Лили Рокс
Принуждение и боль

У истоков строительства Империи

Когда Павел впервые задумался о том, чтобы создать свой подпольный садистский клуб, он и не предполагал, насколько эта идея захватит его и во что в итоге выльется.

Молодой депутат, имел огромные амбиции и приличное состояние, которое он смог сколотить благодаря своему перфекционизму и аналитическому складу ума.

Провалившись на выборах в президенты, он решил не терять времени даром и заняться исследованиями. Вложив немалую кучу денег, он создал могучую фармацевтическую корпорацию, которая помимо создания необходимых людям лекарств, занималась всевозможными бесчеловечными экспериментами.

Все началось прозаично. Решение открыть фармакологическую лабораторию пришло абсолютно неожиданно. И, как многие спонтанные решения, оно было верным на все сто процентов. Отличный высокодоходный бизнес на изготовлении и продаже лекарств начал развиваться с необыкновенной быстротой. Наладив линию по выпуску препаратов по лицензии и проведя грамотную маркетинговую политику, Павел захватил фармацевтический рынок. Это был предпринимательский успех, но амбиции и стремление к совершенству требовали от Павла большего.

Его следующим шагом стала организация научной базы для проведения исследований и разработке новых вакцин и препаратов. Вакцина от СПИДа, лихорадки Эбола, лекарство от рака – Павел брался за самые смелые проекты, пытаясь доказать всему миру, что он лучший на этом поприще. Это имело свои приятные плоды. Его лицо стало появляться на обложках Forbes и Esquire, открывая всему миру его гуманистические намерения, а Нобелевский комитет всерьез задумался о присуждении Премии мира. Никто не знал, что скрывалось под маской добродетели этого человека.

Но у Павла была темная сторона его личности, которая требовала стремления к совершенству, как физическому, так и личностному. Это была одержимость желанием безграничной власти над миром. Павел не просто мечтал о господстве, он шел к этому уверенными шагами.

Гарем, кунсткамера, секс-тюрьма – это юношеское развлечение и оно тоже имело место в его жизни. Но его полномасштабным замыслом стала секретная лаборатория, где он планировал разработку такого микрочипа, который сможет подавлять волю людей и делать их полностью управляемыми.

Для этого он организовал в бомбоубежище, которое располагалось под зданием его фабрики, секретный отдел, оснащенный передовым оборудованием. Техническая сторона вопроса не представляла проблем. Сложнее было найти человека, который возьмет на себя руководство этим проектом и сможет организовать вокруг себя команду верных людей.

Это была сложная задача, на реализацию которой Павел не жалел ни сил, ни средств. Найти человека, который прекрасно разбирался бы в фармакологии, химии, биологии и генной инженерии, и, при этом, был лишен каких-либо моральных принципов – дело не одного дня.

Подключив все свои связи, и задействовав все административные ресурсы, Павел стал аккуратно прощупывать почву и подыскивать кандидатов. Он рассматривал множество вариантов, но ни один из них не мог полностью удовлетворить его требования. Дело не доходило даже до разговора по существу и конкретного предложения. Дело не двигалось с мертвой точки, но тут вмешался случай.

На одном из очередных симпозиумов он услышал историю про одного ученого, который еще при Советском Союзе работал в НИИ над секретным биологическим оружием, способным уничтожить все человечество. Для защиты от этого вируса им была разработана вакцина, которая полностью нейтрализовала разрушающее действие на организм человека.

Это было его детище, над которым он трудился много лет на благо той страны. Но Союз рухнул, проект свернули за ненадобностью и невозможностью финансировать. Тогда ученый, пользуясь наступившей разрухой, выкрал штаммы вируса и вакцину, оставив в своем рабочем кабинете записку с одной фразой: «Теперь вы все в моих руках». Ученый бесследно исчез. Это было похоже на безумие, все в один голос утверждали, что он сошел с ума и способен на что угодно. Розыски КГБ и секретных структур не дали результата – где находиться пробирка с вирусом осталось тайной.

Павел понял, что это его шанс. Он подключил лучших людей, и досконально проверил всю имеющуюся информацию. Тем ученым был профессор Петр Ильич Вяземский, некогда светила науки, ныне без вести пропавший. Павлу было просто необходимо разыскать его, или хотя бы точно знать, что он уже мертв.

Поиски заняли пол года. Одним пасмурным утром к Павлу пришел человек, который сказал, что след профессора все-таки удалось найти. Ученый взял другое имя, изменил внешность и живет в глухой деревне в Псковской области, ни с кем не контактирует, редко выходит из дома и производит впечатление безумца. Через несколько часов Павел был там.

Разговор длился недолго, но продуктивно. Павел не стал ходить вокруг да около, а сразу раскрыл все карты, интуитивно чувствуя, что перед ним нужный человек. На следующее утро он привез профессора Вяземского в лабораторию.

У профессора были некоторые условия, на которые Павел почти сразу же дал согласие. Хотя желание профессора быть главным в лаборатории и чтобы ему никто не смел указывать, слегка задевали своенравного мужчину, привыкшего всегда командовать, но ради науки он готов был пожертвовать своими принципами и склонит голову.

Он передает лабораторию Вяземскому, и тот творит там все то, что посчитает нужным, учитывая пожелания Павла и помогая ему реализовать его желания. Он дал обещание, что все разработки обязательно пойдут на пользу Павлу.

Профессору важны лишь открытия и возможность работать, творить, доводить до ума начатое. Павлу же требовалось полностью снабжать профессора всем необходимым, сколько бы это не стоило и не задавать лишних вопросов. Возможности Павла в этом плане были безграничны и профессор понимал, что они оба зависят друг от друга. Это было выгодное партнерство для обоих.

Фармацевтический завод располагался на окраине города и занимал несколько корпусов, в которых работали люди. Фармацевты, химики, операторы поточных линий, грузчики, трудились на предприятии, даже не догадываясь, что происходит внизу в бомбоубежище.

Профессор Вяземский со свойственной ему эффективностью быстро организовал процесс. Являясь не только талантливым ученым, но и хорошим руководителем, он собрал вокруг себя команду из трех ассистентов, готовых за большие деньги выполнять любую работу и не задавать вопросов. А также подобрал целый штат лучших программистов.

Павел задумал нечто масштабное и запрещенное. По сути, сверхзадача казалась просто невыполнимой. Для ее реализации требовалось не только вживить чип в человека, но и создать целую систему управления. Но профессора зацепила эта идея и он охотно взялся за ее реализацию. Лаборатория начала функционировать.

Только начав работу над проектом, профессор проводил опыты на мышах. Добившись определенных результатов и закрепив успех, профессор понял, что ему для экспериментов нужен другой биологический материал. Можно было начать ставить опыты на приматах, но Вяземский решил сразу опробовать свое творение на людях. Он обратился с этим к Павлу.

Эта идея вызвала у заказчика восторг. Он давно держал у себя в особняке рабынь, которые постоянно терпели его побои и насилие.

Он уже давно задумывался о том, чтобы сделать в одном из закрытых помещений подземной лаборатории еще один свой личный гарем. Но тут в его воспаленном мозгу появилась более изощренная идея – ставить опыты на невольницах.

Павел с энтузиазмом взялся за дело. Начал он с организации помещения, которое располагалось в самом дальнем углу бомбоубежища и закрывалось тяжелой гермодверью. Раньше в этом помещении располагалась комната отдыха сотрудников Гражданской обороны. Об этом напоминали десять ржавых кроватей, на которых и должны разместиться его наложницы. Павел мог бы заменить здесь все, но почему-то ему хотелось сохранить этот дух старины.

Отдав распоряжение привести помещение в порядок, не уничтожая при этом обстановку и не убирая старую мебель, он лично поехал на встречу с человеком, который занимался продажей живого товара.

При наличии денег и знакомств с нужными людьми достать любой товар – не проблема. Через два дня под покровом ночи к лаборатории подъехал микроавтобус с тонированными стеклами. Живой товар был доставлен точно в срок. Два крепких парня, которые работали на Павла, перегрузили десять бесчувственных тел из машины в лабораторию. Небрежно покидав девушек на кровати, они закрыли поворотный замок и ушли.

На утро Павел появился в бомбоубежище. Первым делом он пошел проверить товар. Открыв дверь, он зашел внутрь. На кроватях лежали десять красивых молодых обнаженных девушек, одурманенных каким-то веществом.

Павел медленно пошел по помещению, стараясь внимательно рассмотреть каждую из них. Его богатая фантазия уже рисовала картины сладострастных игр с невольницами, лишенными способности сопротивляться из-за внедрения программного чипа профессора Вяземского. Он чувствовал свою власть и упивался ей, медленно расхаживая вдоль кроватей. И, хотя до полного господства ему было еще далеко, он уже не сомневался в своем триумфе.

В этом эйфорическом состоянии он через тайный ход покинул лабораторию, и отправился в офис. Всю дорогу Павел в очередной раз прокручивал в голове планы своих дальнейших мероприятий.

Все его действия складывались в логическую цепочку последовательных событий, которые приближали его к цели. Ему оставалось только идти по намеченному пути шаг за шагом. Но ему этого было мало. Павлу хотелось получить физического совершенства над людьми.

Первая подопытная

И вот, настал долгожданный день, когда Павел мог лично увидеть работу первого чипа, созданного Вяземским.

Подопытную уже перенесли в комнату, которую Павел оборудовал для своих утех. Она лежала на большой кровати на спине, раскинув руки и ноги в разные стороны. Она была в сознании и смотрела в одну точку на потолке.

– Она готова! – обратился профессор к Павлу, любезно открывая перед ним дверь и жестом приглашая войти.

Павел вошел в помещение, ощущая, как его сердце бьется как минимум в два раза быстрее. Прикрыв за собой дверь, он подошел к пленнице и скомандовал:

– Сядь!

Девушка подчинилась и села на кровать. Она выглядела абсолютно нормальной, по ней нельзя было сказать, что она под воздействием какого-то наркотика, или ее воля подавляется. Но все же, с ней было явно что-то не так… Павел продолжил…

– Встань!

Девушка вновь повиновалась, словно робот. Мужчина приблизился к ней, взял за руку и потянул на себя. Она безвольно подчинилась и сделала шаг вперед. Павел поднял ее руку и покрутил свою новую игрушку вокруг своей оси. Пленница сделала оборот вокруг себя, все также смотря в одну точку. Ее взгляд совершенно ни на чем не останавливался. Глаза были стеклянными, а зрачки напоминали два черных блюдца, за которыми совершенно не было видно радужки глаз.

– Хм. – Задумчиво почесал подбородок Павел и внимательно осмотрел девушку с ног до головы. – Хорошо. Работать можно. Повернись и встань раком.

Девушка молча развернулась, и нагнулась, руками уперлась в край кровати. Павел краем уха услышал, как сзади скрипнула дверь. Мужчина обернулся, хотел накричать на незваного гостя, но тут же осекся, увидев профессора Вяземского.

– О, профессор. Я думал, что вы не придете. – Учтиво заметил Павел.

– О нет, Павел, я не могу пропустить такое событие. Я очень долго работал над этим. Не обращайте внимания на меня. Я буду наблюдать только как профессионал. Если, конечно, вы не против? – Профессор посмотрел на него и улыбнулся уголком рта.

– Хм… – еле слышно произнес Павел и мотнул головой, задумавшись на несколько минут. Его лицо при этом не выражало абсолютно ничего, не дрогнул ни один мускул, и спустя некоторое время Павел улыбнулся, поднял взгляд на профессора и сказал. – Конечно, я не против. Но одно условие: не мешайте.

Профессор ничего не ответил, он лишь кивнул и устроился поудобнее в глубокое кресло напротив.

Павла слегка смущало, что девушка все-таки выглядела зомбированной, несмотря на уверения профессора, что она будет вести себя, естественно. Но в любом случае, то что сделал Вяземский, открывало фантастические возможности для осуществления наполеоновских планов Павла. И эта послушная девочка – прямое тому доказательство.

Павел судорожно вздохнул. Его немного напрягало присутствие постороннего человека. Особенно, профессора Вяземского. Но он прекрасно понимал, что это нужно для исследования и их общего дела. Мужчина медленно подошел к девушке, которая все еще стояла раком около края кровати. Он приблизился к ее заднице и звонко шлепнул по ней ладонью. Подопытная дернулась, но не вскрикнула и даже не отодвинулась. Павел повторил шлепок, но с еще большей силой. Реакция была абсолютно такой же.

– Отлично. – Кивнул Павел и подошел к высокому шкафу. Он ловко выудил длинную бичевую веревку и металлический расширитель. – Думаю, этого будет достаточно для пробного раза.

Профессор Вяземский, как и обещал, молча наблюдал за действиями Павла из кресла в углу и что-то записывал в блокнот. Павел старался не обращать внимания на молчаливого наблюдателя, но все равно чувствовал себя скованно и не мог до конца, ни расслабиться, ни сосредоточится.

Он чувствовал легкое возбуждение, даже какой-то необъяснимый трепет внутри. Но не эйфорию. Павел совершенно по-другому представлял себе это свидание и был откровенно разочарован в том, что придется играть на публику.

Он еще раз резко набрал полные легкие воздуха и с шумом выдохнул. Либо сейчас, либо никогда. Он не мог позволить себе слабость. Тем более перед профессором. Он не мог упасть в грязь лицом. Будет лучше, если Павел покажет профессору, на что он способен, пусть тот боится его и уважает.

Павел чувствовал, что профессор Вяземский разделяет его слабость к таким увлечениям, поэтому доверял ему. Слегка успокоившись, он почувствовал, как напряжение начало постепенно отступать, а возбуждение нарастать. Это было хорошим знаком.

Павел уже более уверенно проследовал к кровати. Нагнувшись, он посмотрел в лицо «кукле». Девушка была в том же положении. Глаза все также смотрели в одну точку перед собой.

– Выпрямись.

Девушка выполнила команду и распрямилась. Павел встал перед ней, и еле касаясь кожи, провел своими руками по ее тонким и изящным плечам. Он спустился ниже, по предплечьям и ухватил за запястья. Мужчина не почувствовал ни капли напряжения в ней, ни единый мускул не дрогнул в теле. Павел поудобнее перехватил веревку и завел руки безвольной девушки ей за спину.

Он ловко перевязал их веревкой в области локтей, перекинул веревку на запястья и скрепил их вместе, оставив небольшую петлю сверху. Затем он взял в руку эту петлю и потянул девушку на себя. Она начала пятиться назад, полностью доверяя своему хозяину.

