Константин Калбазов
Пандора. Карантин

Пролог

Старик с отвислыми щеками на исхудавшем сморщенном лице и тонкими синюшными губами молча взирал на открывающуюся его взору панораму. Было на что посмотреть. Бухта Фор-де-Франс, со снующими парусниками, моторными яхтами и морскими судами, – поистине прекрасное зрелище.

Отсюда, с высоты четырнадцатого этажа штаб-квартиры фармацевтического концерна «Терри» на Мартинике, он мог наблюдать и свою парусную яхту. Морская стихия – одна из его страстей. Пока она для него недостижима. Но он умеет ждать. Осталось немного. Все уже готово для того, чтобы он возродился как птица-феникс. Однако время еще не пришло.

Ему надлежит завершить свой бренный земной путь, наполненный сегодня болью и страданиями. Это дань его любимой супруге, покинувшей его двадцать лет назад, незадолго до того как люди обрели практически вечную жизнь. Не все, а только избранные, но какое это имеет значение, если он как раз и входит в их число.

Осознав появившуюся возможность обмануть костлявую, он дал себе зарок, что не предаст память Элен и проживет свою первую жизнь ровно столько, сколько отмерено природой. В Бога он уже давно не верил, ибо если он есть, то как может молча взирать на всю грязь и несправедливость этого мира.

Про Джозефа Терри можно было сказать многое. И сколь бы ужасны ни были предположения, слухи и домыслы, по большей части это было правдой. Он слыл жестким и даже жестоким, целеустремленным, без тени сомнений шагающим по головам и даже трупам своих конкурентов. Но Джозеф Терри всегда держал свое слово. Даже если давал его опрометчиво.

И он был намерен сдержать обещание, данное Элен, которого она никогда не слышала, ибо в потусторонний мир он не верил. Но он дал его себе. Опрометчиво, необдуманно, еще не зная, куда заведет научно-технический прогресс, но дал. А себя обмануть невозможно. Пусть все вокруг пресмыкаются – все это чушь, если в тебе нет самоуважения.

Именно по этой причине он сейчас не наслаждается молодым крепким телом. Не стоит на палубе яхты, приведенной в полный порядок и ожидающей своего обновленного хозяина. Вместо этого его иссохшее безвольное тело приковано к инвалидному креслу, голова мелко трясется, слабый голос дрожит, а со слезящимися глазами не может ничего поделать даже нейросеть новейшей разработки. И еще эта изматывающая и накрывающая с завидным постоянством боль.

Сто два года. Есть масса примеров долгожителей куда старше его. Но тут уж ничего не поделаешь. Сколько отмерено. Да и то, если бы не старания ведущих медиков планеты, он уже давно лежал бы в сырой земле. Оно и не помешало бы. Но… Он всегда был борцом и дрался до последней возможности. В этом был весь Джозеф Терри, глава одного из крупнейших фармацевтических концернов в мире.

Он развернул кресло, едва расслышав шорох отъехавшей в сторону двери. Проехал пару метров по паркету и остановился точно посредине своего рабочего стола.

– Проходи, Осборн. Присаживайся, – предложил он моложавому мужчине, указывая иссохшей рукой на один из стульев у приставного столика.

Профессор Нельсон был весьма примечательной личностью, не вязавшейся с научной деятельностью. Этого лысого пятидесятипятилетнего мужчину среднего сложения, с едва наметившимся брюшком, отличало завидное жизнелюбие. Начиная с того, что он любил хорошую кухню, и заканчивая тем, что в штате его лаборатории являлся единственным мужчиной, не считая охраны.

Все его сотрудницы, включая даже лаборанток, неизменно прошли через его постель. Но при этом Осборну удавалось буквально виртуозно обращаться со своим гаремом, сохраняя мир, порядок и высокую работоспособность. Он ничуть не тушевался шуток по этому поводу, с легкостью парируя это тем, что в жизни его подчиненных есть только один мужчина и он никогда не станет виной их душевных волнений. А раз так, то у них есть все основания без остатка отдаться науке. Может, он и прав. Во всяком случае, результаты впечатляют.

– Джозеф, мы сделали это! – сияя, как новенькая монета, едва не выкрикнул профессор, присаживаясь на указанное место.

– Я так понимаю, у тебя есть вакцина… – Тонкие синюшные губы главы концерна тронула хищная улыбка.

– Есть.

– Это точно?

– Не будь это так, я не врывался бы к тебе в кабинет. Испытания показали стопроцентный результат. Остается выяснить, как поведет себя «Пандора» в естественной среде. Ну и вакцина, разумеется. Ты обещал…

– Я помню, что я обещал, Осборн. А ты, похоже, забыл о том, что я всегда держу свое слово. Дело было за тобой. Вирус без защиты – обоюдоострое оружие.

– Но теперь защита есть.

– Значит, будут и полевые испытания. Со сроками определюсь дополнительно, – дрожащим голосом заверил Терри. – Кстати, а где же пробирка с вакциной?

– Никогда не думал, что ты падок на визуальные эффекты. Что изменилось бы, представь я перед тобой ампулу с вакциной?

– Меня интересует лишь устойчивость препарата. Есть причина, по которой вакцина осталась в стенах лаборатории?

Многие гениальные, а порой и ужасные, открытия обязаны банальной случайности. Именно благодаря одной из таких группа вирусологов профессора Нельсона сумела получить невероятный образец мутировавшего вируса. Страшный образец, который тут же окрестили «Пандорой».

Эта зараза была способна распространяться просто с поразительной скоростью. Она передавалась через кровь от банальной царапины, половым и воздушно-капельным путем. Ей достаточно было даже попасть на слизистую глаз или осесть на продуктах питания. Один зараженный в крупном международном аэропорту мог разнести ее по всему свету. За пару часов носителями становились все находящиеся на борту самолета.

Но вирус не был неуязвим. Бесконечно долго его можно было хранить только при температуре тридцать шесть и шесть десятых градуса. Плюс-минус две десятые. Жить и мутировать способен только в живом человеческом организме. Вне его или в мертвом теле неизменно погибает в течение нескольких часов. В зависимости от температуры окружающей среды. При отрицательных значениях не замерзал, а погибал.

Встраиваясь в ДНК, вирус менял ее структуру, превращаясь в неотделимую часть организма. Тот в свою очередь стремительно мутировал, полностью перестраиваясь и являя собой уже совершенно другой вид млекопитающего. Причем не стабильный, а стремительно меняющийся в зависимости от среды обитания и воздействия внешних факторов.

– О нет. С вакциной дела обстоят просто превосходно, – даже замахал руками профессор. – В отличие от самого вируса, ее можно хранить и транспортировать, придерживаясь общих правил обращения с лекарственными препаратами.

– Если это точно… – Терри осекся и внимательно посмотрел на собеседника, дождался утвердительного кивка и продолжил: – Тогда подумай еще раз, что можно сделать с жизнеспособностью «Пандоры».

– Уверен, что полевые испытания подтвердят мои выводы. Вирус достаточно жизнестойкий. Причем даже в условиях низких температур.

– И все же. Я бизнесмен, а эта зараза – товар. И пока неудовлетворительного качества.

– На направлении повышения жизнестойкости вируса у меня задействована отдельная группа, – заверил Нельсон.

– Это хорошо. Кстати, было бы неплохо подумать, как можно его замедлить. Средний инкубационный период в течение двадцати четырех часов слишком мал. Нужен куда больший охват.

– Этот вопрос либо придется оставить на потом, либо увеличить штат лаборатории.

– Увеличивать круг посвященных мы не будем.

– В таком случае люди у меня высвободятся не раньше окончания полевых испытаний, – пожав плечами, произнес профессор.

– Я тебя понял. Отличная новость, Осборн. Спасибо. Порадовал.

– Это моя работа. И будь я проклят, если не страсть.

– А как же девочки?

– Не нужно путать страсть и отдушину, – нарочито покачав указательным пальцем, возразил Нельсон.

– Интересно, как отреагирует твой гарем, если им сообщить о твоем отношении к данному вопросу.

– Только не нужно шантажировать. Это тебе совершенно не идет. Тем более что они и сами относятся к этому столь же практично.

– Ну нет так нет. Если у тебя все… – Терри многозначительно посмотрел на Нельсона.

Профессор понял все правильно и, легонько прихлопнув по столешнице, поднялся со стула. Простился и направился на выход.

«Даррен, ты далеко?» – связавшись со своей правой рукой через нейросеть, мысленно поинтересовался Терри.

«Могу подойти через пять минут». – Ответ его правой руки возник прямо в мозгу.

«Я жду».

«Да, босс».

Даррена Фостера и точность можно было смело назвать синонимами. Прошло ровно пять минут, как входная дверь с тихим шелестом вновь отъехала в сторону, впуская в кабинет мужчину в белом костюме. Сорок три года, высок, широкоплеч, с узкими бедрами. Лицо гангстера, ну или тупого громилы, не хватает только темных очков. Но внешность обманчива.

На деле вошедшего отличал живой и изворотливый ум. Он не только ведал всей службой безопасности концерна, но еще и курировал особо важные направления в области исследований, так как безопасность там ставилась во главу угла. Достаточно сказать, что этому человеку удавалось до известной степени противостоять спецслужбам ведущих держав, создавая у тех ощущение полного контроля над концерном. А главное – он был целиком и полностью предан Джозефу Терри.

– Даррен, у меня только что был Осборн. Прибежал и скакал тут козликом. Ему удалось получить вакцину. Впрочем, вижу, что ты не удивлен. Было бы странно, если бы тебе это не стало известно раньше меня, – проскрипел старческий голос.

– Извините, босс.

– За что? За то, что ты отлично делаешь свою работу и всего лишь дал возможность нашему профессору блеснуть самолично? Вот уж не за что извиняться. Но он мне тут плешь проел насчет полевых испытаний. Как обстоят дела с проектом «Карантин»?

– Плешь вам проели куда раньше, чем вы познакомились с Нельсоном.

– Опять? Я не стану расставаться с этим телом по своей воле. Самоубийство – удел слабых. И потом, я обещал Элен.

– Но она не слышала этого обещания.

– Но мы ведь с тобой знаем. Я задал вопрос.

– Все идет согласно графику. Полигон для проекта полностью подготовлен и функционирует. Прошло не без шероховатостей. Но все в пределах допустимого. В настоящий момент осуществляется доставка подопытных. Уже через две недели можно будет начинать.

– Ускориться не получится? Нельсон бьет копытом землю, – дрожащим голосом поинтересовался старик.

– Босс, верный путь добиться сбоев – это начать вносить изменения в уже запущенный механизм. Тем более что, согласно вашему техзаданию, нужен сложившийся и устоявшийся анклав людей. Ну и секретность. Она все усложняет на порядок.

Сказано это было деловитым и ничего не выражающим тоном. Ну разве только проскользнувшая некая озабоченность тем, что его торопят. То же, что под этой обтекаемой формулировкой подразумевались две тысячи человек, его совершенно не смущало. Как и уготованная им участь. Оружие, а именно оно оказалось в руках вирусологов концерна, должно пройти полевые испытания. И учитывая его специфику, лучше их провести в условиях карантина.

– Я тебя понял, Даррен. Две недели, – откидываясь на спинку кресла, устало произнес старик.

– Босс.

– Да, Даррен?

– Вы так любили вашу жену. У вас есть материал. Так отчего бы не клонировать ее.

– Думаешь, мне эта мысль не приходила в голову? Но я ведь любил далеко не только ее тело. С другим разумом это будет уже совсем другой человек. Не моя Элен. К сожалению, нейросети появились слишком поздно. Будь при ее жизни хотя бы опытный образец – я непременно попытался бы. Но… Было слишком поздно. Ладно, дружище, не трави мне душу. Вот поднимусь обновленным – и обещаю: первое, что мы сделаем, – это завалимся вдвоем к девочкам.

– А как же Элен?

– Я-сегодняшний останусь ей предан до конца. Обновленный, с тем же разумом, багажом знаний и жизненным опытом, я все же стану иным. Тем, у кого никаких обязательств перед ней не будет.

– Уверены?

– Я на это надеюсь. А иначе к чему тогда нужна молодость.

Глава 1
Остров

Дмитрий стоял на одном из верхних мостиков небольшого грузового судна, подставившись легкому дневному бризу. Тот приятно холодил спину под легкой рубашкой. Хотя-а… В общем и целом все одно жарко. Тем более если из пусть и мягкой, но все же зимы Кавказа ты вдруг оказался в тропиках.

Рука в очередной раз скользнула к карману шортов и извлекла уже влажный платок. Утер пот с лица и вернул его обратно. Признаться, он сейчас с куда большим удовольствием спустился бы в каюту, пусть и приходилось ее делить с тремя попутчиками.

Помещение небольшое, сродни купе вагона, разве чуть длиннее из-за наличия платяных шкафов. Ну и еще вторые ярусы явно добавили: больно уж полки отличаются от коек внизу. Наверняка нарастили в связи с увеличением числа пассажиров. Впрочем, для семидневного путешествия это мелочь. В поезде приходилось трястись и подольше, и простора куда меньше. Зато в каюте имеется кондиционер.

