудивительно, что он нашел того, кто смог. А кролик… Визуализация духов бывает разная. А то, что это очень сильный дух, нет никаких сомнений.

Брюнет задумался, а я выдохнула. Все-таки меня не посчитали фантазеркой, или, и того хуже, умалишенной.

– Так вы знаете, что с нами произошло и как мы оказались в таверне? – с надеждой спросила я.

– И вообще, где мы, собственно, оказались? Всегда считала, что на Земле живут только люди, а про магию можно прочитать только в сказках, – задала вопрос и Зоя, и у меня в ожидании ответа сжалось сердце.

– Может, сначала попьем чайку? – внезапно предложил Дитер и нарочито весело улыбнулся. – Аншас заказывает его у эльфов. – Наши с Зоей взгляды были так красноречивы, что маг предпочел скомкать фразу и закашлялся. – Он у них очень ароматный… Кхм…

После всего увиденного я готова была поверить в любое объяснение, даже в то, что в новый год некоторые люди превращаются в сказочных существ, или что где-то запрятан такой вот город, населенный странными расами, куда мы каким-то образом попали. Но реальность смогла преподнести сюрприз.

– Так вы не с Рерингаса?! – всплеснула руками Несси и восторженно округлила рот.

– Что такое Рерингас? – с подозрением спросила Зоя.

– Наша планета. Ее создал Великий Дракон и оживил своим дыханием. Именно этот день мы сегодня и празднуем. А вы разве нет? И кто такой этот ваш Дед Мороз? Сильный маг, да? А…

– Нэсси, пожалуйста, помолчи немного, – строго остановил поток ее вопросов Аншас, подсел ко мне, взял за руку и заглянул в глаза. – Снежана, – произнес, чуть смягчая «ж», от чего мое имя прозвучало теплее, и посмотрел на такую же ошарашенную Зою. – Девушки, боюсь, что вы оказались в другом мире. Он называется Рерингас, его населяет множество разных существ, и… вы не первые попаданки. Похоже, это произошло по вине все того же волшебника, что и в прошлый раз.

– В прошлый раз… – повторила я, глядя ему в глаза и пытаясь увидеть фальшь или смешинки, которые бы говорили о том, что он так жестоко шутит.

– Да, несколько лет назад именно в эту же ночь благодаря вашему Деду Морозу в наш мир попала другая девушка. От нее мы узнали о вашем, как вы его называете, волшебнике.

– Другая девушка?!

– Да, она до сих пор живет здесь, и мы смогли переправить сюда ее родителей.

– То есть проход между мирами есть, и вы можете вернуть нас обратно?! – Зоя вскочила на ноги и нечаянно наступила на руку брюнету.

Тот зашипел, сестра отскочила, зацепилась за ножку столика, покачнулась, но Дитер успел ее подхватить за локоть и притянул к себе, поглаживая по спине в попытке успокоить.

– Извини, – она виновато посмотрела на его руку. – Так что там насчет возвращения?

– Боюсь, что с этим вопросом могут возникнуть проблемы… – ответил маг.

– Проблемы? Какие проблемы? – вцепилась я в руку Аншаса.

– Эм… – Дитер перевел на меня взгляд и замялся.

Но вместо него ответил блондин:

– Дело в том, что в вашем мире мы были всего раз и то случайно. Дегустировали экспериментальный настой Дитера и… открыли портал. Но как мы это сделали – не помнит никто. (Здесь маг имеет в виду момент из другой книги цикла «Мир Рерингас» «Дракон для беглой невесты». – Прим. авт.)

– Что за настой? – тут же спросила Зоя. – Может, стоит снова его продегустировать? – и с надеждой посмотрела на разминавшего пострадавшую ладонь мага.

– Все не так просто. Эффект после его приема каждый раз непредсказуем, – он почесал пальцем висок, и по выражению его лица стало понятно, что эффекты изучались долго и со вкусом, но прогнозируемого результата не получили ни разу. – К тому же, даже если это у нас получится, мы не можем быть уверены, что вы из того же мира, что и предыдущая попаданка. По информации из старинных трактатов, миров бесчисленное множество и некоторые очень похожи.

– Что же делать? – пробормотала я, осознавая, как сильно мы попали.

Даже для сумасшествия это было слишком, а потому я поверила, что происходящее – правда.

– Главное, не нервничать. Если мы нашли путь единожды, сможем повторить это снова. Просто понадобится некоторое время. В прошлый раз мы особенно не изучали тему, и все получилось случайно, но вот если ею хорошенько заняться…

– Правда?

– Конечно, – улыбнулся Аншас, и мне очень захотелось ему верить. Очень-очень захотелось.

– Так вы нам его откроете? В смысле, поможете вернуться обраться? – уточнила Зоя.

– Поможем, но вы должны понимать, что это может получиться далеко не сразу.

– И что нам все это время делать? – растерялась я.

Представила, сколько проблем нас ожидает. И это не считая того, что помогать возвращаться нам никто не обязан, несмотря на заверения, и не побежит теряя тапки тут же искать возможность переноса – у всех есть свои дела.

В комнате повисла тишина, которую внезапно нарушила Несси:

– Аншас, я их забираю! – и, гордо выпрямившись, привстала на хвосте.

В комнате снова воцарилась тишина. Не знаю, как Зоя, а я подобной перспективы отчего-то испугалась.

– Нессиания, – тихо и спокойно произнес сидящий рядом наг, но мне показалось, что в комнате похолодало, – напомни мне, дорогая, почему в Ночь Создания ты оказалась у меня дома, а не танцуешь на балу во дворце родителей?

Несси немного стушевалась, но тут же снова расправила плечи:

– Аншас! Но это же такой шанс!

– Какой шанс?

– Если я появлюсь сейчас с ними во дворце, все тут же забудут о моей выходке с побегом. Я ведь сбежала до оглашения помолвки с Шанасем. И теперь у меня будет оправдание. Родители не поссорятся с ветвью Нисшас, а у меня появится время, чтобы уговорить их отложить, а потом и вовсе отменить помолвку.

Говоря это, девушка на глазах воодушевлялась и под конец горела таким энтузиазмом, что я стала опасаться, что теперь уже она перекинет нас с Зоей через плечо и потащит в нужном ей направлении.

– Как занятно. То есть моя сестричка решила использовать несчастных дезориентированных попаданок для решения своих проблем. Я так понимаю, спрашивать девушек, хотят ли они сейчас куда-то с тобой отправляться и выступать цирковыми мышками перед толпой аристократов, ты не собираешься. И что с ними будет дальше, тебя тоже не интересует.

– И-интересует, – растерянно захлопала глазам девушка.

Она явно не подумала о таких «мелочах».

– Знаешь, кем оказалась предыдущая попаданка?

– Н-нет.

Мужчина неожиданно поморщился:

– Неважно, но если кто-то узнает, что в нашем мире появилось еще две такие же, то пока досконально их не изучат – в покое не оставят. Наша ветвь, конечно, достаточно влиятельна, но сама знаешь, что от некоторых особ не сможем защитить даже мы.

Девушка совсем сникла и виновато на нас посмотрела:

– Извините, я не подумала.

– И это твоя главная проблема, – смягчившись, произнес Аншас. – Ты не хочешь думать.

А мне стало страшно. Как теперь быть?!

– Так, я не поняла, – уперла руки в бока Зоя. – Кем оказалась та попаданка и чем это чревато для нас?

– Пока ничем, – серьезно ответил блондин. – Надеюсь, все здесь присутствующие сохранят это известие в тайне, – и пристально посмотрел в глаза Несси и Дитеру. Те кивнули. – А насчет предыдущей попаданки… Это государственная тайна, но о ней уже и так знают все кому не лень. – Вздохнул. – Она поглотитель. Если кратко, то она поглощает любую направленную на нее враждебную магию, а потом может делиться ею. Это большая редкость в нашем мире.

В комнате снова повисла тишина, и тут меня озарило:

– Но ведь Дитер смог воздействовать на Зою и согреть ей ноги. Значит, она не поглотитель!

– Не факт… – задумчиво протянул маг. – Но можно попробовать другой способ проверить вас обеих.

И тут же запустил в нас с сестрой по маленькой острой льдинке. Я невольно вскрикнула, когда она кольнула меня в плечо, зато Зоя, как всегда, отреагировала радикально.

Раздался звук шлепка, и маг ухватился за вмиг покрасневшую щеку. Оплеухи Зоя за покушение на свое личное пространство раздавала на раз. А тут укол в руку, пусть и слабый, но неожиданный

– Это что сейчас было?! – возмутилась она.

– Всего лишь проверка, – потирая щеку, нахмурился Дитер.

– А чего-нибудь другого придумать не мог? А то сразу иголками колоть начал!

– Я же боевой маг, а не целитель. Еще алхимик. Как смог, так и воздействовал.

– Мог он, – потирая руку, пробурчала Зоя и отступила от него на шаг.

– Теперь по крайней мере мы знаем, что вы не поглотители. Уже легче, – улыбнулся, сглаживая ситуацию Аншас.

– А кто тогда? – все еще недовольно поглядывая на мага, спросила сестра.

– Может, и обычные люди. В любом случае сейчас не время в этом разбираться. Уже поздно и всем нам нужно отдохнуть.

– А я?! – внезапно воскликнула Несси. – Ты разрешишь мне остаться у тебя?

– Сегодня – да. Но завтра ты отправишься домой и объяснишь свое поведение матери. Не верю, что она бы тебя не выслушала, поговори ты с ней нормально.

– Но, Аншас! Я же…

Наг жестом остановил сестру:

– Поговорим об этом позже. Уже слишком поздно и девушкам нужен отдых. Сейчас провожу их в гостевые комнаты, и мы с тобой поговорим.

– Но… – мне хотелось сказать, что я сейчас слишком возбуждена, чтобы улечься спать, к тому же так и не поняла, чего ждать от будущего.

Но Аншас сжал мою руку и произнес:

– Снежана, поверь, мы во всем разберемся и решим, как действовать дальше. Но уже слишком поздно, нам всем нужно набраться сил. Завтра на свежую голову подумаем.

Возразить было нечего, но кое у кого возражения все же нашлись:

– А поесть? – возмутилась Зоя. – Мы, между прочим, на ужин только глоток глинтвейна сделали!

Блондин, к моему удивлению, смутился, и чешуйки на порозовевшей коже у висков проступили отчетливее.

– Прошу меня простить. Я оказался негостеприимным хозяином и не подумал об этом. Шелдон, – позвал он застывшего в дверях гостиной дворецкого, – организуй нам ужин. – Но тот не пошел тут же исполнять пожелания, а замялся. – В чем дело? – приподнял бровь наг.

– Видите ли… Обычно, вы проводите праздники вне дома, и на это время я отпускаю кухарку. Ужин готовить некому.

– Шелдон, уверен, что-то в кухне все-таки есть. Будь добр, организуй нам легкий ужин. Сегодня переживем без деликатесов. Все равно в праздничную ночь мы ничего нигде заказать не сможем.

Дворецкий неуверенно кивнул и удалился.

Мне есть совсем не хотелось. И я была бы рада оказаться наконец наедине с собой и обдумать произошедшее, но у Зои в стрессовых ситуациях аппетит всегда распалялся, и бедному Шелдону все же придется что-то придумать для нее. Голодной Зоя не заснет, а если Зоя не спит, то больше в доме не спит никто, если, конечно, это не входит в ее планы.

– Аншас, мы можем поговорить наедине, – позвала брата Нэсси, как только дворецкий скрылся из виду.

Она явно нервничала. Ее выдавал хвост, кончик которого нервно дергался из стороны в сторону.

– Я уже и так показал себя негостеприимным хозяином, чтобы сейчас оставлять прекрасных дам. Давай переговорим после ужина.

– Аншас, пожа-а-алуйста… – она состроила такую умильную рожицу, что отказать было невозможно.

– Хорошо, отойдем к окну, там мы сможем не мешать нашим гостям и обсудим, что тебя так волнует.

– Братик, не отправляй меня домой! – услышала я ее еле слышные воззвание, как только они отошли. – Я правда думала, что мама сговаривается с родителями Сушана! А тут мне говорят, что в зале меня ждет Шанас. Что я должна была делать?!

– Как минимум – нормально поговорить с матерью, – строго ответил ей наг. – Ты подумала об ее репутации и репутации нашей ветви? Как мы все теперь выглядим в глазах общества после твоего исчезновения посреди праздника? Я не говорю уже об отношениях со всей ветвью Нисшас.

– Аншас… – на глазах девушки заблестели слезы, и наг укоризненно покачал головой.

– Нэсси, вернуться домой и обсудить все с матерью и отчимом необходимо. Силком замуж тебя никто не потянет. И ты это знаешь не хуже меня.

Я мелкими глотками пила чай и непроизвольно прислушивалась к их беседе. По тому, что никто из оставшихся не торопился начинать разговор, было понятно, что всем интересно, что решит Аншас.

– Я боюсь, – внезапно призналась девушка.

– Тебя точно никто не съест. Тем более когда узнают, что все это время ты провела в моем доме.

– Ну пожа-а-алуйста, поехали со мной, – в ее красивых, полных мольбы глазах застыли слезы.

– Хорошо, – выдохнул блондин, но мне отчего-то показалось, что он в любом случае отправился бы с сестрой, но специально ее накручивал. – Я поеду с тобой и попробую уладить недоразумение. – Девушка тут же воспряла духом, но блондин продолжил: – Но! Слушаешься меня беспрекословно! Скажу извиниться – извинишься. Скажу на голове танцевать – танцуешь. Это понятно?

– Понятно, – радостно вскинулась она и разве что в ладоши не захлопала.

– И… эльф-лекарь еще служит в замке? Давно там не был.

– Да, он все еще лучший мамин лекарь.

– Значит, от тебя требуется договориться с ним о сеансе диагностики и лечения. И мать в это не втягивай!

– Аншас! Ты же знаешь, этот заносчивый эльф слушается только ее. А все остальное время проводит в своей лаборатории и плевать хочет на просьбы окружающих.

– А кто сказал, что будет легко? – пожал плечами блондин. – Или мне с тобой не ехать?

– Ехать! – невольно вскрикнула Несси и тут же зашептала: – Есть у меня пара мыслей, как его вытащить из лаборатории. А зачем тебе лекарь?

– Хвост себе прищемил, – с укором посмотрел он на сестру.

– В смысле? – она отклонила корпус вбок, чтобы оглядеть хвост брата.

– Я сказал надо – значит, надо.

– Но у тебя же с хвостом все в порядке. Или ты имел в виду другой хвост?

– Какой еще другой хвост? – подозрительно свел брови Аншас.

– Ну… – потупилась Нэсси, поглядывая брату в район… пусть будет поясницы. – Подружки рассказывали, что у мужчин есть еще один, но маленький…

– Так! – оборвал он ее на полуслове. – Замуж тебе и правда рановато. Да и с мамой нужно поговорить, чтобы ослабила опеку. А то восемнадцать лет, а иногда ведешь себя, как сущий ребенок! – и направился к нам.

И, наверное, хорошо, что при этом он не увидел мелькнувшую на губах сестры улыбку. Кажется, кто-то только что хорошенько потроллил брата.

Глава 4

Глава 4. Хуже точно не будет!

Тик-так, тик-так, тик-так…

После того, как дворецкий закончил накрывать на стол, ход больших напольных часов в углу комнаты стал слышен особенно отчетливо.

Все молча смотрели на главное блюдо вечера, установленное посередине стола, и, полагаю, думали о том, как бы от него отказаться. Но больше всего лично меня беспокоила мысль: как можно было ТАК приготовить самое простое блюдо из возможных?!

– Эм, – Зоя пожевала губу. – Шелдон, я так понимаю, вы женились очень рано. Можно сказать, попали в руки жены прямо из родительского гнезда.

Застывший в полупоклоне дворецкий удивленно посмотрел на мою сестру:

– А как вы узнали?

– Видите ли, я не знаю ни одного холостяка, который бы не смог нормально поджарить яичницу. Бог с ним с омлетом, туда еще молока добавить нужно и взболтать, что не всем под силу, но… глазунья! Шелдон, глазунья?! – Мы все смотрели на горку поджаренных яиц, и я была согласна с Зоей. Перед нами не было ни одного нормально приготовленного яйца! Одни были почти сожжены, другие сырые и растеклись чуть белесым белком по дну блюда. – Неужели вы ни разу не стояли у плиты?

Дворецкий потупился и даже порозовел:

– Стоял… Рядом. Видите ли, моя жена и есть кухарка хозяина, а она, зная мои кулинарные «таланты», никогда не позволяла мне приближаться к плите ближе, чем это требовалось, чтобы забрать готовое блюдо. Сегодня она уехала к родителям, давно у них не была, а праздничный ужин, конечно, мне оставила, но… его уже нет. Я дам ей знать, и завтра к обеду она уже будет дома и сможет приступить к своим обязанностям.

– Почему же вы не поехали вместе с ней? – удивилась Зоя, беря аккуратно нарезанный хлеб и кусок колбасы. Ножом, слава пуантам, Шелдону пользоваться разрешали.

– Как можно оставить дом без присмотра?! – наигранно возмутился он. Но потому, как передернул плечами, стало понятно, что перспектива ехать в гости к родителям жены радовала его так мало, что он готов был провести праздник в одиночестве.

– Спасибо, Шелдон, – произнес хозяин дома. – Пожалуй, мы перекусим бутербродами и фруктами. – Дворецкий кивнул и поспешил ретироваться, но у выхода его остановил оклик Аншаса: – Только яйца забери. Уж извини, но их вид портит аппетит даже мне.

Мужчина снова кивнул, порозовел еще больше и забрал злосчастное блюдо со стола.

– Н-да, раз уж тут у нас такое дело, думаю, не помешает скрасить скудность ужина напитком, – скривился Дитер и начал делать какие-то пассы рукой.

– Ну спасибо, друг, за поддержку.

– Всегда пожалуйста, – усмехнулся маг и достал из небольшого портала темный бутыль.

– И чем ты нас хочешь напоить? – скептически изогнул бровь Аншас. – Учти, свои экспериментальные настойки можешь не предлагать.

– Обижаешь! «Звездная пыль» сейчас в процессе сертификации. Это даже не алкогольный напиток, а тонизирующий. Напоминает любимый ликер твоей матери.

– Может, тогда не стоит его пить на ночь глядя? – с сомнением посмотрела на бутыль Зоя.

– Нет-нет! Ничего такого! Все отлично заснут.

– Дитер, может, ограничимся чем-то более классическим? – нахмурился блондин.

– Аншас, ты знаешь, у меня сегодня был не самый лучший день. И заметь, я даже не выпустил пар в той забегаловке, на что очень рассчитывал. Ужин и тот получился у твоего дворецкого… запоминающимся. Единственное положительное событие – знакомство с нашими обворожительными попаданками, – он подарил нам с Зоей обаятельную улыбку. – Так давай уже отпразднуем эту встречу как следует.

– Дитер, я знаю твои настои, и меня гложат сомнения в предсказуемости их действия.

– Ты бьешь все рекорды по занудству! – нахмурился маг. – Сегодня праздник! Заметь, практически для всех присутствующих – испорченный праздник. Хуже точно не будет!

– Согласна, – поддержала его Несси, грустно вздыхая.

– По-моему, это не самый лучший девиз вечера, – нервно рассмеялась я, глядя, как Дитер разливает по маленьким рюмочкам почти черный тягучий напиток, в глубине которого и правда словно поблескивала звездная пыль.

– Снежана, этот ликер еще у самого императора станет любимым! Можешь мне поверить. К тому же мы по чуть-чуть, и алкоголя в нем практически нет, – и подмигнул, поднимая рюмку. – За прекрасных дам!

Наверное, все дело в том, что происходящее все еще казалось нереальным, а может, просто хотелось расслабить закрутившуюся внутри узлом пружину, но я поддержала тост и попробовала «Звездную пыль».

Хм… Сладенько. Вкусненько. А какое послевкусие на языке! Ммм…

***

– Ммм… – простонала я, выплывая из странного сна и потягиваясь.

Сон был забавным и увлекательным. Приснится же такое! Другой мир, разные расы, наги и маги со своими срывающими тормоза безалкогольными напитками. Хорошо, что это только сон.

Я чуть не захихикала, вспоминая подробности после момента употребления «Звездной пыли»: Нэсси внезапно захотела петь, и Аншас достал странную штуковину, похожую на допотопный патефон, из раструба которого полилась приятная веселая мелодия. Не сказать, что слух у девушки совсем уж отсутствовал, но местами ее песня звучала отдельно от музыки. Это не портило впечатление, да и голос у нее был приятным. Интереснее стало, когда она под наши аплодисменты вручила местный аналог микрофона Аншасу. Тот сразу отдал его Дитеру. А вот маг отказываться не стал и запел таким глубоким низким тембром, что Зоя поплыла, а я затаила дыхание, наслаждаясь красотой голоса и по-новому глядя на мужчину.

Под конец песни ощутила на себе чей-то недовольный взгляд. Обернулась. Меня сверлил взглядом хозяин дома.

– Дитер, дай и я попробую что-нибудь спеть, – проворчал он, отпивая «Звездной пыли».

– Ты же не хотел?

– Я передумал, – и почему-то скосил взгляд на меня.

– Никогда не слышал, как ты поешь, – передал ему микрофон маг. – Интересно послушать.

– Я тебе больше скажу, – удивленно глядя на брата, сказала Несси. – Даже я никогда этого не слышала.

Тем временем Аншас поставил какую-то плавную мелодию, прикрыл глаза, чтобы от всего отрешиться, и запел…

Уже при первых звуках его голоса мы все остолбенели, потому что рев раненого бизона в период гона точно мало чем отличался от звуков, которые самозабвенно выдавал мужчина. Музыка при этом жила собственной жизнью.

Под напором обрушившейся на нас песни мы некоторое время оторопело переглядывались, а потом в глазах Несси стали зарождаться смешинки. Они перекинулись к магу, потом к Зое и, наконец, не оставили равнодушной и меня. Улыбку скрыть не удалось никому, хотя лично я пыталась изо всех сил – наг ведь очень старался! Но когда он закончил, открыл глаза и вопросительно посмотрел на нас, Дитер сумел состроить серьезную мину и выдавил, стараясь скрыть смех:

– Это было… сильно. Но, друг, прими совет: больше не пой. Пожалуйста.

Аншас, к моему удивлению, грустно улыбнулся и искоса глянул на меня.

– А ведь я всегда мечтал петь. Но не судьба. Даже лучший друг не оценил моих стараний.

– Прости, но тут без вариантов.

– Зато я сумел вас впечатлить, – его улыбка стала лукавой.

– Не то слово, братик! – не выдержав, расхохоталась Несси.

И тут уже засмеялись мы все.

– Ты меня извини, но если нам понадобится оружие массового поражения, я предложу тебе микрофон. Ты сразишь всех наповал! – вытирая слезы, простонал Дитер.

– Не дождешься, – усмехнулся Аншас. – Я твою «Звездную пыль» больше в рот не возьму. Только из-за нее я мог решиться на такую авантюру, – и снова бросил на меня лукавый взгляд.

– Ну-ну, – почему-то тоже глянул на меня Дитер.

– Ну все! Давайте танцевать! Праздник продолжается! – И Несси, поколдовав над патефоном, включила зажигательную мелодию.

Вы когда-нибудь видели, как танцуют наги?

Это нечто! Особенно, когда мужчина в танце прижимает тебя к себе и смотрит так, что его глаза сверкают, как золотая пыль (И почему-то я на это очень остро реагировала… Ох, не иначе это действие коварного напитка!), и хвост у них при этом живет своей жизнью. Я это поняла, когда мы остановились и огляделись.

Кто говорил, что первая гостиная, в которой мы побывали, была разгромлена? О нет! Разгром мы наблюдали только сейчас. Это что-же у них за силища такая?! И почему мы не слышали звука бьющейся посуды и разваливающихся диванов?!

– Н-да… Нужно было пойти в зал… – глубокомысленно произнес Дитер, почесывая затылок. – Обычно наги контролируют себя… О! Зато моя пылечка жива! – и достал из обломков стола целый и даже не пустой бутыль «Звездной пыли»…

Дальше мы перешли в другую комнату, чуть поменьше, и решили играть в фанты. Вот где Зоя оторвалась на полную катушку! Под предлогом различных заданий и их исполнения она успела потрогать хвосты нагов, изучить их чешуйки, задать парочку провокационных вопросов и даже подколоть на тему маленьких хвостов. Из-за чего Аншас так посмотрел на свою сестру, что та, хихикая, спряталась за спину Дитера. Но апофеозом игры стали мужские петушиные пения в два голоса, исполняемые посреди улицы перед домом. Благо к тому времени большинство добропорядочных граждан отдыхали дома.

Но после этого пришлось отдуваться и нам. И уже мы в три женских голоса кричали посреди улицы: «Розовые пони – тоже единороги! Верните животным рога!»

Ради такой цели Зоя даже надела сапоги мага и его пиджак. А мне и Несси досталась верхняя одежда Аншаса. Выглядели мы забавно. Но редких прохожих поразило не это, а отстаивание сумасшедшими прав розовых пони.

Что было потом – помню смутно. Кажется, мы на что-то спорили, а потом пошли спать.

Да уж, приснится же такое!

Я снова улыбнулась, перевернулась на другой бок и уткнулась носом в чью-то грудь. Мускулистую мужскую грудь. По крайней мере именно она маячила перед глазами, когда я в недоумении их распахнула. Я даже хорошенько проморгалась, пытаясь осознать, что мне это не кажется, а потом ме-е-едленно подняла голову.

«Кто там говорил, что хуже уже не будет? Я Несси это еще припомню…». Именно такие мысли вместе с четким осознанием, что произошедшее было не сном, пронеслись в голове, когда я встретила странный, будто выжидающий, взгляд Аншаса.

– Доброе утро, – тихо произнес он.

– Ты уверен? – вместо приветствия вырвалось у меня.

– В чем? – уголки его губ чуть дрогнули.

– Что оно доброе.

– Уверен, – все-таки улыбнулся он. – У тебя есть сомнения?

Я продолжала смотреть ему в глаза и только благодаря излучаемому им спокойствию не вскочила, как ужаленная, а призналась:

– Еще какие. – Я сглотнула. – А… как мы оказались в одной постели? И вообще… Я плохо помню, чем закончился вчерашний вечер.

И покраснела, представив, чем он мог закончиться, если рядом со мной лежит голый мужик. Вернее, наг.

Никогда не думала, что не вспомню свой первый раз, и уж тем более что моим первым мужчиной будет… наг. Где хоть у него его маленький хвост прячется? Так глянешь – ничего непонятно. Но на виду точно не болтается. Он тоже зелененький? Отличается от человеческого?

Старые пуанты, о чем я только думаю?! И откуда у меня это в голове?!

От собственных неприличных мыслей покраснела еще больше и опустила глаза. Невольно скользнула взглядом по груди нага и попыталась отодвинуться подальше. Но тут мой взгляд зацепился за его… ноги! Хотелось, как недавно Зоя о глазунье, воскликнуть: Шелдон, ноги?!

– Как это? – я неприлично ткнула в них пальцем.

Может, вчера я и правда надышалась какого-то газа, раз мне мнился другой мир и хвостатые люди?

– Что? – Аншас тоже посмотрел вниз и его глаза расширились. – Шагрулиевы слизни… Это что такое?! – и откинул с бедер одеяло, под которым ничего не оказалось. Вернее, оказалось и вполне себе не маленькое и не зелененькое, но точно перебор для моей психики.

– А-а-а! – взвизгнула я и с перепугу накинула на мужчину свое одеяло, укрыв его с головой, а сама скатилась с постели и застыла рядом, не зная, куда бежать и что делать.

Глянула на себя, увидела вместо привычной пижамки какое-то коротенькое нежно-розовое безобразие на бретельках. В это время Аншас откинул одеяло и уставился на меня.

– А-а-а! – снова взвизгнула я, на этот раз осознавая в каком виде нахожусь, и запустила в него попавшейся под руку подушкой.

Бах! Дверь от сильного толчка почти слетела с петель, и на пороге показался Дитер с фаерболом в руке, а следом ввалилась со шкворчащей сковородой наперевес Зоя и встрепанная Нэсси, в руках которой я заметила длинный тонкий стилет.

– Что здесь происходит?! – гаркнул маг, рассматривая перепуганную меня и Аншаса.

Тот попытался встать, но ко всеобщему удивлению не удержался на ногах и рухнул за кроватью. – Шагрулиевы слизни, – послышалось оттуда уже знакомое ругательство.

Появилась чуть встрепанная голова блондина. Опираясь на руки, он начал медленно подниматься под нашими ошарашенными взглядами. Наконец выпрямился, еле удерживаясь на ногах – длинных, мускулистых, ничем не прикрытых ногах – и сложил на груди руки.

Меня возмутило, что все внимательно уставилась на него, и отправила подушечку прикрыть самое ценное. И ни руки, ни ноги при этом не использовала! Просто очень сильно захотела прикрыть наготу… уже не нага!

Мужчина с удивлением уставился на нее, скрипнул зубами и придержал рукой. Вряд ли он привык прикрывать эту часть тела. По крайней мере, кроме рубашки и местного пиджака я на нем раньше ничего не видела.

– Аншас… с тобой все в порядке? – удивленно смотрел на него Дитер. – У тебя ноги…

– Нет! – зло зашипел тот. – Дитер, разве не видно, что со мной все не в порядке?! – и, сузив глаза, добавил: – Это ты!

– В смысле? – лицо мага вытянулось.

– Чем ты меня напоил, что у меня появились ноги?! – Посмотрел на меня. Наклонился, чуть не завалившись от такого простого движения, поднял с пола одеяло и протянул мне. Потом недовольно снова потребовал у Дитера ответа: – Что ты со мной сделал?

Я подхватила одеяло и укуталась, снова не двигаясь с места и не используя рук. Как я это сделала – не знала. Я уже ничего не знала…

– Это не я! Моя «Звездная пыль» на такое не способна. Максимум, что она делает – снимает внутренние зажимы и страхи.

– Ага, я помню, – покосился на меня. – Тогда откуда у меня вот это?! – и красноречиво показал на ноги.

– Так, я не поняла. Кипиш только из-за ног? – вмешалась в разговор Зоя, опуская сковороду и поправляя чуть не выпавший из нее блинчик. – Снежана, ты как? Не приставал этот двуногий ночью?

– Зоя, Аншас – приличный наг! – почему-то потрогал собственную скулу маг, – Кхм… был наг. У него теперь есть ноги…

– Ноги, руки, хвост за подушечкой. Не вижу повода для паники, – взмахнула рукой со сковородой Зоя. Блинчик снова чуть не вывалился.

Я вообще перестала что-либо понимать.

– То есть ты знала, что со мной в постели будет спать мужчина, и допустила это?! —вычленила я главное.

– Все было не совсем так. Мы были немного не в себе и поспорили. Ты проиграла.

– Поспорили с тобой… Тогда почему я оказалась в постели с ним? – глянула на Аншаса, порозовела и снова перевела взгляд на сестру.

– Можно подумать, ты не помнишь.

– Не поверишь – не помню! – я всплеснула руками.

– У-у-у… – Зоя внезапно заинтересованно уставилась на блинчик в сковороде, взяла его и откусила. – Так и знала, что сахара мало добавила. Нужно срочно исправлять! Да и с местной плитой я еще не до конца разобралась. Вдруг в мое отсутствие рванет. Короче, вы тут разбирайтесь, вспоминайте вчерашний вечер, а мне пора! – И, жуя блинчик и причитая, что «ай-ай-ай, сахарку-то нужно добавить», вышла.

– А с плитой Зоя сама и правда пока не очень. Пойду ей помогу, что ли. А то, не дай Великий дракон, и в самом деле рванет, – заторопился следом Дитер.

– Какая плита?! При чем тут рванет? – нахмурился Аншас. – Верни мне хвост, ненормальный!

– Да не виноват я ни в чем! И моя «Звездная пыль» тоже. Ищи другие варианты своих метаморфоз, – бросил уже от двери Дитер и, захватив с собой недоуменно хлопавшую глазами Несси, ушел.