Павел подвел связанную на середину комнаты и поднял свою голову вверх. Прямо под потолком на толстой цепи висел железный крюк, похожий на тот на который обычно подвешивают мясо. Он специально заказал эту установку, чтобы воплощать свои новые идеи.

Он выровнял девушку, чтобы та стояла немного поодаль от крюка, и оставил ее там. Сам он отошел к стене и взялся за рычаг, который торчал из стены в виде небольшого канделябра.

Павел, не прилагая особых усилий, надавил на него и тут же по комнате разлетелся металлический звон. Цепь, на которой висел крюк, с лязгом начала раскручиваться и крюк устремился вниз. Он долетел практически до пола и остановился, когда Павел вновь повернул рычаг.

Мужчина подошел к девушке, подцепил увесистый крюк за оставленную петлю, убедился в надежности узлов и вернулся к рычагу. Дернув его в другую сторону, он начал с наслаждением наблюдать, как цепь медленно поднимается. Павел на глаз определил нужную высоту и остановил механизм.

Девушка зависла над полом на высоте примерно одного метра. Павел покачал головой из стороны в сторону, прицениваясь, все ли идет по его плану. Через несколько секунд он удовлетворительно кивнул и подошел к висящей девушке.

– Профессор. – Обратился он к Вяземскому. – Почему она такая заторможенная? Она вообще чувствует, что с ней происходит?

– Кхм. – оживился мужчина в кресле и немного поерзал в нем. – Точно не могу сказать. Это первый экземпляр, еще нужно много работать, чтобы довести процесс до совершенства. Пока что все идет лучше некуда.

– Хорошо. – Кивнул Павел и подошел к голове пленницы. – Какая же ты милашка. Красота твоего лица завораживает, но ты несовершенна. Знаешь, я могу помочь тебе стать по-настоящему привлекательной для меня.

Павел уже представил, как бы он разделал эту пленницу на своем операционном столе, отрезав все лишнее и сделав из нее китайскую куколку, лишенную конечностей. Над лицом он тоже с радостью поработал бы, сделав его более уникальным и возбуждающим.

Видя ее покорность, он сначала пришел в восторг, понимая, что микрочип Вяземского реально работает. Впрочем, восторг прошел сразу же, как только он понял, что чип лишает полностью человеческих качеств испытуемый объект. А задача этих чипов: делать людей покорными, но при этом не лишать их чувств, желаний, страхов, он должен действовать незаметно.

Девушка висела, словно мешок, не ощущая боли и страха. И Павел сомневался, что она вообще соображает, что с ней происходит.

Он подошел к рычагу и опустил ее ниже. Обходя вокруг нее, он заглянул в глаза. Вспышка ярости снова охватила его. Перед ним была не простая девушка, а настоящее зомби. Это было вовсе не то, ради чего он потратил столько сил и денег.

– Милая мордашка, но не совершенная… – задумчиво произнес он, глядя на подопытную, – Но не переживай, я помогу тебе.

Сказав это, он нежно провел пальцами по ее щеке. Затем запустил руку в карман брюк и вытащил складной нож. С маниакальной улыбкой Павел нажал на кнопку, и лезвие резво выскочило из рукоятки.

Взяв нож в правую руку, он сжал щеки девушки и дернул ее голову вверх, чтобы видеть лицо. Ее губки тут же превратились в очаровательный пухлый бантик. Даже несмотря на то, что лицо девушки было бледным, а губы отливали синевой, она была поистине прекрасной.

– Твои щечки и губки довольно красивы, но ты всего лишь жалкое творение из глины. Я могу сотворить из тебя нечто более прекрасное! – Проговорил мужчина и с силой надавил острием ножа на щеку девушки.

Он ощутил, как холодная сталь легко прорезала мягкую кожу и уперлась в кость. За какие-то считанные доли секунды член Павла превратился в камень и в яйцах закипела жизнь. В месте пореза тут же выступила алая кровь и струйкой потекла вниз по лицу, к подбородку и крупными каплями стала падать на пол. Павел резко дернул рукой и прополосовал щеку девушки от середины носа до скулы. С другой щекой он сделал то же самое.

– Ну вот. Теперь ты выглядишь гораздо лучше. Прошла крещение. Ты словно куколка. – Павел сладко чмокнул девушку в пухлые губы, размазывая кровь по ее губам. – А теперь, сладкая, мы поиграем с тобой. Ты знаешь, я очень люблю играть.

Павел говорил это и медленно обходил девушку по кругу. Остановившись около ее ягодиц, мужчина легонько, с трепетом провел рукой по мягкой коже, проникая пальцами в ее промежность. К разочарованию Павла, реакции со стороны девушки не последовало. Но он продолжил свои манипуляции. Осторожно, стараясь не повредить нежную кожу половых органов, проник указательным пальцем во влагалище.

– Да ты уже мокренькая! – удивленно воскликнул Павел. – Профессор, я не вру. Она действительно влажная внутри. Мой голос действует на нее как афродизиак?

– Знаете, Павел, я не наблюдал такого эффекта у животных. Но, я могу предположить, что такой побочный эффект возможен. – Задумчиво произнес профессор и тут же записал свои мысли в блокнот. – Но это же только на пользу, разве нет?

Павел обернулся на ученого, который сидел в кресле и странно улыбался. Павел хмыкнул себе под нос и повернулся обратно к своей игрушке. У него не было никакого желания разбираться сейчас в вопросе недоработки разрабатываемого чипа. Для него было важнее какой необычайный эффект производит он на эту особу.

Павел воспрял духом. Первый блин всегда комом, и пусть эта девушка похожа на зомби, но ведь чип работает! Задумка Павла и разработка профессора действительно работает на все сто! И эта послушная девочка прямое тому доказательство! А это открывает миллион возможностей для реализации многочисленных идей Павла!

От переизбытка мыслей, он ощутил легкое головокружение. Павел вернул свой палец во влагалище девушки и стал водить им внутри нее вперед и назад, вращать его. Спустя несколько движений он подключил средний палец. Они входили туго, но смазка, которая выделялась из пленницы, упрощала процесс.

Павел получал истинное удовольствие. Ему начинало нравится все происходящее, и он испытывал такой прилив возбуждения, что ему казалось, что еще немного и его разорвет изнутри! Как же давно он мечтал о полном подчинении девушки, даже преданная Наталья, которая погибла ради него, не всегда была до конца идеальна в своем подчинении!

Ему хотелось иметь такую рабыню, которая будет безропотно выполнять каждый его приказ, чтобы он чувствовал, как она тоже наслаждается их совместными играми, несмотря на боль и причиняемые им страдания.

– Посмотрим, какая ты покорная, – поворчал Павел, снимая девушку с крюка и перекладывая ее на деревянный столик.

Свободной рукой он ловко выудил из портфеля гинекологический расширитель. Затем правой рукой он сделал еще несколько поступательных движений во влагалище девушки и медленно вытащил их из нее. Два его пальца были скользкими и влажными от смазки девушки.

– Тебя возбуждает мой голос, это хорошо! – выдохнул мужчина, и также медленно начал вставлять расширитель в ее влагалище. Девушка не дернулась, но тихий, еле слышимый стон Павел успел уловить краем уха.

Он резко обернулся на профессора. Но тот оставался спокойным. Только махнул рукой Павлу, мол, все нормально, продолжай. Павел повернулся обратно и продолжил вводить расширитель. Девушка застонала чуть громче, но Павел уже не останавливался. Ее еле заметные стоны только сильнее заводили его. Он почувствовал, как устройство уперлось в матку, и незамедлительно раздвинул его, расширяя вход в несколько раз.

Павел одобрительно похлопал ее по ягодицам, и его рука быстро скользнула вниз, к перевозбужденному члену. Он быстро расстегнул ремень и ширинку, выпуская наружу пульсирующий орган. Павел крутанул девушку вокруг своей оси, чтобы ее голова оказалась перед ним.

Девушка лежала на животе, опустив голову вниз. Густые волосы плотно скрывали лицо. Мужчина схватил ее волосы на затылке, сгреб в кулак и дернул вверх. Голова пленницы резко взметнулась вверх, открывая Павлу изрезанное, окровавленное, но все еще красивое лицо.

– Открой рот.

Девушка покорно открыла ротик. Павел тут же пристроил ее голову к своему паху и вставил свой член в маленький ротик пленницы.

– Соси!

Пленница, словно на ней нажали кнопку, стала умело и ловко водить языком по стволу члена, старательно заглатывать и обсасывать каждый сантиметр полового органа. Мужчина с шумом выдыхал воздух из ноздрей, еле сдерживая стоны.

– Молодец. Хорошо. – восторженно выдохнул Павел, поглаживая девушку по голове. – Профессор. Может, присоединитесь?

– Я? – послышался неуверенный голос из глубины комнаты. – Нет, нет, Павел. Спасибо, но я откажусь.

– Ну как хотите, она хороша! – сказал Павел и опустил взгляд на старательно чавкающую девушку. – Все. Хватит.

Она тут же остановила все свои движения и покорно замерла. Мужчина двинул бедрами и вытащил свой член из ее рта. Он вновь толкнул девушку в плечо, раскручивая ее и одновременно поворачивая к себе задом.

Он улыбнулся сам себе, представляя, каков будет мир, если каждой женщине вставят подобные чипы, даже такие недоработанные, как этот первый экземпляр. Вся эта ситуация настолько вдохновляла его, что он никак не мог сдерживать детского восторга.

Дело было даже не в этой покорной красотке. Его возбуждала мысль о приближении его скромной персоны к мировому господству. И пусть до этого волшебного момента еще очень долго, и пусть впереди предстоит много работы, разработка профессора уже доказывает, что Павел сделал гигантский шаг на пути к своему могуществу! Теперь остается только ждать, когда Вяземский сделает работу над ошибками и доработает чип.

Присутствие профессора все еще смущало, но послушная рабыня не давала члену Павла расслабиться. Предвкушая неплохое развлечение, мужчина решил не заморачиваться, а наслаждаться своим триумфом. Делать то, ради чего он был рожден: развлекался и веселился. Он ловко схватил подопытную и резко выдернув расширитель из еще влажного влагалища, он вошел в нее.

По комнате разнесся сладкий мужской стон и сдавленный вскрик девушки. Павел двинул бедра вперед, проталкивая член глубже. Орган как по маслу проникал в податливое лоно. Павел чувствовал, как плотно сжимаются мышцы влагалища. Он даже удивился этому факту. Обычно от расширителя наблюдался совершенно другой эффект.

– Мне все больше и больше нравится этот эксперимент. – Заметил Павел, обращаясь к профессору. – Надеюсь, дальнейшие исследования будут такими же удачными!

– Рад стараться для общего дела! – небрежно отозвался Вяземский.

Павел запрокинул голову назад, его дыхание участилось, а движения стали более резкими. Он с силой вцепился пальцами в бедра пленницы и рывком натянул ее на себя, обильно спуская свою сперму внутрь. Задержавшись на несколько секунд, он вышел из нее и быстро застегнул брюки. Он был доволен процессом и завершением эксперимента.

После этого он привязав пленницу к распорке, долго избивал ее кнутом, но вместо криков о пощаде и слез, он получал лишь легкие всхлипывания и вздохи. Искромсав несчастную до мяса, но не получив желаемого результата, Павел был слегка озадачен.

Профессор что-то тщательно записывал, концентрируя свое внимание на пленнице и ее заторможенной реакции на происходящее. По его лицу было видно, что он чем-то озабочен, но в целом остался вполне доволен результатом эксперимента. На протяжении двух часов, в течение которых Павел истязал несчастную девушку, Вяземский делал пометку в блокнот. После окончания он подошел к уставшему, но довольному Павлу и сказал:

– Я думал, будет хуже. Еще месяц, и я дам вам готовый результат.

Павел и улыбнулся, но промолчал. У него не было сил, чтобы ответить профессору.

Идея чипирования захватила разум Павла и он не мог ни о чем другом и думать. Множество послушных ему людей, преданных, как один, готовы умереть за него, если потребуется – это выглядело, как несбыточная мечта. Но это было вполне реально! Он только что в этом смог убедиться! Теперь оставалось только ждать…

Привыкший не доверять никому, Павел боялся только одного: Вяземский уйдет с разработкой, оставив Павла с носом. Профессор не был подвластным человеком, и он уже когда-то доказал это. И в отличие от простых смертных, ему нельзя угрожать, нельзя запугать – этот человек, кажется, не боится ничего.

Это усложняло контроль, что полностью делало Павла зависимым от Вяземского. Уже спустя три дня Павел снова наведался к профессору:

– Как продвигаются дела с чипом?

– Я же сказал, результат будет через месяц, – удивился профессор и судя по недовольному виду, был сильно раздражен навязчивостью своего босса.

– Неужели никак нельзя ускорить этот процесс?

Вместо ответа Вяземский только устало посмотрел на гостя.

– Хорошо, я понял, не вопрос. Но ведь я могу принимать участие в экспериментах? – не унимался Павел, ему очень хотелось быть в центре событий. Он был уверен, от его постоянного присутствия в лаборатории, процессы сами собой ускорятся.

Вяземский тяжело вздохнул и процедил сквозь зубы:

– Хорошо, я распоряжусь. Завтра тестируем новый образец, но не ждите, что результат будет виден сразу. Там еще требуется много доработок.

Сексуальные эксперименты

Со свойственной пунктуальностью Павел приехал в назначенный час. В коридоре он встретил профессора, который молча с уставшим видом кивнул на дверь…

Новая рабыня, запрограммированная подчиняться голосу Павла уже стояла посередине комнаты и непонимающе озиралась по сторонам. Вид ее был испуганным. Павел отметил, что в этот раз рабыня не такая равнодушная ко всему, и что сегодня можно будет получить моральное удовольствие от насилия. Он быстро скинул с себя одежду и приготовился к новой игре.

– Встань на колени. – скомандовал грубый мужской голос.

Девушка молча повиновалась и встала на колени перед обнаженным мужчиной.

– Молодец. – глаза Павла горели холодной похотью и отвращением. – Подними голову.

И снова бездумное повиновение. Запуганное создание, которое готово выполнить любой приказ, лишь бы не испытывать боль и остаться в живых.

Мужчина наклонился практически вплотную к стоящей на коленях девушке и смачно плюнул в лицо. Слюна попала на плотно закрытые губы, девушка сморщилась от отвращения.