С другой стороны, нечего ему там делать. Это конечный пункт его первого морского путешествия. «Роза» втягивалась в узкий проход, за которым открывалась обширная голубая лагуна. Она отделена от океана множеством мелких островов и песчаных банок. Посредине довольно крупный остров. Или это ему так только кажется. Просто раньше как-то не доводилось бывать в подобных местах, а потому он не в состоянии оценить масштаб. Но выглядит весомо.

Фарватер виден отчетливо. Тут даже не нужно быть лоцманом, чтобы провести судно, не зацепив дна. Если ты умеешь управлять судном, достаточно просто придерживаться темно-синей полосы, ведущей вглубь лагуны. Кстати, уже отсюда было видно, что темная вода вскоре начинает расходиться вширь. Правда, сомнительно, что столь уж вольготно.

Дмитрий много читал о море. Причем далеко не только художественную литературу, но и познавательную. К примеру, мог на коленке соорудить секстант и определить координаты. Хобби у него такое. Но, впервые увидев морскую гладь воочию, был разочарован. Никакой магии не случилось. Оказалось, что он человек сугубо сухопутный. Правда, это ему не мешало читать, познавать и постоянно думать о море. Вот как хотите, так и понимайте.

Судно миновало мыс, скрывавший панораму берега, и Дмитрий поспешил вооружиться сорокакратным монокуляром. Из недорогих, но заявленным характеристикам вполне соответствует. Линзы пластиковые, и китайское изделие прослужит недолго. Но цена такова, что и потерять не жалко.

Вдоль берега вытянулся поселок, к которому с востока подходит грунтовая дорога. До окончания строительства асфальтировать ее, скорее всего, никто не будет. Все одно разобьет строительная техника. А кому нужны лишние хлопоты и траты. Вот когда закончат, тогда совсем другое дело.

Дальше на запад заметна обширная стоянка этой самой спецтехники, также лишенная облагороженного покрытия. Кстати, заметно только с дюжину единиц. Впрочем, завоз все еще продолжается. На «Розе», кроме контейнеров с грузами, сейчас находится экскаватор, бульдозер, пара больших самосвалов и два миксера и несколько машин куда более скромных размеров, но не менее значимых для стройки.

По грунтовке на восток, вздымая шлейф пыли, пробежал квадроцикл, следом пикап, а навстречу им небольшой автобус. Впрочем, последний, едва миновав стоянку техники, пылить тут же перестал. Дальше шла новенькая асфальтированная дорога. Наверное, посчитали, что пылить в жилой зоне все же не стоит.

Миновав стоянку, белый салон автобуса начал мелькать среди новеньких, с иголочки, сверкающих белизной домиков поселка. Тот тянулся по обеим сторонам дороги вдоль берега, с разрывом напротив порта, ну или причала, с прилегающей обширной площадкой.

От западной окраины этого разрыва отходил мол с дорогой к причалу, имеющему длину около восьмидесяти метров. Вполне достаточно для небольших грузовых судов, заходящих в гавань. Зато площадка под грузы имела куда более солидные размеры: эдакий квадрат двести на двести метров.

На краю, что ближе к берегу, расположилась пара ангаров и модульное административное здание эдакого мини-порта. Кстати, причал явно не новодел – поросшая водорослями бетонная стенка со сколами. Старый, но все еще пригодный асфальт, с проросшей в трещинах травой. Это никак не вязалось с бросающейся в глаза новизной во всем остальном.

Впрочем, никакой загадки. Остров раньше был обитаем. Но лет пять назад вулкан на нем вдруг ожил, и хотя лава пошла по противоположному склону, жители поспешили воспользоваться ситуацией и убрались отсюда подальше.

Раньше население острова составляло порядка ста человек. И, как говорили представители компании, они просто воспользовались выгодной ситуацией. Получили статус беженцев, а как следствие – новые дома и пособия. Это не считая благ цивилизации. Сам же вулкан опасности не представлял.

И Дмитрий был склонен верить этому. Уж больно крупные средства вкладывались в это место. Причем не просто так, а с серьезным намерением создать здесь зону отдыха. Эдакий тропический рай. Вот сомнительно, чтобы люди, ворочающие столь серьезными капиталами, не озаботились исследованием сейсмической активности. Так что тут он был спокоен. Хотя странностей все же хватало.

К примеру, работодатель вдруг решил облагодетельствовать всех своих работников нейросетями. Не бесплатно, конечно. Но тысяча рублей, да еще и в рассрочку на полгода, с частичным вычетом из зарплаты… Нет, понятно, что на рынок выходит новый игрок, и по сути они стали участниками рекламной акции. Но не настолько же дешевле.

Для понимания. Установка этого девайса стоит минимум десять тысяч рублей. При том что средняя цена однокомнатной квартиры в России составляет пятнадцать. Тысяча – это вообще ни о чем.

Да, продукт активирован только частично и не имеет возможности подключения к спутниковой системе всемирной паутины. Из баз только то, что нужно по специальности, плюс английский язык. Но активировать нейросеть не так чтобы и дорого. Что же до баз знаний, то их в любом случае пришлось бы загружать самостоятельно и за свой счет.

В то, что они столкнулись с каким-то контрафактом, Дмитрий не верил. Во-первых, не та область, и подделки сюда еще не добрались. А во-вторых, все работало нормально, и никакого дискомфорта он не ощущал. Словом, если и нужно было бояться, то четыре дня назад, когда пришла его очередь посещения судового медпункта, с довольно профессиональным персоналом.

Но все же странно. Ладно он: Нефедову предстояло стать мастером участка, и необходимость установки нейросети ему хоть как-то можно объяснить. Но зачем это простым рабочим? Куда проще набрать их из одноязычных, и никаких проблем.

Все необходимые данные по стройке можно закачать в копеечные наладонники, способные хранить терабайты информации. Специальность же… Вообще-то здесь все специалисты в своей области. Иных и нанимать-то не стоит. И даже сегодня, в век цифровых технологий, на стройках предпочитают работать с чертежами, отпечатанными на бумаге. Да, да, строители те еще консерваторы.

Ну вот к чему, к примеру, нейросеть Ваське Носкову? Он и так все время пропадает в игрушках, а эдак и вовсе поселится в виртуале. Уже сейчас ходит и стонет, когда же они отработают контракт и вернутся домой. Твердит, что после этого завяжет со строительством и напрочь обоснуется в игровом мире, где сможет стать кем угодно и зарабатывать достаточно, чтобы больше не глотать пыль.

Еще лет тридцать назад многие фантасты писали о виртуальных мирах и капсулах, посредством которых эта самая виртуальность достигалась. На деле этот путь оказался тупиковым. Лишь непосредственный контакт с мозгом позволяет добиться полного виртуального погружения со всеми тактильными ощущениями. И такую возможность предоставляет только нейросеть.

– Дим, ты чего как пыльным мешком пришибленный? – легонько толкнул его в плечо Лева.

Этот здоровяк отличался добродушием в отношении своего круга и недолго раскачивался, чтобы врезать в морду кому со стороны. Конечно, сам не задевал, но и не спускал наглости. Причем ничуть не задаваясь вопросом, во что это может вылиться.

Было дело, будучи ярым болельщиком футбола, в прошлом, две тысячи сорок девятом году поехал на чемпионат мира в Болгарии. Ну и слишком бурно радовался победе над голландцами. Тем это не понравилось. Н-да. Потом не понравилось то, как с ними обошелся русский медведь. Пришлось Дмитрию срочно лететь в Софию и вызволять работничка из кутузки.

– Да вот не сходится что-то никак. Нейросеть эта ни к селу ни к городу.

– Ты же вроде был рад. Обрисовывал нам перспективы от ее установки. Образование, получение всевозможных специальностей, востребованность ее обладателей при трудоустройстве.

– Все так. И на работу с руками-ногами. И программу университета, которую я постигал пять лет, можно пройти за полгода. И не нужно лопатить справочники, а достаточно только разложить все по полочкам у себя в башке да пользоваться. Но…

– Что не так? – слегка разведя руками, удивился Лева.

– Мне не дает покоя то, что нам велели отправить домой наши наладонники и вообще любую электронику.

– Ну вообще-то они объяснили это коммерческой тайной.

– Ну да. Ну да. Разом ворваться в туристический бизнес, произвести эффект разорвавшейся бомбы, а не раскручиваться постепенно. Да только как-то все это…

– Дима, ты кто по жизни?

– В смысле?

– В смысле не последний выпускник престижного университета, инженер-строитель и отличный специалист. Но все, на что тебя хватило, – это сбить в комплексную бригаду пару десятков обормотов вроде меня. И ты действительно думаешь, что можешь учить тех, кто ворочает десятками и даже сотнями миллионов? Остынь, Дима. Ну чего ты себя накручиваешь.

– Да бог весть. Не нравится мне это, и все тут. Тропический остров, голубая, мать ее, лагуна, белый песок и синее небо. А на душе погано. И с Ниной никакой связи.

– Вот с Нинки и надо было начинать.

– Да не в этом дело.

– Ну да, расскажи, – отмахнулся приятель. – Вот скажи, Жора – он что, и впрямь подсуропил бы тебе эту работенку, если бы почуял гнильцо? Мне он таким не показался. Так что выдохни. И вообще, если у них тут все с виду так кучеряво, может, и бар с пивом найдется. А то и впрямь просто райский остров какой-то. Грешно не выпить.

Кириллов Георгий, друг и однокашник Дмитрия, неплохо устроился в Москве. Помогли связи его отца, который особых высот не достиг, но знакомства и связи заводить умел. А главное, умудрялся добиваться к себе уважения. Другой на его месте непременно развернулся бы. Но дядя Женя предпочитал скромно заниматься своей гостиницей и никуда не лезть. А вот сына пристроить удалось. Причем в Москву.

Надо сказать, несмотря на блат, Георгий и впрямь был стоящим специалистом, а потому полностью отрабатывал свою зарплату. Ну и двигался по карьерной лестнице. Надо ли говорить, что уже через год он перетянул Дмитрия к себе. Да только, будучи знающим свое дело, молчать Нефедов не умел. И уж тем более когда ему пытались указать его место.

Из фирмы он вылетел с треском. Едва и Георгия за собой не уволок. Но набрался наглости и, пробравшись в дом гендиректора, поговорил с ним по душам. Нет, морду он ему не бил. А именно поговорил. Как результат, тот при Нефедове позвонил Кириллову и сообщил, что друг его, конечно, чудак на букву «м», но в отношении Георгия начальник все же погорячился. После гендиректор выставил незваного гостя вон. В смысле попросил уйти.

Дмитрий вернулся в родной город, сбил комплексную бригаду, оформил ИП и трудился на ниве строительства. Конкуренция на частном рынке серьезная, качеству зачастую предпочитают дешевизну. Средств на то, чтобы организовать что-то свое, у него не было, как и возможности взять кредит. Обзавелся семьей. Словом, вроде не шиковал, но и не бедствовал.

Две недели назад позвонил Георгий и сообщил о фирме, набирающей строителей. Причем предпочтение отдают уже устоявшимся бригадам. Год работы за рубежом. Перспективы более чем радужные. Прейскурант стоимости выполненных работ впечатлял. Оговорки насчет качества и трудовой дисциплины не пугали.

И вот они на палубе судна, вползающего в голубую лагуну. Перспективы, сомнения и даже опасения, но в то же время надежда на то, что все страхи ложные. И что ему за этот год все же удастся заработать втрое против прежнего, вернуться к семье, обнять жену, сына и дочь.

«Роза» довольно споро пришвартовалась к причалу. Признаться, Дмитрий ожидал, что этот маневр займет куда больше времени. Все же не яхта какая, а грузовое судно. Пусть и небольшое, порядка восьмидесяти метров в длину. Но, пожалуй, большим судам тут делать нечего. Лагуна обширная, до окружающих ее островов и банок порядка двух километров. Но все это мелководье, во всяком случае для судов. Глубокая же вода в ширину меньше пяти сотен метров. Входной фарватер и вовсе не больше полутора сотен.

Еще не опустился трап, как на пристань начала подъезжать техника. Первым на площадку вполз массивный и приземистый автокран. На полсотни тонн, а может, и больше. Портовый кран тут отсутствовал. А ты поди сними чем поскромнее тот же кубовый экскаватор. Корабельная стрела, похоже, этот груз точно не потянет. Не выглядит она внушительной.

Следом подтянулись пять небольших автобусов, готовые принять две сотни прибывших пассажиров. При виде их на губах Дмитрия появилась улыбка. Потому что он узнал российские автобусы ПАЗ. Отечественный автотранспорт – на чужбине нечастое явление, скорее уж редкое. Русские вроде как наконец научились делать качественные машины, но конкурировать со старыми и проверенными марками им сложно, а те и не думают уступать свои позиции.

Но что-то маловато автобусов-то. На борту «Розы» прибыло двести четыре человека. И на всех там явно мест не хватит. Если только стоя. С другой стороны, ничего страшного, прокатятся немного стоя, не развалятся.