И даже дверь прикрыл. Аккуратненько. Иначе она могла не выдержать и свалиться.

Мы с Аншасом переглянулись и оба смутились.

Блондин посмотрел на подушечку в руке:

– Н-да, пожалуй, для начала стоит одеться. Правда, человеческой одежды у меня нет, но что-нибудь придумаю, – и направился, а вернее попытался направиться, к неприметной двери, за которой, скорее всего, находилась гардеробная. – Да что же это такое?! Как вы на них ходите?! – поднимаясь с пола после очередного падения, возмутился мужчина. Подушечку поднять тоже не забыл.

Эх, ну почему она у него только одна? Так ведь и косоглазие заработать можно.

– Аншас, если завернешься в одеяло, я могу помочь тебе дойти, – сжалилась я, наблюдая за его неуклюжими движениями.

Наг упорно пытался ползти, стоя на ногах. Как иначе объяснить его странные телодвижения корпусом и бедрами, я не знаю. И ведь даже видеть этого не должна была. Специально демонстративно смотрела в другую сторону, чтобы не смущать мужчину и не смущаться самой. Но любопытство… Нет, нужно срочно брать себя в руки, а то мне и правда грозит косоглазие.

– Спасибо, – поиграл желваками. – Я сам.

Упрямо попытался пройти вперед и снова завалился.

– Анш…

– Я сам! – перебил он, снова поднимаясь на ноги.

Я обиделась и демонстративно отвернулась всем телом. Я же из лучших побуждений! А он, вместо того чтобы принять помощь, продолжает страдать ерундой.

Звуки за спиной изменились. Я насторожилась – уж очень они оказались странными. Не выдержала и обернулась.

Аншас приседал! Неуверенно, но явно пытаясь прочувствовать мышцы. При этом на его лице застыло странное выражение. Как-то его охарактеризовать я затруднялась, но, встретившись со мной взглядом, он неожиданно улыбнулся.

– Так необычно! Всегда удивлялся, как вы на них ходите, а тут сам… – покрутил стопой, поднял и опустил колени. Подушечку из рук не выпускал. За что ему моя большая благодарность. – Совершенно другая техника движения. Не сразу разобрался, но сейчас должно получиться. – И он вполне нормально, лишь слегка неуверенно, сделал несколько шагов. – А в этом что-то есть! – как-то по-мальчишески улыбнулся он и уже уверенно пошагал дальше.

Надо же, как быстро он обучается. Хотя, судя по состоянию доставшихся ему ног и ягодиц – да-да, для движения они тоже важны! Именно для движения! – они сильные и вполне пригодные для ходьбы.

– Здесь и твое вчерашнее платье, – донеслось из гардеробной. – Сейчас принесу. Прости, пока ничего другого предложить не могу. Ночную рубашку выделила Нэсси, хотя для нее это скорее удлиненный топ. Другая ее одежда тебе вряд ли подойдет, да и не держит она ее у меня. Так, пару вещей на всякий случай.

Я вздохнула. Поправила сбившееся вниз одеяло, прикрывая кружевное розовое недоразумение. Как я только согласилась его надеть? Явно была не в себе. В принципе, сорочка красивая, но на мне весьма провокационная. Непонятно лишь, как все это допустила Зоя?! Она уже давно пыталась меня познакомить с кем-то из своих знакомых и вообще устроить мою личную жизнь, но до подкладывая в постель к малознакомым мужчинам еще не доходило. Непохоже это на нее. Нужно во всем разобраться, но начинать разговор на эту тему как-то неудобно.

Я невольно покосилась на дверь, за которой скрылась наша утренняя делегация. И почему мне кажется, что «Звездная пыль» Дитера не такая уж безобидная штука, как он говорит? Может, это из-за нее по моему хотению тут подушки и одеяла летали? А ноги? Откуда у нага взялись ноги? Может, эта «Звездная пыль» каким-то образом желания исполняет? Непонятно только чьи. Вряд ли мои. И пили ее все, а странности случились только со мной и Аншасом. Значит, дело не в ней. Или не совсем в ней.

Голова пухла от вопросов и предположений. Заныло колено. Я снова вздохнула и села на кровать.

Нет, желания она точно не исполняет. Иначе моя нога была бы уже здорова, а я спокойно спала в своей постели.

Пока размышляла, из гардеробной появился Аншас. Я засмотрелась на мужчину – так неожиданно мужественно он выглядел в наряде, который лично мне напомнил римскую тогу с накинутым поверх легким кожаным доспехом. Правда, ниже колен ноги оставались голыми и босыми, но мне все равно понравилось.

– Ну как? Можно так ходить? – осматривая себя и свои неприкрытые конечности, чуть смущенно спросил мужчина.

– Вполне, – отмерла я. – А откуда у тебя эта одежда?

– Церемониальное одеяние нашей ветви. Остальное все еще короче, так что я предпочел надеть его. Раньше прятать нижнюю часть тела мне не приходилось, – и внезапно хитро улыбнулся. – Зато теперь между нами не стоит как минимум два твоих пункта.

– Какие еще пункты? – удивилась я.

– Ты же мне вчера заявила, что не будешь целоваться с хвостатым мужчиной, а тем более незнакомцем. Ну вот: хвост у меня пропал, а совместно проведенная ночь, как мне кажется, переводит меня в разряд близких людей… – и загадочно так улыбнулся.

– Н-на сколько близких? – попыталась я прощупать почву, судорожно соображая, когда это мы собирались целоваться.

– Очень близких. – Он посмотрел на меня многозначительно – явно играл на нервах.

– Очень-очень?

– Ну-у-у… – протянул он. – Не настолько. Но мы же спали в одной постели.

– То есть просто спали? – уточнила я.

Аншас рассмеялся:

– Снежана, все хорошо. Мы просто спали в одной постели. Поверь, если бы между нами было что-то большее, ты бы этого не забыла.

Я невольно выдохнула. Все-таки не помнить такую ночь было бы очень обидно. Но вопросов, тем не менее, у меня оставалось еще много:

– Но почему я спала именно с тобой?

– Ты проиграла спор, – пожал он плечами.

– Какой еще спор?! И почему я этого не помню?

– Почему не помнишь – не знаю. Видимо, это зелье Дитера на тебя так подействовало. А что касается спора… – Он оглядел меня и прокашлялся. – Давай ты сначала переоденешься, тогда мы все нормально обсудим? – Я опустила взгляд на себя и только тут увидела, что одеяло снова съехало вниз, довольно провокационно обнажая верхнюю часть груди. Снова залилась краской и подтянула одеяло. – Я буду ждать тебя в кабинете. Он вон за той дверью, – указал на еще одну дверь.

Я кивнула и поспешила в гардеробную.

Глава 5

Глава 5. Мелочи жизни

Переодевшись в свои вещи, почувствовала себя гораздо увереннее. Не знаю, почему вчера все повернулось именно так, но ничего непоправимого не произошло, а значит со всем разберемся и все исправим. Вон даже Аншас, лишившись хвоста, ведет себя адекватно. А ведь я даже представить не могу, каково ему и чем подобная метаморфоза чревата.

Осмотрела себя в зеркале – в просторной гардеробной нага оно было большим, а освещение достаточно ярким, и рассматривать себя было удобно. Все ничего, но я вчера не умылась, и осыпавшаяся тушь легла под глазами некрасивыми темными кругами. А волосы? Почему они у меня такие всклокоченные? И Аншас со мной все равно флиртовал?! Нет, у мужика железные нервы.

Вздохнула. Хорошо, что моя декоративная сумочка на металлической цепочке, которая висела у меня через плечо, не потерялась во время приключений. В ней я нашла расчёску и блеск для губ. И все же, нужно найти туалет и умыться, да и другие человеческие нужды никто не отменял. Кажется, мелочи жизни, а без них никак.

Интересно, а наги эти нужды… Как у них это происходит? И как часто им нужно есть? Удавы вот проглотят антилопу и переваривают месяц…

Мотнула головой – лезет же в голову всякая чушь.

Вышла, огляделась и на противоположной стене увидела еще одну дверь. Понадеялась, что найду там все удобства.

«Ё-моё!» – первое, что пришло в голову. Это была ванная, но как в этом лабиринте из кустов найти горшок?! Под душ отведен целый угол – перепутать невозможно. Бассейн занимает половину ванной – его увидеть тоже не проблема. Но где, старые пуанты, унитаз?! Неужели здесь принято ходить под кустики?

Я застонала в голос. Кто же знал, что самое тяжелое утреннее потрясение ждет меня именно в ванной? Мелочи жизни? Ну не скажите…

– Снежана? – за спиной открылась дверь, и в нее вошел обеспокоенный Аншас. – Что случилось? Тебя долго не было, я решил проверить, все ли у тебя в порядке, но не нашел в гардеробной.

– У меня пока все в порядке, – обреченно ответила я. – Не знаю, как у нагов, но люди ходят в туалет каждый день… несколько раз в день.

– Я знаю, – не понял посыла блондин.

– Ну вот, у меня наступил именно такой момент, но ходить под кустики я не привыкла, тем более в доме.

– В смысле под кустики?

– А как?! Вернее, куда еще здесь можно…

Наг на несколько мгновений замер, а потом прикусил губу, пряча улыбку:

– Оу, извини, я не подумал, что ты не знакома с особенностями наших уборных…

И провел мне короткую экскурсию. Она оказалась очень познавательной. Все нашлось. Не сказать, что там, где бы я искала, но нашлось. Еще я узнал, что физиология у нагов и людей схожа, но унитазы отличаются. И у Аншаса, слава пуантам, имелось два вида этих самых приспособлений. Только умывальник для моего роста оказался высоковат. Но блондин поставил мне под ноги подставку, дал новую зубную щетку и показал, где хранятся чистые полотенца.

– Снежана, а почему сестра иногда называет тебя Дюймовочкой? Это какое-то прозвище? – внезапно поинтересовался он, уже собираясь оставить меня одну.

– Да, можно сказать и так, – я посмотрела на Аншаса, который и в человеческом обличье был выше меня почти на полторы головы. – У нас в одной из сказок рассказывается о девочке очень маленького роста – Дюймовочке. У меня в семье все высокие, а я пошла в бабушку. Вот родные меня так и прозвали.

– Дюймовочка… – протянул наг, будто смакуя. – А тебе идет.

Я фыркнула:

– А мне никогда не нравилось.

– О! Да ты у нас мятежная Дюймовочка!

Я рассмеялась:

– Мятежная Дюймовочка в гостях у нага.

– Звучит неплохо. – Он внезапно стал серьезным: – Извини, я должен был сразу тебе здесь все показать и рассказать. Просто растерялся немного из-за ног…

– Ничего. Главное, теперь я точно знаю, что кустики у тебя в ванной только для красоты.

– Да уж, это и правда очень важно открытие, – улыбнулся он снова. – Ладно, жду тебя в кабинете.

***

Перед дверью кабинета отчего-то оробела. Поправила ворот платья, расправила рукава-фонарики и юбку. Даже волосы пригладила. Наконец, выдохнула и постучала.

– Снежана, входи, – раздалось из-за двери.

Кабинет нага, как и комната, оказался выдержан в светлых коричнево-зеленых тонах. Аншас сидел за большим дубовым столом и просматривал какие-то бумаги. Вдоль двух стен стояли стеллажи с книгами и свитками, а на третьей висела большая, почти в полный рост, картина. Она сразу же привлекала внимание, и я невольно застыла, рассматривая ее.

На ней была изображена семья. Впереди на стуле сидела, улыбаясь, светловолосая нагайна с маленькой девочкой-нагой на руках. Рядом с серьезным выражением лица стоял юный Аншас, а за их спинами стояли глава семейства и, похоже, старший брат Аншаса. Рука отца по-хозяйски лежала на плече женщины, и на среднем пальце этой руки выделялось большое кольцо-печатка с изображением зеленого змея, кусающего свой хвост. Деталей на картине было много, но почему-то именно на руку, лежащую на плече счастливой женщины, я обратила внимание. Было в этом жесте что-то собственническое и в тоже время милое.

– У тебя большая семья, – обернулась я, поняв, что Аншас стоит за моим плечом.

– Да… Была, – с грустью глядя на картину произнес наг. – Отец погиб около десяти лет назад на войне, а брат пропал… Война закончилась шесть лет назад, а о нем все еще нет никаких вестей. Как мы его только ни искали, какие только связи ни подключали – все равно не нашли.

– Но он жив?

– Скорее всего. Иначе кольцо хранителя уже было бы на моем пальце.

– В смысле?

– Видишь кольцо на пальце моего отца? – и указал на ту самую печатку со змеем. – Это артефакт. После смерти носителя оно исчезает и появляется на пальце следующего по старшинству в ветви рода.

– А у тебя его нет.

– Именно.

– Но как возможно, что спустя столько лет твой брат не нашелся?

– Не знаю… Поисковые заклинания не срабатывают, будто его местоположение экранируется.

– Как у вас тут все непросто, – вздохнула.

– А где просто? – невесело усмехнулся Аншас, нахмурился и перевел тему разговора. – Снежана, как ты смотришь на то, чтобы позавтракать?

– А как же разговор?

– Ты хочешь узнать о споре?

– Ну да.

Блондин вздохнул и присел на край стола.

– Видишь ли… все так странно получилось… Очередным фантом Зоя загадала поцелуй тех, кто первыми издаст хотя бы звук.

– И я проиграла? – удивилась я усаживаясь в кресло напротив.

– Зоя тебя ущипнула, – сдал ее Аншас. – Ну а я возмутился такому ее поведению и оказался вторым, кто заговорил. Но ты решила, что так действовать было нечестно. Тогда твоя сестра сказала что-то насчет фуэте, которое уже давно нужно крутить то ли на мужчине, то ли с мужчиной – я этот момент не совсем понял. Ты почему-то разозлилась и сказала, что она тебя достала и фуэте крутила и будешь крутить одна. Слово за слово, Зоя и сказала, что если ты сейчас ей это самое фуэте продемонстрируешь, то она от тебя навсегда отстанет, а если нет, то ты ночуешь сегодня в моей постели и, так и быть, фуэте крутить там будет необязательно.

– Ну, Зоя… – прошипела я. – И что я?

– Ты вышла на середину комнаты, подтянула юбку, – наг оглядел мои ноги, прикрытые до колен. – Кхм, так вот… Дальше ты начала крутиться, делая ногами что-то невообразимое. Это и есть балет?

Я поморщилась, а колено, словно в ответ, заныло:

– Нет, балет – это не только фуэте. И что было дальше? Судя по тому, что проснулась я с тобой в одной постели, фуэте не удалось.

Аншас пожал плечами:

– Я помог тебе встать, а Зоя в этот момент заявила, что ты мне еще и поцелуй должна, раз уж фант все-таки проиграла.

– И что я? – спросила, уже догадываясь, что могла в том состоянии ответить.

– Ты назвала Зою ядовитой поганкой, потом ткнула в меня пальцем и сказала, что целоваться с малознакомым хвостатым мужиком не собираешься. И вообще… – тут наг явно отфильтровал часть моих высказываний и закончил, – хочешь домой.

– Это точно все, что я сказала? – уточнила на всякий случай.

– Все!

Я снова вздохнула, понимая, что после такого феерического падения в том состоянии вряд ли ограничилась бы краткой тирадой, но раз я не помню, а мне не говорят, значит, ничего не было. И точка! Неудивительно, что Зоя так быстро ретировалась, когда разговор зашел о вчерашнем споре. Я ей его еще припомню.

– Ну что, пошли завтракать? А то я уже давно чувствую запах блинчиков и, догадываюсь, что, если мы не поторопимся, нам может ничего не достаться.

– Ты чувствуешь запах блинчиков? – удивленно потянула я носом.

– Да, у нагов очень чувствительное обоняние.

– Даже так…

В этот момент я вспомнила, что не приняла душ – постеснялась. Все же в доме мужчины, с которым спала в одной постели, я просыпалась впервые и чувствовала себя престранно и неуверенно.

Щеки снова зарделись и мысли невольно перетекли на розовое безобразие, в котором я спала.

Мы вышли из кабинета, миновали спальню и небольшую гостиную и, наконец, попали в коридор. Н-да, неплохо наги живут.

Внезапно Аншас остановился, посмотрел на свои босые ступни, на мои, для чего-то пошевелил пальцами и поморщился:

– Совсем забыл про обувь… Но ничего, отправимся по магазинам сразу после завтрака и приобретем все, что нужно. Всегда было интересно, каково это – носить что-то на конечностях. И как только эта обувь вам не натирает?

– Иногда натирает, – не смогла сдержать я улыбки, глядя на его искренний и немного детский интерес. – Извини, если вопрос некорректный, но ты совсем не переживаешь, что у тебя пропал хвост?

– Есть немного, – он кивнул каким-то своим мыслям. – Но сменить расу в принципе невозможно. К тому же, кроме смены хвоста на ноги, я в себе других изменений не ощутил. А это значит, что метаморфоза временная. Более того, если это то, о чем я думаю, то совсем скоро я научусь использовать обе ипостаси.

– Даже так? – удивилась я. – То есть виновата вовсе не «Звездная пыль»?

– Нет, – улыбнулся наг. – Даже не представляю какого уровня должно быть магическое вмешательство в напиток, чтобы спровоцировать подобное.

– Но ты все-таки подозревал, что это могло произойти из-за нее.

– Скорее был растерян и перебирал варианты.

– Значит, ты уже точно знаешь, почему это произошло?

Аншас молчал, размышляя, пока мы не дошли до кухни:

– Скажем так, догадываюсь, но пока повременю делиться своими умозаключениями.

***

– Зоя, если будешь готовить мне эти блинчики каждое утро, я на тебе женюсь! – услышали мы, когда вошли в кухню.

– Дитер, если жена тебе нужна только для этого, то советую нанять хорошего повара. Поверь, проблем будет гораздо меньше, а удовольствия больше, – дожаривая блин, парировала сестра.

– Нет, ну что за женщина?! – то ли возмутился, то ли восхитился маг, обращаясь к нам. – Другая бы уже неслась ко мне в объятия с обещаниями завалить меня блинами, а эта кухарку советует нанять. А я, между прочим, целый маркиз, придворный маг короля, кавалер Ордена желтой хризантемы и почетный представитель магического сообщества в Совете королевства!

Мы с Зоей переглянулись, чуть подвисли, переваривая услышанное, и не сговариваясь многозначительно кивнули, признавая, что создатель забористого напитка не так прост.

– Нужно было сразу начать с оглашения списка, – вздохнула Зоя, отставляя сковороду и вытирая руки. – Может, я бы успела проникнуться и броситься тебе на шею с криками «Я ваша навеки!» А так поздно – я уже отказалась, – хмыкнула она, доставая тарелки.

Вот уж кому статус мужчины никогда не был важен. Если заслужил, сестра могла одинаково послать и олигарха, и простого грузчика. Наверное, только поэтому Зоя была еще одна. Хотя женихов у нее было уже много.

– Понимаешь, мне нужен такой, чтобы по-настоящему любил, но мог держать мою взрывную натуру в узде. И главное, чтобы переделать не пытался. А где сейчас таких мужиков найдешь? – говорила она мне, когда я спрашивала, что не так с очередным отвергнутым ею ухажером.

– А сама полюбить не пробовала?

И получала на вопрос вполне однозначный ответ:

– Много ты понимаешь. Вот выйдешь сама замуж, тогда будешь дурацкие вопросы задавать.

– Так, может, еще не поздно? – сверкнул белозубой улыбкой Дитер. – Я еще не все свои звания и регалии перечислил.

– Поздно, теперь придется впечатлять другим, – ответила я вместо сестры.

– И чем можно впечатлить такую девушку, как Зоя? – заинтересованно посмотрел он на меня.

– О! Не смотри на меня, – я даже подняла вверх ладони. – Если бы кто-то знал такой удивительный рецепт, Зоя уже была бы замужем.

– А чем можно впечатлить тебя? – внезапно спросил, усаживаясь рядом, Аншас.

– Меня? – от неожиданности я глупо хлопнула ресницами.

Не скажу, что раньше за мной не ухаживали. Пару раз даже заваливали цветами общую гримерку. Приятно было, не скрою. Но то ли не те мужчины дарили цветы, то ли меня не цветами нужно было впечатлять, но сердце не дрогнуло ни разу.

Хотя вру. Нравился мне один танцор до звездочек в глазах. Долго нравился. До тех пор, пока я не узнала, что привлекает он и других девочкек кордебалета. И так активно привлекает, что его жена уже не раз подавала на развод.

– Нашел кого спрашивать, – рассмеялась Зоя. – Ешьте лучше блины, а то Несси хоть и тихо сидит, но блинная горка очень быстро тает.

Мы дружно перевели взгляд на жующую девушку. Она мило улыбнулась и положила себе на тарелку очередной блинчик. Аншас на это только хмыкнул, пододвинул поближе тарелку и положил себе сразу два блина, не забыв и обо мне.

– Как, кстати, новая одежда? Не поддувает? – не в силах скрыть смешинки в глазах, спросил Дитер Аншаса.

– Не поддувает, – в тон ему ответил наг. – Но от консультации по поводу человеческой одежды и обуви я бы не отказался.

– Проведу, чего уж. Я бы выделил тебе что-то из своего гардероба, но для этого мне нужно вернуться домой, а там наверняка ждет засада. Так что извини.

– Ничего, позавтракаем и поедем по магазинам.

– И как ты собрался ехать? Зимой, в тунике, с босыми ногами? – скептически вздернул бровь Дитер. – Мой тебе совет: вызови швей на дом. И сапожника тоже. Доплати за срочность и вызов в праздничный день и за пару часов получишь все, что нужно.

Аншас почесал бровь:

– И правда. Что-то я не подумал.

– Да понимаю я, чем ты думал, – усмехнулся Дитер, кинув на меня косой взгляд.

– Тем же, чем и ты, – с укоризной посмотрел на него блондин.

– Вот потому и говорю, что понимаю, – улыбнулся и подмигнул ему маг.

Аншас на это фыркнул и покачал головой.

– Не поняла, – внезапно вступила в беседу Нэсси, глядя то на брата, то на мага. – А домой мы когда поедем? Между прочим, мне лучше поторопиться. Знаете, как у меня праздничные дни распланированы?!

– Между прочим, – выделил слова интонацией Аншас, – это ты вчера заявилась ко мне в гости и потребовала укрытия.

– Аншас, но мы же уже это обсудили! – надулась девушка.

– Вот и подождешь немного. Не могу же я показаться в родительском замке в таком виде.

– А что, ты до вечера сможешь снова хвост отрастить? – скептически выгнула она бровь.

– Очень постараюсь, – вполне серьезно ответил на это наг.

– Правда, что ли? – уже по-настоящему удивилась девушка.

Аншас неопределенно пожал плечами.

– Ты, главное, не забудь, что один хвост должен быть большим, а другой маленьким, – поднял вверх палец маг. – Но совсем тоже не мельчи, а то женщины только говорят, что размер не имеет значения.

– Дитер… – поднял на него потяжелевший взгляд Аншас.

– А я что? Я ничего! Блины у Зои чудо как хороши!

– Вот и жуй… блины, пока я твой хвост не оторвал.

Брюнет на это, пряча улыбку, начал активнее жевать, а когда Аншас опустил взгляд, подмигнул нам.

Глава 6

Глава 6. Магия и прочие неприятности

– Шагрулиевы слизни! – возглас Аншаса вывел меня из созерцательного настроения.

А как тут не впасть в некую меланхолию, когда стоишь посередине комнаты, обмотанная различными тканями, скрепленными невообразимым количеством иголок, и не можешь даже пошевелиться?

Радовало одно – это ненадолго. По крайней мере, меня заверили, что промучиться придется всего час, а дальше все необходимые мерки и заготовки будут сняты и наряды по последней моде будут готовы уже к вечеру.

И все же процесс выбора тканей и фасонов нам с Зоей понравился. Мы с интересом изучали, что и как носят в чужом мире. Чем-то их мода напомнила наряды дам восемнадцатого и девятнадцатого веков нашего мира. Ноги здесь не то чтобы запрещалось показывать, но не было принято, поэтому мое скромное по меркам Земли платье здесь оказалось довольно смелым и провокационным, а голый животик Зои и длинная летящая юбка – очень даже в тему.

Желание мужчин нас одеть смущало невозможностью самим заплатить за новый гардероб, но приходилось с этим мириться. И вообще мы были искренне им благодарны за помощь. И не потому что так уж хотели обновки. Просто в чужом мире лучше выглядеть, как его жители, чем выделяться, привлекая к себе излишнее внимание. Тем более нам уже намекнули, что наше иномирное происхождение может вызвать нездоровый ажиотаж. По крайней мере, поначалу.

Хорошо, что мы не являемся поглотителями, как предыдущая попаданка, но есть ли у нас какие-то другие способности – еще не знаем. Хотя Аншас подозревал, что я владею магией воздуха – не зря же тогда в спальне подушки с одеялами летали.

Вот только я сама в себе ничего нового не чувствовала. А когда попыталась проделать нечто подобное еще раз – не получилось. Но Аншас сказал, что, возможно, дело в том, что мы еще слишком мало времени находимся в этом мире и наши способности пока до конца не раскрылись, а аура привыкает к изменениям. В общем, нужно подождать.

– Помогите! – позвал Аншас из соседней комнаты. – Тут женщина в обморок упала!

Дверь распахнулась, и на пороге показался он сам: с привычным хвостом и ошметками брюк, которые болтались на ремне на его талии. Находившиеся в комнате женщины застыли на месте, разглядывая мужчину, который совсем недавно был совершенно нормальным.

– Священный дракон, что это? – ухватилась за сердце главная из прибывших женщин.

– Это мой брат, – подняла спокойный взгляд от журнала Несси.

Женщины перевели ошалелый взгляд на нее, на ее хвост, снова на Аншаса.

– Но… как же… Он же был с ногами! – воскликнула самая молоденькая из портних.

– Мой вам совет: не пейте несертифицированных зелий, особенно, когда их вам предлагает попробовать маг-экспериментатор, – вздохнула блондинка и снова уткнулась в журнал.

– Так он от природы с ногами или с хвостом? – пискнула стоявшая передо мной девушка.

– Главное, что он от природы с головой, не находите? – сложил на груди руки недовольный Аншас. – Там, между прочим, женщине плохо стало, а вы даже не пошевелились.

Вот после этих слов все отмерли. Старшая портниха извинилась, начала раздавать указания, и вскоре из соседней комнаты донеслось, что все в порядке – женщина пришла в себя.

– У тебя получилось вернуть… эээ…

Я улыбнулась, когда наг, пытаясь снять с себя верх от штанов, подполз ближе.

– Да, только слишком неожиданно. Почти готовые брюки испортил, – он, наконец, откинул их остатки.

– Так, может, они тебе уже и не нужны?

– Нужны! Еще как нужны! – неожиданно хитро улыбнулся он. – Я планирую еще научиться бегать и танцевать человеческие танцы.

– Зачем? – удивилась я.

Жил же он без этих умений столько лет, так зачем они ему сейчас понадобились?

– Как это зачем? А кто вчера говорил, что разрушений от одного танцующего нага больше, чем от урагана, и связываться с таким опасно для жизни?

– Я такое говорила?!

Сзади хохотнула Нэсси. Я обернулась и увидела, как она отводит взгляд и старается скрыть улыбку. Видимо, я вчера много чего говорила… Снова стало стыдно.

– Не обращай внимания. Тебе еще тут долго?

– Вроде нет, следующая Зоя. Она облюбовала твою кухню…

– Помогите! – снова донеслось из глубины дома, на этот раз голосом моей сестры.

И мы, переглянувшись, рванули за зов.

Неудачно приколотые иголки периодически покалывали в самых неожиданных местах. Но беспокойство за сестру было сильнее, и я почти не обращала на это внимание. Выбежав из другого коридора, к нам присоединился такой же взволнованный Дитер. Но когда мы вбежали в кухню и столпились у входа, то опешили от представшей перед нами картины.

Поначалу мне показалось, что пылает вся кухня, но потом я поняла, что горит только пол, да так равномерно, будто разлили напалм. Сама Зоя стояла посреди кухни на столе, снова со сковородой, с которой в этом мире уже успела сродниться, и отбивалась от трех огненных сгустков, которые так и норовили к ней подлететь. Прямо на наших глазах один такой она отбила. Он отлетел к краю кухни, покрутился на месте и снова медленно полетел к ней.

– Что здесь происходит?! – обводя кухню округлившимися глазами, воскликнул Аншас.

– Не знаю! – истерично закричала Зоя. – Оно вдруг все загорелось, а потом огонь еще и вокруг летать начал!

– Это магический огонь, – нахмурился Дитер, всматриваясь в огненную лужу под ногами. – Он точно настоящий, но почему-то ничего не сжигает, вон на ножках стола только небольшие подпалины.

И правда, задымления не было, даже запах гари ощущался слабо, хотя поверхности, которых касался огонь, начинали чернеть.

– Да плевать мне на подпалины! Потушите это! – очередной раз отбивая подлетевший к ней огненный шарик, остервенело прошипела сестра.

– Зоя, успокойся. Это не простой огонь, водой его не потушишь.

– Что значит не потушишь?! Дитер, ваш Великий дракон тебе в печень, ты маг или не маг?!

– Маг, но всплеск чужой силы, да еще такой мощный, подавить непросто, – продолжал хмуро вглядываться в огонь брюнет.

– Кто этот ненормальный, которая тут всплесками разбрасывается?! – снова зашипела Зоя, стараясь не выпускать из вида атакующие ее сгустки.

– Эм… Зоя… Кажется, это ты, – ошарашил маг.

– Я?! Что за бред?! Дитер, имей совесть, погаси огонь!

– Пока ты поддерживаешь его своей силой, не могу. Вернее, могу, но тогда Аншасу придется переселяться. Без гостиной он как-нибудь проживет, а без кухни нет.

– Дитер! – снова завопила сестра, когда к ней подлетели сразу два шарика.

– Зоя, успокойся, – маг выставил вперед ладони. – Просто успокойся и постарайся расслабиться.

– Как я могу расслабиться, когда вокруг творится такое?!

– Постарайся! Тогда огонь сам потухнет.

– Я бы постаралась, но эти огненные сгустки не дают!

– Они не причинят тебе зла. Это твоя магия, Зоя.

– То есть они просто так вокруг летают и не хотят меня обжечь?!

– Конечно, не хотят. Повторяю: это твоя магия. И она с тобой… знакомится, —Дитер, кажется, сам не верил в свои слова.

– В смысле? – посмотрела Зоя на него, как на умалишенного.

Я тоже. Но что мы знали о магии?

– Попробуй дотронуться до шарика. Они не так быстро летают, чтобы ты не успела отдернуть руку, если он обожжет.

– Это тебе кажется, что небыстро, – проворчала сестра, все же опуская сковороду, но оставаясь настороже.

Будто почувствовав ее готовность «пообщаться», огненные шарики замерли, и один медленно направился к подрагивающей руке Зои.

– Ой! – воскликнула она, когда шарик ее коснулся, и внезапно… улыбнулась. – А он тепленький и мягкий, как котенок. – В этот момент к ней подлетели остальные шарики и, как самые настоящие котята, начали ластиться. – Мои ж вы хорошие, – расплылась в улыбке обалдевшая Зоя.

Некоторое время она их натуральным образом гладила. Глаза ее при этом блестели таким восторгом, что заулыбались даже мы. Хотя мне все это казалось нереальным.

А огонь на полу быстро гас, и уже совсем скоро о нем напоминали лишь черные подпалины на мебели и легкий специфический запах.

– Фу… – я помахала перед собой ладошкой.

Посмотрела на окно и решила его открыть, но только сделала шаг, как оно открылось само, а порыв легкого ветерка буквально выдул неприятный запах на улицу, на прощание ласково потрепав мои локоны.

– …Ой.

– Вот тебе и ой… – протянул Аншас, задумчиво глядя то на меня, то на Зою.

– Я бы сказал: ой-ой-ой, – точно с такими же интонациями протянул Дитер.