– Рот открой! – гаркнул он.

Она открыла рот, еле сдерживая слезы отчаяния и отвращения. Ей было невыносимо мерзко от всего происходящего. Но изменить что-либо она была не в силах. Что-то заставляло ее подчиняться каждому его слову. Стоило ей только подумать о том, чтобы не выполнить приказ этого человека, как в голове что-то будто замыкало и вызывало нечеловеческую боль и жуткий страх.

Мужчина еще раз харкнул ей в рот и с рыком вонзил стоящий член в ее открытый рот. Девушка поперхнулась и попыталась рефлекторно согнуться, но грубые мужские руки схватили ее за лицо, полностью лишив возможности двигаться.

Павел сразу же заметил разницу между первой подопытной и второй. Всего три дня и уже такой разрыв в исследованиях! Он отметил про себя, что Вяземский работает гораздо быстрее, чем Павел предполагал.

Девушка уже не выглядела как зомби, она явно пыталась сопротивляться, но при этом все равно выполняла его приказы. Эту крошку трахать было гораздо приятнее.

И он трахал ее рот, как в последний раз в жизни. Член входил глубоко в глотку, вызывая рвотные позывы и обильную слюну. Девушка давилась, из глаз ручьем текли слезы, и Павел смаковал каждую минуту ее мучений. Ему было по-настоящему хорошо. Он наслаждался видом ее беспомощности и ловил истинный кайф от ее унижения.

Порой ему казалось, что придет момент, и эти игры наскучат ему, но каждый раз, насилуя и истязая очередную женскую особь, он понимал, что это его увлечение никогда не сможет надоесть. Оно является его движущей силой, дающий смысл жизни и стремление к власти.

Он резко прижал голову девушки к своему паху вгоняя член еще глубже. Затем на несколько секунд замер, выжидая и наслаждаясь. Подопытная начала уже задыхаться, но он и не думал отпускать ее. Несколько секунд он ждал, когда у нее окончательно закончится запах воздуха и она начнет спазмалгировать. Именно этот самый яркий момент он и любил в горловом минете. Когда гортань начинает сжиматься в предсмертных судорогах, Павел ощущает истинное соединение со своей жертвой. Словно он раскрывает потенциал своей рабыни, помогает ей выполнить миссию, ради которой она была рождена на этот свет.

Видя, как глаза несчастной закатились, в конце концов, он отпустил ее. Девушка рухнула около него на пол, пытаясь судорожно отдышаться.

– Молодец, крошка. Хороша. Но мы только начали веселье. – нежно и с издевкой произнес он, обходя ее сзади.

Рывком поставив ее на колени в позу собаки, он отошел к небольшому столику с «игрушками». Со стола он взял плеть с длинной рукоятью, длинными кожаными плетями с большими тугими узлами на концах. Он повертел приспособление в руках, подбросил несколько раз, словно взвешивая его, довольно кивнул и направился к стоящей на коленях девушке.

– А сейчас я тебя буду пороть. Как провинившеюся школьницу. И не дай бог, ты издашь хоть писк.

Девушка смогла лишь покорно кивнуть в ответ и стала ждать ударов. Слезы тонкой струйкой текли по щекам и падали на оголенную грудь, но она молчала.

– Встань и расставь ноги на ширину плеч! Руки за голову! Живо!

У Павла перехватило дыхание: эта девушка действительно все чувствовала! Каждое его слово не оставалось без внимания, она готова была подчиняться, но при этом она все понимала и ощущала! Это настоящая фантастика!

Тишину нарушил свист плети в воздухе и звонкий шлепок по голой спине. Девушка прогнулась под ударом, но молчала. Она знала, если закричит, то может не выжить вовсе. Еще удар, практически, в то же место. Она плотнее сжала зубы, до хруста. Удар. Еще удар. Еще… Она ощутила, как по пояснице потекла тонкая струйка крови. Мужчина намеренно целился в одно и то же место. Он хотел чтобы его рабыня закричала, чтобы воплотить свою извращенную мечту в реальность.

Еще пара ударов туда же. Молчание девушки.

В итоге Павел не выдержал, его начало бесить ее безмолвие и он решил сменить место пыток. Он раскрутил плеть и со всей силы ударил ею по влагалищу и половым губам девушки. Резкая боль для нее стала невыносимой и она завизжала, попутно сгибаясь и падая плашмя на пол.

– Ну-ка стоять! – зарычал Павел. – Я не разрешал отдыхать.

Одной рукой он поставил ее обратно на колени и начал беспощадно лупить то плетью, то ладонью, попадая и по ягодицам, и по половым губам.

Девушка визжала и извивалась, как могла, чтобы хоть как-то увернуться от болезненных ударов. Но мужчина был в разы сильнее и шустрее. Он специально попадал в самые нежные места.

Минут через 15 интенсивной порки он выдохся и остановился. А девушка стояла на коленях с красной спиной и задницей. Множество ссадин на спине и ягодицах сочились кровью, а ее саму трясла мелкая дрожь.

– Ну… – сказал Павел тяжело дыша. – Ты меня не послушалась. А значит, сейчас будешь наказана.

Девушка лишь бессильно опустила голову, слезы с новой силой брызнули из глаз. Ей было страшно. По-настоящему страшно за свою жизнь.

С этими словами мужчина снова пошел к столику и загремел металлическими инструментами. Спустя пару минут он вернулся к мученице и опустился на колени около ее задницы.

– Сейчас ты будешь беспрекословно выполнять все, что я тебе скажу. В противном случае тебе будет очень больно. Поняла?

– Да. – прохрипела девушка.

– Вот и молодец.

Он осторожно прикоснулся ладонью ко все еще красным ягодицам девушки. От касания она вздрогнула всем телом и напряглась.

– Расслабься. Больно не будет. – прошептал мужчина.

В мгновение ока из разъяренного садиста он превратился в заботливого любовника. Девушка повиновалась. Что-то в его голосе заставляло ее верить ему и подчиняться. Она не могла понять, что это. Какая-то неведомая сила вынуждала делать все, что он скажет.

Мужчина тем временем ласково гладил ее, намеренно задевая пальцами промежность. Пленница вздрагивала, но уже не только от боли, ей были приятны его прикосновения к заветному месту.

И его голос… Она не понимала, что происходит с ее телом, но когда он говорил с ней, в голове что-то замыкало, возникало сильное желание подчиняться ему, словно он был ее создателем.

Его голос успокаивал ее и возбуждал. Несмотря на боль и страх, ей хотелось услужить ему. Она ненавидела своего мучителя и одновременно трепетала перед ним. Что-то было в его голосе такое, что заставляло ее верить ему.

Возбуждение накатывало изнутри, приятно разливаясь по телу. Девушка начала легонько постанывать и извиваться навстречу ласковым рукам садиста. Мужчина тем временем остановил свое внимание на ее промежности, такой девственной, манящей и прекрасной. Ее половые губы набухли, а из влагалища начали выделяться соки.

Ему нравился такой поворот событий. Павел в последнее время особенно стал ценить девственниц, наслаждаясь не только их болью, но и осознанием того, что именно он распечатывает этих малышек.

Павел начал водить пальцами по влажной промежности, попутно проскальзывая то в одну, то в другую дырочку. Девушка стонала, ее лицо покрыл румянец, казалось, она всем своим видом молила его войти в нее. Но Павел не спешил. У него были другие планы. Он плавно ввел сначала один палец во влагалище, потов второй. У пленницы вырвался стон наслаждения.

Она изнывала от желания и Павлу нравилось, что он может заставлять свою жертву как страдать от боли, так и мучится от желания.

Он еще немного поводил пальцами во влагалище, вытащил их и засунул ей в рот:

– Соси! – приказал он.

Девушка послушно принялась обсасывать его пальцы, водя язычком вокруг каждого. Павел прикрыл глаза от удовольствия. Потом он снова вернул пальцы внутрь девушки, поводил ими, будто собирая жидкость, вытащил их и растер соки по половым губам, входу во влагалище и анусу.

Его жертва изнывала от желания, извивалась и дергалась. Мужчина схватил смазку и обильно намазал все отверстия. Было видно, что она уже не могла терпеть и ждать. Но у коварного любовника были другие планы.

Он начал постепенно вводить в ее влагалище сперва один палец, затем второй, третий и так до тех пор, пока внутри не оказалась вся его рука. Ему показалось странным, что девушка будто бы поначалу даже не заметила проникновения столь огромного предмета в ее лоно.

Глядя на спокойную пленницу, Павел даже успел подумать, что вживленный чип, вероятнее всего, клинит. Но спустя долю секунды она завизжала от боли и выгнулась. А рука Павла была зажата влагалищными мышцами как оковами.

– А ну-ка расслабься! – заорал он и со всей силы ударил пленницу по голове кулаком.

Та взвизгнула и обмякла, распластавшись на полу. Мужчина тем временем извлек свою руку из нее одним рывком. Из влагалища тут же хлынула кровь. Он поморщился и отошел к столику, чтобы вытереть руки и прихватить другую игрушку.

Вернувшись к своей лабораторной крыске, он без прелюдий вставил ей в кровавое отверстие огромный фаллос и принялся поливать лицо водой, чтобы привести в чувство. Девушка никак не реагировала на его действия около пяти минут.

Павел даже начал немного переживать, что ненароком прибил ее. Но все-таки она пришла в себя и тут же снова запищала от разрывающей боли внутри нее. То, что находилось внутри, рвало ее на части.

Фаллос был нереально большой, и у испытуемой возникало ощущение, что органы вот-вот разорвутся, а матка вывернется наизнанку. Мужчина тем временем, вытащил из брюк ремень, вернулся к несчастной и застегнул его на шее, рывком опрокидывая голову назад. Девушка крякнула, но повиновалась. Она терпела боль, как могла, но от ремня ее лицо быстро налилось кровью, а из глаз снова брызнули слезы.

– Теперь, за твои косяки я буду наказывать тебя! – прорычал Павел и резко, без предупреждения вошел в ее анус разгоряченным членом.

Девушка завизжала и попыталась сбросить мучителя с себя, но он был гораздо сильнее ее. Своими действиями она только еще больше натянула на себя удавку, а мучитель продолжал держать ее на привязи, выворачивая жертву в другую сторону.

Девушка хрипела, ее глаза были готовы вылезти из орбит, но его уже невозможно было остановить. Он с остервенением входил в ее анал и рычал от удовольствия. Девушка могла лишь тихонько всхлипывать от разрывающей влагалище и анус боли.

Через несколько минут яростной долбежки Павел остановился, но не вышел из нее. Ему нужно было перевести дыхание. И за эти доли секунд ему пришла в голову еще одна садистская идея.

Он вытащил свой член, небрежно вытер об ягодицы жертвы и направился куда-то в сторону. Девушка не могла, и даже не хотела видеть, что он там делает. Она молилась всем богам о том, чтобы просто остаться в живых. Ее не заботила даже целостность ее тела. Она всего лишь хотела жить. Физически ощущая, как разум начинает ее покидать, она впала в ступор. На смену всхлипам пришли нервные смешки.

Павел растерянно обернулся, он не до конца понимал что происходит с его игрушкой. Побочный эффект после операции вживления чипа? Программный глюк? Но ее поведение ему мало нравилось, и он начал еще больше сердится:

– Тебе весело, красотка? – он в один прыжок подскочил к пленнице и схватил ее за волосы.

Девушка от неожиданности пискнула, но продолжала хихикать.

– Простите, это нервное… – невинно отозвалась мученица. И сразу после этих слов ее снова затрясло в нервном смехе.

В голове происходило что-то странное. Конфликт задач разрывал ее сознание и на доли секунд словно отключал мозг. Это заставляло все тело то перенапрягаться, то чувствовать полную расслабленность.

Нервный смех становился громче, и несмотря на страх, она не могла себя контролировать, что-то внутри головы полностью владело ее телом и заставляло выделять определенные наборы гормонов.

Павел не сразу понял, что произошел сбой с чипом, он был настолько возбужден, что почти забыл об эксперименте. Сейчас ему хотелось только боли и страданий этой малышки.

– Так что же тебя так рассмешило? – Павел начинал приходить в ярость, видя, что пленницу буквально трясет от смеха.

Никто из его рабынь никогда не позволял себе такого наглого поведения. Его глаза метали молнии.

– Ну тогда сейчас повеселимся!

С этими словами он подтащил небольшую банкетку с металлическим основанием. Сгреб девушку в охапку и опрокинул ее на банкетку на спину. Про присутствие профессора он даже забыл на какое-то время. Ему хотелось поставить на место эту мелкую выскочку и заставить ее умолять о пощаде.

Он мог ее просто приказать и она послушно выполнила бы его желание, но он хотел насладиться ее страданиями в полной мере, хотел, чтобы она сама умоляла его о пощаде, искренне и от всей души!

Нервными движениями он привязал ее руки и ноги к ножкам банкетки под таким углом, что девушка выглядела распятой.

Затем вернулся к своему столику с орудиями пыток и что-то прихватил с собой. Вернувшись к девушке он вставил ей в рот здоровенный кляп. Она подавилась собственным языком и забулькала. Он только криво улыбнулся, ловя страх в ее глазах. Его жутко взбесило что она начала смеяться и он хотел заставить ее боятся.

– Ну что, сейчас не смешно?

Он отошел от нее и окинул распятую оценивающим взглядом. Да, в такой позе она нравилась ему определенно больше. Довольно прицокнув языком, он взялся за упавший член и начал быстро надрачивать его приводя в боевое положение. Спустя пару движений от такого зрелища половой орган садиста поднялся и запульсировал в предвкушении.

Из влагалища жертвы все еще торчал огромный фаллос, который мужчина выдернул одним рывком и засадил без промедления в анус. Девушка вздрогнула и попыталась завизжать от резкой боли, но кляп и оковы не дали ей сделать ни того ни другого. В панике она пыталась освободиться, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Лишь слезы могли свободно катиться из красных глаз.

Павел не остановил свои издевательства на этом. Он взял в руки дежурное гинекологического зеркало, которое всегда носил с собой в портфеле, и так же яростно, как можно глубже загнал его во влагалище жертвы. Это действие вызвало новый поток боли и сдавленного крика. Теперь уже из обеих дырочке тонкой струйкой сочилась кровь.

Девушка уже знала что внутренние органы нещадно изуродованы, а матка порвана. Между тем, садист взял в руки другую плеть. Девушка мельком смогла рассмотреть что он держит в руке. Это была «Кошка».