Хм. Ну куда же без них-то. Вот и доблестная полиция пожаловала, на «гелендвагене». Машина не новая, как и вся техника, но вполне бодренькая. Цвет белый, с синей полосой по борту и соответствующей надписью. Окна заднего отсека затемнены и, скорее всего, зарешечены. Интересно, а чем этим не угодил русский УАЗ? Между прочим, авто очень даже на уровне. Дмитрий не жалуется. К тому же проходимость выше всяческих похвал. Вот этот «мерс» нервно курит в сторонке.

Двери распахнулись, и на асфальт ступили четверо полицейских, в синей форме, угловатых фуражках и неизменных солнцезащитных очках. При виде их молодой Василий даже присвистнул.

– Модификанты припожаловали.

– С чего ты взял, малой? Мужики как мужики, – усомнился Лев.

– Да ты на них погляди. Видишь, как двигаются. Что твои хищники.

– Они, поди, не меньше твоего в игрушки режутся, вот и научились выделываться, – продолжал гнуть свое Денисов.

Дмитрий окинул их взглядом. Четверо. И впрямь двигаются так, словно в любой момент готовы броситься на противника. Сбитые тела, обтянутые синими рубашками. Сильные руки с узлами мышц. Никаким бодибилдерам и не снилось то, что могут сотворить наномодификаторы, перестраивающие тело.

Правда, препараты эти не просто дорогие: их не достать. Только силовики их и пользуют, да и то не все подряд. Сбылась давняя мечта о солдате, не ведающем усталости. Разрабатывавшиеся экзоскелеты сейчас пылятся где-то в хранилищах лабораторий, так и не обретя жизни: вопрос с энергетической установкой так и остался нерешенным.

Зато нанотехнологии с этой задачей справились. Правда, наномодификаторы сами по себе могут нанести только вред. Тут помимо них нужна еще и нейросеть со специальным программным обеспечением. Иначе, выйдя из-под контроля, они такого наворотят, что современная медицина будет попросту бессильна. Так что, если Васька не ошибается, не простые это ребятки.

Н-да. А обвешаны-то, обвешаны. Справа кобура с пистолетом, слева и на животе – с шокером. Только бы не перепутали, случись какая беда. Подсумки с наручниками, радиостанцией, газовым баллончиком и демократизатором, в смысле резиновой дубинкой. И все это на весьма крепких ребятах.

Серьезно тут подошли к вопросу правопорядка. Только бы без перегибов. Нефедов невольно скосил взгляд на Денисова. Этого уж не раз приходилось выковыривать из полиции. Плохая тенденция. А эти ребятки, по виду, шуток не понимают. От слова «совсем».

Ага. И еще один встречающий. На этот раз сугубо штатский. На пристань выкатил пикап «шевроле». Небольшой открытый багажник, ну или грузовая площадка. Четырехдверная кабина. Выглядит авто очень брутально и наверняка оборудовано кондиционером. О последнем Дмитрий подумал с тоской. Интересно, он вообще сумеет тут акклиматизироваться?

А вот водитель подкачал. Мужчина среднего роста, под пятьдесят. Вроде и худой, но в то же время явственно наметившееся брюшко. Из-под бейсболки выглядывают седые волосы, выбеленные усы, на носу очки. Смотрится не грозно, но держится уверенно, как человек, имеющий право распоряжаться.

– Я – сержант местной полиции Лацис. Сходим по одному. Представляем свои идентификационные карточки. После чего отходим вправо и ждем. Дальше вас будут выкликать по именам и рассаживать по автобусам. Сразу говорю, мест всем не хватит, но ехать недалеко, так что постоите, не развалитесь, – едва опустили трап, заговорил рослый полицейский.

Квадратная челюсть, солнцезащитные очки, бугрящиеся под облегающей синей рубашкой узлы мышц. Характерная угловатая фуражка совершенно не подходит к его облику, кажется лишней и даже чужеродной. Вот берет или армейское кепи – те да, пришлись бы к месту. Но в настоящий момент эта машина для убийства представляет органы правопорядка.

Дмитрий подхватил сумку со своими вещами и наконец ступил на трап. Признаться, хотя он и много читал о море, интересовался кораблями, баркасами и лодками, был искренне рад наконец покинуть шаткую палубу.

Едва ступив на асфальт, он вдруг ощутил толчок. Поначалу даже растерялся и бросил взгляд на вершину горы с кратером вулкана. Но потом сообразил, что так его приветствует земная твердь, от которой он успел отвыкнуть за прошедшую неделю.

– Карту, – послышался нетерпеливый голос низкорослого полицейского.

– Пожалуйста, – протянул Дмитрий ему кусок пластика с оттиснутыми его именем и фамилией.

Едва приметив ее синий цвет, парень бросил через плечо:

– Мистер Джонстон, ваш прибыл.

Взял карточку, приложил к считывателю. Удовлетворенно кивнул и указал в сторону направившегося к ним того самого мужчины из пикапа.

– Вас встречают, мистер Нефедов.

– Это какая-то ошибка, – пожав плечами, попытался было возразить Дмитрий.

– Никакой ошибки, сэр. Вы входите в состав руководства строительства. Проходите, сэр. Не загораживайте проход.

– Здравствуйте, Дмитрий Викторович, – явно запнувшись на отчестве, произнес подошедший. – Меня зовут Дэвид Джонстон. Я руководитель проекта.

– Не стоит утруждаться с отчеством. Просто Дмитрий, – пожимая протянутую руку, произнес Нефедов.

Общаться получалось с трудом. Сначала нейросеть переводила сказанное на русский, потом он формировал ответ, в голове создавался ответ на английском, который он и повторял в меру своих способностей. Прекрасно сознавая, насколько коверкает непривычную речь.

– Хорошо. Прошу следовать за мной, – указывая в сторону своего автомобиля, предложил мужчина.

– Я лучше с ребятами, – попытался было возразить Дмитрий.

Однако натолкнулся на строгий взгляд и предпочел не вступать в препирательства. Джонстон даже не предпринял попытки перехватить сумку вновь прибывшего, да оно в общем-то и понятно. Не водитель, а можно сказать, высшее руководящее лицо на этом острове. Вообще удивительно, какого ляда сам приехал. Может, просто скучно сидеть на этом острове.

– Дмитрий, давайте сразу договоримся. Вы прибыли сюда на должность мастера участка и входите в руководящее звено. А потому никакого панибратства. Вам платят высокую зарплату не за то, чтобы вы нравились рабочим, а за то, чтобы они своевременно и качественно выполняли свою работу. И для этого ими нужно руководить. Поверьте, они же потом вам и «спасибо» скажут, – устраиваясь за рулем, произнес Джонстон.

– Не вижу ничего плохого в том, чтобы общаться со своими парнями накоротке. Мы вместе уже не первый год, – забросив сумку в кузов и устраиваясь рядом, возразил Нефедов.

– Подобное общение не возбраняется. Но только в неформальной обстановке и так, чтобы это не роняло вашего авторитета в глазах окружающих. Там, где рабочий перестает видеть руководителя, начинается бардак.

– Я учту это.

– Очень на это надеюсь, – запуская двигатель, произнес Джонстон. – Дмитрий, вам не говорили, что ваш английский ужасен? – вдруг ни с того ни с сего с улыбкой поинтересовался американец.

– Уверен, что ваш русский ничуть не лучше, – слегка разведя руками, ответил он.

– То есть вы пользуетесь онлайн-переводчиком?

– Именно.

– Ничего. Благодаря нейросети вы очень быстро заговорите. Хотя от акцента все же не избавитесь, как ни старайся, – наконец трогаясь с места, произнес новоиспеченный начальник.

– Мистер Джонстон…

– Когда мы одни – Дэвид. Я не стараюсь вам понравиться, Дмитрий, но и причин для излишнего официоза не наблюдаю.

– Дэвид, мне непонятна одна деталь. Этот остров, по идее, должен быть во французской юрисдикции.

– Так и есть.

– Но нам загрузили базу с английским языком.

– Ничего удивительного, коль скоро заказчик англоязычный. А так – меня, признаться, этот малый Вавилон тоже озадачил. Но ответов ты у меня не найдешь.

– Ну а как быть с нашими бравыми полицейскими? Мне показалось, что они модификанты.

– Не показалось. Так и есть. Дело в том, что эти ребята не совсем полицейские. Или совсем не полицейские. Как и двадцать шесть их товарищей. Они служат в частной военной компании, здесь по контракту.

– И от кого тут нас нужно защищать? От пиратов?

– Скорее уж от самих себя. Народ тут подобрался самый разный.

– И сколько нас собралось на этом острове?

– С прибывшими сегодня – ровно две тысячи.

– Не многовато? Признаться, я даже не представляю, где и как можно задействовать такую прорву народу. Во всяком случае, в ближайшее время.

– Во всем есть свой глубинный смысл. Во-первых, отнимите от этого числа сотню человек обслуживающего персонала, куда входят и три десятка полицейских. Медики, айтишники, электрики, сантехники, продавцы магазинов, бармены, повара, дворники. Рабочие должны заниматься своим делом, а не думать о быте. Во-вторых, отбросьте сотню административного аппарата, без которого никак не обойтись. В-третьих, уберите еще полторы тысячи человек, проходящих сейчас акклиматизацию. В кое число входят и вновь прибывшие. Оставшиеся же поэтапно уже входят в рабочий ритм. Вы подошли с севера, поэтому не видели, что на северо-восточном и юго-восточном побережье уже приступили к земляным работам. Часть техники как раз находится там. В глубине острова имеется асфальтовый заводик, который уже начал функционировать. Дорожники пробили пока только грунтовые дороги, но уже начали укладку асфальтового покрытия.

– Я заметил, – кивая на асфальт, произнес Дмитрий.

– Ну а откуда нам еще начинать, как не с поселков?

– Поселков. То есть этот не единственный? – удивился Нефедов.

– Разумеется, нет. Вы что же, решили, что люди у нас набиты в дома как селедка в бочке? Оно, конечно, не гостиничные номера, но условия вполне приемлемые, – останавливая пикап на площадке перед каким-то модульным административным зданием, хмыкнув, возразил Джонстон. – Помимо этого поселка есть еще два, поближе к строительным объектам – мы их называем Восточный и Южный. Прибрежная полоса порядка двадцати километров, и на всем протяжении планируется строительство целого ряда отелей. Не на головах друг у друга, но и не столь уж вольготно.

– Даже так? А этот поселок по аналогии называется Северным?

– Называйте Северным или Центральным – не ошибетесь. Кстати, все руководство проживает здесь же. На участки добираются самостоятельно.

– А мои где поселятся?

– Тоже в Центральном. Неделька на акклиматизацию – и за работу. Ваш объект будет западнее, в трех километрах отсюда. Доставка на автобусах. Выходите.

– Зачем?

– Здесь располагается серверный центр, где обосновались двое наших айтишников. Надо активировать вашу нейросеть. У них же можно прикупить кое-какие базы. Но ничего серьезного.

– Мне казалось, выход в интернет запрещен.

– Так и есть. Но у нас тут имеется своя замкнутая сеть, которую впоследствии переориентируют на внешнюю. Два ретранслятора выведены на мелкие островки на севере – во-он, видите, вышка с антеннами торчит. Такая же на юге. Центральная на краю кратера вулкана, ее отсюда не видно. Там же находится и сейсмостанция. Есть тут двое работников на постоянной основе, ведут наблюдения за вулканом. Но все за то, что он окончательно утихомирился на очередную сотню лет. Компании этого более чем достаточно, чтобы получить свою прибыль.

Активация заняла всего лишь пару минут. Когда же они вышли, на площадке уже стоял первый автобус с вновь прибывшими. Другие проследовали к баракам общежитий, в которых предстояло разместиться новичкам. Как пояснил Джонстон, постепенно активацию пройдут все.

Это в первую очередь позволяло решить вопрос связи. Теперь нет необходимости в наладоннике, нейросеть полностью брала на себя его функции и даже расширяла их. Правда, невозможность связаться с семьей несколько напрягала. Радовало хотя бы то, что можно будет отправлять видеосообщения на электронных носителях, с приходящими судами. Правда, они неизменно будут проходить цензуру. Руководство компании старалось пресечь любую утечку информации.

Ну, может, и так. Тиски недобрых предчувствий постепенно отпускали свою хватку. Их встретили. Тут налажена нормальная жизнь. Работникам предоставлены все условия, предусмотрен досуг. Учли даже такой аспект, как женское общество. Они составляли едва ли не треть от общего числа обитателей острова. С учетом толерантства, присущего западным державам, удастся выдержать паритет. Это Дмитрий не о себе, а о парнях. Сам-то он кремень. В смысле он на это надеялся, потому что жену свою любил.

Метров триста по улице, и Джонстон заехал во двор типового модульного домика на двух хозяев. Они были выгорожены и отделены друг от друга невысоким заборчиком из штакетника. Единственно, ворот и калитки не было. Посчитали все же перебором. Во дворе половины домика слева стоял точно такой же пикап «шевроле».