– Я могу даже сказать: ой-ой-ой-ой-ой, – из-за спин мужчин появилась Несси, – только скажите, что здесь происходит?

– У нас тут тот самый ой-ой-ой-ой-ой, – продолжая нас с сестрой рассматривать, ответил наг.

– Да что вы тут все ойкаете?! – возмутилась я. – Скажите уже нормально.

– А если нормально, то у нас, похоже, сразу две повелительницы.

Мы с Зоей недоуменно переглянулись.

Она фыркнула, продолжая стоять на столе, выставила вперед руку, над которой продолжали летать огненные шарики, и зловеще рассмеялась:

– Ха-ха-ха! Преклонитесь перед повелительницей, смерды! – выдержала театральную паузу и уже нормальным голосом спросила: – Кстати, мы повелительницы чего?

– Судя по всему, огня и воздуха, – пояснил улыбающийся Дитер.

– А почему сразу повелительницы? – Зоя аккуратно, придерживая юбку, села, свесила ноги со стола и, опершись на руку мага, соскочила на пол. – Почему не просто магэссы? Или как вы тут называете женщин-магов?

– Можно и магэссами назвать, но это не отобразит всей сути.

– Тогда рассказывайте, – вздохнула она, подходя к плите и отключая ее. – Нам со Снежаной очень интересно.

– Нам лучше вернуться в гостиную, – почесал затылок Дитер.

– Нет, там нас ждут портнихи, – глядя на свой хвост, напомнил блондин.

– О, Аншас, у тебя опять хвост вырос! – Зоя наконец обратила внимание на произошедшие с мужчиной изменения. – Поздравляю, – тяжело плюхнулась на стул и прикрыла глаза. – Честно говоря, я сейчас, наверное, до гостиной не дойду, – облегченно хохотнула. – Ноги не держат.

– Так испугалась? – я сочувственно погладила ее по плечам.

– Не то слово! Кто ж знал, что они такие милашки? – и погладила один продолжавший крутиться над ее плечом огненный шарик. – Но знаешь, какое-то внутреннее опустошение появилось.

– И неудивительно – такой магический выброс, – внимательно рассматривая, шарик, пояснил Дитер.

– Ой! – От очередного движения портняжные иголки снова впились в тело, и я поморщилась. – И почему их так неаккуратно крепят?

– Что именно? – не поняла Зоя.

– Да иголки эти.

В этот момент, как по команде, они все разом покинули ткань и зависли перед моим лицом.

Я сглотнула.

Когда на тебя смотрят острия сразу тридцати или сорока игл, ощущения не из приятных. И даже падающая ткань, которую я едва успела придержать, уже не казалась чем-то важным. Вряд ли так важно, прикрыто мое тело или нет, если оно сейчас станет подушечкой для иголок.

– Дюймовочка, это что за хрень? – тихо спросила Зоя, в то время как остальные застыли на месте.

– Снежана, не двигайся, – спокойно сказал Дитер. – Расслабься. Это проявление твоей магии. Что-то вы с Зоей кучно пошли. Видимо, ее выброс расшевелил и твои способности.

– Л-легко с-сказать. – Я боялась даже взгляд отвести вбок, не то что попытаться расслабиться. – Мама! – пискнула, когда иглы рывком приблизились и застыли почти у самого моего носа. – Я же не Зоя с ее огнем, гладить иглы бесполезно!

Неожиданно вспомнила ёжика, которого мы как-то нашли на улице. Обкололись тогда, несмотря на спущенные рукава кофт, но до дома дотащили. Целый вечер пытались его расшевелить и накормить молоком, а еще беспрестанно уговаривали родителей его оставить. Но еж наших стараний по смене его образа жизни не оценил и ночью нам зверски отомстил, когда начал бегать по дому, стуча коготками так, будто к нам заявились демоны преисподней. Честно, звук был адский! А как мы с Зоей кричали, когда к нам в комнату с ежом наперевес вошел отец. Поначалу ведь представили, что к нам и правда сам демон заявился.

– Сфокусируйся не на иглах, а на воздухе, – тихо подсказал оказавшийся за спиной Аншас и положил мне на плечи руки. – Не бойся, я с тобой. Наги хоть и не особенно сильны в магии, но щиты делаем надежные. Успею тебя прикрыть.

После этих слов сразу стало легче. К тому же от рук мужчины шло умиротворяющее тепло, и я постаралась успокоиться и сосредоточиться, как говорил Аншас, на воздухе.

Очень хотелось прикрыть глаза, но казалось, что если я утрачу зрительный контроль, иглы вопьются мне в лицо. Втянула носом воздух, осознав, что почти перестала дышать, и медленно выпустила его через рот. Ежика мы тоже боялись, но ведь ничего страшного на самом деле не происходило.

– Вот так, молодец, Дюймовочка. Попробуй почувствовать пространство вокруг, – прозвучало тихое над ухом. – Ты можешь управлять воздухом, а воздух везде. Доверься интуиции. Если ты повелительница, то только так можешь взаимодействовать со своей силой. Она еще не до конца проснулась, но чутко реагирует на твои эмоции. Главное, успокойся.

Я продолжила ровно дышать и пыталась почувствовать, как говорил Аншас. Было сложно, я ведь даже не представляла, что именно должна ощутить, и все же в какой-то момент это получилось.

Ощущение было, будто бредешь в темноте, и внезапно все вокруг заливает яркий свет, открывая тебе целый мир. И только тут понимаешь, как мало все это время видела и ощущала.

Я чуть не задохнулась от восторга. У Зои все проходило иначе – я это видела. Она, как и я тогда, в спальне, еще не понимала, что делает. Скорее всего, ей только предстояло воссоединение со своей стихией, а меня сейчас распирало энергией и желанием сотворить нечто эдакое. Я рассмеялась, и руки на моих плечах дрогнули. Но я почти не обратила на это внимание. Взмахнула рукой – и иглы собрались аккуратной горкой на столе. И этот «ежик» тоже оказался совсем не страшным.

Я снова рассмеялась, и вся пустая посуда в кухне взметнулась вверх.

Ух ты! Как здорово!

Дверцы серванта со звоном распахнулись, и из него вылетели чашки и блюдца и закружились по кухне. Вилки и ложки образовали вокруг них еще один круг и завертелись в другую сторону. Поварешка над всем этим безобразием крутила свои собственные па, а кастрюли вертелись вокруг своей оси.

Это было так весело, что захотелось петь и танцевать. Восторг накрывал с головой, и я уже собралась что-нибудь еще поднять в воздух, но вдруг ощутила, что мои плечи сжимают, и услышала голос:

– Снежана! Снежана! Дюймовочка моя неразумная, сейчас ведь такой откат словишь…

– Откат? – рассмеялась я, оборачиваясь к Аншасу. – Ты о чем? Смотри, как забавно у меня получается!

И подняла в воздух еще посуду. Только полные кастрюли не трогала – не хотела ничего расплескать. Хотя… А вдруг у меня получится жидкости в воздухе контролировать?

Вспомнила, как показывали по телевизору космонавтов в невесомости – они демонстрировали плывущие рядом шарики воды и ловили их губами. Интересно, а у меня так получится?

– Снежана! – Аншас с беспокойством взял мое лицо в руки. – Услышь меня!

От неожиданности я отвлеклась, но мысль о воде была слишком заманчивой, чтобы прямо сейчас ее не проверить. А откат… Что это вообще такое и при чем тут я?

Перевела взгляд на кувшин с водой, пытаясь высвободиться из рук нага, но…

– Снежана… – И внезапно Аншас меня поцеловал.

Так неожиданно, что я застыла. А он не остановился и целовал так нежно и трепетно, что из моей груди вырвался стон. Все мои ощущения и мысли переключились на этого мужчину и неожиданный поцелуй, который становился все более чувственным и заставлял забыть обо всем на свете.

Грохот и звук бьющейся посуды я слышала будто сквозь вату. Удивленно распахнула глаза, когда Аншас прервал поцелуй. В его взгляде смешалось столько эмоций, что разобраться в них сходу не получилось. Я нахмурилась, не понимая обеспокоенности в его взгляде, но сосредоточиться на мыслях не смогла. Показалось, будто на глаза набегает облачко. Моргнула, чтобы его прогнать, но стало еще хуже – голова резко закружилась, мир перед глазами качнулся, и я будто соскользнула в темную тишину.

Глава 7

Глава 7. В замке у нагов…

Если вы когда-нибудь были в серпентарии и вам было некомфортно при виде змеиных тел, то… вы меня все равно не поймете. Одно дело – видеть их за плотным стеклом и выискивать глазами, потому что не всегда они находятся на виду, а другое – идти по замку и бояться споткнуться об огромные хвосты, которые так и норовят попасть тебе под ноги. Конечно, никто специально не пытался сделать подсечки и вообще смотрели с любопытством и беззлобно, но легче от этого становилось ненамного.

Краем глаза заметила, как Зоя с силой вцепилась в локоть Дитера, и поняла, что сделала то же самое с Аншасом. Встретила его успокаивающий взгляд и смогла ослабить хватку, а то так и синяков мужчине можно наставить.

Нэсси, несмотря на знакомое и привычное окружение, тоже нервничала и чуть приотстала, прячась за нашими спинами.

Еще вчера я и не рассчитывала попасть в это место. Вернее, совершенно не собиралась. Кто я такая, чтобы ехать в гости к родителям Аншаса? Но после того, как лично разгромила его кухню и провалялась в отключке до раннего утра, просьбу нага съездить с ним и Нэсси к родителям проигнорировать не смогла. По сути, нам с Зоей и оставаться-то было негде. Дом после праздника в нашей компании нуждался в основательном ремонте, а оставлять нас без присмотра в какой-нибудь гостинице мужчины отказались наотрез. К тому же Аншас заверил, что едем мы ненадолго.

Кто бы знал, как мне было стыдно, когда я поняла, что лично уничтожила большую часть посуды в доме. И ведь даже возместить ущерб сейчас не в состоянии. Остается только удивляться, что Аншас не выставил меня за порог с напутствием «Чтобы глаза мои больше тебя не видели!» Я очень надеялась, что в доме его родителей таких эксцессов не случится.

«Доме его родителей»… Да если бы я знала, что увижу вовсе не дом и даже не поместье, а самый настоящий замок… Вздохнула. Вряд ли бы что-то поменялось, но я хотя бы не заполучила вывих челюсти, когда, выйдя из портала, увидела перед собой эту громадину. Зоя не вывихнула, но выразилась очень емко и красноречиво. Повторять, правда, такие слова в культурном обществе не стоило, и я только кивнула. А еще очень захотелось нарисовать это великолепие.

Внутри все оказалось не менее впечатляюще и интересно. Когда мы вышли в галерею с огромными мозаичными окнами, через которые ее заливал мягкий утренний свет, у меня перехватило дыхание – настолько там было красиво. Я невольно замедлила шаг, рассматривая прекрасные мозаики: разноцветные цветы, деревья, животных и птиц.

– Это любимая мамина галерея, – улыбнулся Аншас. – Сразу за ней гостиная, в которой она чаще всего проводит время. Уверен, ей уже доложили о нашем приезде, и она ждет нас там.

От осознания, что знакомство состоится уже через пару шагов, я занервничала еще больше. Дико захотелось превратиться в невидимку или просто исчезнуть. Хотя толком не понимала, почему так волнуюсь. Ну познакомит меня Аншас с матерью – что тут такого? Но нет, волновалась, будто с будущей свекровью встречаюсь.

От этих мыслей захотелось нервно хохотнуть, покрутить пальцем у виска и обозвать себя всякими нехорошими словами. Зачем Аншасу какая-то там, как разочарованно выразилась Нэсси, танцовщица? Ну смешно же!

Я неожиданно споткнулась. Острая боль в колене отрезвила и заставила невольно зашипеть и наклониться, чтобы потереть больное место.

– Снежана, все в порядке? – Аншас с беспокойством смотрел на меня.

– Все хорошо. Споткнулась обо что-то. Сейчас немного постою и все пройдет. – Вся компания обступила нас. Их сочувственные взгляды мне совершенно не нравились: я не больная, просто так получилось, и нечего так на меня смотреть. И я поспешила перевести разговор с меня на другую тему: – Аншас, у вас очень красивый замок!

Мое восхищение замком было искренним. Я увлекалась архитектурой и с удовольствием отмечала детали. По пути успела заметить необычную конфигурацию лестниц. Вернее, их здесь заменяли более пологие и длинные волнообразные подъемы. Впечатляли и высокие потолки, хотя я от нагов почему-то ожидала иного, перекладывая на них привычки змей, живущих в норах. Отчего так думалось? Совершенно непонятно. Но от этого впечатление получилось еще более сильным. А еще в замке были сглажены углы – все изгибы коридоров и попадавшихся на глаза комнат были плавными.

– Рад, что тебе нравится. Этот замок был возведен нашими предками еще в…

Внезапно в галерее, как раз оттуда, куда мы шли, появилась целая компания явно чем-то озабоченных нагов. Аншас замолк на полуслове, а Нэсси еле слышно пискнула:

– Ветвь Нисшас. Мне конец.

Кажется, именно из нее был несостоявшийся жених блондинки.

Наги нас увидели и пошли навстречу.

– Аншас, – вышел вперед серьезный темноволосый наг с золотисто-коричневым хвостом. – Рад тебя видеть. Если бы мы знали, что ты сегодня появишься, дождались бы тебя для разговора.

– И я рад вас видеть, – блондин слегка поклонился сразу всей компании, цепко оглядывая каждого. – Шанас, случилось что-то, что потребовало присутствия сразу двух древнейших ветвей?

Шанас? Тот самый жених? Тогда почему он так вежлив и доброжелателен? Будто побега Нэсси и не было.

Блондин поклонился нагайне с антрацитово-черным хвостом, вышедшей вперед:

– Нагайна Авишанэль, вы как всегда прекрасны.

– Здравствуй, Аншас, – чуть свысока, но благосклонно посмотрела на него очень красивая нагайна средних лет, начисто игнорируя остальных. Ее лицо было таким идеальным, что казалось почти ненастоящим. – У нас всех назревают большие проблемы, – чуть изогнула бровь женщина, и от этого стала выглядеть еще величественнее. – Боюсь, что если ничего не предпринять, то скоро наступят не самые лучшие времена. Что могли, мы уже обсудили с нагайной Шаиссой и нагом Шахас. Думаю, они посвятят тебя во все подробности. А сейчас мы должны торопиться.

Аншас явно был озадачен Нэсси выползла чуть вперед, тоже недоумевая и ожидая от темноглазого Шанаса холодного приема, но никак не приветственного поклона и пронзительного взгляда. Как и не подмигивания от более молодого и смазливого нага. Наверное, это был тот самый Сушан, поцелуи которого так впечатлили девушку.

– Да, конечно… – ответил Аншас.

Чинную церемонию прощания неожиданно прервал громкий и хриплый голос:

– Скволки Джуя!

И, раздвигая нагов, вперед с клыкастой улыбкой и фингалом под глазом вывалился тот самый красный орк, с которым мы познакомились позавчера в таверне. Он протянул вперед руки, собираясь сграбастать стоящую ближе всех меня.

Я даже испугаться толком не успела, как Аншас зарядил ему в тот же глаз. У орка взгляд поплыл, но раз он тянет ко мне руки в замке родителей Аншаса, то вряд ли и после удара отступит. И что вообще значит это «скволки»? Все забываю спросить.

Пока все находились в легком ступоре, наблюдая эту сцену, орк быстро пришел в себя и открыл клыкастую пасть, собираясь взреветь, но тут под его ногами появился маленький симпапусечный гремлин с посохом в руках и принялся охаживать орка тяжелым набалдашником:

– Джуй! Дурья твоя башка! Ты куда свои культяпки тянешь?! – кричал он пронзительным голосом, больше похожим на писк.

– Там скволки Джуя, – обиженно пытался прикрыться руками орк.

– Нет тут твоих скволок, дурья твоя башка! – оттеснил орка прочь и, обернувшись, стал кланяться: – Вы уж извините моего друга. С детства страдает тупоумием. Если бы не я, пропал бы совсем, а так приглядываю в меру сил. Мы вас внизу подождем. Заодно уму-разуму его поучу, – и снова Джую: – Чего застыл, дылда клыкастая? Шагай вперед!

– Что это было?..

Увидеть удивление на идеальном лице нагайны было забавно. Но она быстро взяла себя в руки и кинула за спину охранникам:

– …Проследите, чтобы они никуда не исчезли.

– Как они вообще здесь оказались? – провожая их взглядом, спросил Аншас.

– Свидетели, – вздохнул Шанас. В его глазах отражалась целая гамма эмоций. – В ночь Создания они видела твоего брата и нашего отца.

– Что?! – выражение лица блондина резко стало хищным и чужим.

Я сглотнула и перевела обеспокоенный взгляд на Дитера, который все это время помалкивал, стоя чуть позади, и хмурился.

Нагайна с укором посмотрела на Шанаса:

– Думаю, здесь не место, чтобы обсуждать подобные вещи, – и явно собралась попрощаться, но в это время к нам подошли еще двое.

– Аншас! – красивая женщина, которую я узнала по портрету, висевшему в кабинете блондина, подставила сыну щеку для поцелуя. – Рада, что ты к нам заглянул! Уже и сама хотела за тобой посылать, – и улыбнулась, скрывая в глазах тревогу. Оглядела нашу компанию. – Дитер, и ты здесь! Рада тебя видеть. А какие с вами милые девушки!

– Мама, рад видеть тебя в добром здравии, – прогнав с лица хищное выражение, тепло улыбнулся женщине Аншас и обратился ко всем: – Позвольте вам представить Снежану и Зою Беловых. Они согласились погостить в замке…

Брови матери Аншаса чуть дрогнули, но ничем больше удивления она не выказала.

– …Снежана, Зоя, это моя мать нагайна Шаисса из ветви Шассур. – и следом представил как раз подошедшего темноволосого мужчину, вставшего позади женщины. – А это наг Шахас, вступивший в ветвь Шассур…

Аншас перевел взгляд на нагайну с черным хвостом, которая, наконец, обратила на нас величественный взор:

– …Глава ветви Шурас нагайна Авишанэль…

Она явно не собиралась с нами знакомиться и, если бы не подошла мать Аншаса, поспешила бы уйти.

– …И Шанас и Сушан из ветви Нисшас, – представил Аншас братьев.

Как у них принято реагировать на представление я не знала, потому просто склонила голову и улыбнулась. Поймала пренебрежительный взгляд Авишанэль. Опустила свой – я сделала что-то не так, но что? Или я просто нагайне не понравилась?

Она театрально вздохнула, и мать Аншаса тут же отреагировала:

– Авишанэль, дорогая, я знаю, что ты торопишься. Не против, если вас проводит Шахас? Я так давно не видела сына…

– Конечно, дорогая. Я все понимаю, – и посмотрела на блондина. – Аншас, всегда рада видеть тебя в своем доме. Моя Асшания будет очень рада твоему визиту.

– Конечно, нагайна, как только окажусь в ваших краях, обязательно загляну в гости.

По тому, как чуть нахмурилась нагайна, стало понятно, что в их краях блондин бывает нечасто, и такой ответ ее не устроил, но она лишь величественно склонила голову, прощаясь, и ушла, сопровождаемая отчимом Аншаса и всей остальной компанией.

– Не поняла, – в опустившейся тишине заговорила Нэсси, переводя растерянный взгляд с матери вслед ушедшим. – Я думала, меня тут убивать будут, а меня и не заметили почти…

– Ох, Нэсси… – глядя на нее, укоризненно покачала головой женщина. – Дитя ты еще неразумное.

– Мама! Какое еще дитя?! – попыталась возмутиться девушка, но мать словно этого не заметила.

– А раз дитя, то иди в комнату и продолжай играть в игрушки. Я прикажу принести твой старый сундук с куклами.

– К-какими еще куклами? – опешила блондинка.

– Раз ведешь себя как безответственный ребенок, значит, еще из кукол не выросла.

– Мам, ну прости… – девушка выползла вперед и жалобно на нее посмотрела.

– Неужели ты решила поговорить с матерью? – деланно удивилась та. – Надо же!

– Ну, мам!

– Нэссиания, сейчас не самое лучшее время для разговоров, – строго оборвала женщина. – Ступай к себе учить «Свод правил поведения юных нагайн». Я приказала его принести в твою комнату. Может, хоть немного ума… – тут женщина осеклась, покосившись на нас с Зоей.

– Но, мам, это же древность дикая! Ему уже никто не следует!

– Ошибаешься. Теперь этот свод станет твоей настольной книгой. И пока ты его не выучишь, забудь о подругах и балах. Будешь играть в куклы.

Девушка сникла, но ее любопытство было сильнее здравого смысла, потому что она спросила:

– Мама, а что вообще случилось? Такое впечатление, что в ночь Создания никто и не заметили моего исчезновения. И что тут эта противная Шураска делала?

– Нэссияния, что за дикий слэнг?! Шураска! Надо же так исковеркать название одной из древнейших ветвей нагов! Пришлю тебе еще для повторного изучения Книгу Великого Древа. И советую повторить все его ветви, а не только основные. Проверю лично! А пока до взрослых разговоров не доросла. Ступай к себе в комнату.

Девушка явно хотела что-то еще возразить, но под взглядом матери потупилась и, бросив на нас очередной жалобный взгляд, ушла.

– Сурово ты с ней, – проводил взглядом сестру Аншас. – Она же от любопытства лопнет.

– Не лопнет. Может, чему-то даже научится. А в эти дела ей влезать не стоит, – покачала головой, посмотрела на нас с Зоей и Дитером и улыбнулась. – Пойдемте, вы, наверное, утомились в дороге. Сейчас слуги покажут вам комнаты, и вы сможете освежиться.

Устать от перехода через портал мы, конечно, не успели, но возражать не стали. Тем более очевидно, что женщина хотела поговорить с сыном наедине. Мне было очень любопытно, что у них произошло в этот Новый год, тем более что был упомянут пропавший старший брат Аншаса, но влезать в семейные дела я не имела никакого права. А потому мы чинно прошли с хозяйкой в гостиную, она вызвала слуг, и те проводили нас в наши комнаты.

Вот только одна я там пробыла недолго.

***

– Снежана, – от двери послышался шепот, и я поспешила встать с кровати, на которой валялась уже около получаса и пялилась в потолок, ни о чем не думая.

Наверное, мне нужна была эта небольшая передышка, чтобы перезагрузиться, справиться со своей внезапно накатившей неуверенностью и снова обрести внутреннее равновесие. Оказывается, в этом мире я его теряю слишком легко.

Комната оказалась очень уютной, выполненной в золотисто-бежевых тонах. Обратила внимание на отсутствие ковров и ковриков и пришла к выводу, что наги, возможно, путаются в них хвостами. Зато сам пол оказался теплым и ступать по нему босыми ногами было приятно.

– Нэсси? – удивилась я, увидев, как девушка проскальзывает внутрь и аккуратно прикрывает за собой дверь. – Что ты здесь делаешь? В смысле, ты же должна быть в своей комнате и что-то там изучать.

Девушка так красноречиво скривилась, что без слов стало понятно, что она думает по этому поводу.

– Слушай, хотя бы ты не начинай, а? – она подошла к кровати и плюхнулась на нее всем телом, только хвост свесился с края. Ее светлые волосы с перехваченными у висков прядями красиво разметались по покрывалу. – Представляешь, мама и правда распорядилась принести мои старые куклы. Честно, я думала, она только угрожала.

– А чему ты удивляешься? Повела себя как ребенок – получила такое же отношение. – Я прилегла с ней рядом. – Но с куклами и правда перебор.

– Ну хоть кто-то меня понимает, – вздохнула девушка и внезапно призналась: – Я испугалась, вот и спряталась за маску ребенка. И только когда кукол в руки взяла, поняла, как по-детски себя вела здесь и у Аншаса.

– Тебе так не нравится Шанас? Вроде неплохой парень.

Девушка вздохнула и некоторое время молчала.

– Не знаю. Я не понимаю себя, когда он рядом оказывается. Так чудить начинаю, что потом самой стыдно. Вот с Сушаном, к примеру, все просто. Я знаю, чего от него ждать и как с ним разговаривать, чтобы добиться чего хочу… – Я невольно рассмеялась. – Эй! Ты чего смеешься? Надо мной, что ли? – и повернула ко мне голову, пыхтя от возмущения.

– Нет-нет, Нэсси! – поспешила я объяснить свой невольный смешок. – Разве ты не понимаешь, что чувствуешь себя с Сушаном легко и просто, потому что сама к нему ничего не чувствуешь и можешь вертеть им, как хочешь?

Девушка захлопала глазами, осознавая мои слова.

– Неправда! Сушан мне нравится, – возмутилась она.

– Но против того, что можешь им крутить, ты не возражаешь?

– Не то чтобы крутить… – задумалась девушка. – Но я его понимаю и представляю, чего от него ждать.

– И от себя.

– И от себя, – задумчиво согласилась девушка.

– А что насчет Шанаса? По-моему, ему что ни скажи, он все для тебя исполнит.

– Да ну… Он такой взрослый… И смотрит так, что все внутри подрагивать начинает. Я его боюсь.

– Я, конечно, не спец во взаимоотношениях полов, – я легла на бок и подперла рукой голову, – но, по-моему, вам нужно поближе друг друга узнать. Тогда ты сможешь понять, что на самом деле к нему чувствуешь.

– Пф… А если я не хочу этого понимать? – легла на бок и она.

– Твое право, – пожала я плечами. И так не стоило лезть со своими советами.

– Нет, ну так неинтересно! – обиженно насупилась Нэсси.

– В смысле? – удивилась я такой реакции.

Девушка немного попыхтела, глядя на меня, а потом рассмеялась, схватила маленькую подушечку, одну из множества, и кинула в меня.

– Не могла меня поуговаривать немного?

– Еще чего! – рассмеялась и я.

– Интересненькое дело! Развлекаются тут и без меня! – раздался от двери голос Зои. – Нет чтобы позвать, раз уж девишник тут устроили.

– А зачем тебя звать? Ты и сама пришла, – посмеиваясь, парировала я.

– Ага, – подхватила Нэсси.

– Ах, так?! – Зоя сделала зверское лицо и, добравшись до нас, начала щекотать сразу обеих.

Мы в долгу не остались. Хохотали втроем так, что я потом только удивлялась, как на такой шум не сбежался весь замок.

– Фух… – выдохнула Зоя и повалилась рядом с нами на разворошенную кровать. – Ну и гибкий же у тебя хвост Нэсси!

– Что есть, то есть, – сдувая с лица светлую прядь, согласилась девушка. – Но без Снежаны я бы все равно с тобой не справилась.

– Ха! Просто у нее богатый опыт общения со мной-любимой, – усмехнулась сестра. – Кстати, что вы тут такое интересное без меня обсуждали?

Нэсси скривилась:

– Да ерунду всякую. Слушай, у меня к тебе дело есть. Важное!

– Ко мне? – удивилась Зоя. – И что за дело?

– Ты же говорила, что ты повар хороший…

– Кондитер, – поправила ее сестра.

– Это еще лучше! Понимаешь… – она закусила губу, подбирая слова. – Есть у нас в замке один хороший целитель, но он жутко нелюдимый и не любит выходить из своей лаборатории. Только мама и может его своим повелением оттуда вытащить.

– Это тот, с которым Аншас поговорить хотел? – вспомнила Зоя условие, которое наг выдвинул сестре, чтобы проводить ее в замок.

– Ага. Так вот. Этот эльф жуткий сладкоежка. Наша повариха с ног сбилась, выискивая новые рецепты.

– А зачем?

– В смысле?

– Он что, так часто новые сладости требует?

– Нет, конечно. Но когда она делает что-то новое и вкусное, он приходит в кухню ее поблагодарить, а заодно лечит мелкие недуги слуг, которые оказываются рядом, да и саму повариху не забывает. В прошлом году в кухне ее внучка нечаянно чан с кипящей водой развернула и обварила себе бок. Все могло закончиться очень нехорошо – она ведь малышка совсем. Мамы тогда дома не было, и эльфа бы точно не дозвались. Так наша повариха за час такой обалденный торт соорудила, что эльф к ней через пять минут примчался и вылечил внучку так, что и следа ожога не осталось!

– За час?! Бедная женщина. Представляю, как она переживала. А эльф этот ваш тот еще су… чок.

– Что есть, то есть. Но приходится мириться. Эльфы не так часто из своих рощ выезжают, целители тем более, а уж так, чтобы служить кому-то… Так что нам очень повезло.

– Что же он у себя там такого натворил, что его из их рощи выперли? – задумчиво протянула Зоя.

– Говорят, – оживилась Нэсси и понизила голос, – с кем-то из королевского рода поругался. То ли слишком сильно удлинил кое-что очень важное, то ли укоротил, – многозначительно закончила она.

– Что удлинил? – не поняла я.

Нэсси помолчала, пожевала губу и посмотрела на меня странно:

– Говорят… хвост.

– Какой еще хвост? У эльфов же его нет?

Нэсси с Зоей переглянулись.

– Наверное, Нэсси хотела сказать нос, – предположила Зоя, хлопая глазами.

– А? Да! Точно! Это был нос! Однозначно! – активно закивала Нэсси, а до меня только сейчас дошло и про хвост, который у нагов маленький, и про нос.

– Да ну вас! Извращенки! – захохотала я.

– Сама такая! – рассмеялись подруги.

– Так что, Зоя, поможешь? – отсмеявшись, ткнула ее локтем в бок Нэсси.

– А может, проще все же к твоей матери обратиться?

– Ну вы же помните: Аншас не хотел, чтобы кто-то был в курсе его проблем с хвостом?

– Каких-каких проблем? – вытаращилась на нее Зоя.

– Ну он же сам сказал, что хвост прищемил.

Теперь уже мы смотрели на нее с недоумением, и девушка, не выдержав, расхохоталась снова.

– Вы бы сейчас себя видели! – она даже за живот ухватилась, но успокоилась довольно быстро. – Да ладно вам! Скорее всего, он для нашей Дюймовочки хочет вытянуть эльфа из лаборатории. В любом случае, если ты, – она посмотрела на Зою, – угодишь лекарю, то сможешь сама за Снежану попросить.

Мы с сестрой переглянулись.

– А ты уверена, что он сможет справиться с ее травмой?

– Пф! Он людей с того света доставал, по кусочкам во время войны собирал, а ты говоришь колено!

– Тогда чего мы ждем? – подхватилась Зоя. – Пошли, покажешь, где тут у вас кухня.

– Ага, дай только прическу поправить, – и подошла к трюмо, которое не имело ножек и было прибито к стене на небольшой высоте. Явно так сделано для удобства размещения хвоста.

Зоя тоже решила причесаться, а я отчего-то внутренне заледенела, боясь поверить в возможность излечения, и так и продолжила неподвижно сидеть на кровати.

– Эй, ты чего? С нами не идешь? – брови Зои удивленно взметнулись вверх.

Прежде чем ответить, пришлось протолкнуть вставший в горле ком.

– Иду, – вместо слова из горла вырвался сип, и я прокашлялась. – Да, я сейчас. Я иду!

В груди начала расправлять свои крылья надежда. И даже если ничего не получится, упустить такой шанс я не могла. Да если нужно, я сама к плите встану, хотя мало что умею, и буду готовить сладости, пока не выманю этого эльф на свет божий. Главное, чтобы из кухни не выгнали. Но будем решать проблемы по мере их поступления…

Глава 8

Глава 8. Преграды разрушим. И не только преграды

– А-а-а! – Народ из кухни ломанулся так активно, что мы с Нэсси еле успели отскочить к стене, чтобы нас не задавили.

В этот момент на плите что-то с громким хлопком взорвалось, и из кухни выползли даже самые нерасторопные наги.

Мы с Нэсси перепугано застыли и судорожно соображали, что делать. А испугаться было от чего.