Глаза девушки полезли из орбит с новой силой. Она знала что после этого девайса на ней не останется ни одного живого места. «Кошка» представляла собой кожаную плеть с длинной ручкой и металлическими острыми насадками на концах.

В глазах Павла заплясали черти. Он был в предвкушении приближающейся экзекуции. На его лице появилась улыбка сумасшедшего, и он крепче перехватил орудие пыток. Жертва, прочитав его желание в глазах, от страха чуть не отдала богу душу. Она уже пожалела что не сдержала тот нервный смех. Ведь именно он стал причиной его гнева и поводом для ее наказания.

Павел медленно двигался к пленнице. Она пыталась сжаться, прикрыться и бесконечно просить прощения за свою глупость. Но тиски и кляп не давали ей сделать ничего из этого.

Насильник уже подошел вплотную к девушке и занес руку для первого удара. Она зажмурилась. Воздух рассек звук металла, и в ту же секунду жертва заорала от разрывающей боли. Удар пришелся как раз на оголенную грудь и разорвал ей один из сосков.

– Ну что, теперь тебе весело? – ехидно спросил мужчина.

– Мммм!!! – со слезами на глазах промычала девушка.

Было видно, что она уже не может терпеть боль. Но мужчину было невозможно уже остановить. Он вошел во вкус. А ее мучения только подстегивали его желание.

Вяземский почти не смотрел на этот театр, он постоянно что-то записывал, судорожно пытаясь сформулировать на бумаге все свои бесконечные идеи. Пока Павел проводил экзекуцию, наслаждаясь истязанием девственницы, профессор видел все происходящие изменения в пленницы и видел, в каком направлении стоит работать с чипом, где еще есть проблемы.

Ученого совершенно не интересовала испытуемая, как личность. Его задача была сделать идеальный чип, чтобы он мог полностью управлять человеческим существом, заставляя делать его все, что от него требуется.

Вяземский представлял роту солдат, готовых убивать, рвать зубами, умирать по одному его слову. Павел был для него еще той занозой в заднице, но профессор не видел в нем угрозы. Мальчишка, потакающий своим сексуальным прихотям, выглядел в его глазах словно примат, гоняющейся за самками, пусть даже и в такой извращенной форме.

Для профессора Павел был примитивен, потому что ставил свои животные инстинкты выше амбиций. У Вяземского даже был план, как взять под контроль самого Павла, ведь просто убрать такого человека будет проблематично. А вот полностью контролировать его, сделав из него марионетку, которую можно бросить на амбразуру, уже изощренный хитрый ход.

Вяземский рассматривал Павла, как ценный ресурс. Озабоченный маньяк, который может выглядеть привлекательным в глазах масс, из него можно слепить что угодно! Сделать из него президента и управлять миром, объявить его новым мессией, заставив людей поклоняться ему, и даже Павел не будет знать, кто заказывает музыку.

Пусть Павел думает, что он подчиняет себе людей. Пусть развлекается, убивая женщин и проповедуя свою идиотскую религию. Вяземский ему поможет. Но взамен заставит Павла изменить мир, позволив профессору стать истинным кукловодом.

Взглянув на Павла, Вяземский отметил что-то у себя в блокнотике. Сам Павел не обращал уже никакого внимания на постороннего, его трясло от дикого возбуждения и ему хотелось больше крови.

Каждый удар, который он наносил своей жертве, садист смаковал. С еще большей яростью в глазах он занес руку для следующего удара. Девушка приготовилась к новому потоку раздирающей боли. Свистящий звук в пространстве и острая боль в области ребер. Снова крик.

На этот раз “Кошки” прошлись по низу живота. Мужчина резко дернул рукоятью и вместе с металлическими наконечниками вырвал приличный кусок мяса. Девушка заорала, как могла через кляп. Ее тело покрывало уже практически полностью кровь из сочащихся ран.

Экзекутор осмотрел результат своих стараний, довольно причмокнул и взял в руки набухший член. Вид подопытной его завел не на шутку. Он вплотную приблизился к ней и стал размазывать кровь по ее израненному телу. Жертва пищала через кляп, пыталась увернуться, сделать хоть что-то чтобы было не так больно. Но садист намеренно водил членом именно по ранам.

После того как тело девушки было покрыто липким слоем крови, а половой орган садиста не отличался по цвету, мужчина переместился к промежности девушки. Он рывком раздвинул торчащее гинекологическое зеркало в ее влагалище и вошел в нее своим окровавленным членом.

Все это действие сопровождалось рыданиями и стонами боли девушки. А мужчина трахал ее изо всех сил, попутно сжимая горло. Жертва задыхалась от кляпа и сжимающих ее рук, лицо мгновенно покраснело и было близко к синеве. Но садист вовремя отпустил ее, чтобы дать отдышаться.

Пленницы начала судорожно хватать носом воздух. Мужчина тем временем не прекращал терзать ее раскуроченное влагалище. Спустя несколько минут такого экспромта, он сжалился над ней, вытащил свой член и подошел к ее голове. Посмотрев на нее несколько секунд, он вытащил из ее рта кляп. Она закашлялась.

– А теперь, соси! – приказал он.

Девушка в недоумении посмотрела сначала на мужчину, потом на его окровавленный член, безмолвно говоря ему, то не собирается облизывать свою же кровь.

– Соси я сказал! – зарычал мужчина.

Девушка истерично замотала головой, пытаясь увернуться от торчащего у ее лица члена, с которого еще капала ее кровь.

– Нет, прошу, не надо. – плакала девушка.

– Ах ты тварь. – заорал садист и влепил ей звонкую пощечину. – Я сказал, соси! Да получше! Чтобы он весь чистый был!

– Нет, прошу. Отпусти меня! – взмолилась девушка.

– Сучка! – рыкнул мужчина и снова направился к ее промежности.

Он нервными движениями вырвал разведенное зеркало из ее влагалища, вызвав дикий визг девушки и вернулся обратно.

– Открой рот!

– Мммм! – девушка плотнее сжала губы и пыталась увернуться.

Вяземский отметил, что девушка активно сопротивляется, несмотря на боль в голове, который должен вызывать чип, если она не подчиняется приказам. И здесь он снова увидел недоработку. Чип программировался таким образом, что он в любом случае должен заставлять жертву прийти к подчинению. Другого быть не должно.

Если жертва каким-то образом может сохранить волю и не выполнять приказа, то чип начинает влиять на гормональный фон.

Эта жертва явно сопротивлялась и это заинтересовало Вяземского. В чипе произошел сбой и профессор хотел как можно скорее изучить этот феномен. Он ждал, когда Павел наиграется, чтобы поскорее заняться исследованиям.

Павел же даже не собирался заканчивать. Его забавляла и злила непокорность пленницы. Она пыталась освободится от него, но мужчина был намного сильнее. Он схватил ее за волосы, с силой дернул на себя, разворачивая лицом к паху и двумя пальцами нажал на щеки, чтобы открыть рот. Но даже таким способом девушка не подчинилась.

Это привело садиста в настоящую ярость. Он отошел к своему столу и практически сразу вернулся. В его руках был какой-то выгнутый металлический предмет. Он был похож на те зажимы, которые используют стоматологи, когда лечат зубы. Пленница с ужасом разглядывала эту диковинную штуку, не понимая сразу, что мучитель хочет с этим делать.

Мужчина снова надавил на щеки жертвы, только с еще большей силой. В челюсти девушки что-то предательски хрустнуло. Она поняла что это были ее коренные зубы. И, чтобы не лишиться всех оставшихся зубов она открыла рот. Мужчина не терял драгоценные мгновения, быстро запихнул в ее рот расширяющий прибор и зафиксировал его на максимальном открытии.

В таком положении девушка не могла даже проглотить слюну и она просто выливалась ей на щеки. Тем временем мужчина развернул ее голову к своему паху и вставил ей в рот кровавый член.

Девушка поперхнулась и попыталась языком выдавить его наружу. Но мужчина схватил ее за затылок обеими руками, не давая двигаться. Он насаживал ее голову на член как бездушную куклу, стараясь проникнуть членом как можно глубже в глотку. Слюна от члена стала ярко-красной и от движений брызгала во все стороны. По комнате разносились хлюпающие звуки вперемешку со рвотными позывами и стонами наслаждения Павла.

Внезапно он остановился и отошел от жертвы, внимательно посмотрев на нее.

Девушка лежала прикованная к банкетке с расширителем во рту и огромным фаллосом в анусе вся покрытая кровью.

Мужчина покачал головой. Ему не понравилось зрелище.

– Нет, так не пойдет. Ты – грязная!

Девушка горько вздохнула от его слов и отвернула голову. У нее не было ни сил ни слез.

Садист вернулся спустя пять минут. В его руках был пульверизатор. Девушка даже не повернулась. Она лишь тихонько вздрогнула когда мужчина снова вошел в ее и так изувеченное влагалище. Но она даже не представляла что будет дальше.

Мужчина вошел в нее. Первый толчок, и удар «Кошками». Не сильный, так, чтобы поцарапать. Жертва взвизгнула и сжалась. Мужчина начал вытаскивать член и тут же загнал его обратно сотрясая своим движением все тело жертвы. С новым толчком на тело девушки он брызнул несколько раз пульверизатором и замер в ожидании.

Лишь через пару секунд девушка завизжала как ненормальная и забилась в конвульсиях, пытаясь скинуть мужика с себя. В пульверизаторе оказался крепкий солевой раствор.

Пока девушка билась в конвульсиях и дрожала от разъедающей боли мужчина с остервенением трахал ее. А как только жертва переставала двигаться, он снова бил ее «Кошкой» и поливал солевым раствором. Конвульсии продолжались. Это было похоже на заводной вибратор. Садист пыткой заводил конвульсии и создавал вибрацию. И это приносило ему массу удовольствия.

– О да! Да, детка! – рычал мужчина. – Я скоро кончу!

С этими словами он нагнулся через девушку и что-то поднял с пола. Жертва была уже на грани потери сознания. За то время, что он издевался над ней, она уже привыкла к боли и знала последовательность. Сперва удар, потом вода. Поэтому девушка уже могла подготовиться и как-то отключиться от болевых ощущений. К концу она практически не двигалась. Она не хотела доставлять этому извращенцу такое удовольствие.

Но мужчина был другого мнения. Он все так же с остервенением входил в нее, рычал, его лоб и торс покрылась мелкой испариной. Он уже был на грани. В это время мужчина занес над искалеченным телом девушки зажатый кулак. Жертва мельком глянула на своего мучителя и подумала: «Он решил облегчить мои страдания и отрубить одним ударом?». Но нет. Садист разжал кулак и из него посыпались на живот девушки крупные полупрозрачные кристаллы. Высыпав все содержимое мужчина с нескрываемым удовольствием начал втирать эти кристаллы в раны девушки: на животе, груди, вырванном соске. Через секунду комнату взорвал животный крик жертвы.

– Нравится? – заржал садист. – Мне тоже.

Девушка с новой силой забилась в истерике. Он втирал в ее раны крупную соль, которая разъедала раны еще больше и не давала крови остановиться. А мужчина ускорил темп и с рыком кончил в девушку натягивая ее бедра на себя.

– Молодец. – выдохнул мужчина и одобрительно похлопал девушку по ляжке. – Завтра продолжим.

Мужчина с этими словами вышел из комнаты. А девушка выдохнула и отключилась.

Нужна ли тотальная власть

Примерно через месяц работа над прототипом чипа была закончена. Павел получил отчет о проделанной работе и остался вполне доволен результатом. Это был чудовищный титанический труд, но команда профессора справилась с ним.

Это открытие давало Павлу безграничную власть. Теперь оставалось только поставить на поток изготовление микрочипов и начинать вживлять их в людей.

Сам по себе этот чип был не опасен, человек мог жить с ним и не подозревать о его существовании. Но главное коварство этого маленького устройства было в том, что люди полностью были под тотальным контролем того, кто их программирует.

Они могут продолжать жить своей жизнью, выполнять повседневные задачи, работать, смеяться, заводить детей. Но любой человек, абсолютно любой, невзирая на возраст, пол, расу и социальное положение подчинялся тому, кто держал рычаги управления.

Павел был доволен собой и ослеплен перспективами покорения мира. Теперь он мог иметь власть над каждым человеком, живущем на этой планете. Нужна ли такая тотальная власть? Вероятно нет, но амбиции Павла и максимализм в достижении поставленных задач могли привести к подобным масштабам.

Получив первые положительные результаты, Павел не спешил воспользоваться результатом работы Вяземского. Ожидание волнует больше, чем успех. Тем более, он считал, что пока еще не все готово. Нужно создать вокруг себя не только группу единомышленников, а людей, готовых преклоняться и благоговеть.

В лаборатории образовалась сплоченная группа людей, во главе с профессором. За время работы они зарекомендовали себя с лучшей стороны, и Павел решил этим воспользоваться. Он всегда интересовался сектами, религиозными культами и иными способами массового зомбирования людей.

Он отрабатывал навыки манипуляции и психологического подчинения, совершенствуя их день ото дня. Но человеческая психика непредсказуема, и используя только методы воздействия на подсознание нельзя получить гарантированный результат.

Это в корне не устраивало Павла, но придумать идеальную схему он не мог. За помощью и советом он обратился к профессору, которого за это время из наемного работника превратился в единомышленника и соратника. Никогда у Павла не было человека, которому бы он мог доверять, как отцу. Вяземский внушал доверие, даже несмотря на принципы Павла “никому и никогда не доверять”.

Павел приехал в лабораторию и нашел Вяземского в хорошем расположении духа. тот пил кофе, положив ноги на стол, и читал журнал Нобелевского комитета. Увидев Павла, он сказал:

– Вас хотят номинировать на Нобелевскую премию. Они сами так захотели, или это вы приложили к этому руку?

Павел быстро ответил:

– Плевать на них! Мне нужен совет.

– Я с радостью, чем могу, тем помогу! – профессор допил кофе и бросил журнал в мусорную корзину.

– Я хочу организовать вокруг себя группу адептов.

– У вас и так есть группа адептов. Мои ассистенты верны вам, как псы! А девки, которым уже успели вживить микрочипы, итак сделают все, что скажете.

– Вы не поняли. Я хочу иметь полный и предсказуемый контроль. Я хочу иметь контроль над разумом, я хочу не просто управлять и властвовать… Я хочу стать для них мессией!..