– Ну что, сосед, добро пожаловать, – протягивая связку ключей от дома и ключи с брелоком от автомобиля, произнес Дэвид.

– Сосед?

– А ты думал, я вот так встречаю всех своих работников? Только немногих.

– И чем же я сподобился?

– Не использовать свое служебное положение хотя бы в мелочах – глупо, – пожав плечами, произнес Джонстон, выходя из машины. – Не люблю соседей, а потому к их подбору стоит подходить вдумчиво. Все же придется прожить бок о бок больше года. Вот и не селил никого рядом с собой. Все присматриваюсь. Но ты последний специалист.

– А что же насчет отдельного жилья для большого босса? – поинтересовался Дмитрий, выйдя из машины и потянув из кузова свою сумку.

– В этом отношении получился пробел. Строить же жилье за свой счет – увольте. Я здесь, чтобы заработать, а не разбрасываться деньгами.

– Ну а как не сойдемся характерами?

– Поменяю соседа. Согласно контракту, компания обязалась предоставить жилье. Там оговаривается целый ряд условий, которым оно должно соответствовать. Но ни в одном пункте нет конкретного адреса. Ты меня понимаешь?

– Еще как понимаю, – задорно улыбнувшись, ответил Дмитрий.

– Вот и замечательно. – Джонсон взглянул на часы и, удовлетворенно кивнув, подвел итог: – На то, чтобы забросить вещи и осмотреться, пятнадцать минут. Потом выезжаем на обед, и я проведу тебе экскурсию. Свою машину не трогай, поедем на моей. Составишь себе для начала хотя бы общее представление как об острове, так и о масштабах строительства.

– А к чему мне объезжать все объекты?

– Ну, жизнь есть жизнь, мало ли кого скрутит какая болячка. Поэтому у меня принцип: мастера участков должны знать все доподлинно о своем объекте – и в общих чертах о соседних.

– Ясно. Буду готов.

В межевом заборчике имелся проход, но калитка, как водится, отсутствовала. Дмитрий прошел на свою половину, мельком бросил взгляд на белый «шевроле». Хмыкнул и поднялся по крыльцу. Ключ провернулся без труда.

При входе небольшая прихожая. Справа кухня, два на три. Для одинокого постояльца более чем достаточно. Кухонный стол, шкафы, мойка, холодильник, обеденный столик, три стула, тостер, кофеварка и комплект посуды в наличии.

Прямо – дверь в санузел с раковиной, унитазом и душевой кабинкой. Так же все полностью укомплектовано, остается только расставить свои принадлежности. Стояк перекрыт. Но стоило провернуть кран, как тут же зажурчала вода. Пустил струю и с удовлетворением отметил отсутствие какой-либо мути. Пластиковые трубы и чистая местная вода. Или она здесь из опреснителей? Сомнительно вообще-то, но мало ли.

Налево – вход в жилую комнату. Двуспальная кровать. Не сексодром, но и вдвоем будет не тесно. Платяной шкаф, рабочий стол со стулом, стационарным компьютером и принтером.

Нейросеть не панацея. Она обеспечивает массу удобств, но все же не в состоянии заменить полноценный компьютер. На углу пристроился планшет. Ни разу не компактный. Диагональ порядка двадцати дюймов. А что такого, нормальный рабочий инструмент. Ну и про любовь строителей к бумажным чертежам уже говорилось.

Ну тоже, в общем и целом, все просто замечательно. Домик, конечно, не домик, а скорее эдакий вагончик восемь на три. Но жилье отдельное, все удобства в наличии. Есть и водопровод, и канализация, и электричество. Имеется даже кондиционер. Не суперпупер, но со своей задачей вполне справится. Да шикарное жилье! Он на подобное и не рассчитывал.

Иное дело, что жизнь его научила: кому дается, с того и спрашивается. Но он работы не боялся, в своих способностях и опыте не сомневался, так что все страхи побоку. И справится, и заработает, и домой вернется с тропическим загаром.

Оставил в своем новом жилище вещи и направился к соседу. Время вроде еще не прошло, но заняться сейчас решительно нечем. Просто высиживать назначенный срок нет никакого желания.

– Дэвид, – подойдя к двери, позвал Дмитрий.

– Проходи на кухню, – послышался голос из-за двери.

Н-да. Кухню, а вернее обеденный стол, использовали явно не по назначению. Джонстон предоставил время не только Дмитрию, но и себе малость выкроил, чтобы вычистить самый натуральный пистолет. Нефедов не больно-то разбирался в оружии, но этот вроде бы кольт. Хотя он может и ошибаться. Оружие было разобрано на части и разложено на куске ткани.

– Удивлен? – видя его реакцию, поинтересовался хозяин.

– Удивлен, – не стал лукавить Нефедов.

– Кольт-1911, классика. Не какой-то там новодел, а самое настоящее боевое оружие. Конкретно этот – семьдесят три года назад воевал во Вьетнаме.

– Откуда такая точность? Почему не больше и не меньше?

– Это пистолет моего деда. Он был сержантом на той войне.

– А от отца тебе что досталось?

– От отца автомат АК-47, после иракской войны. Настоящий, еще советской выделки. Он остался дома. Лично мой – трофей из Афганистана, стоит в сейфе. – Джонстон заговорщицки указал в сторону жилой комнаты: – Русский Вепрь-308СУ[1], по схеме буллпап.

– Слабость к русскому оружию?

– С точностью у ваших стволов всегда были определенные трудности. Вроде и не кривые, но показатели средненькие. Однако чего не отнять – так это простоты, неприхотливости и большого ресурса. – Говоря это, он начал собирать кольт. – У меня из тридцати пяти единиц семь образцов русские. Кроме названных еще есть винтовка Мосина, ППШ-41, выпущенный, между прочим, в тысяча девятьсот сорок пятом году. Хм, сто пять лет назад. Получается, у моего малыша юбилей. Не подумал. Надо было прихватить, завтра бы и отметил. Н-да. Дробовик МЦ-255М, он, кстати, тоже здесь, и пистолет Бердыш. Редкость несусветная. Да еще и в полной комплектации, со сменными стволами. Он ведь на вооружении только у ваших спецподразделений.

Заканчивал он, уже проходя через небольшую прихожую в жилую комнату и кивком приглашая гостя пройти за ним. Дмитрий не стал ломаться. А заодно и поинтересовался. Ну, раз уж человек стремится понять, что за соседа приобрел, отчего бы и не потрафить ему в любимой теме? Опять же лично Нефедову этот зрелый мужчина пока нравился.

– И много народу приехало сюда со своим оружием?

– Нет. Любителей стволов хватает, но с собой никто не взял. Не захотели возиться с оформлением. А я так понимаю, просидеть на этом острове больше года без моих игрушек будет слишком скучно. Вот и прихватил кое-что.

С этими словами он с гордым видом указал на кустарно сваренный шкаф, стоявший в углу и еще сохранивший легкий налет запаха краски. Местная работа. Сомнительно, чтобы он тащил эту бандуру сначала самолетом, а потом через океан.

Внутри его взору Дмитрия предстали капсюльный револьвер бог весть каких годов. Капсюльное же ружье, или все же винтовка, коль скоро владелец является любителем целевой стрельбы. Винчестер – куда же американцу без оружия, завоевавшего Запад? Револьверный дробовик, знакомый ему из рассказов одного знакомого. Ну и собственно та самая укороченная винтовка по системе буллпап, с оптическим прицелом.

– Это ты называешь кое-что? – Дмитрий даже не старался скрыть своего удивления.

– Ты даже не представляешь, сколько мне пришлось ломать голову над выбором. Я, конечно, не оружейный маньяк, но стрельбу люблю.

– Это заметно. И не лень же было.

– Совершенно не лень. Тем более что я ведь это не на своем горбу нес. Сейф уже здесь сварил. Все же лучше, чтобы оружие было под замком.

– Согласен. Кстати, не совсем понятно, как ты собираешься удовлетворять свою потребность. Что-то я не вижу патронов.

– Обижа-аешь. – Подмигнув, Дэвид поднял край покрывала на кровати.

Н-да. Ну, может, и не маньяк, но патронами запасся изрядно. Лично Дмитрий наблюдал четыре цинка, с чем именно – бог весть, ему видны только зеленые боковые стенки. И никаких сомнений, что в глубине были еще. Кроме этого белые полупрозрачные пластиковые контейнеры, в которых угадывались коробки с патронами. Наверное, к дробовику.

– И ты все это вез из самых Штатов?

– Нет, конечно. Купил в Африке, перед отбытием судна, по бросовой цене. Оружие и боеприпасы там дешевле некуда. Не для местных, конечно. Они при виде одного-единственного доллара готовы танцевать джигу.

– Контрафакт?

– Ни в коем случае. Все фирменное. Кстати, завтра воскресенье. Ты как пострелять? – предложил Дэвид.

– Можно, – не выказав особого энтузиазма, согласился Дмитрий.

– Не охотник и не любитель оружия. Рыбак? – вздернув бровь, поинтересовался Джонстон.

– Тоже мимо меня. На рыбалку выбираюсь, только чтобы выпить и отдохнуть. Снасти зачастую не разбираем.

– Н-да. Тяжелый случай. Ну а стрелять-то хоть умеешь?

– Когда служил в армии, стрелял из автомата и пулемета. Вроде неплохо получалось. Но вот уже тринадцать лет, как вообще не брал в руки оружия. Уже хочешь подыскать нового соседа?

– Пока нет, – пристраивая кольт на крючке и запирая сейф, ответил хозяин. – Для начала навестим завтра стрельбище. А сейчас поехали поедим.

– Можно еще вопрос?

– Спрашивай.

– Ну а МЦ-то почему? У моего знакомого есть такой, так он его только за красоту и держит, без перчатки на левой руке стрелять не может: прорываются газы и обжигают руку.

– Ну, во-первых, я согласен с твоим знакомым, оружие очень красивое и прикладистое. Современные образцы не отличаются эстетичностью. Во-вторых, у твоего знакомого ранний образец, а этот уже модернизированный под систему Нагана. Только патрон нужен правильный. При взводе курка барабан насаживается на казенник ствола. Во время выстрела гильза раскрывается, в результате чего получается полная обтюрация. При очередном взводе барабан соскальзывает со ствола, убирая и гильзу, после чего проворачивается. Чуть сложнее и дороже, но зато каков красавец. А?

– Да. Ружье и впрямь красивое.

Обедали в небольшом уютном кафе. Можно и в столовой, за счет компании. Но с выбором блюд там было откровенно слабо. И вообще казенная еда – она и есть казенная. В кафе же довольно обширное меню. Как оказалось, подобные заведения имеются в каждом из поселков. Разумеется, эти излишества за отдельную плату, благо на счету у рабочих средства имелись, аванс от компании. На острове с банками, конечно, никак, но наличествует своя бухгалтерия и электронная касса.

Молодые супруги не были владельцами кафе. Однако и не платили аренду или какие-либо налоги. Все оборудование им предоставили даже не в кредит, а в рассрочку. Плюс уже имелся проект капитального здания будущего кафе, которое они должны будут возвести за свой счет. Но, признаться, обойдется это все же дешевле. Ну и без всяких там кредитов. За год они вполне сумеют заработать необходимую сумму, после чего обзаведутся собственным бизнесом.

Пообедав в уютной обстановке, Дмитрий ничуть не сомневался в том, что у них это получится. Вкусно, чисто, душевно. От клиентов у них отбоя не будет. Да и сейчас почти все столики заняты. Хозяева едва успевают крутиться. Муж на кухне, жена с помощницей в зале. Но молодцы, дело у них спорится.

В супермаркет заглядывать не стали. Дэвид просто проинформировал, что ассортимент там довольно разнообразный. Разве только нет ничего из скоропортящихся продуктов, боящихся заморозки. Магазин компании, и работает там наемный персонал из трех человек. Но цены не ломовые, загонять работников в долги цели нет. Расчет на здоровую психологическую обстановку. Мало ли кому и что понадобится. Да хоть приготовить что-то самому. В каждом общежитии предусмотрены как общественный санузел, так и кухня с необходимой посудой.

Проскочили мимо вещевого склада. Джонстон только указал на него, уведомив, что в понедельник Дмитрий может получить там комплект рабочей одежды, положенной по контракту. Ну и еще припомнил, что нужно будет навестить контору и расписаться в ведомости за получение автомобиля и на вселение в домик. Для чего проверить все имущество согласно описи, имеющейся на стене в каждой комнате. Инвентарное имущество, за которое Дмитрий несет материальную ответственность. А как же иначе-то.

Глава 2
День первый

Рабочий день на острове делился на два периода. Утренний, с семи и до одиннадцати, и дневной, с пятнадцати до девятнадцати. Чтобы переждать полуденный зной. Обычное дело для южных стран, не говоря уже о тропиках.