Зоя пылала праведным гневом в самом прямом смысле – ее волосы превратились в факел. Вокруг рук тоже пылал огонь, одежда немного тлела, а рядом с плечом летали и ждали команды три огненных шара. Но Зоя собиралась разобраться со своей обидчицей лично и медленно наступала, заставляя ее бегать вокруг стола и кидаться в мою сестру всем, что попадалось под руку. В ход шли овощи, фрукты, кастрюли, тарелки, ножи, разделочные доски… Только огненные шары, ставшие с прошлого раза вдвое больше, отбивали все эти снаряды или испепеляли. Сама же Зоя, сверкая огнем в глазах, надвигалась на обидчицу с упорством и неотвратимостью стихии, в которую превратилась.

И как ее в таком состоянии остановить? По собственному опыту знаю, что в такие моменты и танк не поможет. Но остановить нужно. И даже не ради спасения ее жертвы, а потому что Зоя перерасходует силы и будет валяться без сознания, как я вчера. А если все сложится совсем плохо, то может вообще выгореть. Аншаса, чтобы ее поцеловать, тут нет, потому выгорание вполне возможный вариант развития событий.

Представила, как наг целует Зою, и от возмущения у меня над плечом, шевеля волосы, образовался маленький вихрь. Нет, так не пойдет, пусть ее Дитер целует. Только где он?! Да и не представляю я, как он эту огненную деву целовать будет. Что же придумать, чтобы вывести ее из этого состояния?!

А ведь все так хорошо начиналось…

Кухня, в которую нас привела Нэсси, оказалась просторной и необычной. По крайней мере, для нас с Зоей. Нечто похожее мы уже видели в доме Аншаса, но здесь все-таки было иначе. Газовых или иных плит не имелось – их заменяли намагиченные плоские камни разного размера, которые лежали на металлической решетке, чтобы после активации они не прожгли поверхности. Духовок здесь было несколько, работали они тоже на магии. Имелась и резервная печь, которая топилась обычными дровами, но ею не пользовались. Сохраняли ее, как потом нам рассказали, на самый непредвиденный случай. Мало ли что может случиться: магия пропадет или некому будет подзарядить кухонные артефакты. Маловероятно, конечно. Даже можно сказать – невероятно, но, как я поняла, альтернативная печь в замке быть должна.

Кухаркой в этом царстве кастрюль и поварешек была очень полная светловолосая нагайна в белом переднике. Из-под него выглядывал толстый серый хвост. Сам передник поражал белизной, и почему-то особенное внимание привлекал маленький аккуратный бантик на животе – нагайна завязывала фартук спереди. Глядя на него, невольно думалось о том, какими же длинными должны быть завязки, чтобы их хватило обхватить живот этой необъятной женщины. Толстых нагов я еще не видела, потому впечатление было ярким. Я даже не сразу заметила остальных нагов и нагайн, сновавших вокруг и выполнявших рутинную кухонную работу.

– Ашана, здравствуй! Что ты сегодня готовишь на обед? – Нэсси попыталась заглянуть за спину женщины.

– Рада тебя видеть, Нэсси. В обед и увидишь. А то знаю я тебя. Заявишь, что хочешь другого, и все приготовления пойдут прахом.

– Ой, ну ты меня совсем монстром рисуешь. Кстати, как ты себя чувствуешь? Мне сказали, у тебя были какие-то проблемы с сердцем? – участливо спросила девушка.

– Да какие там проблемы, – махнула рукой нагайна и улыбнулась, переставая выглядеть грозно. – Все уже прошло.

– Отдыхать тебе нужно чаще. А то так и до серьезного недомогания дойти может. Кстати, я подруг знакомиться привела.

– Ну знакомь, раз привела.

Нэсси нас представила и тут же продолжила:

– Ашана, Зоя отлично готовит и хочет порадовать нас чем-то сладеньким. Не против, если она у тебя тут немного похозяйничает?

– Оно-то, конечно, можно… – внезапно нахмурилась нагайна.

– Вот и отлично!

– А где ты работаешь, Зоя? – спросила повариха.

– Сейчас уже нигде, – вздохнула сестра и надела белый фартук, который ей протянула нагайна. – Но надеюсь вскоре найти место.

– Место, значит…

– Ага. Где тут у тебя продукты глянуть можно?

– Ну пошли, – отчего-то с угрозой произнесла женщина.

Зоя тут же ощутила перемену и восприняла ее как вызов своим способностям. Выпрямила спину, вздернула подборок, и две ценительницы кулинарного искусства направились вглубь кухни.

– Что-то мне их настрой не нравится, – нахмурилась я, наблюдая, как они искоса поглядывают друг на друга.

– Да ладно тебе! Ашана просто не очень любит, когда вторгаются в ее кухню. Уверена, они быстро найдут общий язык. Кстати, ты не знаешь, что Зоя собирается готовить?

– Забыла спросить. Сейчас вернутся и спросим.

– Ну уж нет! Я не собираюсь тут целый час сидеть и смотреть на их спины. Пойдем, покажу тебе мою комнату.

Уходить не хотелось. Сейчас, можно сказать, решалась моя судьба, но маячить на кухне вместе с неугомонной Нэсси тоже было не лучшей идеей.

– Заодно и кукол своих покажешь, – усмехнулась я и, увидев недовольное лицо девушки, добавила: – У Зои дома их целый шкаф, и она их не стесняется.

– В смысле? – опешила Нэсси.

– Коллекционирует их. А у тебя куклы с хвостами?

– Конечно с хвостами! Есть, правда, парочка с ногами, но я с ними не сильно любила играть.

– Мне уже очень интересно посмотреть! У нас с хвостами делали только русалок.

– А это что еще за раса такая?

– О как! Неужели здесь у вас таких нет?

И я рассказала о русалках. Так, непринужденно болтая, разглядывая искусно сделанных кукол и уютный интерьер комнат девушки, мы и провели около получаса.

– …Слушай, что-то мне беспокойно. Пойдем проведаем наших кондитеров, – наконец, предложила я.

– Так за полчаса они еще ничего не успели сделать, – удивилась Нэсси.

– Ничего, просто глянем на них. Может, чаю попьем, – настаивала я.

– Чаю? Действительно. Неплохая идея, – оживилась девушка, и мы снова отправились в кухню.

– Да куда ж ты, руки суешь?! – раздалось визгливое, стоило нам войти. – Да кто ж так яйца бьет?! Ты где так венчиком научилась работать?! И вообще, что за ерунду с такими ингредиентами можно приготовить?! – покрикивала кухарка, стоя за Зоиной спиной.

Я видела, какой прямой и окаменевшей от бешенства она была и удивилась выдержке сестры. Видимо, она очень сильно хотела приготовить десерт и вылечить меня. Зная ее взрывной характер, в любых других обстоятельствах она терпеть бы такое точно не стала.

Мы с Нэсси переглянулись и уже направились к Зое с кухаркой, чтобы разобраться в происходящем, как Ашана толкнула под локоть собиравшуюся что-то вылить на сковороду Зою, и содержимое разлилось по плите и сковороде.

– Что ж ты за неумеха такая?! – тут же взвилась довольная кухарка.

И по тому, как Зоя застыла на месте, я кожей ощутила – сейчас что-то будет, и придержала за локоть Нэсси.

– Ты чего? – она перевела на меня удивленный взгляд.

В этот момент моя сестра медленно обернулась, и ее волосы вспыхнули магическим огнем.

– Ой! – взвизгнула кухарка и отпрянула от Зои. Ее щеки, нос и лоб сильно покраснели, а брови и ресницы осыпались пеплом. – Что же это деется?! – запричитала кухарка ошалело, трогая ладонями лицо и пытаясь его остудить.

– Все, ты меня достала… – процедила Зоя сквозь зубы.

И у нее вспыхнули не только волосы, но и руки, а над плечом появились три огненных шара. Зоя шумно втянула носом воздух и, зловеще ухмыляясь, начала наступать на обидчицу.

– Помогите! – еще громче закричала Ашана и проворно отползла за стол. – Остановите эту ненормальную!

Но застывшие было кухонные работники, увидев зловещий оскал на лице Зои, с воплями бросились прочь из кухни.

Мы с Нэсси пристроились у стеночки, и я лихорадочно думала, что делать. Но в голову, как назло, ничего не приходило.

Но тут кухарка неудачно опрокинула емкость с растительным маслом, и оно разлилось прямо за ней. А потом Ашана уже не могла отползать, не могла сдвинуться с места – хвост елозил по скользкому полу.

Это конец. Зоя в таком состоянии способна на многое, еще стихия разум мутит, и все воспринимается совершенно иначе. Она сейчас поджарит несчастную на этом масле до золотистой корочки, а потом будет винить себя и посыпать голову пеплом. Нет! Я не могу допустить подобного!

Я вышла вперед и загородила собой кухарку:

– Зоя, стой!

– Снежана, отойди! Я все равно поджарю эту хвостатую гадину! – прошипела она, сверкая язычками пламени в глазах. Выглядело это жутенько.

– Зоя, не нужно делать глупостей. Ты же сама потом будешь жалеть, – попыталась я достучаться до ее разума.

– Потом – может быть. Но сейчас она у меня огребет по полной! Уйди с дороги! – И сестра двинулась надвигаться на меня.

Жар приближался вместе с ней, и я поняла, что если ничего не сделаю, тоже могу лишиться бровей и ресниц.

Действуя на чистой интуиции, возвела воздушную стену и отодвинула ею Зою назад. От неожиданности она чуть не упала, а потом разозлилась так, что у нее из ушей повалил пар! Она размахнулась и саданула по моей стене, которая от такого удара чуть прогнулась, но выдержала. Зато у меня зазвенело в ушах – она била не физически, а стихией. Зоя посмотрела на свой кулак, на мою полупрозрачную стену и направила на нее соединившиеся в один большой три маленьких шарика.

Моя стена начала дрожать и прогибаться, как пластик. Боясь, что огненный сгусток прорвется и угодит прямиком в меня, я усилила натиск. Наши стихии боролись, заставляя выкладываться на полную. Мы застыли в хрупком равновесии, и чем наше противостояние закончится, предугадать было невозможно. Но я обязана была защитить Зою от нее же самой.

Вдруг я ощутила, как кто-то оказался рядом и зашептал на ухо.

– Молодец. Сильная девочка, но неопытная. Сейчас в лоб решить проблему не получится. Нужно действовать иначе. Попробуй окутать ее огненный сгусток своей сферой и выкачать и из нее воздух. Пламя без кислорода потухнет.

Голос говорившего мужчины был незнаком мне, но он говорил правильные вещи. Я напряглась, ощущая, как по виску скатывается капля пота, и начала из своей стены выращивать шар, обволакивая им сестру.

Не знаю, чем бы закончился этот эксперимент, но на Зою непонятно откуда обрушился поток холодной воды. Ее волосы и кожа мгновенно потухли. Она, изумленно вытаращив глаза, хватала ртом воздух. А я затаила дыхание, опасаясь, что сейчас сестра разъярится и вспыхнет с новой силой. Но тут к ней подскочил нервно улыбающийся Дитер, чмокнул ее в губы и подхватил на руки.

– Зоечка, солнышко, не жгись. Мне будет очень больно, – и сглотнул. – Кстати, зеленый цвет тебе очень к лицу, как и платье. На груди оно сидит особенно эффектно, жалко будет его окончательно испортить.

Зоя опустила взгляд на свою аппетитную грудь, обтянутую мокрым бархатом, перевела его на меня, рыдающую в луже масла кухарку и разгромленную кухню.

– Мать моя женщина… – выдавила она, наконец придя в себя. – Это все я натворила, да?

И так жалобно заглянула Дитеру в глаза…

– Видимо… Но это не точно. Все на это указывает… Но… В общем, нужно разбираться.

Я выдохнула, ощутив, как подрагивают конечности. Неудачно переступила с ноги на ногу и скривилась от боли в колене. Стоявший за плечом наг обеспокоенно положил руку мне на плечо и хотел что-то сказать, то в наш междусобойчик вмешалось еще одно действующее лицо, очень похожее на давешнюю полную презрения красавицу-нагайну.

– Я глазам своим не верю! Две Повелительницы! Две! – и решительно рубанула: – Они должны отправиться с нами.

– Никто. Ничего. Никому. Не должен, – Аншас подполз ко мне и уверенно оттеснил плечом привлекательного темноволосого нага с яркими зелеными глазами, который подсказывал мне, что делать, чтобы остановить Зою.

– Как это не должен?! – взвилась не представленная нам юная красавица-нагайна с черным хвостом. – То есть я должна рисковать своим хвостом ради спасения мира, а они нет?!

«Старые пуанты, и тут спасение мира! Ну что за невезуха?! – мелькнула в голове мысль, окрашенная в истеричные тона. – А что, все по канонам – раз попала в другой мир, будь добра его спасти. Что? Не можешь и вообще ничего не понимаешь? Кто же тебя спрашивает! Давай! Вперед на амбразуру – и рви врага голыми руками!»

В голове нарисовалась картинка, как мы с Зоей в сексуальных бронелифчиках, которые непонятно что вообще защищают (наверное, самую важную, по мнению мужчин, часть тела женщин), и развивающихся за спиной красных плащах стоим посреди поля и, гордо вздернув подбородки, собираемся бить супостатов. Я фыркнула.

– Снежана, даже не думай! – Аншас смерил меня подозрительным взглядом, взял на руки, крепко прижал к груди и добавил: – И вообще, у тебя нога болит.

– Аншас, они же Повелительницы! – всплеснула руками чернохвостая. – С ними у нас гораздо больше шансов!

– Я сказал – нет!

Мы с Зоей переводили обалдевшие взгляды с нага на нагайну, а те буравили друг друга злыми взглядами.

– Позвольте, – попытался вмешаться в их перепалку зеленоглазый.

Но Аншас упрямо рявкнул:

– Нет!

– Как это нет?! – взвизгнула красавица и так мотнула кончиком хвоста, что нечаянно подвернувшаяся под него брошенная кастрюля подлетела и снова звонко ударилась об пол.

Притихшая было кухарка взвыла, все разом заговорили, пытаясь донести свою точку зрения, даже Дитер с Нэсси присоединились, поддавшись общему безумию.

Только мы с Зоей смотрели на все это широко раскрытыми глазами.

– Что здесь происходит? – раздался строгий женский голос, заставив всех замолчать. – Нашли где и когда спорить! – Мать Аншаса была возмущена. – Шаас, – обратилась она к зеленоглазому, – помоги бедной женщине подняться и отведи ее в комнату, чтобы она могла привести себя в порядок. Дитер, помоги своей девушке добраться к себе – ей тоже не помешает переодеться. Асшания, найди слуг, пусть уберут этот беспорядок. Аншас, отнеси Снежану в зеленую гостиную, там ее ждет лекарь. Нэсси, за мной! Ровно через час жду всех в своем кабинете, – И, развернувшись, уползла, забрав с собой понурившуюся дочь.

И никто ее не посмел ослушаться.

– Пойдем, что ли? – прокашлявшись, сказала я в наступившей тишине. – У тебя очень строгая мама.

– Но справедливая, – согласился со мной наг.

– Тогда нам с Зоей нужно подыскивать новое место жительства.

Наг фыркнул:

– Не выдумывай. Все будет хорошо.

– Угу, – вздохнула. – Кстати, о каком лекаре она говорила?

– О нашем.

– Но ведь… Ты же Нэсси просил его позвать так, чтобы мама не знала, – опешила я.

– Дюймовочка, я просто хотел ненадолго занять ее каким-нибудь важным и трудновыполнимым делом. Ты же сама видела, сколько в ней кипучей энергии.

– Угу, только вектором приложения этой энергии она выбрала Зою.

– Кто же знал, что так повернется… Расскажешь подробности?

– Все равно ведь придется объясняться перед твоими родителями. Лучше скажи, как лекаря зовут? – Я неожиданно занервничала. – И отпусти меня. Я и сама могу идти.

– У тебя болит нога.

– Уже прошло.

– Пройдет, когда ее вылечат.

– Не факт, что получится. Ты меня так всю жизнь на руках таскать собираешься?

– Я не против.

– В смысле?

Я нахмурилась и отстранилась от мужчины. Что он вообще имеет в виду?

Наг покосился на меня, недовольно поджал губы и внезапно произнес:

– Выпиндриэль.

– Что? – не поняла я.

– Эльфа зовут Выпиндриэль, – пояснил Аншас.

– Да ты гонишь! – вырвалось у меня выраженьице Зои.

– Между прочим, на эльфийском это значит «красивейший лепесток голубого цветка лотоса», – с самым серьезным видом проинформировал меня наг, но озорные смешинки в глазах его выдавали.

Я представила, как буду здороваться с этим Выпиндрежником, который лист с голубого цветка, и, не выдержав, расхохоталась.

– Дюймовочка, держи себя в руках. Мы почти пришли, – улыбался, глядя на меня, Аншас.

– Это же надо, какие интересные имена бывают у эльфов. Кстати, а о чем говорила чернохвостая?

– Неважно. Ты никуда не поедешь, – с застывшей улыбкой ответил наг.

– А ты?

– Поговорим об этом позже. Нас уже заждались. – И он толкнул дверь, около которой мы остановились.

Глава 9

Глава 9. Неожиданные неприятности и неприятные неожиданности

В кабинете у матери Аншаса было многолюдно, вернее, многохвостно, но очень тихо. Нагайна Шаисса сидела за большим дубовым столом в удобном для нагов кресле на высокой ножке, вокруг которой свивался кольцами ее хвост, и рассматривала собравшихся. А собрались здесь не только те, кто был во время происшествия в кухне, но еще и братья из ветви Нисшас, которых я видела утром.

Все были предельно сосредоточены и серьезны, в то время как мне с большим трудом удавалось сохранять неподвижность и серьезное выражение лица. А все почему? Да потому что я здорова! Почти здорова! Всего-то и осталось, что пропить специальный эльфийский витаминный комплекс, чтобы закрепить успех, и о своем недуге я могу забыть навсегда!

Навсегда… Жизнь без боли – это чудо! И оно произошло со мной! Я уже почти потеряла надежду и… вот!

Я незаметно подвигала коленкой, убеждаясь, что оно больше не болит. Невозмутимую маску на лице удалось удержать с большим трудом. Хотелось вскочить с места и скакать, как ненормальная, распевая первое, что придет в голову.

Будто почувствовав, как меня распирает радость, Аншанс взял мою ладонь и сжал. Не знаю как, но я почувствовала, что он тоже очень рад за меня и, как и я, мучится необходимостью сохранять серьезность.

Наши глаза встретились, и сдержать улыбку мне удалось титаническим усилием воли.

– Кхм, – разрушила сосредоточенное молчание мать Аншаса, и я заметила, как она смотрит на наши сцепленные руки.

Она точно поняла все не так. Я стушевалась, попыталась отдернуть ладонь, но блондин ее удержал, невозмутимо смотря на мать. Взгляд нагайны стал задумчивым, а потом она еще раз оглядела собравшихся и остановила взгляд на своей кухарке:

– Ашана, рассказывай.

Та под ее суровым взглядом икнула, затравленно заозиралась то ли в поисках поддержки, то ли боясь, что сейчас на нее накинутся, то ли просто ощущая себя не в своей тарелке среди знатных нагов. А потом ее губы задрожали:

– Зачем вы так со мной?! Хотели взять другую кухарку – берите! Надо было меня сразу уволить, а то только мучите! – И разрыдалась, уткнувшись в передник.

Мать Аншаса в недоумении посмотрела на женщину, перевела на нас вопрошающий взгляд, но, не найдя в наших глазах понимания, нахмурилась:

– Ашана, кто тебе сказал такую глупость? Никто не думал тебя увольнять. Ты уже десять лет у нас работаешь, у меня нет к тебе претензий.

Женщина всхлипнула и посмотрела на нагайну заплаканными глазами:

– А как же она? – и кивнула на Зою, у которой от такого заявления брови поползли на лоб.

Сестра за прошедший час успела немного отдохнуть, но выброс стихии ее сильно вымотал.

– А при чем тут я?

– Как это при чем?! – возмущению женщины не было предела. Она обвела взглядом присутствующих, предлагая оценить наглость Зои. – Как это при чем?! Думаешь, я не догадалась, зачем тебя Нэсси привела? Ты же сама мне сказала, что осталась без работы и претендуешь на мое место!

– Я?! – еще больше удивилась Зоя. – Что без работы – да. Но я и не думала претендовать на твое место.

– Тогда зачем ты своим кулинарным искусством блистать собралась? Думаешь, я дура? Обычно гости только вкусно откушать стремятся, а никак не сами готовить, – кухарка вытерла передником глаза и нос и с вызовом уставилась на Зою.

Сестра расправила плечи, посмотрела на меня, на окружающих и сухо произнесла:

– На твое место не претендую, а для чего я готовить собралась – не твое дело.

Она явно ничего не собиралась объяснять этой склочной женщине. А кухарку аж подкинуло на месте:

– А! А! – она разве что пальцем в Зою не тыкала. – Я же говорила, что она на мое место метит!

– Ашана, замолчи, – в беседу вмешалась Нэсси. Она была так непривычно серьезна, что женщина осеклась и замолкла. – Зоя хотела сделать десерт для лекаря, чтобы он вылечил колено Снежаны. Другие лекари сказали, что не могут этого сделать, что она на всю жизнь останется хромой и будет мучиться болями.

Ашана захлопала глазами, закрутила головой в надежде, что кто-то опровергнет слова девушки, но все молчали.

– Да как же это?.. Я же думала, что… Я же не знала! Да что мне жалко, что ли?! Да я сама сейчас! – и подскочила на месте, но Нэсси придержала ее за плечо.

– Н-да, наворотили вы… – произнесла нагайна Шаисса и посмотрела на Нэсси. – И зачем тебе нужно было так все усложнять? Сказала бы мне, и не пришлось бы так подставлять наших гостий.

Нэсси кинула раздраженный взгляд на брата:

– Так получилось. Не хотелось тебя отвлекать.

Нагайна тяжело вздохнула и укоризненно покачала головой:

– Нэсси, когда же ты научишься расставлять приоритеты и понимать, что действительно важно? – Нэсси потупилась и опустила голову. – Ладно, этот вопрос мы решили. Ашана, надеюсь, ты убедилась, что никто тебя подсиживать не собирался? Иди отдохни, лекарь сейчас к тебе подойдет. Мне сказали, что ты практически не пострадала, но с сердцем шутить не стоит. Пусть Выпиндриэль посмотрит.

Кухарка судорожно всхлипнула и посмотрела на Зою:

– Так, может, я того… приготовлю? Я ж не знала, для чего… Я ж…

– Ненужно, Ашана, – прервала ее не совсем связный монолог хозяйка. – Снежане уже помогли. Ступай. – И посмотрела на дочь: – Нэсси, помоги Ашане добраться до комнаты и проследи, чтобы лекарь не забыл, куда идти.

Блондинка возмущенно вскинулась, но перечить матери не решилась. Только недовольно зыркнула напоследок, понимая, что все самое интересно будут обсуждать без нее.

Когда за ней и кухаркой закрылась дверь, в кабинете снова повисла тишина. Я думала, после разбора происшествия нас с Зоей и Дитером тоже отпустят, но мать Аншаса только хмурилась и пристально рассматривала присутствующих. Рядом напрягся Аншас. Наконец, нагайна заговорила:

– Сейчас здесь присутствуют представители четырех древнейших ветвей нагов. Все вы посвящены в Тайну. – Она помолчала. – Но здесь есть и те, кто может помочь выполнить великую миссию, которая возложена на вас судьбой.

– Мама… – попытался что-то возразить Аншас, но нагайна подняла ладонь, останавливая сына и проговорила:

– Сын, поверь, никто не собирается заставлять твоих друзей ввязываться в наши дела… – Помолчала. – Но они должны знать, как много сейчас стоит на кону, и как мы нуждаемся в их помощи.

– Ни в какой помощи мы не нуждаемся, – уверенно ответил Аншас. – Нам всего-то и нужно что добраться до пятой ветви Хранителей. А вы все делаете из этого событие века.

– А если наши враги уже до нее добрались?! Ты об этом подумал?! – не выдержав, вступила в разговор чернохвостая.

– Если добрались, то тем более торопиться уже некуда, – придавил ее тяжелым взглядом Аншас. – Не помогут никакие Повелители.

– Разве что драконы, – хмыкнул зеленоглазый наг. – Но уже не нам.

– Да о чем вы все тут говорите?! – не выдержала безрадостных намеков Зоя. – И при чем тут мы со Снежаной?

Хозяйка кабинета вздохнула, помолчала и начала рассказ:

– Вы Повелительницы, а их сейчас в Рерингасе по пальцам одной руки пересчитать можно.

– И что? Можно подумать, у вас сильных магов мало.

– Немало, но вы имеете чистое сродство со стихией. Вам не нужно учиться, не нужно постигать сложные заклинания. Вы все уже знаете интуитивно и делаете просто потому, что вам этого хочется. Вы – гении этого мира.

– Пусть так, но мы гении всего пару дней! Толку от нас будет мало, – покачала головой Зоя.

– То есть как пару дней? – чернохвостая красавица смотрела на нас с недоумением.

– Это долгая история, – попытался отмахнуться от нее Аншас.

– Что значит долгая?! Вы что, знаете, как делать людей Повелителями стихий, и молчите?! – взвилась девушка и подскочила с места.

– Асшания, сядь, – припечатала голосом хозяйка кабинета. – Эти девушки попали к нам из другого мира. Эта информация не должна уйти дальше моего кабинета. Это понятно? – и оглядела всех пристальным взглядом. – Попали они к нам случайно, и как вернуться или открыть портал в свой мир не знают, как и мы. Все. На этом разговор об их иномирности закончен. Сейчас у нас другие проблемы. – Чернохвостая, все еще кипя от возмущения и как-то по-новому на нас глядя, села, а Шаисса вздохнула и задумалась, явно подбирая слова. – Снежана, Зоя, пожалуй, чтобы вы понимали важность участия Повелителей в этом походе, стоит начать с самого начала: с появления нагов в этом мире. Наш изначальный мир – не Рерингас. Но именно Рерингас стал нашим домом. Мы пришли сюда, когда спасались от своей богини. Великий дракон нас принял. Он…

Дверь в кабинет резко открылась, и на пороге показался отчим Аншаса и Нэсси.

– Извините, что прерываю, – лицо мужчины было серьезным, а в глазах плескалось беспокойство, – орк с гремлином сбежали. Маг-менталист не успел снять их мыслеобразы.

– Неужели они хотели нас обмануть? – нахмурила Шаисса.

– Не…

Ответить ей мужчина не успел – раздался звук, похожий на взрыв, замок вздрогнул, с полки упала статуэтка.

Мы с Зоей испуганно переглянулись.

– Это что за армагедец? – разбивая повисшее оцепенение, выдала сестра.

– Это в левом крыле! – отмер отчим и скрылся из вида.

– Господа, боюсь, что эту беседу придется ненадолго отложить, – Хозяйка приподнялась, показывая, что собирается покинуть кабинет.

Все тут же подскочили.

– Мы поможем! – решительно произнес Шанас и вместе с братом пополз к выходу.

За ними, кивнув, последовал зеленоглазый.

– Аншас, мне понадобится твоя помощь, – подползая к сыну, сказала Шаисса, в глазах которой плескалось беспокойство.

– Да, конечно. Дитер, проводи девушек в зеленую гостиную. Я пришлю туда дополнительную охрану.

– Это нападение? – спросила я, не желая отпускать руку Аншаса и заглядывая ему в глаза.

– Пока неясно. Но, скорее всего, диверсия. Нападение не прошло бы мимо охраны. Но ни о чем подобном нам не сообщали. В любом случае, в этом крыле вы в безопасности. А с остальным мы разберемся.

– Именно поэтому ты приставляешь к нам еще охрану? – иронично, но нервничая, вздернула бровь чернохвостая.

– Именно поэтому я оставляю вас всего лишь на охрану, а не остаюсь сам, – отрезал он и остро глянул на нагайну.

– Я провожу девушек и подойду, – сказал Дитер и подтолкнул Зою и Асшанию к выходу.

Я отпустила руку блондина и проследовала за ними. Душу грызло беспокойство. Все происходило слишком быстро и поворачивалось очень серьезно. Мы в этом мире всего третий день, а уже столько всего произошло, что кажется – не меньше месяца. Еще и это повелительство нежданно-негаданно свалилось на голову. И чего от нас хотят? Чернохвостая так сильно дергается, что даже мне понятно – миссия будет непростой. И что там делать балерине и кондитеру?! Ну смешно же! Одна затанцует, а другая расстреляет врагов кексами?

Еще и взрыв… Зачем? Чего ожидать дальше?

Как же мало я знаю об этом мире!

Задумавшись, я замедлила шаг и отстала от Дитера с девушками. У двери в гостиную маг обернулся и, найдя меня взглядом, остановился, пропуская Зою и недовольно сверкнувшую в мою сторону глазами Асшанию.

– Снежана, не отставай.

– Извини, задумалась, – и, пока мы не вошли, прикрыла дверь и спросила: – Ты пойдешь с Аншасом?

– Куда? Спасать мир, как выразилась наша хвостатая красотка? – криво улыбнулся Дитер.

– Ты только при Зое так ее не называй, – посоветовала я. – Она такие комплименты другой девушке не оценит. – И ответила на его вопрос: – Да, туда.

– Аншас – мой друг. Настоящий, каких мало. Конечно, я пойду прикрывать ему спину. А вот вам с Зоей идти не советую.

– Почему? – я внимательно смотрела с серьезное лицо мага.

– Аншас прав: пусть наги сами со своими проблемами разбираются. Вы тут всего несколько дней, а вас сразу в омут кинуть хотят. Обойдутся. Как бы сильно я ни уважал мать Аншаса, но это уже перебор. А вас с Зоей мы лучше к Рэмрату, нашему другу дракону, отправим. Он, если что случится, защитит и поможет.

Я задумалась… Бесспорно, Дитер прав. Но в благодарность за излечение и помощь в новом мире я бы согласилась отправиться с ними несмотря на последствия – слишком много для меня значат здоровые ноги. Вот только… Зоя точно пойдет за мной. Лезть на амбразуру ее любимое занятие. Но я не могу ей позволить рисковать своей жизнью. Не прощу себе, если с ней что-то случится. Уверена, в случае неудачи обычной каталажкой тут не обойдется. Осталось только саму Зою в этом убедить. Еще бы Аншас туда не лез…

Может, организовать ему расстройство желудка? А что? У нас как-то прима из-за этого на сцену не вышла. Зато ее замена светилась от счастья. Потом ходили слухи, что это она слабительный порошочек приме в чай подмешала.

Эх, не подойдет. У них тут лекарь есть, мигом на ноги поставит.

Рассуждения, конечно, несерьезные, но как бы хотелось… А может, я себя слишком сильно накручиваю? Ведь нам ничего толком так и не рассказали.

Вспомнив о лекаре, посмотрела на свою коленку и улыбнулась, поняв, что совершенно о ней забыла: ни боли, ни хромоты.

Дитер, который собирался уже открыть передо мной дверь, заметил этот взгляд.

– Выпиндриэль вылечил?

– Да, – я улыбнулась еще шире. – Хорошо, что Зои рядом не было.

– Почему? – удивился наг.

– Довыпендривался бы тогда точно. Мне-то что, я и не таких утомленных от общения с обычными смертными «звезд» в балете видела, а у Зои в ответ на такое поведение руки всегда к сковороде тянутся. И не для того, чтобы приготовить вкусняшку.

– Да, – Дитер хохотнул и невольно дотронулся до глаза. – Я уже понял, что рука у нее тяжелая.

– Когда тебе успело прилететь?

– Неважно, – усмехнулся он, открывая-таки передо мной дверь.

Но я так и застыла на пороге, непонимающе оглядывая разгромленную гостиную и приходившую в себя лежавшую на полу Асшанию.

– Ммм, – застонала она, трогая голову.

– Что здесь произошло?! – Сосредоточенный, как сжатая пружина, Дитер оглядывал комнату. – Где Зоя?

Я кинулась к девушке, помогая ей принять вертикальное положение, и сама оглядывалась в поисках сестры, но нигде ее не находила.

– Где Зоя, Асшания?! – повторил вопрос Дитер.

– Ее здесь нет, – приходя в себя, ответила девушка.

– Как это нет?!

– Ее… похитили.