Вяземский внимательно посмотрел на Павла, словно не до конца понял, что тот сказал.

– Я хочу еще кофе! – резко оборвал его профессор, и, вышел из кабинета.

Павел уже привык к такому поведению ученого и не обращал внимание. Этот человек был сейчас для него самым ценным ресурсом. Хотя порой, Павлу очень хотелось поставить этого наглеца на место и показать, кто его кормит.

Профессор явно позволял себе слишком много, общаясь с Павлом, словно он школьник, но Павел порой даже не замечал этого. Вяземский восхищал его и ему можно было простить многое.

От волнения, Павлу было трудно сформулировать мысль, к тому же он пока еще сам до конца не понимал, как он себе это представляет и что он хочет увидеть.

Выйдя из кабинета, он начал прохаживаться по коридору, заложив руки за спину и глядя в пол. Дойдя до дальнего конца коридора, он услышал из подсобного помещения женские стоны. Он заглянул в приоткрытую дверь и увидел распятую и привязанную к металлическому стеллажу девушку. Помощник профессора одной рукой сдавил ей шею, другой гладил ее тело. Павел остановился, и стал с вожделением наблюдать…

На подопытной была разорвана одежда. Павел беглым взглядом пробежался по ее обнаженной груди и бритому лобку с торчащими наружу малыми половыми губами коричневатого цвета.

Рот у девушки был широко раскрыт и нем торчал глубоко засунутый в горло кляп, сделанный из ее порванных трусов. Глаза у были широко раскрыты, и в них читался страх и ужас, к происходящему с ней в данный момент.

Помощник профессора отпустил горло и опустил свои руки к ее промежности. Схватился за половые губы девушки, сильно сжал их и потянул вниз. Девушка истошно завыла, но кляп во рту глушил этот звук. У помощника выступила слюна на губах, и он судорожно сглотнул ее. В его горящих глазах читалось какое-то безумие, но он прекрасно понимал, что делает в данный момент.

Павел почувствовал нечто такое, чего он давно утратил. Когда-то его тоже возбуждала простая беспомощность жертвы и эта сладкое ожидание, когда он начнет причинять ей боль. Что произошло с ним, пока он участвовал во всех этих предвыборных гонках? Что произошло, пока он был одержим фармацевтическими исследованиями и разработкой чипа? Павел в этот момент понял, что потерял что-то более ценное, самого себя.

Он всегда хотел причинять боль женщинам и наблюдать за этим. Ему нравилось насиловать девушек, ощущать их беспомощность, податливость и покорность. Он любил их подчинять себе. Они всегда были для него простые твари и он отчетливо понимал, что их нужно максимально унижать, чтобы они знали свое место.

Павел не до конца понимал происходящее с его телом, но от увиденного у него все завибрировало внутри от возбуждения. Ему самому захотелось оказаться в этой комнате с привязанной девушкой. От резкого прилива крови его член начал набухать. Сердце в груди бешено заколотилось. Зрачки расширились, дыхание участилось, яйца поджались к телу.

Тем временем помощник профессора начал выкручивать половые губы девушки. Девушка начала выть и колотить о стеллаж привязанными ногами, но мужчина продолжал давить и выкручивать ее нежные лепестки. За короткое время половые губы связанной опухли и побагровели.

– Что, шлюха, тебе нравится? Вижу, что нравится! – сладостно проворковал насильник.

Девушка замотала головой из стороны в сторону, как бы давая понять, что нет.

Павел заинтересованно наблюдал за этим зрелищем, затаив дыхание. Ему было интересно, что за эксперимент проводится в этой комнате. А может быть, это вовсе не эксперимент и лаборанты тут развлекаются с подопытными, сбрасывая свое сексуальное напряжение?

По требованию Вяземского, Павел убрал камеры наблюдения почти из всех лабораторий, хотя его это довольно сильно напрягало. Теперь многое становилось понятным.

Павел еле сдерживался, чтобы не зайти в кабинет. Он мог бы прогнать лаборанта профессора и занять его место, но вместо этого он продолжал наблюдать, как завороженный. Помощник профессора пальцами одной руки схватился за клитор девушки, другой рукой за ее торчащий сосок и начал опять с силой выкручивать их. Та снова приглушенно взвыла. Покрутив еще немного клитор и сосок, он резко отпусти их. Девушка немного обмякла, переводя тяжелое дыхание.

Тут в глазах помощника мелькнула какая-то мысль. Он присел на корточки и отвязал одну ногу девушки от стеллажа. Она сразу начала дергать ногой и брыкаться, пытаясь ударить ей в его голову. Он успел отстраниться, и нога пролетела мимо.

– Лежи тихо, тварь! – злобно сказал он.

Но она продолжала все равно дергаться, делая попытки вырваться. Тогда он наотмашь ударил ее по лицу тыльной стороной ладони. Голова девушки отлетела в сторону, глаза закатились, и жертва обмякла. Было видно, что она на время потеряла сознание.

Лаборант взял отвязанную ногу, задрал ее и привязал к стеллажу, рядом с уже привязанной рукой. Потом отвязал другую ногу, так же задрал ее и привязал рядом с другой рукой. Получилось так, что у девушки были привязаны ступни ног и кисти рук на одном уровне. Теперь она была раскрыта максимально на всеобщее обозрение. Девушка так и продолжала лежать без сознания обнаженными и незащищенными дырками ануса и влагалища. Помощник с интересом осматривал девушку, раздвигая половые губы в стороны.

Ее задница и влагалище находились почти на уровне лица мужчины. Тем самым давая ему отличный обзор самых интимных мест и свободный доступ к ним. Помощник чуть наклонил голову, положил свои ладони на ее натянутые ягодицы и ущипнул ее довольно большой клитор.

От этого глаза девушки открылись. Туманная пелена сползла с них, и она опять увидела своего насильника. Попыталась дернуться, но у нее ничего не получилась, так как в такой позе она была практически обездвижена. Только смогла немного покачать тазом из стороны в сторону.

Он взял ее бедра и начал удерживать, не давая ей больше двигать задницей. Когда она немного угомонилась, помощник профессора не спеша осмотрел стеллаж, словно что-то подыскивая. Вскоре лицо его озарила улыбка, когда он увидел на самой нижней полке, стеклянную колбу, с длинным и широким горлышком. Наклонившись, он достал ее и снова посмотрел на подопытную.

– Сейчас я сделаю тебе приятно. – сказал он и оскалился.

В этот момент Павел понял, что это никакой не эксперимент, лаборанты просто развлекаются с живым материалом, за который Павел платит довольно приличные деньги.

Девочки доставлялись для ответственных задач и испытаний препаратов, но развлечения для работников лаборатории никак не оговаривалось и Павла этот момент слегка напрягал. Он привык все контролировать и все должно было согласовываться с ним.

Помощник профессора приставил горлышко колбы к анусу подопытной и начал медленно вводить этот предмет в нее. Девушка выла и мычала сквозь засунутый в горло кляп. Мужчина сильнее надавил на колбу заталкивая ее в прямую кишку. Жертва затрясла ногами, из ее глаз полились слезы. Горлышко на сухую, туго входило в неподготовленный анус.

Когда горлышко колбы все-таки вошло на всю длину в анус девушки, завывания прекратились. Казалось, жертва на время даже успокоилась. Она больше не дергалась, а спокойно висела на стеллаже. Сквозь прозрачное стекло колбы хорошо было видно красные внутренности ее прямой кишки.

Павел невольно залюбовался этой картиной. Он видел все: и счастливую улыбку лаборанта, и растянутый колбой анус жертвы и ее лицо. Казалось, она тихо скулила и плакала, молясь про себя, чтобы остаться в живых.

– Что сучка, нравится? – с сальной улыбкой спросил помощник профессора и начал интенсивно трахать девушку колбой, продолжая терзать ее анус. Подопытная беспомощно висела и с безумным взглядом наблюдала за происходящим.

Павел смотрел на все происходящее широко раскрытыми глазами. Он никак не ожидал увидеть нечто такое в стенах собственной лаборатории. От увиденного у него перехватило дыхание. Возбуждение накрыло с головой, а ноги затряслись, словно в лихорадке.

Ему понравилось то, что он увидел. Но его смущал тот факт, что он до конца не доверяет своей команде. Эту проблему нужно было решать и как можно скорее. Его окружение должно будет в первую очередь пройти процесс чипирования. Теперь Павел знал это совершенно точно.

Выйдя из подсобного помещения, Павел почувствовал прилив сил и ощутил ясность ума. Сумбурные мысли выстроились в логическую цепочку, и Павел снова зашел в кабинет к профессору. Он посмотрел на него и спросил:

– Простите, Павел, я без кофе не могу рационально мыслить. Так на чем мы остановились?

– Да, – сказал Павел, улыбаясь, – Мне нужна система чипирования верных мне людей. Я дам им часть своих ресурсов, своей силы, денег и обеспечу положение в обществе. За это я должен получить полный контроль над их разумом. Я хочу управлять ими мысленно и на расстоянии. Но они не должны знать о том, что им вживили чип. Пусть считают себя избранными, благодарят мою благосклонность, поклоняются мне. А может даже возведут в ранг бога?

Профессор Вяземский внимательно слушал, покусывая душку очков. Подумав несколько минут, он сказал:

– Это сложно. Очень сложно. Но можно. Только вы понимаете, что меня чипировать вам не удастся? – профессор улыбнулся.

– Понимаю, оно мне ни к чему, – ответил Павел.

– Дайте мне две недели, и я предоставлю вам предварительный проект – сказал профессор, и пренебрежительном жестом руки показал Павлу, чтобы тот вышел.

Препарат для эрекции

Вяземский позвонил рано утром. Павел снял трубку и сонным голосом сказал:

– Слушаю…

– У меня для вас сюрприз. Приезжайте, – сказал профессор веселым голосом.

Павел быстро собрался и уже через час был у профессора. Зайдя в кабинет, и, даже не поздоровавшись, он плюхнулся в кресло и сказал:

– Выкладывайте!

Профессор открыл ящик стола и достал оттуда шприц, наполненный прозрачной жидкостью.

– Помните, наш разговор о препаратах, который способен сделать из вас сверхчеловека? – сказал профессор загадочным голосом.

Павел изменился в лице и удивленно спросил:

– Уже? Но вы говорили, что это займет много времени. Да и я еще не профинансировал ваши исследования в полном объеме.

– Это первый шаг. Хотите попробовать? – профессор бросил шприц перед Павлом на стол. – Вы можете посмотреть, как он работает в действии на наших подопытных крысках.

– А как же побочное действие и истощение организма, приводящее к смерти?

– Не бойтесь. Этот препарат наделит вас только лишь безграничной сексуальной силой, но всего на несколько часов. Вы станете лучшим любовником, способным получать многократное удовлетворение, пока не закончиться действие препарата.

– Это не опасно?

– Нет, я проверял на лабораторных девочках два месяца назад. Вчерашняя проверка здоровья и жизненных показателей показала, что все в норме.

Павел взял шприц и стал его внимательно рассматривать. С минуту подумав, он обратился к профессору:

– Это не совсем то, что мне нужно, но тоже может быть полезно… – задумчиво произнес он. – Я готов проверить его работу в действии. Давайте еще раз испытаем. Я хочу посмотреть на препарат в действии.

Профессор взял телефон и по внутреннему номеру позвонил помощнику:

– Возьми двух девочек, и отведи к шефу в любовное гнездышко.

Вяземский взял шприц из рук Павла, и сказал:

– Пойдемте, сейчас все будет.

Зайдя в апартаменты (так Павел называл свою комнату для сексуальных утех), профессор протянул Павла шприц и сказал:

– Сами сделаете, или мне?

Павел взял препарат, подошел к одной из девушек и сделал ей укол. Она безвольно сидела и смотрела на него, в ожидании распоряжений. Улыбнувшись, он произнес:

– Начинайте развлекаться с подопытной…

Павел в оцепенении смотрел на девушку и кажется, мысленно был где-то в другом месте.

– Извините, Павел, что-то не так? – прокашлялся профессор, чтобы привлечь внимание своего работодателя.

– Знаете, док, я пожалуй, воздержусь. Попросите лаборанта сыграть эту роль.

– Как знаете, – профессор развел руками, недовольно покачав головой. Отказ Павла не входил в его планы. Он был уверен, что этот самоуверенный мальчишка будет в диком восторге от этой безобидной разработки и захочет пользоваться этим регулярно.

– Простите, не хочу показаться грубым, но чем ваша разработка отличается от обычных средств для увеличения потенции? Возбудители и разные дженерики…

Вяземский не сразу ответил, и Павлу показалось, что его очень сильно обидел этот вопрос.

– Все эти средства имеют побочные эффекты и не гарантируют вам продление удовольствия на столь долгий срок. Моя разработка способна подарить вам непрерывное наслаждение до 12 часов без малейшего ущерба для здоровья. Вы сможете получать гораздо больше удовольствия, ведь мы оба знаем, как вы любите эксперименты и зачастую, у вас для этого освобождается достаточно времени.

– Спасибо, профессор, но пока я воздержусь. – Павел постарался перебить как можно деликатнее, раздражаясь тем, что Вяземский лезет в его личную жизнь. Конечно же Павла заинтересовал препарат, но что-то в словах профессора напрягало его, а чуйка никогда еще не подводила. Нельзя верить профессору и нельзя расслабляться. Теперь нужно быть более бдительным, чтобы не стать жертвой своей же научной разработки.

На случай проблем с Вяземским у Павла был заготовлен план Б, Игорь, телохранитель и самый лучший работник Павла был проинструктирован на случай любой непредвиденной ситуации. В случае угрозы он мог действовать без дополнительных указаний хозяина.

Несмотря на то, что Вяземский настрого запретил размещать прослушку и камеры в лаборатории, опытный Игорь смог незаметно спрятать жучки и следил за каждым шагом осторожного ученого.

Павел еще немного постоял для приличия рядом с профессором, чтобы убедиться в действии препарата, а затем сославшись на срочную встречу, покинул свою лабораторию.

Девушка действительно выглядела возбужденной, несмотря на ее жуткое положение. Второй подопытной не вкалывали препарат и она значительно отличалась от своей подруги по несчастью.

Когда лаборант трахал девушек, Павел не почувствовал ровным счетом ничего. И более того, это зрелище вызвало у него неприязнь.