Джонстон предпочитал не включать кондиционер и ездил с открытыми окнами, мотивируя это высокой вероятностью подхватить воспаление легких. Заверил, что вскоре Дмитрий акклиматизируется и будет чувствовать себя нормально. А пока предстояло немного потерпеть. Вот он и терпел.

За четыре часа послеобеденного времени они успели объехать по объездной дороге весь остров. Масштабы предстоящей стройки Нефедова по-настоящему поразили. До этого ни с чем подобным ему сталкиваться не приходилось. Оно, конечно, это не его головная боль. Он будет руководить лишь на небольшом отдельно взятом участке. Но ощущение причастности к чему-то значимому грело.

Вернувшись домой, Дмитрий наскоро ополоснулся в душе, отметил для себя, что нужно бы разузнать насчет прачечной самообслуживания. Потому что стиральной машинки в домике не приметил. Стирать же вручную… Нет, если припечет, то станет как миленький. Но к чему такой экстрим?

Приведя себя в порядок, решил навестить своих в общежитии, благо до захода солнца еще часа два. Да и после жизнь не останавливается.

– Привет, Лева. Как устроились?

Едва войдя в полутемный коридор общежития, Нефедов столкнулся с Денисовым. Тот как раз шел из душевой. Одет в спортивные штаны, голый торс, в левой руке мыльные принадлежности, правой вытирал полотенцем влажные волосы.

– Давно не виделись, начальство, – добродушно хмыкнул здоровяк. – Да отлично устроились, Дим. Санузел и кухня общие, но зато есть горячая вода, нужник с сидушкой и кофемашина. Да, в комнатах живем по двое. Вообще класс. Я ожидал худшего.

– Как парни?

– Да все пучком. После того как устроились, я спать завалился. Вот только встал. Остальные – кто куда. Тропики же. Никто из нас в таких местах не бывал. Все Турция, Греция, Болгария. А тут – райский остров.

– А ты что же?

– А мы с Василием думаем забуриться в бар. Обследовать, так сказать, местные достопримечательности.

– Вы или ты?

– Я. Ну и Вася прицепом. А то совсем мозги поплывут у парня. Молодой же, жалко.

Что бы там себе ни думал Джонстон, но Нефедов и не собирался разводить в бригаде панибратство. И вообще накоротке он был только с этими двумя. Со Львом они как-то сдружились, а над Василием на пару взяли шефство.

– Ты как? С нами? – поинтересовался Денисов.

– Легко. Только, Лева…

– Брось, бригадир. Если никто козлить не станет, я смирный как ягненок.

Хм. Кто бы сомневался, что это правда. Но с другой-то стороны, Денисова уговаривать долго не нужно. Чуть не так – в рожу прилетит капитально. Проверено. Кстати, на себе. Они так и познакомились, когда Лева пришел устраиваться на работу. Он только потом сообразил, что приложил потенциального работодателя. Однако Дмитрию понравился этот резкий, но прямой парень, и он взял его с испытательным сроком. За прошедшие четыре года Нефедов ни разу не пожалел об этом, хотя и пришлось несколько раз вытаскивать его из полиции.

– Малой-то где?

– При нем не брякни. Обижается же, – предостерег Денисов.

– Я в курсе, – наблюдая за тем, как взгляд товарища расфокусировался, а сам он слегка подзавис, согласился Нефедов.

– Ч-черт. Непривычно общаться с этой сетью, – подосадовал Лева. – Через минуту будет. Подходит уже.

Угу. У Дмитрия та же беда. Не получается пока привыкнуть. Ну да это дело времени. Кстати, вспомнил и внес Леву в список контактов, отправив ему запрос. Тот только удовлетворенно кивнул и подтвердил заявку.

– Уж не к айтишникам ли бегал? – тем временем поинтересовался Нефедов.

– А куда еще-то. К ним, конечно. О! Вот и он, легок на помине.

– Дима, а это там твоя машина на стоянке? – поинтересовался ввалившийся с улицы Носков, самый молодой в их бригаде.

– Моя, Вася. Моя. Что ты так смотришь, словно это «мерс» последней марки? – отправляя ему запрос на контакт, ответил бригадир.

– Да по местным меркам, считай, «мерс» и есть. Я тут узнавал, рабочим светит взять в аренду только велик, скутер или квадроцикл. Все-о.

Вася обращался с сетью походя, даже не отвлекаясь. Подтвердил запрос на контакт походя, так и не прерывая беседы. Сказывалась большая практика пользования компьютерами.

– Да, здесь того, острова. По местным реалиям этого более чем достаточно, – отмахнулся Дмитрий. – Ну что, нарыл себе игрушку?

– Ага. Нарыл, как же. У них зверские указания, никаких игрушек для скачивания. Иначе штрафы – залюбуешься. Но так нейрокресла присутствуют, они же и для активации нейросетей идут. За отдельную плату по прейскуранту можно приходить после работы и в выходные дни. Но не больше трех часов в день.

– И как же так случилось, что ты не там, а здесь?

– Останься я там – Лева мне холку намылит. У нас же важное мероприятие: пиво греется.

– Не балаболь, молодой. Брысь в комнату и собирайся.

– С собой поселил, что ли? – кивнув в сторону удаляющегося парня, поинтересовался Дмитрий.

– С собой, конечно. У него же вечно ветер в башке гуляет. Вон вишь, куда сразу же поперся?

– Да уж вижу.

– Ладно, я собираться. Зайдешь?

– На лавке обожду.

– Давай. Мы скоренько, – забрасывая полотенце на плечо и направляясь вслед за Василием, произнес Лев.

До бара доехали с комфортом. И если Василий думал, что они будут в этом оригинальны, то сильно ошибался. На стоянке уже стояли четыре точно таких же «шевроле». Разве только номера разные. Не государственной регистрации, местные. Кстати, «три ноля один» был у Джонстона.

Несколько машин приткнулись напротив кафе, что осталось позади. Половина столиков там были заняты. Рабочий день окончен. До захода солнца еще часа полтора. Народ отдыхает. Не принято здесь работать от рассвета до заката. Опять же у большинства обосновавшихся в Центральном сейчас акклиматизация. А значит, они в принципе не работают. Знай себе грей пузо на солнышке.

Бар так себе, ничего особенного. Разделен на две части. При входе имеется площадка, выгороженная камышовой стенкой, под таким же навесом. Легкие пластиковые столы и стулья. Приятная вечерняя прохлада. Жаль только вечерний бриз дует от берега, а не наоборот. Хотя, с другой стороны, если бы с моря, то было бы, пожалуй, сыро.

Само здание бара, как и все местные постройки, модульное. Внутренний зал довольно просторный, с той же пластиковой мебелью. Товарищи предпочли устроиться на площадке. Внутри вроде и кондиционер работает, но в то же время присутствует стойкий кислый пивной запах. А оно ведь как – пусть тебе и нравится курить, но, оказавшись в прокуренном помещении, ты все одно скривишься. Та же ситуации и с пивом. Так что лучше уж на улице.

Площадка и зал в общей сложности вмещали порядка сотни посетителей. Не так чтобы и мало. Тем более что при наплыве это число могло и увеличиться за счет выставленных дополнительных столов уже за пределами бара. Не возбраняется. Здесь строгих правил нет. Главное, чтобы все пристойно.

Ну и с обслуживанием так себе. Со столов еще прибирают две девицы, а вот заказов уже не разносят. Топай к барной стойке и неси к своему столику сам. Ну да оно и понятно, все же пока тут не курорт.

С другой стороны, трудно было ожидать от большой строительной площадки с толпой гастарбайтеров даже такого. И плевать на то, что все эти излишества за отдельную плату. Цены очень даже демократичные. Если что, дома Нефедов наблюдал бары и подороже.

Кстати, заведение существовало тут на тех же условиях, что и кафе. Год на то, чтобы заработать потребную сумму, а затем строительство своего собственного капитального бара. И наблюдаемое Дмитрием было за то, что у хозяина это очень даже получится. Еще не так поздно, а две трети столиков уже заняты. И к гадалке не ходи, вскоре народу набьется сюда под завязку. Если еще и дополнительные столики выставлять не придется. Суббота же.

– Дерьмо. Стоило ли забираться к черту на кулички, чтобы пить порошковую гадость, – отпив глоток, подосадовал Лева.

– Ну тебе же хозяин сказал, что уже через три месяца выдаст пиво собственного приготовления, а там и цикл закрутит, – утешил Дмитрий.

– Угу. Только я даже не берусь сказать, сколько то пиво будет стоить. Не. Ну его к ляду. Я сюда приехал зарабатывать, а не спускать деньги на удовольствия. Да и нормальная моча, блевать не тянет, – подняв стеклянную кружку и глянув на просвет, заключил он.

– И чего тогда зудишь? – хмыкнув, вставил свои пять копеек Носков.

– Васька, за языком следи. Не то прищемлю, – нарочито нахмурившись, пригрозил Лева и отвесил пареньку подзатыльник.

Вроде и шутя. Но получилось громко и чувствительно. Василий даже потер место, куда прилетела лапа товарища. Дело в общем-то привычное в воспитательном процессе этого вьюноши бледного со взором горящим. Денисов называл это перетряхиванием витающих в облаках мозгов или приземлением на грешную землю.

– О! А это еще что за чудо? – Лев в искреннем изумлении уставился на бородатого мужика, опустившегося на свободный стул за их столиком.

Под два метра, немногим выше Денисова, но куда шире в плечах. Правда, в отличие от русского здоровяка, этот успел осалиться и обзавестись пивным брюшком. Что, впрочем, не отменяло ни его схожести с медведем, ни силы, которая легко угадывалась в этом теле. Оно, знаете ли, отличается от просто большого человека.

И вот устроилось это чудо напротив Левы. Нахально уставилось на него и шумно так, с нарочитым вызовом отхлебнуло из своей кружки. Еще и губами пошамкало, прибирая пену с усов и неопрятной бороды, придающей ему некой дикой свирепости.

– Лева, не закипай, – глядя на нахала, спокойно произнес Дмитрий. – Уважаемый, мы можем быть чем-нибудь полезны? – Это уже к незваному гостю.

– У вас, у русских, всегда принято обижать слабых, – не удостоив Дмитрия даже взглядом, пренебрежительно бросил мужик, обращаясь к Леве.

– Эй, ты, борода, я к тебе обращаюсь, – слегка отодвигая от себя кружку, спокойно и твердо произнес Нефедов.

Ну вот не терпел он, когда с ним так-то. Как с пустым местом. Не тот характер. Через это и карьеру в Москве не сделал.

Незнакомец с эдакой пренебрежительной ленцой повернул голову в сторону говорившего. Смерил наигранно удивленным взглядом – мол, что это за букашка тут подает голос. Через столик от них послышался довольный гогот подвыпившей компании. Отчего Дмитрий налился краской. И плевать, что остальные трое немногим уступят этому.

– Дима, остынь. Я разберусь, – попытался разрулить ситуацию Лева.

Хм. Обычно все происходило с точностью до наоборот. Но, как видно, тропическое солнышко напекло всегда уравновешенному товарищу голову. Даже последнему тупице сейчас было ясно, что Нефедов закусил удила.

Росту в нем не так чтобы и очень, всего-то сто восемьдесят сантиметров. Не худосочный, сбитый и подтянутый, руконогодрыжеством специально никогда не занимался, но науку уличных драк в свое время усвоил хорошо. Как и психологию. Так что спускать этой тупой горе мяса он не собирался.

– Взял свою задницу и пошел отсюда, – глядя в глаза бородачу, процедил Дмитрий.

– Ты мне угрожаешь? – вздернул бровь мужик.

– Я тебе говорю то, что ты должен сделать.

– Дима, ну дай лучше я ему накостыляю.

– Сомневаешься во мне, – продолжая сверлить нагло улыбающуюся рожу, произнес Дмитрий, обращаясь к товарищу.

– Нет, – совершенно серьезно произнес Денисов, – но оно тебе не надо. Ты ведь лицо начальствующее.

– И что будет, если я не стану делать так, как хочешь ты? – продолжал гнуть свое этот медведь.

Бесполезно. Слов он не поймет, угроз не испугается. Он банально хочет драки. Но, похоже, полицейские здесь все же не зря едят свой хлеб, а потому этот решил спровоцировать вновь прибывших. Видать, давно здесь и мается от скуки. Ну или ему по жизни скучно без приключений.

Дмитрий прекрасно отдавал себе отчет, что враз эту гору не выключит. Затягивать же разборки – усугубить ситуацию, вполне способную перерасти в крупную драку. Поэтому он ухватил кружку и мгновением спустя, все так же глядя прямо в глаза бородача, опустил ее ему на голову. Глухой удар, треск битого стекла, шорох осыпающихся мелких осколков и звук грузного падения тела. На площадке тут же повисла звенящая тишина.

Продлилось это недолго. Удивленные, а где-то даже испуганные возгласы посетителей. С грохотом и скрежетом опрокидываемых стульев подскочили товарищи поверженного борова. Вот не медведь он ни разу!