Глава 10

Глава 10. Тайна Пяти Хранителей

Горячая чашка в руках почти обжигала пальцы, но казалось, что именно благодаря этому теплу я до сих пор не впала в истерику и не закатила всем снова собравшимся в кабинете скандал. Большой такой и ужасно некрасивый.

Мою сестру похитили! А они тут сидят и рассуждают об опасности, которая угрожает нагам. Я, конечно, понимаю, что это очень важно, но эгоистка во мне кричит, что исчезновении Зои для меня гораздо важнее. Только сейчас я осознала, как ценно мне было ее присутствие рядом. Если бы не она и ее термоядерный оптимизм, даже и не знаю, как бы я приняла такие крутые перемены в жизни и новый мир в целом. А теперь она пропала…

Что с ней? Где она? Жива ли?!

Я теснее сомкнула руки на чашке, зажмурилась, изо всех сил потянулась душой к сестре. Внезапно поняла – она жива! Застыла, стараясь проникнуться этим чувством. Не знаю как, но я ощущала, что с Зоей все в порядке. Более того, она явно словила злой кураж. Ой-ой… Когда она в таком состоянии, лучше не приближаться. Захотелось расплакаться от облегчения, а еще подумалось, что я ее пленителям не завидую.

Отхлебнула из кружки успокоительный чай и невольно снова окунулась в воспоминания о ее исчезновении.

– Как это похитили?! – вырвалось у меня, и я сильнее сжала плечи чернохвостой. – Не может быть! Кто?!

– Орк и гремлин, – поморщилась она и, бросив на меня неприязненный взгляд, отодвинулась.

– Не понимаю. – Сказанное никак не укладывалось в голове. – Зачем? Орк что там говорил… Скволки… Но…

– Как они смогли открыть портал из замка? Это невозможно, – оборвал мою бессвязную речь Дитер, предварительно просканировав все магически – каким-то образом я это почувствовала.

– У них был родовой амулет перемещения ветви Шассур, – внезапно ответила Асшания.

– Но такие есть только у хозяев замка, и они им его точно не давали.

– Откуда мне это знать?! – истерично выкрикнула нагайна. – Меня чуть не убили, а ты у меня об амулетах спрашиваешь?!

– Асшания, успокойся. Сейчас позовем лекаря. Но только что тут пропала Зоя, и нужно разобраться.

– Да и шарк с ней, с этой человечкой! (Шарк – мифический наг, который по легенде встречает всех нагов у врат смерти. – Прим. авт.)

– Асшания, ты заговариваешься, – голос мага похолодел, а на лице заходили желваки.

– Меня чуть не убили, а вам все равно! – по лицу нагайны покатились крупные слезы.

– Ты сейчас вполне себе жива, – не поддался на ее слезы Дитер. – А Зоя пропала, и еще неизвестно, что с ней сделают!

– Так пройди по следу портала и отыщи ее!

– Родовой портал так просто не отследить, – прорычал маг. – Это можно сделать при помощи замкового алтаря, но очень сомневаюсь, что ее уже не переместили в другое место, – и гораздо тише и скорее для себя: – Откуда же у этих пройдох мог взяться такой артефакт?..

– Ой, да что там думать?! Небось сбежавший наследник им его и отдал, – утерла слезы Асшания.

– Не говори глупостей. Ашурасу незачем было сбегать. Если бы он действовал по собственной воле, точно бы не стал прятаться, а делал все при помощи своей же ветви.

– А с главой ветви Нисшас, который потом пропал, он в ночь Создания не сам встречался? – парировала нагайна.

– Мы об этом знаем только со слов сбежавших орка и гремлина. А мыслеобразы с них так и не сняли.

В этот момент в дверь постучали. Дитер тут же напрягся и сформировал на руке огненный шар.

– Войдите! – бросил и приготовился при необходимости атаковать.

Дверь отворилась, и на пороге показался стражник.

– Ваша милость, мы охрана замка. Прибыли по велению нага Аншаса для несения службы.

Огонь на руке мага потух.

– Тогда разыщите его и скажите, что Зою Белову только что похитили.

Я ощутила, как мои ноги обвил чей-то хвост, и выплыла из воспоминаний. Открыла глаза и увидела, что это Аншас. Он не в первый раз пытался меня подбодрить, но получалось у него плохо. Хуже всего на мне сказалось ожидание. Только к вечеру в замке все более-менее улеглось и все заинтересованные снова собрались в кабинете, чтобы обсудить произошедшее и закончить утренний разговор. Но за это время я успела поистерить, успокоиться, придумать суперплан поиска и освобождения Зои, понять, что он никуда не годиться, снова поистерить и…

Не знаю, что бы еще я придумала, но появилась Нэсси и думать мы стали вместе.

– В этом точно замешана чернохвостая мамаша Асшании! – внезапно постановила она.

Я аж икнула.

– Почему она?

– А кто же еще?! Ты видела, какая она вся злобная. Только лицо у нее и красивое, а сама так ядом может оплевать, что только стоишь и обтекаешь. Дочка у нее, правда, дура, но тоже гадина еще та.

– Но почему ты думаешь, что в похищении замешана именно она?

Нэсси усиленно хмурила лоб, размышляя:

– Потому что! – наконец выдала она. – Вот чую, что она! Асшания ей рассказала о вас – и та тут же вух!

– Что «вух!»?

– Организовала похищение! – всплеснула руками блондинка. – Но нам точно никто не поверит, – уперла она кулачки в бока.

– Не поверит, – вздохнула я, понимая, что чем дальше, теб больше в рассуждениях Нэсси бреда.

– А значит что? – тем временем продолжила она гнуть свою линию.

– Что?

– Значит, нам нужно все проверить и самим освободить Зою! – победно постановила нагайна.

– Насчет освободить – я только за. Но где ты собралась ее искать?

– Как где?! В замке чернохвостых.

– А туда тебя кто пустит?

– Ой, ну это уже мелочи жизни, – махнула она рукой. – Так ты со мной?

– И куда это вы собрались? – послышалось насмешливое от двери. – Меня с собой возьмете?

В общем, Аншас появился и забрал меня на совещание очень вовремя. Иначе в гости к чернохвостым мы бы все-таки отправились. А мне мать Асшании понравилась еще меньше, чем ее дочь, и к общению с ней я не стремилась.

Тем временем обсуждение в кабинете коснулось исчезновения Зои.

– Судя по тому, что у этих двоих был портальный амулет нашего рода, они могли сбежать в любое время. Но предпочли устроить взрыв, – спокойно произнес Аншас. – Без сомнений, это был отвлекающий маневр, чтобы скрыться и выкрасть Повелительницу стихии или сразу двух. – Он бросил косой взгляд на меня и плотнее обвил мои ноги хвостом. – Вот только о том, что Зоя и Снежана Повелительницы, более-менее широкой общественности стало известно всего за два часа до похищения. А это может значить только одно… – Аншас посмотрел на мать с отчимом и виновато на меня. – В замке есть шпион. Поэтому нам всем нужно быть крайне осторожными. Я перенастроил замковый алтарь, чтобы не пускать обладателя амулета брата на нашу территорию, но произошедшего уже не изменить. Тем не менее о нашем решении отправиться на поиски пятой ветви никто узнать не должен был. Мы это обсуждали только здесь и в узком кругу. И не доверять кому-то из вас у меня нет причин. Вы слишком хорошо знаете, к чему может привести открытие Врат и… если не доверять вам, то вся наша затея изначально обречена на провал.

В кабинете повисла тишина. Все переглядывались.

– Боюсь, что решение искать пятую ветвь с нашей стороны слишком предсказуемо, – вступил в беседу зеленоглазый. – Думаю, именно для этого к нам и были засланы орк с гремлином. Им для чего-то нужно, чтобы мы начали ее искать.

– Им нужно, чтобы мы ее нашли, – поправил его Аншас. – Вероятно, у них самих это не получилось, и они решили, что если Путь туманов пройдем мы, то смогут и они. Но в данном случае нам важно, чтобы они не знали, когда мы выдвинемся в путь. Они должны продолжать думать, что мы находимся в замке и бездействуем, даже когда мы его покинем.

– А надо ли нам в таком случае вообще куда-то идти? – спросил Шанас.

Все снова замолчали, обдумывая услышанное.

– Тогда мы так и не узнаем, что случилось с нашими близкими и можем ли мы им еще помочь, – внезапно очень тихо сказала чернохвостая, и я поняла, что и у нее кто-то пропал. Кто-то близкий.

Я крутила в голове услышанное, но мне катастрофически не хватало информации. Похоже, из собравшихся только я не могла понять происходящего. И тем не менее они все от меня чего-то хотели. А значит я не буду стесняться и спрошу:

– Не понимаю, что за пятая ветвь, Путь туманов, Врата… Зачем кому-то понадобились главы родов нагов, зачем нам куда-то идти и при чем тут вообще мы с Зоей?

Находящиеся в кабинете переглянулись.

– Снежана права, – вздохнула нагайна Шаисса. – Я хотела рассказать эту историю утром, но нам помешали. Пожалуй, сейчас самое время к ней вернуться. Сами наги многое из нее уже забыли, но мы, Хранители Врат, все помним и обязаны не допустить… прихода нашей богини в этот мир.

– Вашей богини? – вырвалось у меня.

– Да, – кивнула женщина.

Ум заходил за разум, но я уже видела множество невероятных волшебных вещей в этом мире, чтобы теперь не верить в богиню нагов и Великого дракона.

– Это было условием Великого дракона? – спросила, чтобы понять, так ли им самим нужно держать какие-то там Врата закрытыми.

– Нет, Снежана. Это залог нашего выживания. Был и есть. Великий Дракон не ставил нам никаких условий. Наоборот – одарил. Но обо всем по порядку. – Она отложила ручку, которую крутила в руках и сцепила пальцы в замок…

Когда-то Великая богиня Шшассана создала мир Шшас и населила его разумными существами по своему образу и подобию: змеями, людьми и нагами. Не такими змеями, каких можно встретить в этом мире, а похожими на нас, но с чешуйчатыми телами и головами змей. Она могла принимать все три формы и часто жила среди своих поданных. Все три расы процветали. Не сказать, что жили без конфликтов, но процветали. Однажды, когда богиня была в змеиной форма, она влюбилась в короля змей. Тот ответил ей взаимностью, и поначалу ее счастье служило на благо мира. Но король змей быстро понял выгоды, которые ему дарует любовь богини, и скоро устоявшийся миропорядок был нарушен – началась долгая кровопролитна война. Война на уничтожение людей и нагов. Король захотел оставить на Шшасе только одну господствующую расу, а остальных объявил неполноценными и отвел им роль рабов и жертв в ритуалах жертвоприношения, из которых черпал магическую силу.

Ослепленная любовью и лживыми речами короля, богиня верила, что в происходящем виноваты наги и люди, и помогала змею. Пусть не напрямую, но этого было достаточно, чтобы сместить чашу весов. При поддержке богини план короля стал исполняться. После долгих лет войны, череды предательств и поражений свободными от ига змей осталось всего несколько королевств и княжеств. Все понимали, что это ненадолго. Люди и наги истово молились богине о помощи, но та ничего не видела и не слышала. Или не хотела. Она забыла о нас. Бросила на растерзание змею, который из наших смертей черпал силу и хотел стать равным богине. При ее помощи и благодаря накопленной силе множества умерших душ он смог превращаться в нага. Уверившись, что скоро станет божеством, он стал еще кровожадней.

Вместе с ним менялась и богиня. Она уже не была той, кто даровал жизнь свои созданиям. Она, как и король, стала ее отнимать.

Погибшие и плененные взывали к отмщению, но никто не мог пробиться к Змею и уничтожить зло, которым он стал для двух народов.

Змей предусмотрел все, кроме любви – он влюбился. По-настоящему влюбился в рабыню-нагайну и изо всех сил прятал девушку от глаз богини. Ненависть нагайны его не смущала. Он любил истово и почти болезненно. Змей никому не прощал слабости, и когда такая появилась у него самого, ему отомстили свои же – они все рассказали богине.

Шшассана впала в бешенство, нашла и растерзала девушку. Ослепленный горем Змей бросился на богиню, и та, пылая гневом, сама его убила. А когда поняла, что натворила, обвинила во всем нагов, ведь любимая ее Змея была нагайной, и людей за компанию, ведь он так их ненавидел.

Богиня приказала уничтожить всех нагов и людей, которые еще жили среди змей или были их рабами, и направила все силы армии на уничтожение оставшихся не завоеванными королевств и княжеств. Мироздание содрогнулось от количества смертей разумных, грани миров задрожали, и Великий Дракон смог услышать мольбы оставшихся в живых людей и нагов. Он открыл им Врата в Рерингас.

Времени для эвакуации всех нагов не хватило совсем немного. Кто-то должен был вступить в битву с армией врага и дать время всем уйти. Вызвалось пять самых сильных ветвей нагов. Защищая более слабых, они вышли на поле боя, став смертниками, и дали своему народу необходимое время.

Все знали, что они пошли умирать, и могли их только оплакивать. Но когда последние беженцы оказались в Рерингасе и поклонились Великому Дракону, принимая его власть над собой, он проревел, что наги теперь находятся под его защитой и он имеет право за них вступиться. Он скрылся во Вратах и, попав в Шшас, отбил тех, кто был еще жив и сражался, и привел их в Рерингас.

Из-за того, что Великий Дракон прошел через Врата, уничтожить их окончательно стало невозможно. И пять ветвей, которые были готовы пожертвовать собой ради спасения своего народа, стали Хранителями Врат и поклялись, что они и их потомки сделают все, чтобы Врата навсегда остались запечатанными.

Я слушала этот рассказ, и перед глазами вставали картины произошедшего.

Огромный, сильный, с чешуйчатым человеческим телом король змей, прекрасная богиня рядом с ним, которая меняет свой облик по желанию. Напоенный солнцем дворец, в котором они впервые встретились взглядами, и неистовая любовь, которая вспыхнула в сердце холодной красавицы.

Постепенно в моем представлении картины прошлого становились все мрачнее, багровым вспыхивали языки пламени, пространство наполнялось криками боли и мольбами о помощи. Апофеозом всего стала черная ночь, крики воронья, лязг стали и горстка нагов, из последних сил отбивавшихся от наседавших змей, чтобы спасти будущее тех, кто уходил в другой мир. А потом яркий, слепящий, принизывающий тьму свет, который исходил от Великого Дракона, пришедшего спасти тех, кто ему доверился. Визг и крик огромной змеи, которая переродилась из богини жизни в богиню смерти. И звенящая тишина, опустившаяся на спасшихся по другую сторону портала, когда Великий Дракон переместил их сюда.

Мурашки побежали по телу, а нагайна продолжала рассказ:

– …С тех пор мы празднуем этот день и поминаем ушедших. – Шаисса ненадолго замолчала и отпила из стакана воды. – На этом легенда для обывателей заканчивается, но для Хранителей все только начинается. Каждой ветви Хранителей Великий Дракон подарил особенности, которые должны были помочь нагам адаптироваться в новом мире и суметь защитить соплеменников. Ветвь Нисшас, – она посмотрела на братьев Шанаса и Сушана, – получила способности, улучшающие их боевые качества: физическую силу и возможность покрываться чешуйчатой броней. Ветвь Шиир, – она перевела взгляд на зеленоглазого, – получила усиленные магические способности, которых от природы у нагов немного. Ветвь Шурас, – под взглядом нагайны Асшания невольно заерзала, – асассины. Они получили усиленную ядовитость и возможность при определенных условиях сливаться с окружающим пространством. Мы, ветвь Шассур – прирожденные дипломаты. Великий Дракон подарил нам не совсем очевидные и на первый взгляд ненужные особенности: обостренное обоняние – мы можем при желании многое учуять, в том числе и яд в бокале. И еще то, что при определенных условиях помогает наладить контакт с другими расами Рерингаса. Он дал нам…

– Мама, я позже сам расскажу об этой особенности Снежане, – неожиданно вмешался в разговор Аншас, и я перевела на него недоуменный взгляд.

Нагайна Шаиса ненадолго замолчала, глядя на сына. Моргнула:

– Хорошо, – и задумчиво постучала пальцем по столу.

– А как с такими особенностями вы еще не завоевали весь Рерингас? – озвучила я появившуюся свою мысль.

Женщина подняла на меня все еще задумчивый взгляд и улыбнулась:

– Дело в том, что чем дальше потомок Хранителя от основной ветви, тем меньше у него способностей, а то и нет совсем. Создать суперармию не получится. Да и остальные расы Рерингаса не обделены милостью Великого Дракона. Но самое главное: над всеми нами стоят драконы. И они никогда не позволят начаться подобной войне.

– Если только сами ее не начнут, – с горечью произнес зеленоглазый Шаас.

– Да, мы многих потеряли в недавней войне драконов. – Нагайна посмурнела и снова сцепила пальцы. А я вспомнила, что именно в той войне погиб ее муж и пропал старший сын, который, по словам орка и гремлина, недавно объявился в обществе исчезнувшего отца Шанаса и Сушана. – Но это противостояние зрело давно, а мирные времена длились слишком долго. – Она тяжело вздохнула и ненадолго прикрыла глаза. – Но сейчас не об этом. Пятой ветвью Хранителей стала ветвь Ашур. Но оказалось, что из нее выжил только один ее представитель – глава рода. Он был крепким мужчиной в возрасте и сражался не хуже, а то и лучше, молодых, иначе бы не выжил, но в свое время из-за предательства он потерял жену и дочерей, а сыновья погибли в сече перед вратами. Он готов был защищать свой народ, но брать новую жену и восстанавливать погибшую ветвь уже не хотел…

– Из меня получится недолговечный Хранитель, – сказал тогда он.

Великий Дракон все понял и принял выбор последнего из ветви Ашур.

– Я знаю, что однажды придет время, и потомки забудут ужас, от которого бежали. И найдутся те, кто, надеясь возвеличиться, захочет привести в этот мир свою бывшую богиню. И тогда ты станешь последним оплотом на пути к Вратам.

Никто не знает, что дальше стало с этим Хранителем, но скалы вокруг него и Врат сомкнулись. Остался лишь узкий проход, который заволокло туманом и который сейчас называют Путем туманов. Позже пополз слух, что в ущелье за туманной пеленой находятся сокровища прошлого, которые наги в свое время перенесли в этот мир и которые Великий Дракон взял в уплату за переход…

– …Бред, конечно. Зачем такому существу были наши пожитки? Но многие верили, и смельчаки пытались туда проникнуть. Не возвращался никто. И даже с воздуха заглянуть за завесу тумана или попасть в ущелье и вернуться, как оказалось, возможности нет.

– И как Хранители должны защищать эти Врата, если они даже попасть к ним не могут? – спросила я.

– Хранители могут. Не знаю, что их там ждет, просто все равно не будет, но небольшой группой пройти можно, – уверенно сказала нагайна, и я поняла, что мне многое не рассказывают. Но нужно ли мне знать все детали? Со мной и так делятся крайне важной и секретной информацией. И от этого очень не по себе. – Но дело даже не в этом, вернее, не только в этом. Как и у каждой двери, у Врат есть ключ. Ключ, который ни в коем случае не должен попасть не в те руки. Великий дракон это понимал. Он разделил его на пять частей и отдал в виде перстней главам пяти ветвей Хранителей. Он наделил перстни силой и некоторыми свойствами, одно из которых – они не могут потеряться и после смерти носителя исчезают и материализуются на пальце наследника ветви. А еще их нельзя снять, если носитель сам его не отдаст, но даже в таком случае, если перстень удалится слишком далеко, он снова вернется к Хранителю. И наша главная задача – не допустить, чтобы эти перстни снова собрались в один ключ. Такого не было еще никогда, но трое носителей перстней каким-то образом похищены. У нас и у ветви Шурас пропали старшие сыновья, у ветви Нисшас – отец. И пока только ветвь Шиир сохранила перстень.

– Но прекрасно понимает, что отсидеться в стороне уже не получится, – задумчиво добавил зеленоглазый.

– И тем не менее мы все рекомендовали бы тебе получше спрятаться. Если хотя бы один перстень станет недосягаем, шансов открыть Врата у злоумышленников станет меньше.

– И всю жизнь прятаться? – криво усмехнулся он. – А ведь я со своим магическим даром могу сильно помочь. Я, как и вы, Хранитель Врат и не собираюсь прятаться и уклоняться от своих обязанностей. Да и вряд ли силы, которые сумели провести такое уже с тремя главами, не смогут провернуть это и со мной. Возможно, понадобится чуть больше времени, но это все равно произойдет. И я не хочу, чтобы ответственность за происходящее упала на плечи моего брата или будущего сына.

– Сына? Но ты же еще не женат, – удивленно хлопнула глазами Асшания.

– И что? Неужели ты думаешь, что если я буду прятаться, то никогда не женюсь и у меня не появится наследник? – иронично вздернул бровь Шаас. – Кто-то начал претворять в жизнь опасный, хорошо продуманный план, и уже ни перед чем не остановится.

– Но почему вы все думаете, что, пройдя этим Туманным путем, вы как-то поможете решить проблему и всех спасете? – не понимала я.

– Потому что когда мы там появимся, они обязательно придут, – жестко улыбнулся наг. – Иначе зачем все было начинать?

– А еще нам вполне конкретно намекнули, что ждут нас там, – добавила нагайна Шаисса. – Орк с Гремлином сказали, что мой старший сын и глава ветви Нисшас разговаривали о Пути туманов. – Она вздохнула. – Разговаривали или нет, и видели эти пройдохи их или нет – неизвестно, но посыл понятен.

– Не понимаю, зачем им все вы, если у них почти все главы родов. Осталось только одного выкрасть. Зачем им приманивать туда еще и такой опасный довесок, как наследники ветвей? – все еще недоумевала я.

Глава 11

Глава 11. Вот! Новый поворот, и что-то там ревет…

«А ведь еще совсем недавно все, оказывается, было не так уж и плохо!» – думала я, выпучив глаза из-за навалившегося на меня сверху Аншаса и пыталась сделать вдох. И чего он с меня не слазит?! А ведь вокруг все тоже не слава богу!

Почти у самого носа я увидела огромные, широко расставленные лапищи, обутые в нечто среднее между меховыми сапогами и сандалиями. Приподняв голову, сумела проследить, кому они принадлежат, и обомлела. Орк, красный, большущий, перевитый тяжами мышц… Клыкастый, с маленькими налитыми кровью глазками – это я уже додумала, потому что заходящее солнце как раз было у него за спиной и разглядеть лицо с моего ракурса было нереально. Но главное – он был не один… Вокруг нас рычало и скалилось много таких красных орков.

Почувствовала, как со спины уходит тяжесть и меня аккуратно ставят на ноги. Вдохнула полной грудью, потерла ее и по-настоящему огляделась.

Орки окружили нас неплотным кольцом, а за их спинами скакало нечто, одетое в шкуру белого медведя с оскаленной пастью и торчащими клыками. Это нечто было обвешано неимоверным количеством бренчащих костей разного размера, разноцветными бусиками и перышками, что-то выло и било колотушкой в обтянутый кожей небольшой барабан. За ним скакал красный орченок, которого из-за спин окруживших нас орков было практически не видно, и махал чем-то, что очень сильно напоминало большое кадило. Оно сильно дымило, и я чувствовала сладковатый запах трав, исходящий от него.

Сердце застучало, как сумасшедшее. Куда мы попали?! Я невольно шагнула назад, но уперлась в грудь Аншаса, который меня тут же приобнял. Рядом поднимались ребята.

Мы все только-только очень неудачно вывалились из портала и оторопело приходили в себя.

Больше всего при падении не повезло Асшании, потом зеленоглазому Шаару, которого она потянула за собой, потом, собственно, мне, потому что эта ненормальная умудрилась ухватить меня за руку. Следом в портал угодил все время обвивавший мои ноги хвостом Аншас, а заключали эту композицию Шанас и Нэсси. А нет, где-то сбоку от души сдавленно ругался Дитер.

Почему все так повернулось? А потому что задавать вопросы, оказывается, бывает очень опасно. И ведь, по логике, всем – ну кроме такой иномирной личности, как я – всё и так было понятно. Но если в злодеях утка, до которой все доходит на третьи сутки, да еще и взбалмошная дура, то ничего не попишешь: приходится огребать.

У ног простонала только пришедшая в себя Асшания, и я мысленно прокляла свои вопросы.

– Не понимаю, зачем им все вы, если у них почти все главы родов? Осталось только одного выкрасть. Зачем им приманивать туда еще и такой опасный довесок, как наследники ветвей?

– Дело в том, что Врата – не обычная дверь. Ключ их только открывает, а для того, чтобы как можно дольше удерживать их в рабочем состоянии, нужно очень много сил. Ее может дать смерть существа, в венах которого течет примесь крови Великого Дракона. А именно эта примесь, которой нас одарило божество Рерингаса, и дает нам наши усиленные возможности. Это тайна, которую я раскрываю чужакам только в силу беспрецедентных обстоятельств, – и выразительно посмотрела на меня и Дитера.

– Чем больше крови с божественной примесью, тем стабильнее и дольше будет открыт портал… – дошло до меня. – А зачем они выкрали Зою? У нас в крови никаких божественных примесей нет.

– Думаешь, почему Повелители стихий такие сильные и управляют своей магией одним своим желанием? – Я пожала плечами, не имея об этом никакого представления. Я вообще никак не могу привыкнуть, что владею чем-то подобным. – Божественная энергия Великого Дракона разлита везде, она, можно сказать, проявитель магических потоков. Она делает их доступными для использования всеми существами этой планеты. Не будет этой энергии – мы не сможем пользоваться магией и воспринимать ее. – Нагайна ненадолго замолчала, давая мне возможность обдумать услышанное. – Так вот, на Повелителей божественная энергия действует немного иначе. Она настраивает их ауру, тело и магические потоки на слияние с энергией одной из стихий так, что стихия становится неким невидимым продолжением тела человека. Этот феномен все еще мало изучен, но такой человек, не обладая примесью божественной крови, в какой-то мере обладает ее силой. То есть в некотором роде Повелители сами являются божествами этого мира. Ты еще только просыпаешься, как маг и Повелительница, поэтому пока не прочувствовала своих возможностей. А они огромны! Но иметь такую силу не так просто. Это благословение и проклятие одновременно. И я обязана тебя об этом предупредить.

– Мама! – попытался оборвать ее Аншас, но на этот раз нагайна Шаисса не пошла у него на поводу.

– Снежана должна об этом знать, – твердо произнесла она, и снова обратилась ко мне и испытующе посмотрела в глаза: – Думаешь, почему у нас так мало Повелителей?

– Откуда же мне знать?

Я тоже крепко сцепила пальцы рук. Я и до этого была далека от спокойствия, но сейчас почувствовала, что меня бьет дрожь.

– Потому что психика далеко не каждого Повелителя выдерживает такое сродство со стихией и объем силы, которым может управлять. Особенно в детском возрасте. Повелителя редко обнаруживают вовремя, чтобы суметь ему помочь с собой справиться. И тогда у него два пути – сойти с ума или выгореть.

Сойти с ума, конечно, перспектива так себе. Лишиться магии вообще? Ну, я к ней еще не привыкла, чтобы сильно переживать. И вообще, мы с Зоей не дети…

И только тут до меня в полной мере дошло то, что рассказала нагайна.

– Так им нужна сила Зои, чтобы открыть портал?

– Не просто сила, а ее кровь, которая пропиталась божественными эманациями силы Великого Дракона. По сути, им больше никто не нужен. Одного Повелителя вполне хватит, чтобы стабилизировать и держать портал открытым столько, сколько нужно.

– То есть как – ее кровь? Зою заставят ее сдавать? – все еще надеясь на лучшее, спросила я.

– Вряд ли, – с сочувствием глядя мне в глаза, ответила Шаисса. – Кровь существа, принесенного в жертву, всегда гораздо сильнее и отдает больше силы.

Я сидела, ощущая, как подкрадывается паника.

– То есть все мы им теперь не нужны? – внезапно широко открыв глаза, спросила Асшания. – Только Шаар с его кольцом?

А ведь действительно! Но зачем тогда им теперь я?! Нужно прятать зеленоглазого и искать заговорщиков! Теперь никто нашу толпу ждать не будет.

Именно этот вопрос я и озвучила.

Вот только мои вопросы явно какие-то не такие, потому что Асшания внезапно подскочила на месте, ее фигура мигнула, и в следующее мгновение она оказалась позади сидящего рядом с моим креслом Шаара и приставила к его горлу длинный металлический коготь, которого раньше я на ее пальце не замечала. Все произошло так быстро и близко, что я только и могла глупо хлопать глазами и смотреть на угрожающе поблескивающий кончик острого когтя.

– Всем оставаться на своих местах! – истерично заорала чернохвостая, когда Аншас дернулся вперед то ли спасти друга, то ли прикрыть меня собой.

– Работает омон, – вырвалось у оторопевшей меня стандартное продолжение фразы, и все, в том числе и Асшания, перевели на меня удивленные взгляды. Я прокашлялась, удивляясь, как вообще умудрилась выдать эту фразу. – Это… шутка такая из моего мира, – нервно улыбнулась.

– К-кая еще шутка?! – взвизгнула чернохвостая.

Она так нервничала, что смазанный какой-то гадостью кончик металлического когтя дрожал у горла несчастного мужчины, угрожая его поцарапать и отправить на тот свет – про усиленную ядовитость их ветви мать Аншаса только что нам рассказала.

– …Всем встать передо мной и не делать резких движений! Иначе я его убью! – и так ухватила другой рукой мужчину за плечо, что тот поморщился и постарался отодвинуться от когтя хотя бы на пару миллиметров.

Я, как и все собравшиеся, медленно встала, стараясь не спровоцировать эту ненормальную. Сидеть осталась только нагайна Шаисса.

– Асшания, ты понимаешь, что творишь? – тихо произнесла она, но в наступившей тишине ее расслышали все.

– Я?! Я все понимаю! Это вы ничего не понимаете!

– Неужели мой рассказ ничему тебя не научил? Ты знаешь эту легенду гораздо глубже и должна понимать, к чему приведет открытие Врат. Богиня не успокоится, пока не уничтожит всех нагов.

– Чушь! Прошло несколько тысяч лет! Она уже забыла своего змея, а вы все продолжаете пресмыкаться перед драконами, вместо того чтобы чтить свою истинную богиню и создательницу!

– Чем тебе не нравится жизнь в Рерингасе, что ты готова рискнуть жизнью всех нагов?

– Ничем я не рискую! Она… – Девушка осеклась и крепко сжала губы.

– Асшания, я не знаю, кто так промыл тебе мозги, но верить, что все забыто, нельзя. Неужели ты не понимаешь, что…

– Молчать! – закричала она и внезапно откуда-то достала медальон портала. Я узнала его, потому что видела у Аншаса такой же.

– Откуда у тебя… – в ужасе округлив глаза, спросила хозяйка кабинета.

– Это я дал, – упавшим голосом признался муж Шаиссы. – После нападения Асшания истерила и требовала встречи с матерью. Я дал ей медальон, чтобы она сходила домой и к вечеру вернулась обратно.

Девушка внезапно с надрывом расхохоталась:

– И это вы меня считаете дурой?! Вот и сидите, такие умные, и ждите своей незавидной участи!

– А-а-а! – внезапно раздалось и из-за спины чернохвостой, и на нее накинулся сверкающий глазами вихрь – Нэсси!

Она что, подслушивала под дверью?!

Но ужас ситуации состоял в том, что я видела: еще немного – и коготь проткнет шею Шааса и отравит! Я стояла ближе всех. Не думая, кинулась вперед, чтобы ухватить руку ненормальной и удержать ее. Но сам зеленоглазый не терялся. Он успел быстрее. Перехватил запястье отвлекшейся Асшании, вывернулся и сам собирался ухватил ее другой рукой за шею. Но там уже висела ожесточенно шипящая Нэсси.

И тут чернохвстая активировала амулет и за ее спиной начал появляться круг портала.