Секс с девушками, которые не испытывают отвращения, боли, страха – превратился в какую-то рутину. Тупая обязанность тестировать препараты или микрочипы. Теперь это выглядело как простая работа, но удовольствие от этого Павел уже не получал.

В нем играла кровь, ему хотелось чего-то живого, первобытного. Доступные девушки были словно куски мяса, а присутствие профессора вообще убивало всякое желание наслаждаться сексом.

Павел тосковал по тем дням, когда он мог испытывать чувства и наслаждаться болью конкретной куколки, испытывая при этом к ней особые чувства. Порой он даже мог назвать эти чувства настоящей любовью, потому что это по-настоящему окрыляло его.

В какой-то момент он понял для себя, что сексуальные игры в лаборатории больше не привлекают его. К разочарованию профессора, Павел отказался принимать в дальнейшем участие в тестировании чипа, позволяя лаборантам делать эту грязную работу. В нем заговорил охотник. Тот самый, который давал сексуальную энергию похлеще всяких препаратов Вяземского.

План профессора подсадить Павла на свой чудо препарат, повышающий потенцию, провалился. Но Вяземский не терял надежды найти способ контролировать этого влиятельного и безумно богатого человека, способного подарить ему мир на блюдечке.

Сам же Павел был озадачен своей идеей о новой любви. Дела шли лучше некуда: команда пиарщиков продвигала молодого политика согласно плану, Павлу оставалось только выступать время от времени и встречаться с нужными людьми, но это не отнимало много времени. В лаборатории тоже было безупречно: Вяземский был на верном пути, у Павла была возможность уделить время самому себе.

Обойдя свои гаремы, секс-тюрьмы, он заглянул даже в лаборатории и с горечью констатировал факт, что ни одна девушка не способна затронуть его сердце, не способна даже разжечь интерес.

Оставалось только одно: выходить на охоту. Павел вспоминал, как когда-то он делал нечто подобное. Помнил, как билось его сердце, как страх разоблачения подстегивал его и вызывал сильный выброс адреналина.

Решение пришло само собой, оставалось только подготовить все для охоты. Павел предупредил Игоря, и к своему удивлению, на этот раз телохранитель не стал его отговаривать. Он словно понял все без слов.

– Я вас прикрою, шеф, – смиренно сказал Игорь.

Павел ничего не ответил, только кивнул и улыбнулся. Сколько времени уже Игорь работает у него, это единственный человек, на которого можно положиться. Хотя и у Игоря были проблемы с послушанием в свое время.

Охота была назначена на ближайшую субботу. Павел еще не знал, где и как будет выслеживать жертву. В этот раз он решил сделать себе сюрприз и действовать по интуиции, как пойдет. Павел чувствовал, что настоящая охота должна быть именно такой! Незапланированной, неожиданной, он должен выслеживать жертву, словно дикий зверь.

Охота на девственницу

В субботу Павел проснулся на рассвете. Сердце выпрыгивало из груди, сегодня он собирался пойти на дело. Его идея о возобновлении традиции охоты на девушек, давно не давала покоя, заставляла задыхаться по ночам и ни на секунду не оставляла его мысли. И вот, он решился: сейчас или никогда. Пора получать от жизни все!

В его личной коллекции осталось всего несколько пленниц. Шесть? Или больше? Он уже и сам не помнил, но понимал, что требуется новая, молодая кровь. После его последних хирургических опытов в личном гареме почти никого не осталось. На этот раз он не хотел заказывать девушек через посредников, теперь все экземпляры для домашнего гарема будут отбираться как раньше, собственноручно.

Павел хотел в свою коллекцию новую игрушку, на этот раз совсем юную девушку, может быть даже девочку-подростка. Хорошо бы, чтобы ей было лет шестнадцать, не больше. И чтобы выглядела намного моложе своих лет.

Он хотел видеть страдания новой жертвы, неподдельный и всепоглощающий страх в ее глазах, непонимание происходящего, слышать крики пленницы, еще ни разу не кричавшей ТАК, как Павел хотел заставить кричать.

Может быть он оставит ее себе в качестве фаворитки и сделает лучшей, любимой куклой. А может быть убьет, если не сможет остановиться. А может быть он ее просто убьет, если захочет убить. А что касается оставшихся девушек из гарема, он передаст их в пользование Вяземского, чтобы тот ставил свои странные опыты или отправит их в секс-тюрьму, где садисты-извращенцы будут медленно убивать этих бесполезных тварей, получая наслаждение от предсмертных мук и страданий.

Мысль об этом заставила Павла улыбнуться. Ему нравилось наблюдать, как некоторые клиенты развлекаются с этими куколками, хотя большинство из них предпочитают делать это без посторонних глаз. Мало кто удостаивал чести владельца крутого подпольного клуба присутствовать на пытках, но Павел уважал желания своих клиентов, ведь их желания в этом заведении – закон.

Утро было прохладным и встретило Павла не очень дружелюбно. На какой-то миг мужчине даже показалось, что может быть он зря затеял все это. Можно было просто по каталогу заказать набор девочек и выбрать среди них уже ту единственную. Но в итоге Павел смог отодвинуть лень в сторону. На этот раз он решил сделать все сам. От и до. Раньше у него, разумеется, было много помощников в самых разных областях, но сейчас… Он просто нутром чувствовал, что должен быть один во время охоты.

После четверти часа, потраченной на сборы вещей, он уселся за руль машины и нажал на газ. Павел разработал такой план: будет кататься вокруг нескольких местных школ и высматривать подходящую жертву, и как только та найдется – непременно похитит ее. Но не сейчас, не утром.

Мужчина нервно сглотнул и невольно сбавил скорость. Его костяшки пальцев побелели – с такой силой мужчина сжал руль. Руки вспотели. Да что это с ним?

И тут он понял, насколько сильно хочет. Вот и причина. Ну ничего, успокоил он свои разбушевавшееся желание, скоро все будет.

Павел подъехал к одной из школ и остановился в тени деревьев поодаль от здания, вынул из чехла бинокль и стал безмолвно наблюдать. Было еще очень рано, так что в школу брели только первые полусонные ученики. За такими наблюдениями прошел примерно час. И вот, наконец, когда Павел готов был признать поражение, стоя у ворот третьей школы из списка, он увидел Ее. Мужчина присвистнул. Это была подходящая партия, о да…

Худенькая, белокурая девочка, казалось, не шла, но словно плыла по тропинке, изящно покачивая бедрами. Короткая юбка разлеталась в стороны от малейшего дуновения ветерка. На ногах были черные чулки с белыми полосами.

Взгляд Павла остановился на верхней части ее тела, там все тоже было на месте – маленькая мальчишеская грудь зрительно превращала эту девушку в ученицу младших классов, а накинутая на тело полупрозрачная блузка с кокетливо расстегнутой верхней пуговкой, намекала Павлу, что эта девочка уже встала на путь распутницы: она уже пытается привлекать внимание мужчин, а значит, пытается ими манипулировать.

Она была девственницей и более того, у нее никогда и никого еще не было. Павел бы уверен в этом. Она еще не знала, что такое мужская ласка и вызывала у Павла умиление в совокупности с дичайшим вожделением.

Павел твердо решил, что его жертвой станет именно она, что развлекаться с ней одной он будет как минимум неделю, а там постарается дотянуть и до месяца. Если она, конечно, столько протянет. Он усмехнулся. Теперь остались только ожидание и охота.

День длился бес-ко-неч-но, как показалось Павлу, но ради новой куклы он был готов ждать. В обед из школы вышло достаточно много детей, но ее среди них не было.

Охотник нервничал, но продолжал ждать. Несколько раз Павел даже начинал думать, что ненароком упустил ее, но решил досидеть до конца, пока не закончатся последние уроки. Девочка могла оставаться на дополнительные задания, группы продленного дня или всевозможные кружки.

На улице почти уже стемнело, на город опустились сумерки. Наконец, она вышла из школы и пошла по направлению к дороге. Она была совершенно одна. В сердце Павла что-то вспыхнуло, заставляя все тело дрожать от предвкушения. Похоже, Павлу сегодня неслыханно везло. Он не спеша поехал за ней.

Девушка вовсе не замечала, что какая-то машина упорно следует за ней по пятам. Она завернула в переулок, скрытый от окон домов и не видный со стороны дороги, да и деревья были посажены настолько густо, что можно было принять эту посадку за лес. Днем здесь было красиво и уютно, но ночью – отнюдь.

Павел заехал в переулок и вышел из машины, даже не захлопнув за собой дверцу – меньше придется возиться потом. Бесшумно, словно дикий зверь, он добежал до своей жертвы и теперь практически дышал ей в спину. Мужчина сделал еще несколько шагов и схватил ее одной рукой за талию, другой – зажал рот. Школьница в ужасе замычала и обернулась. Павел ликовал, он крепко держал свою жертву и осознавал, что теперь она принадлежит ему!

Он больше не мог думать, вся кровь, казалось, прилила к его члену. Павел страстно хотел эту крошку. Еле сдерживая себя, чтобы не разорвать ее прямо на месте, он потащил несчастную к машине, та, к удивлению похитителя, давала достойный отпор. Но как могла школьница вырваться из стальных объятий садиста со стажем?..

Павел ухитрился заклеить ей изолентой рот, связал руки. Девушка извивалась как змея, пиналась ногами, пытаясь лягнуть в колено.

Он подошел к машине сбоку и уложил пленницу лицом на капот. Он прилагал все усилия, чтобы утихомирить свои гормоны. Ему хотелось прямо сейчас отодрать ее как следует! Он ощущал, что просто не сможет доехать до дома!

В такие моменты ему всегда было сложно взять себя в руки, чтобы сдержать сиюминутный порыв. Но все же он уговорил себя повременить, чтобы отсрочить получение удовольствия. Он накажет эту прекрасную куклу изощренно и жестоко, но потом, потом… Бросив ее на заднее сидение, он быстро завел машину и поехал в сторону пустыря.

Отъехав на безопасное расстояние, он вышел из машины и достал пленницу. Она снова попыталась пинать его и так отчаянно вырывалась, что Павел вновь ощутил прилив сексуальной энергии, которую невозможно было сдерживать. Чем больше жертва сопротивлялась, тем сильнее была эрекция Павла.

Он задрал юбку девушки до поясницы. Его взору открылась упругая круглая задница, аккуратная, еще несформировавшаяся промежность, закрытая тонкой полосочкой трусиков. Мужчина содрал бесполезный кусок материи. Ягодицы перед ним танцевали испуганный танец, что только больше возбуждало похитителя.

Как же долго он этого ждал! Не особенно церемонясь, Павел наконец-то достал из штанов член, который целый день горел огнем, и всадил в вагину бедняжки по самые яйца. Она изогнулась и душераздирающе замычала, если бы ее рот был открыт, то весь пустырь услышал бы крики и может быть, кто-то пришел бы ей на помощь.

Мужчина намотал белокурые волосы девушки на руку и, представляя себя наездником, дергал за них, шлепал рукой по заду и совершал быстрые ритмичные толчки.

Когда тело девушки в очередной раз поднялось вверх, Павел запустил руку под ее блузку и начал дергать маленькие сосочки, напоминающие ему больше прыщи.

Девочка выла и продолжала сопротивляться. Павел зажав соски, пытался их максимально оттянуть. Он с наслаждением засаживал в нее член, подбрасывая ее маленькое тельце и тиская желанную плоть, стараясь даже сейчас причинить боль настолько сильную, насколько это только возможно. Раз! Два! Три! Павел замедлился и с наслаждением кончил в пленницу. Она скривилась от боли и отвращения, не переставая выть.

Мужчина снова затащил девушку в салон машины, хоть она и продолжала сопротивляться. Под передним сиденьем автомобиля, как раз для такого случая, были приспособления для фиксации пленниц. Павел все предусмотрел заранее. Он закрепил свою новую подружку так, что руки ее были вывернуты назад и обхватывали сиденье, а вся фигура оказалась свернута в позу эмбриона головой вниз. Павла позабавила его идея посадить ее в такую нелепую позу. Но он это сделал не только ради забавы, ему нужно было проехать к дому так, чтобы никто не видел в его машине лишних людей. Пленница продолжала плакать, но уже не брыкалась и не пыталась освободиться.

Павел на всех парах помчался домой, чтобы скорее начать свою особую программу дрессировки любимой игрушки.

– Я буду звать тебя Наташа, – бросил ей Павел.

Девушка снова еле слышно завыла, но не подняла головы.

Пока они ехали до дома, она почти не давала о себе знать. Похитителя это вполне устраивало. Но как только автомобиль въехал во двор огромных владений Павла, она снова начала брыкаться и пытаться освободиться.

– А ты строптивая, обожаю таких! Скоро ты будешь ползать передо мной на коленях и умолять трахнуть тебя в зад.

Он вышел из машины и решил немного прогуляться по парку, чтобы сбросить нервное напряжение и насладиться невероятно завораживающей картиной природы.

Но на этот раз он не мог успокоиться, все мысли были только об охоте. Это невероятный адреналин! Страх, что тебя могут поймать в любой момент делает эту охоту особенной.

Он задумался, представляя, как он будет развлекаться с новой крошкой и на его лице заиграла романтическая улыбка. Лишь легкий ветерок изредка приводил его в чувства и заставлял двигаться дальше, будто подталкивая вперед.

Вернувшись к автомобилю, он полностью освободил свою жертву от оков и отошел на приличное расстояние. Его новая Наташа не сразу вышла из салона автомобиля, сперва она долго смотрела через окно, пытаясь распознать местность.

Затем дверца слегка открылась и уже через полминуты она трусцой побежала куда-то в сторону аккуратно посаженных кустарников, создающих незамысловатый лабиринт.

Загнанная в угол

Павла это забавляло и он не вмешивался, зная, что из этого лабиринта выход только один: там же, где и вход.

Пленница долго металась по лабиринту, пытаясь найти выход, но дойдя до конца дорожки, она увидела темный автомобиль, из которого она вышла буквально пять минут назад. Рядом с автомобилем виднелись три отчетливых мужских силуэта: двое чуть ближе к ней, а третий позади в паре метров. Сам Павел сидел внутри. Она не узнала его в темноте, но чувствовала, что это именно он.

Вдруг дверь машины резко открылась, и мужчина, находившийся на пассажирском сидении, стремительно направился к ней.

Ошарашенная девушка не могла двинуться с места, настолько в тот момент страх проник в каждый уголок ее тела. С виду этот крупный мужчина с серьезными чертами лица внушал ужас на нее, и она даже не могла подумать о бегстве.