Лева также поднялся. Но проделал это с плавной грацией хищника и не роняя мебели. Ни разу не Брюс Ли, но дворовая наука – она бывает разной. Случаются и вот такие бойцы, крупные, но вместе с тем ловкие и быстрые. И это сквозило в каждом его движении.

Денисов обогнул стол и валяющееся бессознательное тело, встав на пути троицы. Одарил их плотоядной улыбкой, всем своим видом приглашая сделать еще один шаг и дать ему повод для решительных действий. При этом излучал такую уверенность, что эти громилы остановились.

– Сейчас забираете этого ублюдка и сваливаете отсюда, – коверкая английские слова, но тем не менее вполне доходчиво произнес Денисов.

– Вы за это ответите, – произнес один из троицы.

– Может быть. Но пока полиции тут нет, и счет в нашу пользу, – покачав головой, возразил Лева.

В подтверждение его слов поднявшийся на ноги Василий, сделав глоток из своей кружки, выплеснул остатки под ноги противников. Потом поудобней перехватил ручку, приноравливаясь для удара. Дмитрий же буравил их таким взглядом, словно прикидывал, с кого начать и какую именно часть тела отрывать в первую очередь.

Лев отошел немного назад и, расставив руки, заставил отступить товарищей. Затем многозначительно кивнул на бесчувственное тело, предлагая троице забрать своего спутника и убираться подобру-поздорову.

Либо им раньше не приходилось сталкиваться с подобными противниками, либо, наоборот, они слишком хорошо понимали, на что способны такие вот безбашенные. Но факт остается фактом. Они предпочли забрать своего дружка и ретироваться.

– Господа, прошу вас уплатить за испорченное имущество.

Едва градус спал, как перед ними возник хозяин, указывающий на осколки кружки и стула, сломанного упавшим боровом. При этом бармен протягивал считыватель, в который уже была вбита потребная сумма. Дмитрий без лишних слов приложил свою карточку. А что такого. Все нормально. Ущерб нанес именно он. Ему и восполнять.

– Я попрошу вас не уходить, – удовлетворенно кивнув, продолжил бармен. – Полиция уже выехала.

– Хорошо. Ну а пока ждем, можно нам еще по кружечке? – поинтересовался Лева.

– Без обид, парни, но сегодня я вас больше не обслуживаю. Хотите добавить – посетите супермаркет и купите бутылочное. Или отправляйтесь в кафе. Тогда это будет уже не моя проблема.

– Ясно, – вздохнул Денисов и обернулся к Нефедову: – Дима, вот что это было, а?

– Как думаешь, я его не прибил, к нехорошей маме? – вместо ответа спросил Нефедов.

– Да ничего ему не станется, – отмахнулся Денисов.

– Я видел, он дышал, – вставил свои пять копеек Носков.

Полиция подъехала буквально через минуту. Тот самый здоровяк с пристани, судя по имени, прибалтиец, направился сразу к бармену. Второй, низкорослый, что проверял карточку у Дмитрия, подошел к ним. Просто встал напротив, задержав на каждом из них взгляд не дольше полминуты. Потом хмыкнул.

– Нарвался Жюль все-таки. Давно пора. Если не покалечили, с меня пиво, мистер Нефедов, – не без озорства произнес полицейский.

– Это значит, что к нам претензий нет? – поинтересовался Дмитрий.

– Это значит, что если вы его не прибили, то отделаетесь штрафом за драку. Если что-то серьезное… Хотя боров он здоровый, может, и обойдется.

– Если я не ошибаюсь, вы считали информацию прямиком из наших нейросетей, – уточнил Дмитрий. – А значит, и знаете, что он спровоцировал меня.

– Не нужно было поддаваться на провокации, русский, – приблизившись к ним, бросил закончивший с барменом сержант. – Да, мы имеем доступ к персональным данным всех обитателей острова. Внимательно читайте контракт. Подобное обычно приводится самым мелким шрифтом.

– Меня зовут Дмитрий Викторович. Можно мистер Нефедов, – не собираясь поджимать хвост, уточнил он, вперив в сержанта твердый взгляд.

– Я это учту, мистер Нефедов, – хмыкнув, ответил сержант. – Пока же вы обвиняетесь в нарушении общественного порядка и в драке в общественном месте. Остальное зависит от степени тяжести телесных повреждений потерпевшего. Поэтому окончательный вердикт будет вынесен после медицинского освидетельствования. Имеются вопросы?

– Нет.

– Тогда вы можете отправляться по домам. Только по домам, господа. Не в магазин за горячительным, не купаться, а именно по домам. Не покидать жилье, пока не получите соответствующего уведомления. Вопросы?

– Никаких вопросов, – пожав плечами, ответил Дмитрий.

– Ну и кого ждем?

Нефедов окинул крепкую фигуру сержанта внимательным взглядом. Ох, как бы он… Но только эту статую не свалить и пивной кружкой. А то, глядишь, его модифицированный череп еще и удар биты выдержит без особых последствий. Хотя-а… Кости черепа, может, и выдержат. Но вот мозги от сотрясения это не спасет.

Хм. Если он, конечно, сумеет по нему попасть. Наномодификаторы способствуют не только увеличению силы и укреплению скелета. Скорость, реакция, гибкость – все должно развиваться в гармонии и согласно определенной методе. Иначе можно получить такие перекосы, что вместо плюсов перейдешь на инвалидность.

Так что этих ребят лучше лишний раз не задевать. А если все же решишь, то озаботься убойным стволом и запасом патронов. Регенерируют они если и не со скоростью ящерицы, то очень близко к этому.

Поэтому Нефедов просто кивнул товарищам и направился к своему «шевроле». Крыть ему пока нечем. Но это пока. Он обождет. Главное, чтобы с этим боровом все обошлось, а там… Будет время – будет пища.

Впрочем, доехать до общежития им было не суждено. Проезжая мимо кафе, Дмитрий вдруг свернул на стоянку и занял одно из свободных мест.

– Ты чего, бригадир? – удивился Лев.

– Время детское, еще даже не стемнело. И вообще я рассчитывал поужинать с пивом. Оно, конечно, в баре только холодная мясная нарезка да колбаски, но все же еда, и куда лучше холодильника, где мышь повесилась.

– А в столовку не судьба? Еще час ужина.

– Поедим здесь. Отличная кухня. Я тут сегодня обедал, – возразил Нефедов.

– Нарываемся, Дима.

– Не думаю. Пошли.

Свободных столиков оказалось немного. Но они все же были, что не могло не радовать. Потому что присутствовала уверенность: еще немного – и народ подтянется. Как уже говорилось, цены вполне демократичные, пойти тут особо некуда. Опять же субботний вечер.

Устроились за столиком в дальнем углу. Не для того, чтобы глаза не мозолить. Просто альтернатива: это место ближе к входу. Сидеть там, где вокруг тебя будут сновать посетители или официантки, откровенно не хотелось.

– Лева, ты куда нацелился? – сделав заказ, поинтересовался Дмитрий.

– Видишь вон ту блондинку?

– Скучающая старая дева с длинношерстным чихуахуа?

– Ты разбираешься в породах собак?

– Дочка все терроризирует, хочет такую. Поневоле запомнишь. Но насчет старой девы ты не возражаешь.

– Ясное дело, что неустроенная.

– А как же Света?

– А что Света? Я ни-ни, когда рядом с ней, – без намека на чувство вины возразил Лев.

– Ну вот, и поужинать не дали, – вздохнул Василий, посмотревший в сторону входной двери.

Ага. Старый знакомый появился. Поужинать после смены или?.. Сержант со своим напарником, собственной персоной. Лацис нашел взглядом их троицу и пошел на сближение. При этом осуждающе так покачивая головой.

– Господа, мне казалось, мы друг друга поняли, – с явственной укоризной произнес полицейский.

Ну или все же наемник. Дмитрий прекрасно помнил, что все они из частной военной компании, хотя и понятия не имел, из какой именно. Да это и не суть важно, в общем-то.

– Господин сержант, я… Подчеркиваю, именно я, являюсь возмутителем спокойствия. И ваши требования не могут распространяться на моих товарищей. Это раз. Второе, вы не можете накладывать на меня домашний арест. Коль скоро считаете нужным ограничить мое передвижение, то не поленитесь оформить необходимый пакет документов и определяйте меня в камеру. Благо в полицейском управлении таковые имеются. Нет? В таком случае позвольте нам наконец поужинать.

– Считаешь себя самым умным, русский?

– Считаю, что латыш, пользуясь своим служебным положением, изливает на меня свою национальную неприязнь, господин сержант. Или я все же ошибаюсь?

– Вы ошибаетесь, господин Нефедов.

– В таком случае вы позволите нам поужинать?

– Разумеется.

– Благодарю вас.

– Лихо. Вот теперь узнаю тебя, – покачав головой, восхитился Денисов, но тут же добавил: – Только ты такой все же далеко не всегда.

– Знаю, – благодарно кивая официантке, наконец принесшей их заказ, согласился Дмитрий.

– А откуда такая уверенность, что этот хмырь не нашинкует нас, а утрется? Это же не российские полицейские, самые мирные на свете. Забугорные – что твои звери, – придвигая к себе тарелку с картофельным пюре и парой котлет, поинтересовался Лев.

– Хорошая все же штука нейросеть. Пока суд да дело, я связался с Джонстоном. Тот вышел на начальника полиции. Это же не настоящие полицейские, а наемники.

– Ну, мы в курсе.

– А кто их нанял? И кто высшая административная власть на острове?

– Компания?

– Именно, – отправляя в рот первую вилку, подтвердил Дмитрий и, пережевывая, продолжил: – Я же вхожу в руководящий состав. Маленький такой, но начальник. А сосед мой – самый большой босс на этом клочке суши. С моей виной все понятно. По ходу завтра выпишут штраф, и выплачу я его как миленький. Но вот беспредела по отношению ко мне Джонстон не потерпит. И дело даже не в том, что он вдруг воспылал ко мне безграничным уважением. Раз попустишь – потом локти кусать будешь. Такие дела.

– Хлебнешь ты еще с этим латышом.

– Кто бы сомневался, только не я.

– О! Лева обломился, – не удержавшись от смешка, произнес Вася.

– В смысле? – не понял Денисов.

– Блондинка-то уже занята.

Дмитрий и Лев тут же перевели взгляд в сторону девушки, или все же женщины бальзаковского возраста. Собачка ее уже перекочевала на руки здоровенного полицейского, которого они пока еще не встречали. Женщина ему улыбалась самой искренней улыбкой, он же виновато пожимал плечами, словно оправдываясь. Скорее всего, опоздал на совместный ужин. Однозначно провинился.

– Нет, ну что ты будешь делать. Эти менты решили мне сегодня весь вечер испоганить, – в сердцах выдал Лев.

– Копы, – произнес Василий, отправляя в рот вилку с пюре.

– Что? – не понял Денисов.

– Менты в России остались. Компания американская, а в Америке – копы.

– Ешь давай, умник.

Лев примерился было, чтобы отвесить парню очередной подзатыльник, но, встретившись взглядом с Дмитрием, передумал. Только погрозил Носкову пальцем, явно намекая на то, что им еще ночевать вместе.

Глава 3
Начало

Вообще-то он привык ночевать дома. На чужих койках никогда не высыпался. Но вот сегодня выспался от души. Проснулся совершенно отдохнувшим и сам себе удивился, наблюдая на часах семь утра. Возможно, причина в том, что за последние десять дней он все же изрядно измотался. Смена полушария, климатического и часового поясов. Все это не могло пройти бесследно и не оказать своего влияния. И то, что он семеро суток путешествовал на корабле, скорее в минус, чем в плюс. Сам от себя не ожидал, при своих увлечениях, но морская стихия ему пришлась не по вкусу.

Супермаркет работает до десяти вечера, поэтому после ужина они с парнями завалились в него, дабы купить продуктов. Все же запас холодильник не тянет. Не сказать, что Дмитрий закупился по полной, но теперь было из чего приготовить завтрак.

Поднявшись, прошел в санузел, оправился и, не хватаясь за зубную щетку, сполоснул лицо, чтобы окончательно развеять остатки сна. Чистить зубы до завтрака он не любил – предпочитал делать это после. Хотя Нина, его жена, очень даже делала наоборот. Ну что тут скажешь, кому что нравится.

Прошел на кухню и открыл холодильник. Запаянный в вакуум бекон. Все мясные продукты, включая всевозможные колбасы и копчености, доставлялись на остров и хранились в замороженном виде. Конечно, не сказать, что от этого их вкусовые качества не проигрывали, но разница была незначительной.

Дальше банка с яичным порошком. Окинул взглядом кухню и понял, что нужно будет озаботиться самым простецким миксером или венчиком. Ибо ложкой работать несколько неудобно. Яичницу он любил, но по понятной причине с яйцами на острове проблемы, потому и приходится пользоваться заменой. Можно, конечно, и курочек завести. Не возбраняется, но за свой счет и не в убыток своим должностным обязанностям.

С завтраком и утренним туалетом управился как-то совсем уж оперативно. Полчаса – и Дмитрий оказался предоставленным самому себе. И чем заняться, совершенно непонятно. Воскресенье, раннее утро, да и акклиматизация эта. Джонстон звал сегодня на стрельбище, но в десять.