Все происходило так быстро, что я не успела остановиться и невольно подтолкнула конструкцию из чернохвостой, висящей на ней Нэсси и державшего ее руку Шааса. Блондинка почувствовала неладное и вовремя отцепилась от шеи заваливающейся назад Асшании. Но за мной уже метнулся Аншас, толкая всех в портал еще дальше. Нэсси упала в него первая, потом Асшания и ухвативший-таки ее за шею Шаас. Стараясь найти спасение от удушения и шаря вокруг рукой, чернохвостая ухватила за руку подоспевшую меня и утянула за собой. Аншасу придал ускорение метнувшийся на помощь Шанас, а Дитер, видимо, не захотел оставлять нашу теплую компанию и прыгнул следом. Больше в портал никто попасть не успел. Зато мы дружным бутербродом свалились прямо в лапы орков.

Я осматривалась вокруг и судорожно соображала. Неужели Асшания хотела нас перенести именно сюда? Судя по тому, как она ошалело озиралась, приходя в себя, хрипя, и, не сумев подняться, прижималась спиной к нашим ногам, план у нее явно был другим.

– Ты куда нас закинула, дура?! – вздернул ее на ноги взбешенный зеленоглазый и отобрал у нее металлический коготь.

– Я?! – ошалело переводя взгляд с Шаара на орков и обратно, просипела она.

Бедолага словно не могла определиться, откуда исходит большая опасность: от зеленоглазого или кровожадно скалившихся орков.

– Говори, стерва! – и снова сжал ее горло рукой.

– К маме, – просипела она.

– Шаар, успокойся, – внезапно спокойно произнес Аншас, взглядом изучая орков. – Она не может знать, куда мы попали. Портал не рассчитан на такое количество разумных. Нам всем повезло, что нас вообще выкинуло. Целыми. А не по кускам.

Неохотно зеленоглазый разжал пальцы у горла уже закатывавшей глаза девушки.

– И что нам делать? – Нэсси плотнее прижалась к боку Шанаса.

– Мы в кругу призыва. Пока их шаман не оттарабанит свои танцы с песнями, нам отсюда не выйти, – констатировал Дитер. – Их магия не позволит. Но если бы не она, нас бы скорее всего и правда можно было собирать по кусочкам.

Я поежилась.

– Зачем тогда здесь остальные орки? – спросила, разглядывая полуголых воинов, буравивших нас свирепыми взглядами.

– А какая разница? – внезапно хихикнула Нэсси и с блаженным выражением лица повисла на Шанасе. – Если нам нельзя к ним, значит и им нельзя к нам.

Я с удивлением посмотрела на подругу. Такой перепад настроения – перебор даже для нее. А потом… Что-то так хорошо стало, весело. Действительно, чего бояться? Можно здесь хоть танцы устраивать – нам все равно ничего от этих громил не будет! Только лень. Руки у Аншаса такие теплые и так по-особому меня прижимают. И вообще…

Я подняла голову и блаженно улыбнулась. Какой же он красивый и мужественный. Так бы смотрела и смотрела. Но лучше, конечно, чтобы он снова меня поцеловал…

Только почему у него лицо такое сосредоточенное и желваки ходят от злости?

– Этот… – явно подбирая цензурные слова, говорил он, – шаман окуривает нас какой-то гадостью.

– Ага, – в тон ему ответил Дитер.

– Да ладно вам! Вы чего такие скучные? А ты, Шаар, чего взъелся на Асшанию? Что, не мог щит подставить под коготь? Ты же маг!

– Я-то маг. Но и коготь у этой стервы непростой. Не знаю, откуда она его достала, но никакие мои защиты для него не преграда. И вообще, нужно ее обыскать. Не знаю, что на ней за артефакт, но магия на нее напрямую не действует.

– Подтверждаю, – произнес Дитер. – Я пробовал.

– Да? – удивилась я и хихикнула. – А я даже не подумала, что можно было магию применить.

– Ты просто еще не привыкла ею пользоваться, – погладил меня по плечу Аншас.

А мне так приятно стало. Как же уютно у него в объятиях! Я развернулась, обвила шею мужчины руками и потерлась щекой о его камзол. Как же здорово от него пахнет… Ммм… Так бы и съела. Хотя нет, лучше облизала.

– Снежана… – отчего-то осипшим голосом произнес Аншас и уставился на меня широко раскрытыми глазами.

– Я что, вслух сказала? – всполошилась, но потом на меня снова накатило расслабленное блаженство, и я подняла голову и лизнула его шею. – Ммм… И правда вкусный.

– Снежана… – сглотнул блондин и сильнее прижал меня к себе.

– Совесть имей, – хихикнула Нэсси

Я перевела на нее взгляд и фыркнула.

– А ты чего так к Шанасу прижимаешься?

– Я-то прижимаюсь, – скорбно вздохнула девушка и хитро блеснула глазками. – А вот меня никто не обнимает. Мой кавалер стоит столбом и почти не дышит.

Будто только ожидая этой команды, Шанас обхватил талию девушки руками и так сильно к себе прижал, что она вскрикнула. Но потом хватка нага ослабла, и Нэсси снова захихикала, а вот Асшания захлюпала носом.

– Эй, ты чего? – тут же обратила на нее внимание Нэсси.

– Я неудачница-а-а! – вдруг провыла с земли чернохвостая, уткнулась лицом в ладони и разрыдалась. – Мама всегда говорила, что я ни на что не гожу-у-усь, и даже время на меня тратить не хотела. Раз в неделю только ко мне приходила, проверяла домашнее задание и говорила, что я ду-у-ура, – девушка всхлипнула, и ее спина сотряслась от рыданий. – Права она оказалась. Ничего мне поручить нельзя, – снова всхлип. – Только брат меня и любил. А она его под нож пустить решила, когда он не согласился с ее планом. А что он ей? Не родной ведь, а мне родно-о-ой! – еще горше разрыдалась она.

– Вот ее накрыло… – почесал затылок Дитер.

Чернохвостая внезапно зло на него зыркнула и крикнула срывающимся голосом:

– Да! Родной! Пусть только по отцу, но родной! Роднее нету! А она его… – Асшания снова всхлипнула, лицо ее скривилось, и девушка пошла на новый круг рыданий. – Она обещала, что не убьет брата, если я буду послушной и сделаю все, как она ска-ажет. А я не смогла-а-а.

Н-да, теперь по крайней мере понятно, какими мотивами она руководствовалась при нападении на Шааса.

Девушку стало жалко, и я внезапно всхлипнула. Рядом всхлипнула Нэсси. Мы переглянулись и, выпутавшись из объятий мужчин, сели рядом с чернохвостой, обняли ее за плечи и зарыдали.

– Хороший у тебя брат? – всхлипнула Нэсси.

– Хоро-о-оший, – плакала Асшания.

– И у меня хоро-о-оший, – вторила ей блондинка, – но дура-а-ак.

– Они все дураки-и-и.

– Это почему я дурак? – раздалось возмущенное над нашими головами.

– Потому что мы оказались зде-е-есь, – провыла Нэсси.

– А при чем тут я?

– А ты всегда винова-а-ат.

Тут я всхлипнула и внезапно возмутилась:

– Аншас не виноват, он хороший.

– Хороший, но виноват.

– В чем?

Нэсси шмыгнула носом и задумалась.

Тут аромат трав и облако дыма, которым нас окуривал орчонок, усилились. Взгляд блондинки поплыл.

– Не помню, – наконец, выдала она. – Но точно виноват. А чего мы тут рыдаем?

Я задумалась, Асшания тоже.

– Ох, девчонки, а хорошо же с вами плакать, – внезапно произнесла чернохвостая и обняла нас за шеи. – Никогда у меня таких подруг не было. Поплачем еще?

– А давайте лучше песню споем? – предложила я, рассматривая кольца дыма. Душа требовала песен. – Эх, сюда бы Зою, мы бы сейчас в два голоса затянули.

И так стало вдруг тоскливо на душе, что я запела:

– Черный ворон, что ж ты вьешься…

Пела я с душой, с ахами и вздохами. Все слова, правда, не помнила, а потому часто повторяла один и тот же куплет. И скоро уже вся наша компания сидела на земле и подпевала незамысловатые слова о тяжкой судьбинушке казака. Но когда вокруг нас присели на землю и начали подпевать даже орки, я поняла: вот она – сила русской песни! Породнила и магов, и нагов, и свирепых орков.

От переизбытка чувств я всхлипнула. Посмотрела на задумчивую рожу самого большого поющего орка, который как раз сидел напротив меня, и вытерла нос:

– Дай, я тебя поцелую.

Лицо орка сначала ничего не выражало, а потом так вытянулось, что мне стало страшно за целостность его челюсти.

– Зачем это? – пробасил он.

– Жалко мне тебя. Не любит никто, наверное.

Хотелось добавить «с такой-то рожей», но расстраивать беднягу еще больше не хотелось. Хотелось жалеть.

Лицо орка внезапно сморщилось, еще больше обнажая внушительные клыки, и стало еще страшнее. Где-то на задворках сознания завопил инстинкт самосохранения: «Дура, беги! Он же тебя сейчас голыми руками порвет!» Но в моем состоянии на инстинкты плевалось с высокой колокольни, и я потянулась вперед. И ведь чмокнула бы красноморденького, но тут меня за плечи ухватил Аншас и прижал к себе:

– Дюймовочка, имей совесть. – Как же они похожи с сестрой с этим своим «имей совесть»! – Мне же потом придется его убить.

Я подняла на Аншаса удивленные глаза.

– Зачем? Я же того… поддержать. Его же никто не любит.

– Меня тоже никто не любит. Поддержи меня.

И тут внезапно орк напротив меня завопил:

– Не любит! – и даже шмыгнул приплюснутым носом. – Чего я ей только ни предлагал! Как только ни завлекал! А она говорит: я дама городская, в ваших степных шалашах жить не желаю! У вас тут ни развлечений, ни, как его, кимвотру… каквотру… комфитру…

– Комфорта? – предположила я.

– Во! – проревел орк, и все окончательно притихли, вслушиваясь в наш разговор. Только шаман и продолжал скакать со своей колотушкой. – Его, говорит, у меня нету. Чего я только уже в лагере ни делал для нее, даже в город ходил, комфитюр этот искал. Не нашел!..

А мне его снова так жалко стало. Вот мужика зацепило! Какая любовь! И кимворту, и каквотру в городе искал. Представляю, что ему при этом отвечали. Я протянула руку и погладила его по лапе с обломанными ногтями. Орка моя поддержка совсем растопила, и он продолжил делиться наболевшим:

– …А еще сказала, что я мужлан. Совсем не модный, за собой не слежу и конем воняю! А как же я не слежу?! Я же вождь и воин! Клыки всегда наточены, волосы маслом обмазаны и начесаны. И воняю не конем, а орком! А чем еще должен вонять настоящий мужик, а?! – Прямо крик души несчастного. А потом он взял и огорошил меня вопросом: – Вот скажи, чем твой блондинчик воняет?

Меня такой поворот озадачил. Я повернула голову и понюхала рубашку Аншаса, уткнулась носом в его шею. Ммм… как же вкусно он пахнет. Хвоей, зимним ветром и чем-то еще – не могла понять, но таким мужским и возбуждающим, что так бы и дышала, и дышала… Не удержавшись, снова лизнула кожу Аншаса и почувствовала, как он сглотнул.

– Вкусно пахнет, – наконец, ответила я сосредоточенно глядевшему на нас орку.

– А я?! – и, ухватив меня за руку, притянул к себе.

В ноздри шибануло таким амбре, что еще чуть-чуть – и я бы точно потеряла сознание. Повезло, что Аншасу такое самоуправство орка не понравилось и, залепив ему кулаком по морде, он меня отобрал. К удивлению, орк не обиделся. Потрогал челюсть и более уважительно посмотрел на нага.

– Ну так что? – перевел орк на меня взгляд своих маленьких свирепых глаз.

– Конем, – однозначно ответила я. – Взмыленным давно не мытым конем.

От моих слов орк совсем приуныл. Я, глядя на него, тоже. Но соврать в таком вопросе было бы нечестно. Ту орчанку я понимала и мысленно поддерживала. Тут, как сказала бы Зоя, сознания лишиться можно еще на подходе к самому интересному, и не от предвкушения.

– И что мне делать? – потер орк пятерней щеку.

– А мыться не пробовал? – аккуратно спросила я.

– Пробовал, как не пробовать? Не помогает, – понурился он еще больше.

– А как часто?

– Да чаще некуда! Раз в месяц в речке купаюсь! А она мне – все равно воняешь.

Н-да… Случай явно запущенный.

– А как мы вообще здесь оказались? – внезапно поинтересовался у орка Аншас и огляделся.

Орк так ушел в себя, что даже не сразу ответил. А потом махнул в сторону скакавшего шамана рукой:

– Вот он сказал, что помощь мне вызовет.

– И что? – не поняла я.

– И появились вы… – задумчиво протянул орк, оценивающе окидывая нас взглядом.

– Мы? – удивилась вслух Нэсси.

– Тут точно нет никакой ошибки? – поддержал ее Дитер.

Орк некоторое время недобро буравил нас взглядом и, внезапно обернувшись, заорал:

– Эй, шаман! Харэ камлать. Иди разбирайся, кого ты тут вызвал и как они будут мне помогать.

Глава 12

– Я шаман! – стукнуло в землю странного вида клюкой нечто в звериной шкуре, обвешанное таким количеством всяких финтифлюшек, что саму шкуру, не то что спрятавшегося под ней шамана, разглядеть практически невозможно. – Я повелеваю вам убедить недостойную скволку вождя стать его скволой!

Не знаю, на что надеялся шаман, но даже меня его приказ, отданный срывающимся юношеским голосом, не впечатлил. Что уж говорить о наших мужчинах…

– А можно подробнее? – со скепсисом попросил Аншас.

– Я сказал, а ты должен сделать! – стукнул снова клюкой шаман. – То есть вы все должны сделать! – И завопил: – Я – шаман!

Не знаю, кого он хотел этим впечатлить, но у него не получилось впечатлить никого. А еще стало интересно: кого он на самом деле вызывал? Но парню явно не повезло – на его призыв пришли мы. Так и почувствовала себя демоницей в пентаграмме. Ага, суккубой какой-нибудь. Осталось только ножку оголить, вперед выставить и начать соблазнять орков.

Представила себе эту картину, впечатлилась и облилась холодном потом, а потом из груди вырвался нервный смешок. А ведь если проводить такие аналогии, то демоницам из фэнтезийных историй жутко не везет! Вот попадают они все такие страшно-красивые и соблазнительные в наш мир, а там их ждет хорошо если какой-нибудь плешивый мужичок с пивным брюшком, а ведь может что и похуже попасться. И ведь его еще соблазнять нужно, глазки строить. А она привыкла к накачанным сексуальным демонам с выпирающим, но не брюшком. И ведь отказать никак – работа! М-да, вот так и начинаешь жалеть мифических демониц и понимаешь, почему они такие жесткие контракты составляют. Должны же они хоть как-то компенсировать нанесенную им моральную травму.

Мотнула головой, отгоняя неуместные мысли и ассоциации и только тут заметила, как странно щурятся Аншас с Дитером и пытаются что-то там разглядеть под шкурой шамана.

– Думдук, ты, что ли? – вдруг спросил Дитер.

– Точно! – поддержал его Аншас. – А я-то думаю, кого он мне напоминает?!

– Не сметь! – завопил шаман и снова стукнул клюкой. – Я – великий шаман Думандук!

– Хорош пыжиться, – стукнул его по спине вождь, и у шамана клацнули зубы. – Что они сделать должны, чтобы Миндяйка стала моей скволой?

Шаман поправил сползшую ему на самые глаза голову медведя, и мы увидела широко раскрытые перепуганные глаза молодого орка. И столько в них вдруг оказалась мольбы о помощи, что сердце дрогнуло даже у Аншаса с Дитером, которые, похоже, хорошо этого Думандука знали.

– Ну не здесь же обсуждать такие важные вопросы…– перехватил нить беседы мой блондин.

Мой блондин… Звучало приятно.

Я покосилась на Аншаса и улыбнулась: какой он добрый и умный.

– …Пошли в шатер – там все обсудим.

– Да! Великий Думандук будет общаться с призванными наедине! – поддержал друга Дитер.

Перечить никто не стал, и мы всей толпой отправились в поселение, которое находилось минутах в пятнадцати ходьбы от места проведения ритуала. Далековато, учитывая, что находились мы в предгорье – было довольно холодно, а наши домашние наряды и моя обувь для таких передвижений предназначены не были. Мужчины, конечно, поделились с нами камзолами, но в домашних туфлях я бы далеко не ушла. У Нэсси с Асшанией такой проблемы не было – им обувь вообще не нужна. Но, Аншас снова взял меня на руки. А я вдруг провалилась в такое странное умиротворение, что даже не возражала, сидела у него на руках, вдыхала его умопомрачительный запах и тихо радовалась, что он не пахнет конем.

Так мы и пришли в поселение и сразу же пошли к одному из самых больших шатров. Рядом с глазами, полными интереса, крутились клыкастенькие орчата, а больше никого не было видно.

Шаман откинул полог и вошел первым, за ним орчонок с еле чадившим кадилом, а следом мы. Орчонок тут же кинулся разводить огонь в центре шалаша, шаман внезапно одним махом скинул с себя звериную шкуру и все прибамбасы, тут же став обычным худым и очень молодым орком, и грустно на нас уставился.

– Думдук, братишка, ну ты и вымахал, – подошли к нему Аншас с Дитером и похлопали его по плечам. – Где твой наставник? И что ты там за спектакль устроил?

Орк заулыбался и шмыгнул носом.

– Садитесь, все сейчас расскажу. – И, обернувшись, сказал орчонку: – Сделай горячего вина и затуши уже это кадило. А то и меня сейчас поведет.

И когда мы все удобно устроились на шкурах и подушках, он начал свой рассказ.

Перебивая друг друга, мне рассказали и как юный шаман когда-то познакомился с офицерами драконьей армии королевства Раварден Дитером и Аншасем. Но все по порядку.

Когда маленькому Думдуку было всего семь зим, его племя во время очередного набега было уничтожено. Остались только женщины и дети, которых приняло новое племя. Шаман заметил в мальчике дар и взял в услужение. Чему-то особенно не учил – шаман был довольно молод и не рассчитывал так рано обзаводиться последователем и конкурентом, скорее взял мальчика, чтобы держать при себе и пользоваться его силой. Относился к нему соответственно и шпынял как только мог.

Но Думдук был орком упертым и очень хотел постичь шаманскую науку, к тому же отец у него тоже был шаманом и кое-что успел передать сыну, а потому мальчик терпел и продолжал учиться непростому ремеслу как мог.

Когда война добралась и до этого племени, орки встали под знамена драконьего короля, на земле которого жили, и маленький Думдук отправился воевать вместе с шаманом и воинами своего племени. На одном из привалов он впервые встретился с нашими друзьями. Дитер распознал магический потенциал в маленьком грязном орчонке и решил его расспросить, как он оказался посреди военного лагеря. Так и началось их знакомство.

Думдук хорошо запомнил добрых дядек, которые его подкармливали и даже давали сладости, и часто вспоминал их даже после войны, когда вместе с выжившими воинами и шаманом вернулся в родное племя. В отношениях с шаманом с тех пор мало что изменилось. Учил тот парня очень неохотно, а около полугода назад и вовсе захотел извести и забрать дух повзрослевшего парня себе в услужение. Взял Думдука с собой в горы и там опоил. И быть бы парною бестелесным существом на службе жестокого шамана, если бы не артефакт призыва духа медведицы, который когда-то передал ему для защиты отец. Всего-то и нужно было крепко сжать фигурку, висевшую на шее, и поделиться с ней магической энергией. Слава Великому Дракону, у парня это получилось, и появившийся дух одной лапой снес сосредоточившемуся на убийстве шаману голову.

С тех пор шаманом в племени стал Думдук. Вот только никто его толком не учил, шаманскую науку он постигал урывками, а некоторые действия до сих пор не понимает. А тут вождь со своим «люблю не могу, подавай мне Миндяйку». Бедный Думдук долго думал и решил призвать духов, которые могли бы ему помочь в этом нелегком деле. Но он – шаман недоученный – сделал все как смог, и, к его немалому удивлению, оказалось, что призвал не духов, а единственных существ, к которым в своей жизни успел проникнуться доверием – Дитеру и Аншасу.

– Нет, не верю, – категорично покачал головой Дитер. – Так просто ты нас точно бы не выдернул. А если бы мы оказались не вместе? И вообще, такое стало возможным только потому, что мы попали в портал, который перегрузили так, что его настройки сбились, а ты в этот момент сумел каким-то образом задать новые. В общем, так сошлись звезды, и без воли Великого Дракона подобное невозможно.

– Без Великого Дракона невозможно? – пришибленно переспросил Думдук.

– Ну я, может, и загнул, но можешь быть уверен – ты страшно везучий парень!

Орк заулыбался и от переизбытка чувств почесал пятерней волосатую грудь.

– Так вы мне поможете?

– А что будет, если вождь не женится на этой Миндяйке? – уточнил Дитер.

После этого вопроса молодой шаман сильно загрустил, даже клыки, показалось, перестали так задорно блестеть.

– Не простит он мне такого. Прошлый шаман сильно меня шпынял, в племени меня из-за этого не сильно уважают. Мне еще доказать нужно, что я полезен. А если я шаману в таком деле не помогу… Или прибьет, или выгонит. А кому я такой нужен?

И так загрустил, что мы с девочками невольно шмыгнули носами. Жалко ведь бедолагу!

– Конечно, поможем! – первой не выдержала Нэсси. – Разве мы можем бросить такого милого орка в беде? Да, Шанас?

И так посмотрела на своего спутника, что отказать тот не смог бы при всем желании. Он кивнул. Аншас с Дитером хмыкнули, а на реакцию остальных я посмотреть не успела – Нэсси подхватила меня и совсем расклеившуюся Асшанию под руки, села рядом с Думдуком и, подбадривая, положила руку ему на плечо:

– Рассказывай нам про эту Миндяйку. Чего она на самом деле хочет и чем именно мы можем помочь.

Орк даже поплыл от такого пристального женского внимания, но взял себя в руки и рассказал все, что знал. И в наших не совсем трезвых головах начали зарождаться мысли, как решить проблему вождя и Думдука.

***

И вот стою я посреди самого большого шалаша в поселении в компании самовыдвинутых артистов и ожидаю начала выступления.

Своего выступления!

Как я могла на такое согласиться?! Как?! Тут точно виноват дым из орочьего кадила, которым мы все хорошенько надышались, иначе я бы никогда не решилась снова примерить амплуа балетной танцовщицы, которое уже успела похоронить. И даже мое полное излечение никак не повлияло на это решение. Слишком много душевной боли пришлось пережить после травмы, слишком еще свежа рана.

Но каким-то непонятным образом подруги сумели уговорить меня на эту авантюру. И не только меня…

За какие-то пару часов мы умудрились сшить немудренные костюмы, порепетировать, заставить орков-воинов поучаствовать в этом… пусть будет спектакле и уговорить принять в нем участие вождя! Видимо, его любовь к гордячке Миндяйке ну очень сильна.

С костюмами вышло очень интересно. Началось все с того, что я решила исполнить партию жар-птицы из балета Игоря Стравинского «Жар-птица». Ивана, который меня, то есть эту жар-птицу, похитит, сразившись с другим воином, будет играть вождь. Драк, конечно, в классическом балете нет, но вождь настоял, что без этого в нормальном орочьем спектакле никак, что он обязан показать своей избраннице молодецкую удаль. Сказано было не так, но не повторять же его слова, среди которых самыми приличными были «начистить рыло».

Так вот, когда я озвучила, какой костюм для выступления мне нужен, орки встрепенулись и стали заинтересованно косить на меня взглядами, девчонки озадаченно задумались, а Аншас категорически заявил, что в этом меня на сцену не выпустит. И вообще никуда не выпустит. Еще и хвостом мою талию обвил. Для наглядности, наверное.

Я подумала и решила, что раз балетной пачки мне не светит и ножками перед орками лучше не светить, то мне нужны шаровары. Иначе точно быть мне чьей-нибудь скволкой или скволой – это, как я наконец узнала, значит невеста и жена. Подивилась, как быстро Джуй нас с Зоей записал в свои невесты, и решила, что бедолаге явно не хватало женского внимания, раз он первый же тычок записал в способ ухаживаний.

На самом деле у орков все не так просто с этими тычками – оказывается, есть своя система намеков, которые дама может дать кавалеру. Но я, чтобы поберечь психику, решила в эти дебри не вдаваться.

И ведь решили делать спектакль только потому, что Думдук сказал, что зазноба вождя очень это дело уважает. В остальном она хоть и строила из себя городскую, но на самом деле выросла в таком же стойбище и только последние несколько лет жила в городе – помогала кашеварить в каком-то трактире. Там она и привыкла к комфорту и захотела в нем жить. Как женщина и будущая сквола вождя, она сможет себе этот комфорт позволить и обеспечить. И она это понимала, но вот запал ей в душу театр, в который она однажды попала, и орчанка теперь ни в какую покидать город не желала, решив, что тогда не сможет больше увидеть ни одного спектакля.

– М-да… – впечатлилась я. – Кто ж знал, что в душе орчанки может проснуться такой ценитель искусства.

– Из куста? Из какого куста? – удивился шаман.

– Не бери в голову, – потрепала я его по плечу и уточнила: – А как же запах? Она же еще вроде как на это жаловалась?

На это Думдук довольно заулыбался.

– А я вот что достал! – и вытянул из кармана штанов маленький фигурный пузырек. – Мы вождя этим обрызгаем, и он завоняет как нужно!

Я взяла из его рук пузырек и аккуратно откупорила.

– А как нужно?

– Вот так, – и кивнул на пузырек. – Прежний шаман всегда им мазался, чтобы привлечь понравившуюся орчанку.

Я с интересом понюхала пузырек и чуть не упала, а в глазах потемнело – так меня сразил этот запах.

– Что это? – просипела и, пытаясь избавиться от противного амбре, потерла нос, а бутылек протянула заинтересованно таращившей глаза Нэсси.

Та любопытства не сдержала и скоро точно так же пыталась справиться с атаковавшей ее вонью.

– Это специальная жидкость из железы черного оленя, – видя нашу реакцию, нахмурился орк.

– И как? Орчанкам это нравится?

– Нравится! – выпятил грудь вперед шаман. – На себе проверял. Действует!

– Ну раз проверял… – Мы с девочками переглянулись и спорить не стали.

Вон как Асшания взбодрилась после того, как Нэсси сунула пузырек и ей под нос. Куда только грусть-печаль из глаз пропали? Тут бы воздуха свежего вдохнуть, а не о неприятностях думать.

И вот стою я в сценической позе с возведенными вверх руками, стараюсь выглядеть эффектно в новых шароварах из чьей-то занавески и смотрю на Миндяйку. Вы не подумайте, я считаю, что все женщины красивые, каждая по-своему. Но Миндяйка… она красива ну очень по-своему. Скажем так, ее красота сильно на любителя. И ведь нашелся же такой любитель! Все готов к ее ногам положить, а смотрит так, что сразу понятно – она для него самая красивая. Высокая и… квадратная. Абсолютно квадратная! Не толстая, а просто большая, габаритами мало уступает вождю. Клыки небольшие, как и у всех орчанок, но на ее лице с маленькими глазками-буравчиками и большим приплюснутым носом смотрятся очень свирепо.

В общем, я впечатлилась и поняла, что обязана помочь этим двум любящим сердцам соединиться. Иначе, чувствует моя чувствительная к неприятностям пятая точка, вождь и сама красавица на всех нас сильно обидятся и пережить нам это будет непросто.

Я сглотнула, перевела взгляд на таких же впечатленных Дитера и Нэсси, которые сегодня были моим звуковым сопровождением, и кивнула, давая знак начинать.

Нэсси поднесла к губам свирель, обнаруженную в закромах шамана, и заиграла. За ее спиной Шанас зашуршал местной разновидностью маракасов, Асшания и скептически настроенный зеленоглазый, продолжавший ненавязчиво за ней присматривать, держали в руках какие-то странные трещотки и готовились вступить в общую мелодию. Тихим «бом-бом» свирель поддержали орочьи барабаны, на импровизированную сцену вышли орки-воины, встали за мной полукругом и тихо хлопали в такт.

Дитер запел старинную балладу о любви, которую мастерски успел переделать под историю жар-птицы, на которую все охотятся, потому что она такая вся распрекрасная и приносит удачу одним своим присутствием.

Я потянулась, будто просыпаясь ото сна, и отрешилась от происходящего. Все, я на сцене. Больше не существует страхов и неуверенности, нет зрителей, есть только я и танец, по которому истосковались мое тело и душа. Повела плечами и расправила руки-крылья, изогнулась и, ловя ритм, закружилась по импровизированной сцене. Да! Это я-птица изгибаюсь, чтобы подставить длинную шею солнцу, это я-птица прислушиваюсь к какому-то шороху и срываюсь с места, спугнутая хрустнувшей под чьей-то ногой веткой. Это я-птица радуюсь свободе и тянусь за воображаемым наливным яблочком.

Магия внутри встрепенулась, оживая и давая нереальное ощущения всемогущества. Как же мне не хватало этого душевного подъема и ощущения внутреннего полета, который мне мог дать только танец! Я – птица! И танец ведет меня вперед. Под ногами ступени из воздуха, на руках воздушные крылья, и вот я уже кружусь под потолком, и меня сдерживает только натянутая ткань шатра – иначе бы точно улетела куда-нибудь в небо под звуки невероятного баритона Дитера и кружилась под луной. Тело звенело от переполнявшей его энергии, музыка пела в ушах, воздух поддерживал и ткань шатра больше не казалась непреодолимой преградой.

– Снежана! – внезапно ворвался в хоровод мыслей чей-то возглас.

Невольно обернулась и увидела горящие восхищением и напряжением глаза Аншаса. Улететь без него показалось неправильным. Рвано вдохнула, приходя в себя и осознавая, что и в самом деле чуть не умчалась танцевать под луной.

Что ж, пора заканчивать партию. Закружившись с новой силой, я вернулась в полукруг восхищенно глядевших на меня орков и с последними аккордами песни застыла на месте.

В шатре повисла звенящая тишина, а потом один из стоявших вокруг меня воинов стукнул себя кулаком в грудь:

– Она будет моей!

– Нет, моей! – толкнул его в плечо сосед.

– Моей! – завопили остальные, стоявшие полукругом воины.

Я тупо на них таращилась. Этого не было в сценарии!

А потасовка тем временем набирала обороты. На сцене появился вождь. Он, как и репетировали, принял героическую позу, стукнул кулаком себя в грудь и заявил:

– Я добуду эту жар-птицу для своей Миндяйки, и никто не сможет мне помешать! – и принялся махать кулаками, раскидывая попавшихся на пути орков.

По задумке в этот момент должна была зазвучать воинственная мелодия барабанов, трещоток и маракасов. И она зазвучала! Окончательно превратив происходящее в балаган.

Я только и могла отойти подальше, делая хорошую мину при плохой игре, и демонстративно заламывать руки, будто так и должно быть. Все это время я ощущала за спиной присутствие Аншаса, и это вселяло уверенность, что история с театром не закончится чем-то фатальным. По крайней мере, для меня.

Вождь самозабвенно махал пудовыми кулаками и сам неслабо получал в ответ от соплеменников, но он на это только радостно скалился и поглядывал в сторону сосредоточенно следившей за действом Миндяйки. В очередной раз оглянувшись на свою зазнобу, он так получил в глаз от соплеменника, что поплыл и выпал из кучи-малы, в которое превратилось орочье воинство, выполнявшее роль массовки.

Я уже не знала, что делать, чтобы сохранить для Миндяйки хотя бы видимость продолжения спектакля. Но орчанка, видимо, решила, что представление интерактивное – личное участие зрителей приветствуется. Ну или просто захотела приобщиться к искусству. Она встала, за несколько больших шагов преодолела расстояние до оставшихся на ногах забияк и быстрыми точными ударами раскидала их в разные стороны. Подхватила под руку почти пришедшего в себя вождя и пробасила:

– Давай дари мне эту вашу птицу, – подтолкнула орка ко мне и пошла обратно на свое место.