Когда между ними оставалось несколько метров, он произнес:

– Еще не набегалась? Если хочешь, можешь еще попробовать, мы подождем.

– Отпустите меня, пожалуйста! – наконец-то заговорила она.

– Нет, Наташа, ты теперь моя собственность и я не смогу тебя отпустить.

– Но я не Наташа! Меня зовут Катя! Вы меня с кем-то спутали!

– Нет, Наташа, я никогда и ничего не путаю. Я давно искал тебя и наконец-то нашел. Я наблюдал за тобой и понял, что ты именно та, которая мне нужна. Ты не выходишь из моей головы.

Катя слушала все это с ужасом осознавая, с каким психом ее столкнула судьба.

– Меня дома родители ждут! Меня будут искать!

– Не переживай за родителей, они найдут твой труп, – с улыбкой заявил Павел, – Но чуть позже. Сперва мы поиграем с тобой в интересные игры.

От его слов девушка побледнела и попятилась назад.

– Ты меня боишься? – с удивлением спросил он, словно не говорил минуту назад жуткие вещи.

– Вы хотите меня убить? – нервно спросила она.

– Все зависит от тебя, деточка. Я бы хотел познакомиться с тобой поближе, а затем, если все будет хорошо, я могу довезти тебя до дома, если ты не против. – Его голос звучал естественно, и на миг Катя даже подумала, что этот человек не причинит ей вреда.

– Вы правда отвезете меня домой? – недоверчиво спросила она.

– Я же сказал, если будешь хорошей девочкой, то отвезу. ПОдойди ко мне.

Катя огляделась. Кроме нее и четырех мужчин кругом ни души и кромешная темнота, поэтому предложение Павла хоть и показалось ей сомнительным, но все же, в условиях этой ситуации, выглядело многообещающим, тем более, что выбора у нее не было.

Подойдя к автомобилю, она увидела, что два силуэта стоящих рядом неподвижно, смотрят на похитителя, будто ожидая приказа. Один из них поспешил открыть заднюю дверь, для нее и Павла, а после того, как убедился, что они сели, перешел на пассажирское место и все с таким же каменным лицом ожидал дальнейших инструкций.

«Скорее всего это их босс и они беспрекословно подчиняются ему» – подумала девушка и через несколько мгновений они тронулись с места. Автомобиль двигался медленно по парку. Слабо освещенный забор по периметру, который Катя успела разглядеть, окончательно убил в ней всякую надежду на побег.

– Меня укачивает, – пожаловалась она, ощущая приступы тошноты.

Но мужчины в машине оказались непреклонны и продолжили путь в темноту. Все это время Павел нежно гладил ее, трогая грудь и ягодицы. Катя молча терпела, пытаясь не сопротивляться. В ней жилы слабая надежда, что он больше не будет ее насиловать. Сейчас потрогает и отвезет домой, иначе какой смысл сидеть в автомобиле?

– Малой, а давай-ка на нашу базу прокатимся? Здесь всего пять минут, зато там девчонка сможет побегать. – весело произнес Павел. – Парням передай, пусть подтягиваются туда.

Катя затаив дыхание слушала их разговоры и не понимала, что этот маньяк задумал. Но ей определенно не нравилось, что он замышлял что-то против нее, да еще и парней каких-то приглашает.

Вскоре она заметила, что машина свернула куда-то в глубь леса. Их качало из стороны в сторону, дорогая была неровная, вокруг царила тишина, лишь сквозь слабо тонированные окна виднелись верхушки деревьев. У девушки появилась паника, и в порывах агрессии она начала бить мужчину рядом.

Он, не выдерживав этого, приказал остановиться и выволочить ее из машины прямо посреди лесной дороги. Оказавшись брошенной на землю, она сразу попыталась сбежать вглубь леса, ведь это казалось ей единственным выходом. Но сильным мужчинам не составило труда поймать хрупкую девушку.

В последующие минуты Катю схватил водитель и держал ее, пока Павел избивал ее и в конце концов она потеряла сознание. Мужчины закинули тело в салон автомобиля и поехали в дальше.

Очнувшись она оказалась в месте напоминающим камеру пыток. Ее локти и колени были счесаны в кровь, а лицо болело от жестких ударов. У нее совсем не было сил кричать, а уж тем более сопротивляться, поэтому двое подчиненных, как цепные псы, по приказу босса схватили девушку и быстрыми движениями стали срывать с нее одежду.

Катя никогда столько не плакала как сейчас, сжавшись клубочком на холодном полу. Страх сковывал так сильно, что лишь черные туфли на небольшом каблучке удерживали ее, не давая упасть лицом вниз на потеху «местной публике». Ожидая своей участи, каждая секунда казалась вечностью.

Представление началось. Их главный босс Павел оставался в стороне. Один из присутствующих мужчин схватил ее за лицо так сильно, что боль казалась невыносимой, и вставил в рот большую металлическую распорку, которая фиксировала ее рот в максимально открытом состоянии. А другой широко раздвинул ей ноги и закрепил между ними палку, которая не позволяла ногам сомкнуться.

Боли не было, ведь с самого раннего детства она занималась гимнастикой. После этого ей связали руки веревкой и подвесили на огромные крюки. Павел смотрел на это с дикими горящими глазами, ожидая своего «выхода на сцену».

Его возбуждение достигло пика, и он уже не мог сдерживать себя и, расстегнув ширинку, достал набухший член и начал водить им по лицу перепуганной пленницы.

Затем благодаря металлической распорке, его член не касаясь ее губ, без всяких проблем медленно, но верно вошел прямо в глотку так глубоко, что Кате показалось, что ее сейчас проткнут насквозь.

Она еле ловила воздух ртом и сдерживала рвотные позывы. Тем временем двое мужчин смотрели на это даже не шелохнувшись. Павел держал ее за волосы и с неподдельной любовью смотрел на ее личико, исказившееся ужасом и непониманием происходящего. Казалось, он наслаждался этими моментами, изредка вытаскивая член изо рта чтобы не кончить.

Павел блаженствовал, ощущения были неописуемыми, но для девушки это был самый мучительный момент в ее недолгой жизни. Еще никогда с ней не обращались так, словно она не живой человек, а бездушная тварь.

Те недолгие моменты, когда насильник вытаскивал член, Катя судорожно дышала и пыталась откашляться. Каждый раз ей казалось, что мучения уже закончились. Но спектакль не обещал быть скорым. Катя окончательно впала в уныние, когда стоящий рядом охранник, по приказу босса, достал искусственный пенис и прикрепил его к полу. тот выглядел как настоящий, только длиннее и толще.

Вдвоем они подхватили Катю за ноги и ловкими движениями посадили ее прямо на фаллоимитатор. Ни у одного из них в глазах не промелькнуло даже тени жалости. Кате повезло, что Павел уже успел немного растянуть ей девственное влагалище. Если бы не это, то искусственный член мог бы с легкостью разорвать ее внутренности. По крайней мере, так выглядело со стороны.

– Смотри! – приказал Павел и повернул ее голову резко в бок.

Катя увидела огромное зеркало, в котором отражалось ее беспомощное тело и напуганное лицо. Она сидела в нелепой позе, скривившись от боли, а вдоль искусственного члена, текли струйки крови.

Ее влагалище так плотно обхватило незваного гостя, что Кате казалось, что если мужчины захотят его вытащить из нее, то будет еще больнее, чем просто сидеть на нем.

Стоящее рядом зеркало отражая эту жуткую картину, лишь увеличивало ее боль в душе, ей стало мерзко смотреть на себя. К несчастью ей нужно выполнять все прихоти похитителя. От этого зависела ее жизнь, хотя она уже сомневалась, что он сдержит обещание. Двое все так же стояли рядом и ничего не делали, лишь ждали нового приказа.

Их босса больше не возбуждал рот девушки, ведь это зрелище было отвратительным: все ее лицо было испачкано в собственных выделениях. Он хотел чего-то другого. С силой подняв ее за руки, он положил Катю голым телом на грязный пол и принялся изучать ее порванную промежность.

Большие пальцы доставляли яркие болевые ощущения, но Катя старалась не кричать. Она все еще на что-то надеялась, несмотря на сложившуюся ситуацию, понимая, что это единственное, что помогает ей не сойти с ума от происходящего.

Когда Павел, наигравшись с ее миниатюрными половыми губами, просит охранников зафиксировать Катю, она непонимающе смотрит на него, пытаясь вызвать в нем хоть какие-то человеческие эмоции. Но напрасно. В следующий момент мужчина достает из кармана булавку и начинает прокалывать нежную кожу промежности.

Дикий вопль оглашает все пространство. Катя кричит и вырывается, снова пытаясь ногами лягнуть Павла, но охранники крепко держат ее, не позволяя лишний раз пошевелиться.

– Теперь можно отпускать, – приказывает он и тянет Катю за волосы к своему паху. – Давай, крошка, сделай любимому хозяину приятно. Вытащи язык и начинай лизать. Представь, что это мороженное.

Во рту Кати все еще находилось жуткое устройство, но она попыталась вытащить язык подальше, хотя это было неудобно и даже больно. Коснувшись члена языком, она скривилась от отвращения и начала легонько постанывать от боли в промежности, тем самым возбуждая мужчину еще больше.

Постепенно она начала втягиваться в процесс и ласкать член насильника более активно, в глубине души снова надеясь, что он все же отпустит ее. Павел одобрительно застонал, но и еле сдержал порыв засунуть ей глубоко в глотку свой член и кончить, напоив ее своим нектаром.

Словно ненасытный зверь, он отшвыривает ее от себя, переворачивает тело жертвы на живот, а затем снова кидается сверху, предпринимая попытку войти на этот раз в анус. Катя из последних сил начинает сопротивляться. Для нее это невероятная боль, учитывая размер члена Павла. Не выдерживая нагрузки, девушка теряет сознание, но насильник продолжает насаживать ее на свой кол, безжалостно травмируя прямую кишку своей новой любовницы.

Охота так сильно перевозбудила Павла, что он не выходил из комнаты пыток почти сутки. Все это время Катя подвергалась жесточайшему насилию, уже не сопротивляясь.

Надежда на спасения уже давно угасла. Каждая секунда казалась ей бесконечной болью. Время от времени она теряла сознание и это было поистине большим счастьем для нее. В эти моменты она не чувствовала ничего, но просыпаясь от временного спасительного обморока, она снова ощущала, как ее хрупкое тело насаживают на мощный стержень.

Она с ужасом осознавала, как член Павла изнутри разрывает ее снова и снова, а она просто висела на нем, словно тряпичная кукла, безвольно болтаясь и не имея возможности повлиять на процесс и хоть на время остановить весь этот ужас.

В очередной раз она потеряла сознание на несколько часов, и Павел решил дать ей возможность немного отдохнуть. Он не хотел, чтобы девочка сломалась раньше времени, ему нужно было, чтобы она продержалась как можно дольше.

Павел устало потянулся и вытер пот со лба. Давно уже у него не было столько страсти и сексуальных приключений. Последний год выдался тяжелым, он совсем забросил свои увлечения. Кроме хирургических манипуляций, он почти не развлекался со своими пленницами.

Посмотрев на телефон, он увидел несколько пропущенных звонков от профессора. Недовольно покачав головой, он набрал Вяземскому и выслушал долгий отчет о чудо-препарате, увеличивающим потенцию в сто раз.

От злости Павлу хотелось выкинуть телефон, чтобы ненароком не сообщить профессору о своих истинных мыслях относительно препарата. Столько времени он оплачивает дорогостоящие опыты Вяземского, чтобы получить микрочип, а также средство, ускоряющее мыслительные процессы, способное сделать из Павла сверхчеловека, а вместо этого в лаборатории разрабатывается какая-то бесполезная с точки зрения Павла, хрень.

Распрощавшись с профессором, Павел побрел в кабинет, чтобы уладить дела со своей пиар-командой и узнать, как идут дела и какие встречи можно отменить. Ему хотелось теперь как можно больше времени проводить со своей новой куколкой. Пока она жива, пока бьется ее юное сердце, ему хотелось выжимать из нее все, что только можно, чувствовать каждую секунду ее страх и видеть ее отчаяние. Причинять боль снова и снова, пока она не отдаст ему свою жалкую жизнь.

Пирсинг

Павел хотел забавляться с этой девочкой снова и снова, но прекрасно понимал, что много пыток она не выдержит. Он прошелся из угла в угол в своем кабинете. Внутри него бурлило кипучее желание, вернуться в подвал и продолжить свои игры. Но разум утверждал, что жертве определенно нужен отдых. Мужчина хлопнул ладонью по столу.

– Пусть пару дней залижет раны, а потом поразвлечемся еще! – сказал он самому себе.

Эти два дня прошли для него в мыслях об его новой игрушке. Пару раз он готов был наплевать на свое собственное решение и пойти к ней. Вот только он внезапно понял, что почему-то именно сейчас ему совсем не хочется менять пленниц как перчатки, используя их на один раз как презерватив.

Теперь его больше интересовали медленные пытки. Он больше не хотел пользоваться жертвой и сразу же менять ее на новую, как только она выйдет из строя, после знакомства с Катей, ему хотелось чувствовать их страх и ужас. А для этого, нужно протянуть агонию каждой жертвы как можно дольше.

Размышляя об этом, Павел даже вспомнил о палачах в древности. Да, он всегда считал, что пытать людей это искусство. Ведь нужны определенные знания и умения, чтобы удерживать человека на грани сознания многие дни, выбивая из него нужную информацию.

Одно неловкое движение и узник превращается в безмолвный труп, а его еще после этого надо как-то показательно казнить. Павел сам рассмеялся от такой своей мысли. А ведь действительно, сейчас так много средств и препаратов, которые позволяют продлить агонию игрушки, и чего только стоят чудесные устройства сексуально-инженерной промышленности!

Инквизиторы древности перекрестились бы от счастья, окажись они в нашем времени. Все что угодно душе маньяка причем практически в свободном доступе, а раньше им приходилось справляться своими силами. Эта тема давно интересовала его разум, поэтому он с облегчением окунулся в поиски, так сказать, пособия для средневекового палача.