Прикинул так и эдак. Оно, конечно, вроде как и рано. Но с другой стороны, что с того. Споро собрал пляжную сумку и отправился на берег. Благо белый, мелкий и манящий песочек тут по всему побережью, как, собственно, и сама голубая лагуна. Ну, разве только нужно все же отойти в сторонку от причала. Вроде и небольшой грузооборот, и народу не так чтобы много, но в воде уже плавает мусор. Немного, но есть.

Вернулся домой за двадцать минут до назначенного срока. Сосед уже грузил в машину чехлы с оружием. Приметил Нефедова и постучал пальцем по наручным часам. Мол, опаздываешь. Дмитрий сделал успокаивающий жест, давая понять, что ситуация под контролем. И взбежал на крыльцо.

Ополоснулся в душе. Обрядился в спортивную одежду. Джинсы – по такой погоде перебор. Шорты не подойдут – мало ли где у них тут стрельбище, еще окажется травы по колено. Иди борись с царапинами и раздражением. Футболку, ветровку, на всякий случай соломенную шляпу на ковбойский манер и кроссовки. Все-о. Готов к труду и обороне.

– И всегда ты так, впритирку? – глянув на часы, которые показывали без одной минуты, поинтересовался Джонстон.

– Не всегда. Но опаздываю и того реже.

– Ладно. Посмотрим. Давай в мою машину, нечего две разом гнать.

– Не вопрос, – перемещаясь к пассажирской двери, согласился Дмитрий. – Я гляжу, ты весь свой арсенал с собой захватил.

– Решил тебе ликбез провести, коль скоро ты в оружейной теме полный профан.

– Хочется почувствовать себя корифеем?

– Самую малость, – чуть разведя указательный и большой палец, показывая весь мизер его намерений, улыбаясь, произнес Дэвид.

– Ну а как мне понравится и я расстреляю весь твой запас?

– Не расстреляешь. Во-первых, он не так и мал. А во-вторых, с собой я взял немного. Так что больно не сделаешь, не надейся, – заводя двигатель, успокоил Джонстон.

Выехал со двора, повернул направо и двинулся в восточном направлении. За поселком имелась дорога, пересекающая остров с северо-запада на юго-восток. Общего пути чуть больше трех километров. Вот посредине этой дороги, в распадке, и устроили себе стрельбище местные полицейские, к которым присоседился Джонстон.

– Штраф оплатил? – поинтересовался сосед, ведя автомобиль.

– А что, уже принято решение?

– Почту проверь. У нас с этим оперативно.

– Ага. Есть уведомление. Ну ничего себе! Три сотни долларов. Не круто?

– Нормально. Будешь в следующий раз думать, прежде чем кружками махать.

– Ладно. Опыт уяснил, – тут же оплачивая штраф, ответил Дмитрий.

– А вообще ты мне нравишься, парень. Без всей этой толерантной мути, что разъедает мужиков как ржавчина. Кстати, Жюль с дружками мне импонируют тем же. Хотя те еще бузотеры. Но не дают скучать, – хмыкнув, пожал плечами Джонстон.

Они как раз проезжали мимо супермаркета, и Дмитрий приметил давешнюю блондинку с чихуахуа. Женщина солидно так закупилась продуктами, неся в руках два здоровых бумажных пакета. Подошла к трехколесному велосипеду с объемным багажным отделением, где и пристроила свои покупки. Ну и аппетит у красавицы.

– Касаемо дружков Жюля, я не сказал бы, что они такие уж крутые мужики, – возразил Дмитрий, проводив незнакомку взглядом.

– Не. С яйцами у них все в порядке. Просто тут дело какое. Драка закончилась, не успев начаться. Так, слово за слово, потянули бы разбираться на улицу. И как бы уже не в общественном заведении. И не они начали, а вы. На острове даже наши наемники-полицейские – чтобы заработать, а не выплачивать штрафы, спасаясь от скуки.

– Понятно.

На стрельбище они оказались не первыми. Выстрелы послышались, когда они еще только подъезжали, будучи скрыты деревьями. И как показалось Дмитрию, стреляли не из пистолетов. Он, конечно, ни разу не спец, но больно уж солидно бабахало. А уж когда послышалась басовитая очередь, сомнения и вовсе отпали. Так-то, может, еще дробовик, но автоматический огонь это исключал.

Дорога сделала очередной поворот, и деревья расступились, демонстрируя взору открытый пологий склон, метров через семьсот упирающийся в отвесную скалу высотой метров тридцать. Чуть в стороне от дороги имелась площадка с выкошенной травой. Такая же широкая полоса тянулась до самой скалы, возле которой были выставлены мишени. Имелись они и поближе. Как говорится, на разные дистанции. Н-да. Заморишься бегать.

Впрочем, десяток полицейских, выбравшихся на пострелушки, данный момент учли. Кроме парочки служебных «гелендвагенов» на огневом рубеже стояли два квадроцикла. Вернее, уже один. Потому что на втором двое здоровяков как раз направились к мишеням. И судя по всему, к дальним.

А ничего так тут полиция вооружена. По-взрослому. Вот на фига им нужен ручной пулемет? А автоматы на каждого бойца? Вон снайперская самозарядка и оптика, на вид очень даже серьезная. Не хватает только гранат, чтобы, случись бунт, давить работяг. Признаться, если нужно будет утихомирить разошедшихся бузотеров, то три десятка модификантов без труда размажут все две тысячи разом. Конечно, Дмитрий не спец, но все, что он о них слышал, указывало именно на это.

– Доброе утро, господа. Как сегодня стреляется? – выходя из машины, поприветствовал собравшихся Дэвид.

– Доброе утро, мистер Джонстон, – произнес в ответ давешний сержант, поддержанный нестройным, но бодрым приветственным гомоном полицейских.

По всей видимости, начальник строительства в их среде пользуется уважением. И, судя по тем обрывкам, что он бросал во время вчерашней поездки, в основном это вызвано его бурной молодостью. Послужил он по горячим точкам, походил под огнем, и похоже, серьезно так, вдумчиво.

Дмитрий приветствовал собравшихся сдержанным кивком. Ну вот не видел он смысла в том, чтобы проявлять радушие, как и желания сходиться с охранниками правопорядка накоротке. Да и главный его антагонист в виде сержанта также посматривал волком, сидящим в клетке. Порвал бы, да решетка не пускает. Однако приметивший это Джонстон решил не оставлять подобного без внимания.

– Знаете, парни, ваша частная военная компания ведь имеет многолетнюю историю. Еще когда я служил в Афганистане, ребятки из нее крутились вокруг нас. И разок эдак хорошенько нас подставили. Тогда из нашего взвода сумели выбраться только двенадцать человек. Но, как видите, вас я в этом не виню.

– К чему это вы, мистер Джонстон? – поинтересовался один из парней.

– Я это к тому, что глупо спрашивать за былые обиды с тех, кто к этому не имеет никакого отношения. Умный поймет, дурак – никогда. Ладно, парни, буду готовиться. Дмитрий, помоги мне.

Они извлекли из кузова складной столик и быстренько установили его на огневом рубеже. Затем на нем разложили привезенный Дэвидом арсенал, и хозяин этих стреляющих игрушек приступил к священнодействию под названием «изготовка оружия к стрельбе».

Между прочим, не столь уж безынтересное занятие. Начал он со «спрингфилда», модель 1855 года. Это Дмитрий узнал из его пояснений. Капсюльная винтовка дульного заряжания. Пуля, которую затолкал в ствол хозяин, Нефедова, как говорится, впечатлила. Серьезный такой кусок свинца, диаметром вроде и уступит пуле двенадцатого калибра, но выглядит куда весомей. Эдакий если прилетит, мало не покажется.

Кстати, несмотря на довольно мешкотное заряжание, Джонстон управлялся с оружием уверенно и споро. И бой у нее был вполне точным. Во всяком случае, гонг на дистанции в три сотни метров раз за разом возвещал о попаданиях. Дмитрий также попробовал зарядить и выстрелить после соответствующего инструктажа. И надо заметить, ему понравилось. А главное – получилось поразить цель. Трижды кряду. Причем не с упора, а с рук.

– Ты хороший стрелок, Дмитрий. А говоришь, что не имеешь практики, – заметил Дэвид, когда Нефедов столь же удачно отстрелялся и из древнего армейского кольта образца 1860 года.

– Я и впрямь не имею практики.

– Тогда тебе просто необходимо подумать о приобретении чего-нибудь огнестрельного. Ну хотя бы вот такого исторического. Я же вижу, как у тебя горят глазки, – указывая на древние образцы, сделал вывод начальник.

– Может, ты и прав. Признаться, вот подержал их в руках – и появилось такое чувство… Прямо не знаю как описать.

– Это называется любовь с первого взгляда. Попомни мои слова, Дмитрий.

– Господи, Грэг, да хватит тебе уже жрать. Ты будешь сегодня стрелять или нет? – в сердцах вскричал Лацис, привлекая к себе внимание.

Дмитрий бросил взгляд в сторону одного из «гелендвагенов». В салоне приметил мужика, которого видел в кафе с той самой блондинкой. Припомнил, как совсем недавно наблюдал ее с пакетами еды. Интересная, видать, была у них ночка, коль скоро обоих так сильно пробило на жор. Модификанты обладают ускоренным обменом веществ, а потому и едят больше среднестатистического человека. Но этот, пожалуй, превзошел все ожидания.

– Сержант, да он, похоже, уже сожрал все наши бутерброды, – заметил полицейский со снайперской винтовкой, как раз закончивший изучать результат стрельбы в мощную оптику.

– Вот боров. У тебя что, глисты завелись? Ну чего ты молчишь как рыба? – Лацис заглянул в салон и тяжко вздохнул. – Ну ты и жрать, дружище. Езжай в супермаркет и прикупи еды. Не заканчивать же нам веселье из-за тебя.

Ответа так и не последовало. Но Дмитрий увидел, как здоровяк кивнул, соглашаясь с мнением начальства. После чего перебрался на водительское сиденье, запустил двигатель и упылил в сторону поселка.

Они постреляли еще с полчаса, пока очередь наконец не дошла до «вепря», самого современного образца из имеющихся у Джонстона.

– Дэвид, я все спросить хотел – почему именно «вепрь»? Ты сам говоришь, что точное снайперское оружие не является коньком русских оружейников. И тут такой выбор.

– Отчего же, у вас есть точные стволы. Это отрицать глупо. А конкретно вот эта, винтовка марксманов, даже превзойдет нашу МК-14 по всем параметрам.

– Марксманы? – удивился Дмитрий непривычному слову, исправно переведенному нейросетью как «меткие стрелки».

– Н-да. Вижу, ты все же не знаток в военном деле. Объясняю. То, что вы в России смешиваете всех в кучу и называете снайперами, в корне ошибочно. Снайпер – это совершенно иная специальность, тактика и роль. Он действует сам по себе, выполняя отдельные задачи. Марксманы входят в состав подразделения и по сути являются именно меткими стрелками, и винтовки у них не снайперские, а повышенной точности. Этого вполне достаточно для поддержки товарищей на средних и близких дистанциях как в обороне, так и в наступлении. Будучи неплохим стрелком, я как раз в этой должности и служил. И в Афганистане в качестве трофея мне досталась эта винтовка, на которую я и сменил свою штатную МК-14, – кивая в сторону снайпера, вооруженного такой винтовкой, закончил Джонстон.

– Позарился на явное превосходство?

– Не в этом дело. Понимаешь, на войне ты невольно становишься суеверным. Я уже говорил тебе, что ваше оружие отличается простотой, надежностью и безотказностью. Но в тот день эта малютка отказалась стрелять в меня, – любовно погладив местами истертое воронение, произнес Дэвид. – Уже после боя я заглянул в ствол и обнаружил там осечный патрон. Потом перезарядил винтовку им же, и он выстрелил. Через год она вновь спасла меня. Трое моджахедов практически добрались до меня, когда я срезал их одной очередью. Так что этой красавице я обязан жизнью дважды, и она моя любимица по праву. Пришлось потрудиться, чтобы забрать ее с собой из армии, но у меня получилось.

Ну что тут скажешь. Дмитрий не имел боевого опыта, но в том, что люди на войне становятся суеверными, ничуть не сомневался. Как знал и то, что многие, даже прожженные атеисты, начинают верить в Бога. Поэтому он даже не делал попыток прикоснуться к столь дорогому для Дэвида оружию.

– Ясно. А к чему такие большие магазины?

Нефедов проявил любопытство скорее чтобы потрафить Джонстону, обозначив заинтересованность его любимицей. Хотя лично его по-настоящему заинтересовали именно капсюльные образцы. Была в обращении с ними какая-то магия. А еще он решил, что непременно приобретет себе кремневое оружие. Причем не реплику, а именно старинной выделки.