Вождь от тычка любимой ошалело вытаращил глаза и еле успел затормозить рядом со мной. Вместо того, чтобы, как договаривались, за руку отвести меня на финальный поклон, сграбастал в охапку. Не успела я опомниться и упасть в обморок от исходящего от него «завлекательного» запаха секреции какого-то там оленя, как меня сгрузили на руки Миндяйке.

– Вот, – улыбнулся, выставляя клыки напоказ вождь, и кивнул на меня. – Спектакль окончен.

«Тушите свет», – захотелось мне добавить. Но я нашла в себе силы выдавить улыбку и кивнуть, то ли совершая тот самый финальный поклон, то ли соглашаясь, что наступил конец, абзац, финиш, и вообще конечный апофигей спектакля. Иначе и не скажешь.

Внезапно глаза Миндяйки наполнились слезами. В шатре снова повисла звенящая тишина.

– Тебе не понравилось? – лицо вождя расстроенно вытянулось.

Орчанка на это шмыгнула носом, усадила меня рядом с собой и встала:

– Ничего лучше я не видела, – залепила вождю смачную оплеуху, а потом ухватила за шею и припечатала его голову к своей необъятной груди. – Буду я твоей скволой, олень смердячий. – Снова шмыгнула носом. – Давай праздновать. Только помойся уже нормально, то конем воняешь, то оленем. Я мужика хочу, а не животное. Понял?

Вождь блаженно улыбнулся и потерся щекой о грудь Миндяйки. А потом выпрямился и завопил во все горло:

– Шаман, готовь скволий напиток! Я сегодня оскволюсь!

И последовавший после радостный клич подхватили приходящие в себя помятые будущими супругами орки-воины и зрители, а потом этот клич пронесся и по всему лагерю.

Тут же забили барабаны, заулюлюкали орчанки, а на улице разожгли огромный ритуальный костер, вокруг которого скакал и размахивал кадилом тот самый орчонок – помощник шамана.

Мы наблюдали за всем этим, стоя у шатра, а потом орчанки увели девочек в одну сторону, а мальчиков в другую. Не знаю, как готовились они, а нам выдали рубахи из плотной ткани и меховые безрукавки. Мой комплект дополни штанами из добротной ткани и меховой обувью – где только взяли подходящий размер? А потом вручили пиалы с похожей на молоко жидкостью и позвали к костру.

Почему мы это выпили? А было без вариантов. Когда орчанки пьют то же самое и, прищурившись, смотрят, последуешь ли ты их примеру, отказаться нереально. Не поймут, посчитают, что мы не желаем молодоженам добра и процветания. Убить нас не убили бы, но обижать орков неуважением к их свадебных традициям не хотелось.

А костер разгорелся еще ярче. Вокруг него плясали орки, на их голых поблескивающих и обмазанных каким-то маслом торсах играли огненные блики. Орчанки готовили праздничные угощения и притопывали в такт барабанам.

Нас тоже приставили к делу – мы с Нэсси и Асшанией нарезали копченое мясо, сало и хлеб. Раскладывали все это на огромные блюда и пили теплый морс. То есть мы решили, что это морс. Но судя по тому, как весело нам становилось, морс был не так прост. Или это орчонок своим чадом из кадила снова удружил?

А потом я увидела у костра наших мужчин. Вернее, Аншаса. У него снова вместо хвоста были ноги. Светлые волосы заплетены в несколько кос, широкая грудь – тоже обмазанная маслом плотные бриджи обтягивали мускулистые бедра. Он казался мне безумно красивым. А еще танцевал вместе с орками дикий танец и отблески пламени плясали на его груди, руках и лице, и он становился особенно… желанным.

Сама не знаю, как я оказалась рядом и начала танцевать. Мой танец предназначался только ему. Рядом скакали остальные члены нашего небольшого отряда, но я видела только его. Это было словно наваждение.

Потом мы поздравляли вождя и Миндяйку, ели, танцевали под резонирующие с чем-то первобытным, что есть в каждом, звуки барабанов и целовались.

Как мы целовались… Земля уходила из-под ног, сердце в груди стучало, не хватало воздуха и почему-то только поцелуи Аншаса давали снова его вдохнуть.

А потом… Потом небо все же поменялось с землей. Рваное дыхание, кожа к коже, глаза в глаза, и мы потерялись друг в друге окончательно. Этот мужчина свел меня с ума, заставил стонать и купаться в удовольствии. И теперь я точно знала, что все это время ждала именно его.

Засыпала я с улыбкой на губах, прижимаясь к самому желанному и любимому мужчине на свете.

Но безжалостное утро опять перевернуло все с ног на голову.

А когда в моей жизни было все легко и просто?

Глава 13

Глава 13. За искусство, за любовь, за свободу!

– Ммм… – я потянулась, чувствуя приятную истому во всем теле.

Все-таки это случилось – я стала женщиной. Дождалась своего мужчину, пусть он и оказался нагом. Мне очень повезло, что он каким-то чудом научился отращивать ноги. Иначе представить процесс, когда вместо привычных конечностей у твоего мужчины хвост, сложно. Мне было непросто решиться на интим, но с Аншасом это получилось очень естественно.

Мысленно хихикнула, подумав о том, что, когда у него снова появится хвост, все-таки нужно будет попросить показать, где у него там прячется его другой хвост, тот, который Нэсси назвала маленьким. Не удержавшись, все же хихикнула вслух – ошиблась блондинка. Ох и ошиблась!

Почувствовала, как обнимавшая меня рука напряглась и теснее прижала к торсу мужчины. Открыла глаза и посмотрела на Аншаса.

– Доброе утро, – тихо произнес он, с тревогой вглядываясь мне в глаза.

Дежа вю. Вот что я сейчас испытала, вспоминая точно такой же момент в самом начале нашего знакомства. Кто бы тогда мог подумать, что точно в такой же ситуации я буду испытывать совершенно другие эмоции?

– Ты уверен? – ответила я, как и в прошлый раз, но улыбнулась.

– В чем? – уголки его губ дрогнули, а сам он расслабился. А с чего он вообще так напрягался?

– Что оно доброе.

– Уверен, – улыбнулся он. – У тебя есть сомнения?

Я продолжала смотреть на него и улыбаться. Прядь волос упала ему на глаза, и я протянула руку, чтобы убрать ее. Но он перехватил руку, поцеловал ладонь и стал серьезным.

– Снежана, мне жаль что…

Полог в небольшой шатер, в котором мы лежали на шкурах, внезапно открылся, и внутрь вошли оркские воины. Они заняли места по бокам от входа и направили в нашу сторону копья со странно поблескивающими фиолетовыми наконечниками.

Аншас тут же напрягся и тихо произнес:

– Не делай резких движений, магию применять тоже не стоит.

– Почему, – поинтересовалась я.

– Адамантовые наконечники. Пробивают большинство магических щитов, – тихо пояснил он.

Под одеялом что-то зашевелилось, этого чего-то однозначно стало больше, гораздо больше… И я поняла, что у Аншаса рос его боевой инструмент – хвост! Ощутила бедром прикосновение чешуек. Наверное, еще несколько дней назад от такой метаморфозы рядом у меня бы как минимум зашевелились волосы, и не только на голове, но сейчас я лишь еще теснее прижалась к мужчине.

Аншас медленно поднялся, помог мне сесть и поправил одеяло так, чтобы полностью скрыть мое обнаженное тело.

– Что происходит? – наконец, спросил он орков.

Вместо ответа полог шалаша снова откинулся и внутрь вошли Миндяйка и шаман. Он выглядел подавленно, а вот орчанка лучилась довольством.

– Доброе утро, – ее клыкастое лицо расплылось в улыбке. – Я хочу спектакль! – возвестила она.

– Доброе, – ответил Аншас. – А при чем тут мы?

– Как это при чем? – удивилась Миндяка и ткнула в меня пальцем. – Она должна выступать.

– Кому должна? – удивилась я, а улыбка с лица орчанки сползла.

Она уперла руки в бока:

– Ты – мой подарок! Ты должна выступать!

– Минуточку, – опешила я от такого заявления. – Подарком был спектакль, а не я.

Глаза Миндяйки наполнялись яростью, и она посмотрела на сжавшегося шамана.

– Не поняла. Ты же сказал, что она – подарок.

– Это сказал не я, – тихо ответил Думдук, с опаской поглядывая на орчанку, – а вождь. Но он, наверное, не так понял, – и резко пригнулся, явно опасаясь, что сейчас ему прилетит.

Миндяйка задумалась, потом глаза ее сузились, наливаясь краснотой, пальцы сжались в кулаки, а дыхание участилось.

Сейчас что-то будет, и допускать этого точно нельзя! Это я осознала одномоментно и очень четко. И сама от себя не ожидала, как вскочила, придерживая одеяло, вытянула вперед руку и воодушевленно заговорила:

– Искусство не терпит принуждения! Только когда все идет от сердца, любое действо становится искусством! – И замолчала, оценивая произведенный эффект и сама себе поражаясь.

– Ага, – внезапно поддержал меня мнущийся шаман. – Из кустов нужно того… самому, ага. А то не того… красиво из кустов не получится.

«Из кустов». Рука-лицо.

Миндяйка повернула к нему голову и хлопнула глазами. По ее виду стало понятно, что мои слова или слова шамана (тут нельзя быть уверенной ни в чем) заронили в ее голову сомнения. И нужно было срочно закреплять успех. Но что сказать?!

На выручку пришел Аншас:

– Уважаемая Миндяйка, великая сквола великого вождя орков племени Зашибок, вчерашний спектакль вам так понравился только потому, что мы все хотели устроить ваше счастье и подарить частичку своей души. Иначе ничего бы не вышло…

Миндяйка выпятила вперед челюсть, внимательно слушая нага. А я попыталась осознать: Зашибок?! Нет, правда, что ли?! Зоя, где ты?! Я не могу переварить это сама. Мы просто обязаны разделить это!

– …А как вы сами вчера сыграли! – продолжал вдохновенную речь Аншас. – Это же было шедеврально! Сколько экспрессии, какое вхождение в образ! А все почему?

– Почему? – спросила орчанка.

– Потому что вы сама прекрасная актриса! Зачем вам другая прима?

– При… чего? – широко раскрыла глаза Миндяйка.

– Та, что будет затмевать всех своим талантом и игрой. Вам такая совершенно не нужна. Вы же сама – прима! – И повел рукой, будто давая возможность оценить всем слушателям глубину его слов.

Миндяйка задумчиво почесала пятерной затылок, шмыгнула носом, глянула на сосредоточенно сопевшего рядом шамана. Молчание затягивалось. Я сглотнула, нервы были на пределе. Нужно срочно придумать еще хотя бы один убойный аргумент для этой грозной женщины. Но, как назло, в голову ничего не приходило.

– Я поняла, – наконец, произнесла она, неожиданно широко улыбнулась и треснула ручищей Думдука по плечу. – Ты помог Сундуйчику подарить мне путь. Не зря вчера со своим бубном скакал, как козел, – и посмотрела на нас. – А вы показали мне путь. Уважаю. Пошли пировать! – и махнула нам рукой, приглашая следовать за собой.

– Нам бы помыться и переодеться, – не растерялся Аншас, пока нас прямо в таком виде не поволокли праздновать.

– А? Сейчас все принесут. – И постановила: – Без вас пир не начнем. Будем ждать, – и вышла.

За ней последовал Думдук. Он облегченно смахнул выступивший на лбу пот и подмигну нам. Последними покинули шалаш охранники.

– Миндяйка и Сундуйчик? – не смогла смолчать я и хихикнула. – Я даже представить не могу, как они назовут своих детей. – Снова хихикнула. Может, это нервное?

Аншас прижал меня к своей груди и поцеловал в макушку.

– Ну почему же? Их имена вполне можно представить.

– Это как? – заинтересовалась я.

– Они дают имена детям, сочетая звуки из своих имен.

– О нет, зачем ты так со мной?! – Я все же расхохоталась.

***

Идти на пир, на который нас так экстравагантно пригласила Миндяйка, все же пришлось. Хотя я предпочла бы потихоньку от орков смыться. Но мы не знали, где другие члены нашей маленькой команды и как они провели эту ночь, и надеялись, что все в порядке.

Увидели всех сидящими в шатре неподалеку от вождя с молодой женой, вернее скволой. Нас же посадили рядом с молодоженами. Друзья выглядели вполне довольными жизнью, разве что лица немного помяты.

Вдруг мысли перескочили на утренние слова Аншаса, что ему очень жаль. Только чего именно, он так и не сказал. В голове завертелись грустные мысли о том, что ему жаль, что он провел эту ночь со мной. Или что эта ночь первая и последняя, и мы не можем быть вместе. Что я знаю о традициях нагов? Может, им с человечками только гулять можно, а жениться ни-ни?

У-у-у… А мысли-то у меня уже вон куда завернули. Жениться… Я хлопнула глазами, гипнотизируя взглядом нарезку. Я ведь домой хочу! Хотела… А тут такие мысли. И вообще, можно подумать, для мужчин провести ночь с девушкой – повод потом на ней жениться. Некоторые даже считают, что это не повод для знакомства. А хочу ли я сама сейчас выйти замуж?

Я посмотрела на копченое мясо и сало перед собой и с тоской подумала о потрясающем омлете и блинчиках, которые делает Зоя. Эх, Зоя-Зоя, сестричка моя любимая, где ты сейчас? Все ли с тобой в порядке? Вот кто всегда знает, чего можно ожидать от мужчин и чего хочет сама.

Зоечка, как же мне тебя не хватает! Как же так вышло, что тебя похитили?!

Стало стыдно, что вчера и сегодня утром мне было слишком хорошо, чтобы думать о неприятности, которая случилась с ней. А ведь ее там могут пытать, убивать и…

Тут снова вспомнила, как я провела эту ночь. У меня все было по обоюдному согласию, а у Зои все могло быть иначе.

Нет! Не верю, что с ней может произойти такое. Она не даст себя в обиду! Это же Зоя!

Последняя мысль немного приободрила. Я понимала, что жизнь может повернуться по-разному, но верила, что все обязательно будет хорошо. Ведь подчас наши вера и надежда творят чудеса.

– Эй, ты что такая грустная? – положила мне на плечо тяжелую ладонь Миндяйка. Как плитой придавила, честное слово.

– Да так…

– Подруга, ты чего мнешься? Я же вижу, что ты расстроена. Что, этот хвостатый обидел? Так мы ему лицо сейчас подрихтуем! – и начала приподниматься.

– Нет-нет! – поспешила я ее остановить и ухватила за жилетку. – Дело не в нем.

Миндяйка выдвинула вперед челюсть, подумала и села обратно.

– Тогда в ком?

– Сестру у меня похитили, – вздохнув, поделилась я бедой.

– Когда? – удивилась она.

– Вчера утром орк один с гремлином выкрали из замка.

Челюсть орчанки снова выдвинулась вперед, а из-под массивных надбровных дуг угрожающе заблестели глаза.

– Кто?

– Какой-то Джуй и…

– Джуй?! – так сильно удивилась она, что на нас обратил внимание вождь. – Этот шпингалет?

– При-ма моя, – чуть запнувшись, явно припоминания правильное слово обратился к ней Сундуйчик, – в чем дело?

– Представляешь, ее сестру похитил Джуй! Тот самый забавный орк, который пытался за мной ухаживать. С ним еще вечно какой-то противный гремлин рядом вертелся. Даже денег мне предлагал, чтобы я Джуя посильнее поколотила.

– Ты его убила?

– Кого?

– Джуя?

– Зачем? Гремлина да, чуть не убила, но он, гаденыш, сбежал.

Вождь задумчиво посмотрел на свой кулак, перевел взгляд на Миндяйку:

– Кого, говоришь, он похитил?

– Мою сестру, – вмешалась я.

– И что? – спросил он почему-то у Миндяйки.

Челюсть орчанки выдвинулась вперед еще сильнее:

– Не поняла? Ты не хочешь помочь сестре моей лучшей подруги?!

– Чего? – растерялся вождь от такой быстрой смены настроения любимой.

А та сгребла полы его жилетки в охапку и рванула вперед, отчего лицо орка придвинулась к ней совсем близко.

– Я не поняла, ты против того, чтобы освободить сестру моей подруги из лап злобного гремлина и придурочного орка?!

– Я? При-ма моя, я только за!

– Все не так просто, – вмешался в разговор Аншас. – За ее похищением стоит как минимум один клан нагов.

– Сундуйчик, – приблизив лицо мужа еще ближе к своим глазам, с угрозой поинтересовалась Миндяйка.

– Для великого вождя племени Зашибок нет ничего невозможного! – просипел он.

Лицо орчанки расплылось в довольной улыбке, и она чмокнула своего сквола в нос.

– Я так и знала! – гордо заявила она, отпуская его.

– Шаман! – тут же завопил вождь.

И рядом со мной подскочил на месте Думдук:

– Да, вождь.

– Мы идем спасать… – он перевел на меня вопросительный взгляд.

– Зою, – наблюдая за происходящим широко раскрытыми глазами, подсказала я.

– Мы идем спасать Зою. Иди бери, что там тебе надо, чтобы ее найти и открыть портал, – постановил вождь.

– К-какой портал? – растерялся Думдук.

Но его уже никто не слушал. Миндяйка подорвалась с места и подняла кубок величиной с мою голову:

– Идем спасать Зою! – выкрикнула орчанка, но никто из орков не среагировал. – Сестру моей подруги! – добавила она, но адекватной реакции от собравшихся не добилась. Прищурилась, а потом оскалилась и заявила: – Идем грабить нагов!

В зале ненадолго повисла тишина, а потом орки дружно и радостно взревели:

– Да!

Грабить кого бы то ни было явно было их любимым занятием. А Миндяйка посмотрела на меня, подмигнула и завопила еще громче:

– За искусство, за любовь, за свободу!

– Да! – снова вторили ей орки под радостный звон кубков.

Глава 14

Глава 15

Во дворе замка шло сражение. Орки махали мечами и копьями, орчанки дубинами и сковородами, а наги отчаянно отбивались магией из амулетов. Но племя орков было безбашенным и давило количественным превосходством.

Выглядело происходящее как какой-то дикий сон или галюны запойного алкоголика. Особенно когда я увидела, как одна орчанка, весело улюлюкая, гоняла по внешней стене замка нага, а потом поскользнулась, поехала по желобу, который тут был вместо лестницы, уперлась в развернувшегося к ней нага и, обхватив его ногами и руками, начала жмякать за место пониже спины и подмигивать подбитым глазом обалдевшему от такого стражнику.

А орки, которые сцепились рядом с оторопевшим нагом за то, чтобы лично выдрать у него клыки для своей коллекции? Наг, не будь дурак, под шумок уполз и где-то заныкался, зато потасовка орков стала масштабнее из-за того, что другая парочка решила поинтересоваться причиной спора.

В реальность происходящего не верилось. Думаю, в этом был еще виноват помахавший нам на прощание с той стороны портала орчонок с чадящим кадилом. Но страшно не было. Может, и зря.

– Снежана, не стой столбом. Ставь щит, – бросил мне Дитер, выцеливая на стене нага с огненным артефактом в руках. – Как договаривались: проницаемый с нашей стороны.

Несмотря ни на что, я все еще не могла привыкнуть к своему дару и боялась, что не смогу, щит получился, как задумывалось. Я в который раз удивилась. Хотя мать Аншаса говорила, что моя магия подчиняется моим желаниям без дополнительных формул и обучения. Наверное, нужно время, чтобы я привыкла и осознала это.

А щит я поставила вовремя. На нас выполз целый десяток стражи и первым делом разрядил в нас свои амулеты. Щит покрылся яркими огненными всполохами, внутри защитного купола стало жарковато, но на этом и все. Зато Дитер и вступивший в бой зеленоглазый Шаас ответили противнику тем же. Защитные амулеты нагов выдержали, но заставили отступить.

И тут в бой вступили вооруженные мечами Аншас с Шанасом. Вот в этот момент мне стало страшно. Не за себя, а за других. И больше всего за своего чешуйчатого гада, который так орудовал своей железкой, что я только диву давалась. В наш век увидеть мужчину с мечом – большая редкость. Самое холодное орудие, которое я наблюдала в руках мужчин на Земле – лопата. Как сказала бы Зоя, прямо бессмертный горец и ожившая мечта любой девушки. Правды ради, махали железками здесь многие, но именно Аншас был для меня воплощением женской мечты. Однако это не мешало мне за него беспокоиться и с замиранием сердца следить за каждым движением.

Даже не знаю, как у меня это получилось, но в какой-то момент я так испугалась за своего блондина, что мой щит деформировался – из него вытянулось несколько «рук», которые заключили в защитные коконы парней и безбашенную Нэсси, которая в этот момент в запале ринулась на врага с одним-единственным кинжалом. Это увидел Аншас и потемнел лицом. А ведь он перед выходом инструктировал, как нам действовать, и пункта «вступать в бой» там точно не было.

Шанас эскападу Нэсси тоже заметил и, отбив удар наседавших на него нагов, подскочил к девушке и прикрыл собой, а Аншас ухватил за руку и втолкнул под защиту общего купола, сверкнув глазами так, что Нэсси посчитала за лучшее спрятаться за спиной Дитера.

Асшания же смотрела на творившееся вокруг, и губы ее подрагивали. Наверняка это именно ее замок, и смотреть на происходящее для нее – мука. Но она крепко стискивала кулаки и не ничего не предпринимала – поняла уже, что изначально встала не на ту сторону, и расплаты ее ветви все равно не избежать. Мне было жаль девушку – не знаю, как бы я поступила, окажись в ее положении.

– Снежана, – услышала я ее голос совсем рядом. – Дай мне сказать. – И пояснила: – Я знаю, ты сможешь сделать так, чтобы меня все услышали. Я не мать, но меня послушают. Не хочу лишних жертв.

Я, чуть помедлив, кивнула. Смогу, обязательно смогу!

– Я, Асшания, первая дочь ветви Шурас, призываю защитников замка и нападающих сложить оружие! – раздался громкий голос девушки, который перекрыл шум битвы.

Все застыли, не ожидая ни подобного призыва, ни столь громкого звука.

– Асшания? – удивился кто-то на стене. – Вы хотите отдать замок оркам?

– Не понял, чё это я должен сложить оружие? – одновременно раздался орочий бас.

– Если все на этом остановятся, оркам будет выплачена контрибуция, а наги останутся живы! – крикнула она.

– Канрипункцию можешь оставить себе, нам такого добра ненужно, – заявил со стены вождь, и орки его шумно поддержали. И после того, как Миндяйка что-то сказала ему на ухо, с неудовольствием добавил: – Но если кто-то сдастся, то так и быть, убивать не будем.

Это решение уже не показалось оркам таким уж привлекательным, но они послушались.

Асшания еще пыталась что-то объяснить про контрибуцию, но ее никто не слушал. И все же я видела, что некоторые наги сдавались. Были и те, кто бился до последнего. Последний самый упертый сражавшийся, тот самый, что успел задать Асшании вопрос, получил по голове чугунной сковородой от Миндяйки и, потеряв сознание, съехал по желобу вниз.

Так и закончилась эта эпическая битва.

– Наги закончились! – постановила Миндяйка, поправляя сползший на лоб шлем.

Она стояла на стене замка рядом с вождем и радостно улыбалась.

– Закончились, – подтвердил Сундуйчик, поднял меч над головой и прокричал: – А теперь в замок!

Орки радостно заорали, заулюлюкали и бросилась к дверям. Замковый гарнизон мы выбили – теперь дело за самим замком. Там, похоже, забаррикадировались самые умные. Хотя странно, почему остальные воины этого не сделали, а продолжали драться во дворе и на крепостной стене. Более того, не попытались скрыться в замке и вести бой оттуда. Даже мне по внешнему виду этого сооружения становилось понятно, что, в отличие от замка родителей Аншаса и Нэсси, этот построен так, чтобы выдержать длительную осаду. Узкие окна-бойницы первых этажей, тяжелые железные двери, через которые трудно прорубиться и, судя по тому, сколько орки разрядили в них амулетов, зачарованные от магического воздействия – так просто внутрь не попасть. И это снова возвращало меня к вопросу: почему для его защиты офицеры гарнизона не увели своих людей внутрь?

– Тащи таран! – завопил вождь. – Все равно мы эту дверь вынесем! Не магией, так живой силой! Племя Зашибок еще и не такие двери с полпинка открывало!

Мы с Дитером и Аншасом стояли рядом. Мне пришлось держать щит над теми, кто собирался использовать таран. А то мало ли, что им на головы может вылететь из недр замка.

Нэсси чуть дальше успокаивала вконец расстроившуюся Асшанию. Рядом с ними стоял зеленоглазый Шаас и зло поглядывал на чернохвостую. Сколько можно на нее злиться? Она ведь уже все осознала и даже очень нам помогла.

Бум! – орки нашли бревно и впечатали его в дверь. Бум!

И вдруг в одной из бойниц показалась рыжая шевелюра. Ее обладатель внимательно оглядел двор, остановился на Аншасе и Дитере и внезапно усмехнулся:

– Нет, ну я все мог представить, но чтобы вы, ребята, возглавляли орочий набег – это за гранью даже моего яркого воображения, – и внезапно подмигнул мне.

– Да чтоб мне не сойти с этого места! – удивленно вытаращился на него Дитер. – Атрэй! Как тебя-то сюда занесло?!

– Эх, а я-то надеялся, что это вы за мной эдакую бесшабашную армию собрали.

– Так если бы знали, что ты здесь, может, и собрали бы.

– Да сюда уже давно нужно было дракона прислать, чтобы выжег это змеиное кубло. Не в обиду тебе сказано, Аншас.

– Ключи! Ключи дайте! – внезапно взревел какой-то орк, и его голова показалась из соседнего оконца.

– Джуй! – узнала я его.

– Ключи дайте! – снова проревел он.

– О чем этот болезный? – осведомился Аншас.

– Да сидит тут в антимагической камере одна красотка. Она нас, можно сказать, и освободила его руками, – хмыкнул Атрэй. – Но ключи от ее камеры только у начальника гарнизона. А он где-то там, – и кивнул на поверженных нагов.

– Зоя! С ней все в порядке? – Дитер сделал шаг вперед, будто собрался сорваться на бег и нестись ее освобождать. Хотя, наверное, так и было.

– Ключи! Ключи дайте! – ревел орк.

– Да в порядке, что с ней сделается? А ты уже ее застолбил? – и подмигнул Дитеру.

Но все же я заметила, что бравада у рыжего напускная – парень был сильно изможден.

– Застолбил, – и не думал отнекиваться маг. – Двери открой. Сколько нам тут мяться?

– Ну должен же я был обозначиться и убедиться, что нас не собираются убивать.

– Кого нас? – спросил Аншас.

Атрэй вздохнул, улыбка сошла с его лица, и теперь стало очень хорошо заметно его неприглядное состояние.

– В темнице под замком эти чернохвостые собрали неплохую коллекцию узников.

– Прямо коллекцию? – удивился Аншас.

– Да, сами увидите. Только орков своих придержите.

– Орки пришли грабить! – внезапно вызверился на него и на нас вождь и стукнул себя кулаком в грудь, а воины его поддержали, поднимая гвалт.

– И мы этого права не отнимаем, – заверил его Аншас. – Но тех, кто в замке, трогать нельзя.

– Идет, – снова стукнул себя кулаком в грудь вождь и пошел инструктировать племя, раздавая всем несогласным тумаки и зуботычины.

Какие все-таки у всех разные стили управления…

А Аншас снова обратился к рыжему:

– Вы там уже всех обезвредили? Я правильно понимаю?

– А как же. Всех. И, кстати, могли бы сказать нам спасибо, что внутрь никого из гарнизона не пустили. Иначе бы так просто эта битва не закончилась.

А вот и ответ на мучивший меня вопрос, почему наги не заняли оборонительную позицию в замке.

– Спасибо! – усмехнулся мой блондин и приобнял меня.

– У-у-у, – многозначительно посмотрел на нас Атрэй, и я неожиданно для себя покраснела. Даже не знаю от чего. От удовольствия, что Аншас так открыто продемонстрировал этому рыжему свое ко мне отношение, или потому что прижиматься к нему было очень приятно. – А у вас, я смотрю, жизнь кипит.

– Кипит-кипит. Двери открывай.

Голова рыжего ненадолго скрылась из вида и снова появилась:

– Открывают. Только ключи от камеры Зои найдите. Ее без них открыть будет очень сложно.

– Да! Ключи! Ключи возьмите! – снова проревел Джуй.

Но в этот момент к нам подошла Миндяйка и протянула мне целую связку.

– Вот, у того, которого последнего сковородой огрела, нашла. Так и знала, что он тут у них был главный. Больно сильно выпендривался. Но против моей сковородочки нет приема. Правда, Сундуйчик? – и приобняла имевшего неосторожность подойди к нам вождя.

Да так от души обняла, что я, кажется, услышала, как у того захрустели кости. Но, судя по его блаженной улыбке, его все устраивало.

– Спасибо, Миндяйка, – искренне поблагодарила я, беря ключи. – Ты настоящая подруга и просто очень хороший… хорошая орчанка.

Кажется, она расчувствовалась и стукнула своего ненаглядного в ухо.

– А ты говорил: не оценят. А ведь не зря их свадебный орочий костер позвал, и духи их связали тоже не зря.

– Кто нас связал? – удивилась я.

Вот чего я не помнила, так это как нас связывали какие-то там духи.

– Так по традиции же…

– Снежан, там уже двери открыли. Пошли за Зоей, – шепнул мне на ухо Аншас, не дав дослушать.

Сейчас это было гораздо важнее всяких там духов и традиции, и мы поспешили внутрь и в проеме столкнулись с Джуем.

– Ключи! – протянул он ко мне свою лапищу и, вырвав связку их из моих рук, бросился вглубь замка.

Мы поспешили следом. Хорошо, что он знал дорогу, иначе искали бы мы нужное место долго и упорно.

Не знаю, что сподвигло этого громилу помочь моей сестре, но не исключаю, что его уболтала сама Зоя. Она умеет убеждать.

В местных казематах было очень неуютно. Это вам не теплая каталажка нашего мира, где Зоя в свое время провела пару неприятных часов из-за своего непримиримого характера. Здесь это почти средневековая темница. Сыро в ней, правда, не было, но на этом все преимущества заканчивались.

На нужный уровень подземелий мы втроем ввались следом за Джуем – Асшания и Нэсси остались помогать с ранеными, а Шанас и Шаас вместе с ними. Лично я запыхалась и не сразу увидела стоявшую за одной из решеток Зою. Сестра выглядела уставшей и помятой, но при виде нас просияла радостной улыбкой.

– Джуй нашел ключи! Джуй освободит Зою! – радостно пробасил орк, а сестра почему-то укоризненно покачала головой.

– Джуй, отвыкай говорить о себе в третьем лице.

– В каком лице? У меня что-то с лицом? – бедный орк даже замешкался, открывая замок.

– Да открывай ты уже! – не выдержал Дитер. – Разве не видишь, что эта камера из нее силы вытягивает?!

Глаза орка сделались большими и испуганными, и он наконец провернул ключ в замке.

– Я тебя освободил! – улыбаясь во все клыки, стукнул он себя кулаком в грудь.

– Зоя! – облегченно выдохнул вместе с ним Дитер, и сестра бросилась ему в объятия. – Зоя, как же ты тут? Зоя… – шептал он ей на ушко, крепко к себе прижимая.

А стоило ей приподнять лицо, тут же поцеловал, требовательно и страстно, так что мне стало неудобно на них смотреть и вообще находиться рядом. Слишком личным оказался этот момент.

Смотреть же на Джуя было откровенно жалко. У бедолаги разве что губы не дрожали от расстройства.

Аншас подполз к нему поближе и похлопал его по плечу.

– Женщины, они такие. Освобождаешь их ты, а целуют они другого.

– Но… Я же… А как же я? – выдавил он.

– Ты молодец, что одумался и помог всех освободить. Зоя это оценила, но сердцу не прикажешь. К тому же она не орчанка. Поверь, Зоя точно не знает, как правильно показать кулак и огреть любимого по темечку.