Информации в открытом доступе, конечно, немного, но с его деньгами и связями, вполне можно откопать даже оригинальный трактат из тайных хранилищ хоть самого Ватикана. Деньги во все времена решают все проблемы. Весь следующий день Павел посветил своей новой задумке, поэтому вспомнил о Кате только к вечеру. Поэтому остаток ночи он смаковал мысли и идеи, чем стоит заняться с девочкой. Нет, определенно для нее завтра будет очень длинный день, полный сюрпризов и неожиданностей.

Катя лежала на полу в подвале там, где ее оставил Павел. Сознание рывками возвращалось вместе с жуткой головной болью. Девочка чуть шевельнула рукой и тут же застонала от ужасной боли.

Она даже не сразу вспомнила, что случилось. Ощущения были настолько жуткими, что мозг не сразу начал обрабатывать получаемую информацию. Катя поморщилась. Ее что переехал трактор? Она перевернулась на спину, боль резко усилилась. Нет, кажется, не трактор, а по меньшей мере танк. Катя открыла глаза и увидела незнакомое место. Она потрясла головой, картинка не поменялась, а головная боль усилилась стократно.

– Что за бред? – одними губами прошептала она.

Рот тоже болел, на губах коркой запеклась кровь. Катя снова осматривает помещение, пытаясь выцарапать из памяти то, как здесь оказалась. Крюк под потолком, койка и сладковатый запах крови, ее собственной крови.

Девушка попыталась встать. Голова тут же закружилась, после чего ее вырвало прямо на пол. К запаху крови прибавился еще один, совсем мерзкий.

Травмированные уголки рта стало нещадно жечь, а горло так сильно обдирало, словно туда залили чистый спирт. Приступ кашля заставил девушку согнуться пополам. Ее повторно вырвало, но зато в голове немного прояснилось.

И тут она все вспомнила. Дикий ужас сковал ее, сердце пропустило удар, второй, а потом в бешеном темпе заколотилось в грудной клетке. Ее похитили, изнасиловали и держат в неизвестном месте.

Слезы отчаяния проступили на ее когда-то миленьком личике. В помещение зашли двое. Мужчины схватили ее и бесцеремонно вкололи ей сразу три укола. Кажется, они положили ее на койку, но девушка уже проваливалась в спасительный сон.

Ей снилась прошлая жизнь, друзья и даже парень, с которого она не сводила глаз. Он нравился ей, именно ему Катя хотела подарить свою невинность. Ей снилось как они целовались в зарослях у дамбы. Чудесный майский вечер, на улице уже тепло, зелень во всю бушует, скрывая их от любопытных глаз.

Его губы нежно касаются ее шеи, он спускается ниже. Его рука нежно гладит ее ягодицы. Она тает под его ласками этим безумным майским вечером. Вдруг, неожиданно, парень бьет ее по лицу. Катя хватается за щеку, которую только что обожгло ударом. Парень смеется ей в лицо, и девушка замечает, что вместо ее любимого тот самый насильник, в подвале которого она запрета.

* * *

Павел проснулся утром в приподнятом настроении. Предвкушение забавы пьянило почище алкоголя. Вчера он весь вечер провел, смакуя варианты различных пыток. Он хотел испробовать с этой крошкой абсолютно все! Все средневековые пытки заводили его с полуоборота, как только он представлял именно эту невинную девочку, которую он выбрал и выловил собственноручно. Она для него была не просто трофей, а некая дверь, открывающая ему мир новых ощущений, которые прежде были скрыты от него.

Здравый смысл вопил, что делать все и сразу у него не получится, потому что жертва просто не выдержит. Именно поэтому, немного поразмыслив, Павел решил сегодня остановиться на пирсинге. Ему захотелось сделать для своей новой Наташи необычный корсет. Он уже закупил все необходимое оборудование, осталось только привести задуманное в действие. Мужчина сел в свою дорогую машину и вдавил педаль газа до упора в пол.

Павел зашел в подвал и осмотрелся. Катя лежала на кушетке, свернувшись калачиком. Девушке явно что-то снилось. Она беспокойно мотала головой, стонала и отбивалась от своего сна руками. Мужчина намеренно громко топал, подходя к ее кушетке.

Катя встрепенулась, подняла голову. Их взгляды встретились. Павел тут же ощутил прилив крови к своему паху. Возбуждение заволокло разум. Он уже не хотел долгих игр, а страстно желал ощутить ее податливое, горячее лоно. Его член тут же ударился о ширинку изнутри штанов. Разум помутился, Павел отбросил в сторону чемоданчик с инструментами и накинулся на Катю с животным рыком.

– Ты должна будешь пройти ряд испытаний, – прошептал он ей на ухо, – И если выдержишь, то я сделаю тебя своей королевой! Сперва ты научишься послушанию, а затем я тебя физически модернизирую!

От волнения, Павлу было трудно сформулировать мысль, к тому же он пока еще сам до конца не понимал, как он себе это представляет и что он хочет увидеть. Несколько предыдущих девушек, которых он пытался хирургически модифицировать, приказали долго жить. Все его опыты создать идеальный сосуд для женской души, потерпели фиаско. Жертвовать новой Наташей пока не особо хотелось, поэтому он решил повременить с хирургией, а предаваться любви столько времени, сколько выдержит его возлюбленная жертва.

Утолив первый голод, Павел все-таки решил вернуться к первоначальному замыслу.

– Наташа, моя Наташа, – нежно улыбнулся он, доставая иглы и держатели для них, – Я уверен, что тебе пойдет пирсинг, – Павел показал ревущей девушке несколько колечек из хирургической стали, – Эти колечки будут хорошо смотреть в твоем чудесном носике, пухлых губках, по одному в каждом соске, – Катю трясло все сильнее от каждого слова, – А из этих мы сделаем чудесный корсет, ведь с твоей стороны как-то очень невежливо и некорректно, что ты передо мной все время предстаешь в голом виде. Правда, крошка?

Катя ничего не отвечала, от страха у нее перехватило дыхание и сдавило грудь. Она еле тихо застонала, когда Павел коснулся пальцами ее дрожащей щеки.

– Посмотри, какие они изящные! Это не дешевые побрякушки. – он с довольным и гордым видом продемонстрировал украшения для пирсинга. – Они расположатся ровненько под твоими такими сладкими сосочками, ровно двадцать колечек. По десять с каждой стороны. А последним я проколю твой клитор. Поверь, таких ощущений ты еще никогда не испытывала.

Он повернулся к хирургическому столику и принялся готовиться к предстоящей процедуре. С каждым движением Павел возбуждался все больше, поэтому уже совсем был не уверен, что доведет задуманное до конца, без порции хорошего секса.

Он подошел к Кате, рывком поднял ее с кушетки. Девушка завизжала и забилась в его руках словно раненая птица. Мужчина только улыбнулся, а потом отвесил несколько звонких пощечин. Катя затихла, смотря на него широко распахнутыми от страха глазами. Ее пульс давно перевалил за сто пятьдесят, и девушка в тайне надеялась умереть прямо здесь и сейчас от разрыва сердца.

Эта забавная

хирургия

Павел подвел ее к странной конструкции, а потом велел лечь туда. Приглядевшись, Катя с ужасом смогла опознать навороченный хирургический стол, только с огромным количеством всевозможных креплений, а также возможностью изменения положения ног.

– Ну, давай же, крошка, – елейным голос подбадривал ее Павел, – Уверен, ты будешь в восторге, – мужчина улыбнулся во все тридцать два зуба, – Ну, по крайней мере, в восторге буду я.

Катя с трудом сглотнула, во рту все пересохло и язык намертво прилип к небу, а потом легла на этот стол, ожидая смерти. Она была уверена, что он обязательно намертво прикует ее тело, но Павел этого не сделал. Катя лежала, дрожа от страха и ей казалось, что если она сумеет быстро вскочить с этого стола и бросится в сторону двери, то возможно у нее появится шанс сбежать отсюда.

Но девушка продолжала лежать, смиренно ожидая своей участи, потому что чувствовала сильную слабость и не верила в свои силы.

Павел достал из-под стола чемоданчик, который водрузил на столе, где уже лежала Катя в молчаливом ужасе оглядывая странные инструменты, окружавшие ее. От одного вида блестящих железяк у нее холодело все внутри. Она старалась не шевелиться, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания и снова не получить удар по лицу, но любопытство и страх брали верх, поэтому шея девушки вытянулась вперед, пока Павел с кровожадной улыбкой осматривал содержимое чемоданчика, похожего на чемоданчик врача.

Лицо Павла изменилось, едва он увидел сверкающие при свете яркой хирургической лампы инструменты. Он потирал руки и ухмылялся, а от чрезмерного возбуждения у него на лбу выступили капельки пота, которые стекали по его вискам и капали на дрожащее тело Кати.

Павел провел рукой по металлическим инструментам, наслаждаясь их приятным звучанием, а потом он еще раз осмотрел их и потянулся рукой к набору игл для пирсинга, которые лежали в прозрачном пакете с надписью «стерильно». Какими бы жестокими и болезненными ни были методы Павла по отношению к жертвам, на первом месте для него всегда была безопасность процесса. Он был горд тем, что все его инструменты, как и все помещение, были стерильны, как в настоящей больнице, в которой он бывал в детстве.

Катя сглотнула, увидев в руках мужчины сверкающие иглы разной длины и толщины. Значит, он не шутил про пирсинг! От этой мысли по всему телу девушки проскользнули мурашки, которые сразу же заметил Павел. Он перевел взгляд на нежно-белую кожу девушки и с трудом поборол в себе желание взобраться на нее сейчас же и вонзить в нее не иглу, а свой жаждущий секса член.

Но нет! Эта красотка должна подарить ему другой вид удовольствия: тот, от которого он балдел, видя ужас и слушая крики боли от своей очередной Наташи. Это удовольствие иногда заставляло его член эякулировать безо всякого физического контакта, только при мысли о том, как цвет этой белоснежной кожи будет контрастировать с алым цветом крови, такой густой и такой ароматной. И снова Павел вздрогнул, ощутив в паху напоминание о сильнейшем сексуальном желании.

– Какую иголочку мы выберем для твоих сосочков? – спросил Павел, протягивая упаковку с иглами под нос Кате, как будто от ее выбора будет зависеть результат его решения.

Пленница ничего не ответила, а ее зрачки расширились от волны окутавшего ее страха и чувства безысходности.

– Ты молчишь? – усмехнулся Павел и, положив набор иголок рядом с собой, потянулся к коробке с одноразовыми медицинскими перчатками. Она аккуратно надел их, его лицо при этом было таким сосредоточенным, как будто он собирался делать операцию по трансплантации жизненно важных органов, а не простые дырки в коже.

Катя молчала, напряженно наблюдая за руками мужчины. Они уверенными движениями разорвали одноразовый пакет с иглами, после чего Павел высыпал иголки в металлический поддон. Они со звоном посыпались, сталкиваясь друг с другом, а в ушах Кати их звон напоминал звуки похоронного марша.

Павел отошел к шкафчику в двух шагах от стола, а Катя приподняла голову, обдумывая, как можно использовать его отсутствие и расправиться с ним до того, как он приступит к своему грязному делу. Несмотря на сильный страх, она всерьез раздумывала, что должен быть способ спасения и возможно, она что-то упускает.

Дыхание девушки участилось, а пульс с грохотом отзывался в ушах, настолько тяжелыми были ее мысли. Она нерешительно потянулась к поддону с иглами, чтобы схватить самую большую и острую и воткнуть ее в глаз этому маньяку или, по меньшей мере, в его шею. Она дотронулась до поддона, и иголки зазвенели в нем, заставив Павла обернуться и метнуться в сторону Кати.

– Ах ты дрянь неблагодарная! – выкрикнул он и снова залепил ей пощечину, от которой звон в ее ушах стал еще громче. После этого он решительными движениями приковал ноги девушки к столу, и затем сделал то же самое с ее руками. Катя потеряла всяческую надежду на спасение, теперь ей оставалось только со стороны наблюдать, как ее будет линчевать этот ужасный человек.

Павел снова отошел к шкафу, но продолжал все время оглядываться, контролируя каждое движение Кати.

– Дрянь! – снова громко произнес он, роясь в шкафу. – Еще немного, и ты бы совершила самую большую ошибку в своей жизни. А теперь ты будешь получать кайф, которого могла лишить себя, если бы воспользовалась иглой не по назначению.

Павел вернулся к столу с небольшой коробочкой в руке. Раскрыв ее, он снова сунул ее содержимое под нос Кате, демонстрируя десятки серебряных колечек, некоторые из которых были украшены разноцветными камнями. Он поежился, представляя себе, как он будет медленно и с огромным удовольствием протыкать нежную кожу девушки, слыша легкие звуки надрывов упругой кожи, из которой будет струиться кровь. От этого предвкушения его член снова завибрировал в узких трусах, пытаясь вырваться на волю и вонзиться в горячее лоно жертвы.

Павел аккуратно дотронулся до тела Кати и на секунду залюбовался ее маленькой грудью, на которой миниатюрными яркими пятнами выделялись темные соски. Он дотронулся до одного из них, слегка сжав пальцами и почувствовав напряжение во всем девичьем теле. Потом он обработал кожу на груди и под ней антисептиком и взял из металлического поддона иглу, которой пользовался для проколов сосков.

Медленно он коснулся кончиком иглы соска и посмотрел в лицо Кати, пытаясь разглядеть в нем ту единственную, которая будет способна стать его королевой. Ту, которую он сможет любить и способную любить ответно. Ему так хотелось видеть в нем свою Наташу. Его окутало сладостное предвкушение, после чего он резко и уверенно проколол кожу девушки.

Катя непроизвольно вздрогнула, после чего громко закричала, пытаясь освободить руки и ноги из оков. Павел видел, как кожа под ее левой грудью пульсирует от ударов сердца, скорость которых увеличилась в несколько раз. Красивая и яркая струйка крови скатилась по груди и укатилась в район подмышки.

Он улыбнулся и пальцем, одетым в перчатку, смахнул струйку, а потом сунул палец в рот. Это было ни с чем не сравнимое чувство удовлетворения, от которого он сходил с ума, ощущая жажду еще большей крови. Выбрав из коробочки кольцо с ярким зеленым камнем, в цвет ее глаз, он надел кольцо и застегнул его, после чего вытащил иглу из соска.

Следующие проколы также сопровождались ее криками, стонами и струйками такой вкусной и такой возбуждающей алой жидкости. Вдевая кольцо за кольцом, Павел специально касался стоящим членом то бедра, то голени девушки, давая ей понять, как сильно он хочет ее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.