– Не знает? – кажется, искренне удивился Джуй.

– Не знает.

– И что мне делать? – совсем понурился орк.

Мне стало его жалко. Видно же, что он неплохой парень. Похитил, конечно, Зою, но ведь исправился. Такого увальня обмануть – раз плюнуть. Наверняка тот гремлин вертел им как хотел. К тому же, узнав немного орков, я поняла, что они все со своим прибабахом, но в общей массе незлобивые и легкие на подъем. Ну как незлобивые… Просто отомстят за обиду, не откладывая на потом, и забудут. Интриги – не их конек.

– А давай мы тебя в племя Зашибок определим? – предложила я, стараясь не смотреть на сестру с Дитером.

Нашли время миловаться. Я, может, тоже хочу ее обнять.

– Не возьмут, – понурился он. – Я чужак. За меня поручиться некому.

– Как это некому? Ты мою сестру спас. – О том, что сам же ее в эту передрягу и втянул, я решила промолчать. – К тому же проявил доблесть и смекалку в бою. Разве они такого воина не возьмут?

Джуй заметно повеселел и снова посмотрел на Зою, видимо, все еще надеясь, что она оценит его старания. Мы невольно проследили за его взглядом. В этот момент Дитер оторвался от губ сестры и произнес:

– Все, теперь можешь опять подбить мне глаз. Тебе какой подставить: правый или левый? Ты, главное, больше не исчезай.

Оказывается, мне ранее не показалось: Зоя его-таки приложила. А сейчас стоит, прижимается к магу и, улыбаясь, дураком называет. А ведь я ее такой счастливой и смущенной еще не видела…

– А вы резвые! – В дверях на этот уровень подземелья показался тот самый рыжий. – Освободили уже Зою? А! Вижу-вижу. Дитер, я тебе уже говорил, что ты времени зря не теряешь? – и подмигнул магу. – Ладно, пойдемте отсюда. Мне эти казематы уже в печенках сидят.

– И то дело! – Миндяйка практически вынесла его своей тушей из прохода. – А тебе, Джуй, хватит среди человеков мотаться. Шаман! – закричала она куда-то вбок. – Я тебе помощника нашла! Такого же резвого и без башки!

Так наконец закончилась наша эпопея с орками. Конечно, по замку они шныряли еще долго, но нас и бывших пленников не трогали и даже предоставили комнаты для отдыха, из которых почти ничего не вынесли. По крайней мере, диваны и подушки остались на своих местах, в то время как из других комнат вынесли, кажется, все до последней нитки.

Глава 16

Глава 16. Из огня да в полымя

Солнце почти скрылось за горизонтом, освещая комнату, в которой мы собрались, последними яркими лучами. Сюда бы еще перекусить чего-нибудь, а не только чай, который нам в сложившемся кавардаке сумела организовать Асшания, и было бы вообще хорошо. Мы все за сегодняшний день сильно устали и сейчас мечтали о том, чтобы разъехаться по домам или хотя бы просто поспать. Но самые стойкие собрались здесь, чтобы обсудить произошедшее и сложившуюся ситуацию в целом.

Оказалось, что клан чернохвостых уже давно собирал у себя в казематах всех, чей род хоть как-то отмечен Великим Драконом. Особенно сильно они активизировались в последний месяц, и пропажи людей и существ других рас стали заметны. Если до этого чернохвостые действовали очень аккуратно, то теперь явно торопились или просто плюнули на конспирацию, считая, что сейчас она уже не так и нужна.

Атрэй Лотрединский, тот самый рыжий балагур, оказался оборотнем и другом Аншаса и Дитера. Его клан всегда считался отмеченным силой из-за двух ипостасей. Но все же в заточении он оказался не из-за этого. Вернее, только отчасти из-за этого. Он расследовал дела о пропажах и сам случайно сунулся в логово врага. Пропал он около двух недель назад. Для оборотня нормально исчезнуть из поля зрения на такое время – работа у него такая. Поэтому никто его до сих пор не хватился.

Здесь, в тюрьме, он и узнал, куда пропадали представители древнейших родов людей, оборотней, нагов, гномов и даже орков.

– А о нагах поконкретней, – остановил его Аншас. – Я не видел их среди освобожденных.

Атрэй устало вздохнул и потер переносицу:

– Они были в стазисе. Просто лежали в дальней камере. Я даже не смог узнать, кто они такие, только хвосты видел, когда их вчера забирали оттуда. Знаю только, что их было трое.

– В стазисе? – задумчиво протянул Дитер, поглаживая ладонь Зои. – Это многое объясняет.

– Что именно, молодой человек? – поинтересовался оборотень в годах, который, несмотря на измождение, не спешил уходить отдыхать.

Кроме нас восьмерых – Аншаса, меня, Дитера, Зои, Нэсси, Шанаса, Асшании и зеленоглазого Шааса, – в комнате было еще чуть больше десятка представителей разных рас. Все они были если не измученными, то сильно уставшими. Еще два десятка пленников после освобождения отдыхали в соседних комнатах. Отправлять их домой было решено рано утром, когда Дитер, наш единственный маг, способный открыть портал, восстановится. Спешить не имело смысла – этот замок чернохвостых находился в горах, вдалеке от любого жилья, и был безопасен.

– Скорее всего, Атрэй видел глав родов нагов, которые пропали в разное время и которых считают погибшими или без вести пропавшими, – взял слово Аншас. – У всех у них есть артефакты – родовые перстни, которые после смерти носителя магическим образом оказываются на пальце преемника. Но, как понимаете, эти перстни у преемников так и не появились.

Мужчина нахмурился, обдумывая ситуацию:

– И зачем чернохвостой мегере эти перстни? – Старик быстро сделал правильные выводы и внимательно посмотрел на моего блондина. – Я так понимаю, вы знаете о происходящем гораздо больше. Может, поделитесь с нами? Хочется, знаете ли, понимать причину, по которой мы все пострадали.

– Приход в этот мир новой богини – достаточно веская причина? – внезапно взял слово зеленоглазый, выполз вперед, к камину, и поправил чудом уцелевшую после набега орков статуэтку.

– Вы о чем, молодой человек? – продолжил задавать вопросы все тот же пожилой оборотень.

Все остальные слушали очень внимательно.

– Как вы знаете, у каждой расы когда-то было свое божество, которое сотворило их изначальный мир и их самих. У кого-то это божество по каким-то причинам исчезло или погибло, а мы, наги, от своего божества когда-то отказались сами и сбежали. И если ваши прежние миры, из которых вам помог прийти Великий Дракон, уже давно погибли, то наш все еще существует, как и наша богиня.

– Но почему вы от нее отказались? – задала вопрос широкоплечая, почти квадратная серьезная гномка.

– Это дела давно минувших дней, – не стал вдаваться в подробности Шаас. – Главное, сейчас она хочет вернуть свою паству.

– Не понимаю, а при чем тут мы? – всплеснула руками очень уставшая темноволосая женщина.

– Вы – носители искры Великого Дракона, ваша жизненная сила поможет сделать врата между мирами стабильными.

– А перстни? – прищурился старик.

– А перстни откроют врата, – пожал плечами зеленоглазый и с силой разбил статуэтку об пол.

Я вздрогнула, все отвлеклись на осколки, а Шаас сжал свой амулет, и рядом с ним начал открываться портал.

– Что здесь происходит?! – воскликнула какая-то женщина.

Я тоже пребывала в недоумении, но Аншас, похоже, сразу все понял. Он вскочил с места и прикрыл меня собой:

– А ведь я тебе доверял.

– Я знаю, – спокойно ответил зеленоглазый.

– Зачем? Ты же лучше других знаешь, что Шшассану нельзя пускать в этот мир, что первым делом она уничтожит всех нас.

Спина Аншаса закаменела, я видела, как сильно он напряжен, и никак не могла поверить, что зеленоглазый оказался предателем. Что-то тут не сходилось. Зачем тогда Асшания хотела его похитить? Да и он смотрел на нее волком. Если они на одной стороне – все выходит совсем уж нелогично. Но в этой ситуации, похоже, логика рядом и не ночевала, потому что Шаас ответил:

– Как правильно когда-то сказала Асшания, – он кивнул застывшей и понурившейся девушке. – Шшассана уже давным-давно забыла причину конфликта. А вот тех, кто откроет ей врата в новый мир, где она, по сути, станет единственной богиней, она точно не забудет.

– И чего же тебе не хватает, Шаас? Что стоит сотен тысяч жертв, которые богиня неминуемо соберет, чтобы здесь укрепиться?

– Власть, – спокойно ответила переместившаяся через портал чернохвостая мать Асшании. – Великий Дракон когда-то помог нам укрыться от гнева Шшассаны, но, пригласив в новый мир, забыл уточнить, что мы навсегда останемся здесь вторым сортом. Всегда над нами будут стоять драконы. Его драконы. Это они вершат наши судьбы, они устанавливают правила, они решают, кому жить, а кому умереть.

– Надо же, какая несправедливость, – сощурила глаза Зоя. – По-вашему, кому жить, а кому умирать должны решать именно вы?

– Почему бы и нет? – на удивительном красивом лице чернохвостой появилась полуулыбка победительницы. – Я считаю, что достояна этого.

– Дорогая моя, а богиня в курсе ваших планов? – внезапно спросил все тот же старичок-оборотень.

– Ей придется на кого-то полагаться в этом мире. Почему бы не на тех, кто помог ей сюда прийти? – Она повернула голову к зеленоглазому и внезапно лизнула его щеку раздвоенным змеиным языком. – Мы с Шаасом решили, что лучше всех подходим на роль новых владетелей этого мира. Мы поставим драконов на колени, и они падут ниц перед величием нашей богини. И перед нами, – она как-то так трогательно пожала плечиком, что ее слова утратили пафос и приобрели оттенок почти свершившегося факта.

– Интересно, а как сами драконы отреагируют на подобное вторжение? – с иронией спросил Дитер. – Неужели будут ждать и смотреть, пока ваша, как ее… Шшассана будет набирать силу?

– Мальчик, – снисходительно посмотрела на него чернохвостая, – зачем нам ждать этого момента, если у нас есть Повелители стихий?

– Две Повелительницы не сделают богиню такой уж сильной, – возразил маг, и чернохвостая расхохоталась.

– Шаас, какие у нас, оказывается, наивные пленники! Кто же полагается только на двух возникших из ниоткуда дурочек? У нас уже все подготовлено, остались лишь детали. Не скрою, их появление как нельзя кстати, и моя глупышка-дочка чуть все не испортила, решив, что главная цель в затеянной авантюре с походом к Пути туманов – мой Шаас. Ее извиняет лишь то, что она не знала о нашей связи. – Чернохвостая с превосходством блеснула глазами. – Никто не знал.

– Дорогая, давай заканчивать этот цирк, – поморщился наг.

– Шаас, не порти мне минутку триумфа. Мы так долго к этому шли. Должен же хоть кто-то это оценить. К тому же ты позвал меня слишком рано, – она укоризненно стрельнула глазками в зеленоглазого.

Было видно, что его раздражает такое поведение подельницы, но он смолчал.

– Для чего рано? – подозрительно спросил Аншас.

А меня внезапно повело. Я мотнула головой, попыталась сфокусировать взгляд, и ненадолго у меня это получилось.

– Кстати, вкусный был чай? – внезапно невпопад спросила Авишанель.

Я перевела недоуменный взгляд на чашку в своих руках, посмотрела на совсем понурившуюся Асшанию. Кажется, она всхлипнула. И тут присутствующие начали заваливаться набок, а меня накрыла темнота.

***

Пробуждение было малоприятным. Я замерзла, лежа на боку на холодной земле, и не могла пошевелить руками – они оказались связаны.

Открыла глаза. Разглядела перед собой в сгустившейся темноте чью-то спину. Попыталась обратиться к своей магии и поняла, что она меня не слушается. Чем же таким нас опоила эта чернохвостая предательница?

Я с трудом села и огляделась. Поняла, что нахожусь в большой клетке, поставленной у скалы, а рядом лежат и потихоньку приходят в себя люди. Невдалеке напротив, привлекая внимание, горели факелы, живописно расставленные в длинные держатели. Наверное, ими очертили будущую площадку для прихода богини. Или нет? Мать Аншаса говорила что-то про Туманный путь через скалы, который должен привести к Вратам. Мы его уже прошли или только собираемся?

Почему-то страшно не было. То ли за эти дни количество приключений превысило все допустимые нормы и психика уже не воспринимает опасность должным образом, то ли мне просто не верилось в реальность происходящего. Наверное, все же второе.

– Снежана? – Рядом села Зоя. – Ты как? – Я пожала плечами. – Слушай, а зачем они нам руки связали, если все равно в клетку посадили? Еще и охрану приставили. Смотри, какой мордоворот, – я кивнула на нага внушительной комплекции в странном наряде с блестящими массивными наплечниками и шлемом, на которых играли блики огня от факелов.

Наг стоял сбоку от клетки и сурово на нас поглядывал.

– Да кто их, ущербных, знает.

– Дюймовочка, ты научилась язвить? – хмыкнула Зоя.

– В нашей компании и не такому научишься, – сел рядом с сестрой Дитер.

– А где Аншас? – заволновалась я.

– Здесь, раздалось пыхтение позади. – Не знаю, чем эта стерва нас опоила, но хвост меня до сих пор не слушается.

– Большой или маленький? Ты уточняй сразу. Для женщин это важная информация, – раздался позади голос Нэсси.

Аншас немного помолчал и внезапно произнес:

– А знаешь, зря я тогда сказал, что тебе рано замуж. Самое то, раз тебя уже так мужские хвосты интересуют. Шанас, ты тут?

– Тут, – раздалось краткое.

– Если мы из этой передряги выберемся, будет тебе мое братское благословение, – и подтянул себя на руках к моему боку.

– Аншас! – возмутилась блондинка, но как-то слишком уж наигранно.

Даже я не поверила в искренность ее возмущения.

– А она ведь уже и не против, – хмыкнул Дитер. – Выбраться бы только…

– Угу… – согласилась с ним Зоя и вздохнула, рассматривая пока пустую огороженную факелами площадку.

– Слушай, раз уж мы тут решаем такие важные вопросы…– кажется, Дитер смутился. Впервые на моей памяти. – Зоя, выходи за меня замуж?

– Ч-чего? – так сильно удивилась сестра, что даже запнулась.

– Я понимаю, что это несвоевременно и вообще… Но из сегодняшней передряги мы можем и не выбраться … Когда задавать такие вопросы, если не в такие моменты?

– Н-но ты же мажор, то есть… как его… граф. А я… Я нет, – растерянно произнесла Зоя.

– Да, будь ты графом, все было бы гораздо сложнее, – хмыкнул Дитер и перехватил ее связанные руки своими. – Но вот такой я оригинал. Хочу сражаться и умирать, зная, что любимая женщина согласилась выйти за меня замуж.

– Дитер… – Зоя перевела на меня растерянный взгляд.

Я сделала большие глаза, мол, решайся, сестренка, хватит бегать от большой и чистой любви.

– Я тебе совсем не нравлюсь? – грустно спросил маг Зою.

– Нравишься.

– Очень?

– Очень, – как завороженная смотрела она на мужчину.

– А я тебя люблю.

– Любишь?

– Люблю. Сильно. Понял это, когда ты исчезла. Я понимаю, что у нас все слишком быстро закрутилось, но другого времени у нас может и не быть.

Смотреть на этих двоих было трогательно до кома в горле. А еще я дико смутилась. Так, будто это меня только что замуж позвали и признаются в любви. Но меня отвлек шелест рядом. Повернула голову и увидела, что Аншас руками укладывает свой хвост, чтобы удобнее устроиться рядом, но нормально сесть у него все равно не получалось.

Я смотрела на его сосредоточенное лицо, черты которого скорее угадывала, чем отчетливо видела, и мое сердце ныло. Ведь Дитер прав. Другого времени, чтобы объясниться, у нас может и не быть. Когда сказать тому, кто стал для тебя целой вселенной, что любишь, если не сейчас? На нас ведь охотились и теперь посадили в клетку не для того, чтобы отпустить и помахать напоследок белым платочком. Как спастись? Магией воспользоваться не получится, помощи ждать неоткуда, а отбиться своими силами мы вряд ли сможем. Получается, сегодня нам предстоит умереть, впуская в этот мир жестокое существо. Умереть, только поняв, что значит любить.

Неужели я и в самом деле люблю Аншаса, получеловека со змеиным хвостом, при виде которого поначалу испытывала дикий страх? Люблю. Себе-то зачем врать? Наверное, будь я посмелее, я бы призналась сейчас в своих чувствах Аншасу, но я не такая смелая, как маг. Для меня чувства, а вернее их выражение, всегда были сложной темой. Я выплескивала их в танце, слова – не мой конек. Но кто сказал, что говорить можно только словами?

Я положила руки на плечо Аншаса, и он вопросительно на меня посмотрел.

– Ложись, – шепнула ему одними губами, указывая на свои колени – так ему будет гораздо удобнее.

И он, не прерывая зрительного контакта, лег, устроив свою голову. Его обычно аккуратно уложенные волосы давно растрепались, и я погладила его по голове, приглаживая их. Красивый. Какой же он красивый и притягательный. Именно такой, о каком я мечтала длинными бессонными ночами. Да, у него есть небольшой шрамик у виска – его сейчас не видно, но я точно знаю, что он есть, – да, кому-то его скулы покажутся слишком резкими, а линия губ неидеальной, кто-то разглядит в нем кучу недостатков, но для меня он самый лучший и притягательный.

– Зоя, так как? Выйдешь за меня, если мы отсюда выберемся? – прервал затянувшееся молчание Дитер.

– А как же мой мир? – спросила Зоя.

– Не отпущу.

– Ну, если выберемся, то куда же я тогда от тебя денусь?

– Это значит «да»? – уточнил маг.

– Да, – выдохнула Зоя.

Я слушала их признания и, улыбаясь, гладила волосы Аншаса. Сколько еще судьба отмерила нам таких минут? Нужно наслаждаться каждой. Как же так вышло, что всего за несколько дней наг стал для меня самым близким существом? И как бы все повернулась, если бы в новогоднюю ночь мы с Зоей не отправились в тот бар и не встретили неадекватного Деда Мороза? Хотела бы я этого? Нет, даже зная, что сейчас погибну – нет. Может, и хорошо, что Аншас молчит. Пожалуй, я не хочу знать, о чем он жалел после нашей проведенной вместе ночи. Я не жалею ни о чем.

– Снежана… – Аншас хотел мне что-то сказать, но я приложила палец к его губам.

А потом события снова понеслись вскачь, и время для разговоров закончилось.

Глава 17

Внезапно тишину ночи разрезала барабанная дробь, и площадку, вокруг которой горели факелы, окружили наги в такой же форме, что и наш охранник. Еще несколько нагов устанавливали факелы, образуя коридор к этой площадке. Авишанель с Шаасом, что ли, пожалуют?

Некоторое время мы наблюдали за всеобщим оживлением вокруг.

– Слушайте, а где мы вообще? – внезапно спросила Нэсси. – Не похоже, что в предгорьях перед Туманным путем. Иначе зачем такой огород городить?

– А это и не предгорья, – послышался голос из темноты, и к нам выползла одетая в золотые одежды Асшания.

Блики факелов отражались от отделанной золотыми пайетками туники и чешуек антрацитово-черного хвоста. Смотрелось это красиво, даже как-то мистически.

– И где мы тогда? – не растерялась Нэсси.

– Мы внутри скал. Тех самых, которые по велению Великого Дракона сомкнулись вокруг Врат в наш мир.

– А как же Туманный путь?

– Разгадка проста: путь открывает кровь Хранителей. Тех, у кого такой крови нет, Путь запутает, измотает и не выпустит.

– Ты ведь знаешь, что ничего хорошего из вашей затеи не выйдет, – не спрашивал, а утверждал Аншас. Кажется, хвост уже начал его слушаться, и наг, чуть покачиваясь, сел. А потом вгляделся в девушку и произнес намного тише: – Как и то, что твоего брата она в живых не оставит. Он ей не нужен.

Асшания бросила косой взгляд на стражника и вздернула подборок.

– Это точно не должно тебя касаться! Моя мать – будущая королева этого мира, и только ей решать, кому жить, а кому умирать, – громко ответила и подползла ближе к решетке. Кулаки ее при этом были крепко сжаты.

– Асшания, ты ведь не такая, – вспоминая, как она переживала из-за брата и на что была готова, сказала я.

– Я ТАКАЯ! – зло раздувая ноздри, приблизила она лицо к самой решетке и уставилась мне в глаза. Но в них я не увидела злобы, скорее дикое неприкрытое отчаяние. – А ты чего уши развесил?! – внезапно рявкнула она, повернув голову к стражнику. – Если я хочу сказать что-то пленникам – это не твоего ума дело! – Стражник тут же опустил глаза и даже отвернулся, не желая быть причиной гнева этой девушки. – Что ты можешь обо мне знать?! – прошипела Асшания мне, встав так, чтобы ее лицо не было видно, даже охранник повернет голову. И на этот раз на нем появилось то же отчаяние, что и в ее глазах. Я не выдержала, встала и подошла к прутьям клетки вплотную. – Дай руку, – прошептала она мне одними губами.

Когда я протянула через прутья ладонь, переложила в нее что-то из своего кулака. Потом выразительно глянула на вторую, и процедура повторилась.

– Я знаю лишь, что ты неплохая девушка, – произнесла я, чтобы пауза не затягивались и стражник ничего не заподозрил. – Уверена, ты не хочешь того, что творит твоя мать.

– Будущая королева лучше знает, что и как ей делать, – чуть дрогнувшим голосом ответила она. – У меня нет выбора. Ни у кого скоро не будет выбора. И вы тоже ей не помешаете. У вас даже магия заблокирована, и в течение суток без специального зелья никто не сможет ею воспользоваться. И даже с ним магия к обычным магам будет возвращаться постепенно. Тут разве что Повелителям везет – на них оно действует почти мгновенно. – И так выразительно посмотрела на мои сжатые в кулаки ладони, что у меня не осталось сомнений в том, что именно она мне дала.

– Жаль, что у нас нет такого зелья, – медленно произнесла я.

– А даже если бы и было, что-то изменить было бы очень сложно.

– Но шанс бы был?

– Шанс есть всегда, если есть те, кто готов правильно им воспользоваться, – глухо ответила Асшания.

– Ты пришла над нами поиздеваться?! – внезапно выкрикнул чей-то женский голос из глубины клетки. – Тварь!

Этот голос тут же поддержали. Поднялся гвалт, на который повернулся охранник, и внезапно из наконечника его копья в решетку ударила молния. Клетка загудела и заискрила. Все тут же затихли. Я отшатнулась.

– Молчать! – рявкнул охранник. – Следующий заряд достанется самому говорливому.

– Именно, – вздернула подбородок Асшания, и тут к ней как по команде подползли еще двое стражников. – Открывайте клетку, – приказала она им. – Снежана, Зоя, выходите.

– Куда ты их уводишь? – Аншас обнял меня за плечи, а на его лице заходили желваки.

– Для Повелителей приготовлена своя «вип-ложа». Не нужно упрямиться. Будет только хуже, – произнесла чернохвостая и отползла подальше, ожидая, пока мы с Зоей выйдем.

Ключ в замке провернулся на удивление тихо, и у выхода, нацелив на нас копья, встали стражники.

– Снежана, – охрипшим голосом произнес Аншас и прижал меня к своей груди. – Снежана, прости меня. Это я втянул тебя в это, я не смог защитить, я…

– Аншас, – я вдохнула его ставший таким родным умопомрачительный запах и подняла голову, – я ни о чем не жалею.

Встала на цыпочки и поцеловала его в губы. Быстро, едва касаясь, потому что боялась расплакаться, вцепившись в него руками и ногами. Только это точно никому не поможет. Сейчас же у меня в руках зажато два стеклянных флакончика с антидотом, и они дарят надежду, что еще не все потеряно и хоть что-то еще можно сделать.

Я рывком высвободилась из объятий и вышла из клетки.

Позади шла Зоя. Она прятала глаза, в которых стояли слезы, и до последнего не отпускала руку Дитера. Наша сказка слишком резко стала кошмаром, и самое ужасное еще впереди.

***

Нас привели к освещенной площадке и поставили чуть поодаль рядом с тремя старцами, сидящими в креслах. Они имели такой дряхлый вид, что я только диву давалась, как они еще остаются живы. Видимо, это те самые Повелители, о которых говорила Авишанель. Наверное, со смертного одра их выкрали и инсценировали смерть. Хотя что там инсценировать? Тут уж скорее инсценировали жизнь.

Я повнимательнее присмотрелась к старичкам. Нет, живы, и один даже не спит, а наблюдает за происходящим.

Потом из портала начали выходить гости: дамы и кавалеры, разодетые в шелка и каменья.

– Наверняка это союзнички, – хмыкнула рядом Зоя.

– Куда ж без них, – согласилась я.

– Надеются откусить от будущего вкусного пирога, который им принесет богиня, – фыркнула Зоя. – Принесет, ага. Как же. Небось, Авишанель этих союзничков тоже в жертвы определила. Только за ними бегать не придется.

– Сами пришли, – вздохнула я, понимая, что Зоя совершенно права. – Эта змея делиться властью ни с кем не станет. Хотя, может, мы ошибаемся?

– А? – подслеповато посмотрел на нас тот самый старичок, что не спал, а наблюдал. Он приставил ладонь к уху, выражая красноречивое желание услышать нас разговор. – Кто ушибся?

Охранники с угрозой посмотрели в нашу сторону.

– Никто, дедушка! – сказала я ему прямо в ухо, из которого пучками торчали седые волосы, и начала поправлять сползшее с его ног одеяло.

Замерзнет еще, а в его возрасте это ни к чему. Хотя о чем это я? Жить нам всем все равно осталось недолго.

И тут до меня дошло: это же отличный шанс незаметно передать Зое бутылек! Красноречиво глянула на сестру и мотнула головой, чтобы она подоткнула одеяло с другой стороны. Охранники на это ничего не сказали. Видимо, им было велено сдувать со старичков пылинки – бедолагам нужно было дотянуть до прихода богини.

Зоя пожала плечами и начала помогать. Я засунула руку под одеяло и показала ей глазами сделать то же самое. Глаза Зои на мгновение странно остекленели, она глянула на мою руку под одеялом, на дедка, причмокнувшего беззубым ртом и с интересом наблюдавшего за моими манипуляциями. Снова посмотрела на меня. А я уже не знала, какую рожу ей состроить, чтобы она наконец засунула туда свою руку. Зоя хлопнула глазами и с подозрительным выражением лица начала наконец поправлять одеяло так, как мне было нужно. Ее рука оказалась под ним, и я тут же подсунула ей бутылек. Уж не знаю, что за мысли витали в ее голове, но выражение ее лица при этом стало престранным.

– Это то, что я думаю? – тихо спросила она.

– А вы все-таки там что-то нашли? – неожиданно с интересом уставился на нас дедок из соседнего кресла на колесиках.

Только что ведь спал. А тут на те, проснулся.

Я глянула на охранников и похолодела: они пристально со странно выпученными глазами наблюдали за нашими манипуляциями под одеялом.

Неужели все? Флаконы сейчас заберут, и у нас не останется даже призрачного шанса на освобождение?! Старые пуанты, это же нужно было так спалиться!

– Было бы желание, а что-то найти можно всегда, – нервно хохотнула Зоя и, будто смущаясь, встала и спрятала руку за спину.

Я сделала то же самое. К моему немалому удивлению, охранники не бросились выворачивать нам руки, а продолжили странно пялиться.

– Так, может, напоследок и у меня что-нибудь поищете? – старичок с сомнением глянул на свое одеяло и задумчиво покряхтел. – Мало ли, может, чего и найдете?

И до меня наконец дошло, на что все происходящее было похоже.

Неужели все вокруг подумали, что мы с Зоей… Я с ужасом посмотрела на сестру, которая изо всех сил пыталась не расхохотаться, на дедка, сидевшего с довольным видом, и ощутила, как лицо заливает краска.

Наверное, я в жизни так не краснела.

– Ну? – не отставал старик, хотя я видела, что он еле сдерживает смех.

Вот же старый… приколист.

А дедуля, которому мы так активно поправляли одеяло, стал издавать странные икающие звуки. Испугавшись за его здоровье, я наклонилась, заглянула ему в лицо и увидела, что он смеется!

– Спасибо, девоньки, повеселили. Давно так не развлекался, – проскрипел он и глянул на того дедка, что предлагал нам и у него что-нибудь поискать. – А ты не завидуй. У тебя искать не будут. У меня не нашли, а у тебя и подавно не отыщут.

– Что? Совсем-совсем ничего не нашли? – ухмыльнулся тот, отчего его старческий тремор стал еще заметнее, но продолжить пикировку они не успели.

Как в средневековых фильмах, затрубили трубы, и этот звук многократно отозвался от скал, и мне стало не по себе. И не мне одной – гости мероприятия, расположившиеся внутри факельного круга, тоже напряглись.

Наконец, на дорожке между факелами появились Авишанель с Шаасом. Оба одетые в шикарные золотые наряды, которые будто пламенели в свете факелов. На голове у чернохвостой красовалась удивительной красоты золотая корона, украшенная рубинами и алмазами, на шее, как капля крови, на цепочке висел огромный, размером с куриное яйцо, красный камень, а на руках до самого предплечья надеты вычурные браслеты в виде множества змей.

Шаас на фоне ее блеска совсем не терялся, скорее подчеркивал своей брутальностью удивительную красоту этой женщины. Красивая все-таки пара, жаль, что моральные уроды.

Пока все отвлеклись, я решила не теряться. Когда еще, если не сейчас, совершать запланированную авантюру? Я откупорила пузырек, зажатый в кулаке, и, сделав вид, что закашлялась, поднесла кулак к губам и вылила содержимое флакона в рот. Сначала жидкость показалась безвкусной, но в следующую секунду создалось ощущение, что я проглотила пламя. Показалось, будто пищевод загорелся, а по голове ударили молотом. Я даже качнулась, но все очень быстро прошло. Да уж, отнять силу – это не вернуть.

А потом я ощутила небывалый прилив энергии, словно я вынырнула из-под толщи воды и глотнула свежего воздуха. Даже звуки и запахи ощущались острее, и захотелось взмахнуть руками и взлететь. Откликаясь на мой призыв, под ногами дрогнул воздух, и мне пришлось приложить немалое волевое усилие, чтобы успокоиться и не натворить глупостей.

Посмотрела на Зою. Она беспокойно следила за каждым моим движением. Наверняка догадалась, что я только что выпила зелье, и заметила, что со мной что-то происходит. Я улыбнулась, глянула на ее сжатый кулак и едва заметно кивнула, что ей тоже стоит поторопиться и выпить зелье. Сестра не знала, что именно я ей дала, но, думаю, догадывалась. Использовать магию, чтобы ей намекнуть на природу изменений, я опасалась, понимая, что кто-то может заметить. Я слишком мало знала о магии, чтобы быть в чем-то уверенной, а сейчас нужно быть особенно осторожными. У нас будет всего один шанс, и мы обязаны воспользоваться им правильно. Поэтому мне оставалось надеяться, что Зоя все поняла и не выдаст себя раньше времени.

Авишанель с Шанасом как раз вышли на середину площадки. Шум шепотков стих, все застыли, и чернохвостая заговорила:

– Вот и наступил день, к которому мы все так долго шли и который всё изменит! Наконец-то наги займут место, которого достойны!..

Она продолжала вещать о своем достойнейшем достоинстве и мировом господстве, а мы с Зоей переглянулись, понимая, что сейчас любое движение привлечет внимание, поэтому с зельем ей придется подождать.

Я оглядывала освещенную площадку, нагов и не могла понять: если мы находимся рядом с теми самыми вратами, то где они? И, кажется, здесь должен быть еще один Хранитель? Тот самый, что, по легенде, остался у врат. Неужели чернохвостая с Шаасом умудрились его как-то обезвредить и поработить?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.