– Этот «вепрь» способен вести одиночный огонь, с отсечкой трех выстрелов и автоматический. Причем запаса прочности ствола с избытком хватит на то, чтобы пользовать его как автоматическую винтовку. Иногда это может спасти жизнь. Проверено.

– Ясно.

– Ну как, опробуешь? – бросив на Дмитрия хитрый взгляд, поинтересовался Дэвид.

– А ты доверяешь ее еще кому-то?

– Разумеется. Снаряжай магазин.

Особо не надеясь на результат, Дмитрий снарядил переданные десять патронов. Затем Дэвид вручил ему винтовку с уже прикрепленными съемными сошками. Указал на мишень почти под самой скалой, до которой было добрых шестьсот метров. И на стол, подразумевая, что стрелять предстоит с удобной позиции.

Дмитрий был твердо уверен, что ему не показать достойного результата. Поэтому буквально отстучал весь десяток, особо не целясь и затратив на стрельбу едва полминуты. Затем стрелял хозяин. Присутствующие полицейские отчего-то внимательно наблюдали за происходящим действом.

– Н-да, парень. Это впервые, – глядя с задумчивым видом на мишень, к которой они подъехали на квадроцикле, произнес Джонстон. – Даже Энрико, полицейский марксман, несмотря на нейросеть и модификации, не сумел превзойти меня. Хотя на кону стоял ящик шотландского виски.

– Это всего лишь случайность, – наблюдая картину более плотной кучи, чем у владельца «вепря», возразил Дмитрий.

Похоже, война все же оставила глубокий след в душе Дэвида, потому что он определенно видел во всем этом какой-то глубинный смысл и мистицизм. Н-да. Вот только не хватало иметь начальника с тараканами в башке, да еще и ревнующего к винтовке. Бред. Но, йолки, судя по всему, вполне имеющий шансы стать явью.

Впрочем, когда они вернулись, Джонстон повел себя вполне нормально. Пошутил по поводу того, что нашелся дилетант, который обставил их по всем статьям. Посмеялись, высказали сомнения, а затем вернулись к стрельбам, оглашая небольшую долину бесконечным треском и тарарамом.

Не прошло и получаса, как полицейские начали сворачиваться. Отправленный ими за продуктами товарищ так и не вернулся. Их ускоренный метаболизм начал давать о себе знать, требуя пищи. При сопоставимой с обычным человеком комплекции модификантам требовалось больше еды. Раза в полтора или в два. Зависит от уровня перестройки тела. Не сказать, что это столь уж великая проблема, но ведь они не в той ситуации, чтобы стойко переносить тяготы и лишения.

Собрались и Дмитрий с Дэвидом. Тем более что настал полдень, самая жаркая пора. И пусть Дмитрию понравилось возиться со стволами, он был рад вернуться в поселок и завалиться спать в приятной прохладе кондиционированного воздуха.

Правда, он все же предложил соседу помочь с чисткой оружия. А то получается как-то некрасиво. Загаживали вместе, а чистить ему одному. Но тот только отмахнулся. Дэвид, конечно, не оружейный фанат, но возиться со стволами ему только в радость. Вот интересно, а что же тогда в его понимании фанат? Человек, который вообще не расстается с оружием? Ну-у, как вариант…

В три часа дня Дмитрий проснулся с большим трудом. Да и то благодаря настойчивости нейросети. Если утром он поднялся отдохнувшим и полным сил, то сейчас – целиком разбитым. Протащил свою многострадальную тушку в душевую. Но даже прохладная вода не смогла привести его в себя. Похоже, причина во все еще не завершившейся акклиматизации.

Приведя себя в относительный порядок, завел «шевроле» и отправился в общежитие за Левой и Васей. Еще вчера условились, что после дневной сиесты прокатятся на южное побережье, посмотрят на последствия извержения вулкана. Интересно же. Искупаются, конечно, как же без этого. А там – к вечеру завершат круг почета и, объехав остров по периметру, вернутся обратно.

Отправил Денисову запрос по нейросети. Получил подтверждение, что его ожидают и к моменту приезда будут уже на улице. Вот и хорошо. С другой стороны, как-то не удосужился еще побывать у парней в комнате. Не посмотрел, как они там устроились. Ладно. Навестит еще. Куда денется.

Проезжая мимо полицейского участка, приметил, как двое копов окучивают своего же товарища. Того самого, что отправился за провизией, да так и не вернулся. Кажется, Грэг. Здоровый бык. Двоих сослуживцев уже уработал. Один стоит на четвереньках, явно приходя в себя, второй лежит без движения, готов или только в отключке – непонятно.

Сержант в попытке его урезонить врезал добрым хуком. Но тот устоял. Еще удар. Не стесняется Айварс. Даже тактические перчатки без пальцев ради этого случая надел. Раньше Дмитрий их на нем не видел. Сейчас же воспользовался, чтобы не сбить кулаки. А хорошо прилетает Грэгу. Вроде и не вырубил его Лацис, но мужик явно поплыл. С этими модификантами вообще все непросто.

А вот снайпер, вроде как итальянец, испытывать судьбу не стал. Опять же он в статях уступит сержанту, а уж этому быку и подавно. Выхватил шокер и без зазрения совести выстрелил буяну в спину. Серьезная штука, коль скоро модификанта выгнуло дугой и опрокинуло на асфальт. Или мощность разряда там регулируется? Признаться, как-то не интересовался.

Когда катил мимо женского общежития, приметил, как из нижнего выреза двери, отчаянно лая, вылетела взъерошенная светло-коричневая собачка. За малым не задавил ее, резко ударив по тормозам. Казалось, громче верещать чихуахуа уже не может. Ничего подобного: залилась пуще прежнего и кинулась в соседний двор.

А вот и хозяйка. Как только дверь не вышибла к нехорошей маме. Выскочила, грохнув ею о стену, и… Если она и гналась за собачкой, то сразу же позабыла об этом, переключившись на застывшую в недоумении девушку. Та, похоже, возвращалась с пляжа, застав столь странную картину. Что-то сказала блондинке. Та в ответ набросилась на сделавшую ей замечание. Сумка и зонт тут же полетели в разные стороны.

Н-да. У блондиночки решимости, конечно, много. Но силенок явно недостанет. Соперница ее пусть и при фигуре, тем не менее ни разу не худышка и не Дюймовочка. Так что отходит эту красавицу как миленькую.

Дмитрий придерживался одного простого правила: никогда не лезть в чужие разборки. Ну, потому что они чужие и есть. Вот так вмешаешься, а потом еще и сам же останешься виноватым. Поэтому предпочел нажать на газ и проскочить мимо. Ну их. Пусть сами разбираются. По-соседски, так сказать.

О. Дежавю какое-то. Джонстон идет из супермаркета с двумя здоровенными полными пакетами еды. И между прочим, он не одинок. Нефедов приметил еще несколько человек, вдруг решивших в срочном порядке увеличить свои продовольственные припасы. И еще несколько целенаправленно двигавшихся в сторону магазина. Даже на секунду задумался – а не нужно ли и ему пополнить припасы? Да нет, холодильник вроде полный. А может, он чего-то не знает? Ерунда. Дэвид сказал бы. Ну напал на мужика жор, и что с того.

Что-то Нефедов стал каким-то мнительным и подозрительным. Всюду ему какие-то заговоры мерещатся. Прав Лев, проще нужно быть и не накручивать себя по пустякам. С другой стороны, он попытался дозвониться Джонстону – тот не ответил. Отправил сообщение – ноль эмоций. Ну и что это значит? Да ничего не значит. Впадлу ему отвечать. Стресс у него. Любимая винтовка изменила с другим. Вот же, йолки. Еще и это. Неужели и впрямь обиделся на эту ерунду?

Лев и Василий стояли у дороги с пляжными сумками в руках. Они озаботились ими загодя, едва узнав, что работать им придется на одном из тропических островов. Представитель компании, конечно, сообщил, что со снабжением на острове все в порядке, но товарищи решили быть во всеоружии. Вот и щеголяли теперь одинаковой экипировкой отдыхающих.

Правда, Денисов все же отличался тем, что рядом с ним стояла довольно объемная сумка прямоугольной формы. Очень уж похоже на сумку-термос. И что там внутри, гадать не приходилось. Столь ненавистное им, но все одно потребляемое пиво. А то как же. Что за отдых без столь важного и необходимого напитка.

– Дим, тут чуть не зомби-апокалипсис в его начале, – едва опустившись на заднее сиденье, сразу сообщил Василий.

– В смысле? Буянит кто-то? – уточнил Нефедов, трогаясь с места.

– Ты тоже видел, да? – тут же возбудился Носков.

– Да так. Пару скандалов. Одного буйного полицейского его же товарищи окучивали. Ну и несостоявшуюся пассию Левы наблюдал. Она сначала устроила нагоняй своей собачке, а потом набросилась на сделавшую ей замечание девушку. Но извини, на зомби-апокалипсис это не тянет.

– Ага. А то, что один придурок на Леву кинулся? При этом сам не больше меня. Чуть не покусал. Ну Лева ему с правой леща выписал, так он улетел в конец коридора. И в окно видел, как баба кинулась на мужика сзади – и давай его кусать. Не очень удачно. Только ухо прокусила. Мужик ее с себя содрал, дал пинка, и она убежала.

– Без последствий, надеюсь? – глянув на Денисова, поинтересовался Нефедов.

– Если ты про штраф, то бог его знает, как и что там решат в полиции. По идее, он первый накинулся. С другой стороны, ничего сделать не успел. Я обернулся вовремя. Только пасть свою раззявил, как я ему литер выписал.

– И?

– Да ничего. Вскочил, почитай, сразу. Я даже прифигел малость. Думал, как минимум выключил его. И гляжу – в глазках его буйства и безумия уже поменьше. Понял, что не прокатит, и бочком в открытую дверь. Ну чисто как дворняга, получившая отлуп. Вот и весь зомби, дышло ему в гланды.

– Не. Не получается. Зомби же – они без мозгов и страха, – пожав плечами, не без иронии подвел итог Дмитрий.

– Да какой зомби. Им ведь еще полагается и ходить, подволакивая ноги, а этот ничего так, резво двигался, никакого намека на дерганую или неправильную походку, – поддержал его Лева.

– А может, он уже отъелся… – А вот Вася едва ли не на полном серьезе об этом.

– Ага. Видел я в душевой парочку обглоданных трупаков. Просто решил не травмировать твою слабую психику, – хохотнув, отмахнулся от парня Лев.

– Смотрите! – вдруг выкрикнул Носков, подавшись вперед между сиденьями и указывая куда-то влево.

– Вася, ты чего под руку лезешь! Я ведь за рулем, – возмутился ударивший по тормозам Дмитрий.

– Там полицейский был, – указывая на кусты несколько в стороне от дороги, пояснил парень.

– Там никого нет, – осуждающе посмотрев на Носкова, возразил Лев.

– Говорю вам, коп. Он труп какого-то мужика на плече тащил.

– А может, все же бабу? – уточнил Денисов.

– Лева, я тебе точно говорю.

– Вася, все. Забодал уже со своими игрушками. Ломка началась? – даже не пытаясь сдерживать раздражение, произнес Дмитрий.

– Да какая ломка. Говорю вам…

– Все. Остынь.

– Не верите – и не надо. – Явно обидевшись, парень дернул дверную ручку.

– А ну стоять! – повысив голос, жестко припечатал Дмитрий и, так как парень замер, глубоко вздохнул, беря паузу. – Извини, Вася. Но ты тоже прямо как ребенок. Сколько уже этой страшилке с зомби-апокалипсисом? Больше полувека? И что, кроме книг, фильмов и игр, другие доводы есть?

– А как же вуду и поднимаемые ими зомби? – обиженно буркнул парень.

– О них вообще трубят чуть не три сотни лет. Была бы беда оттуда – давно рвануло бы. Хватит уже ребячества.

– Но я правда видел.

– И сейчас все так же уверен, что это был коп с мертвым телом на плече? – вздохнув, поинтересовался Дмитрий.

– Ну-у… Не уверен, – понурившись, вынужден был признать парень.

– Это всего лишь разыгралось воображение. Бывает, чего уж там. Нейросеть, ожидание виртуала, все дела. Без обид, Вася. А тут ведь еще и акклиматизация, – пожимая плечами, добродушно проговорил Денисов. – Ладно, Дима, поехали.

Проехали мимо поворота, ведущего на южное побережье. Нефедов только указал на петляющий проселок, пояснив, что там дальше имеется стрельбище. Василий живо заинтересовался этим вопросом. Но Нефедов лишь пожал плечами – мол, интересно, конечно, но помочь он ничем не может. Стволы тут только у полицейских и у Джонстона. И он вряд ли разрешит пользоваться своим арсеналом всем кому не лень. Дмитрий не разрешил бы.

Проезжая через поселок Восточный, приметили, как полицейский грузит в «гелендваген» какого-то работягу. И на его рубашке явно угадывались следы крови. В крови же была и рожа. Василий вновь обратил было на это внимание, но Лева отмахнулся, предположив, что тот просто получил по сопатке.

В Южном также оказалось не все слава богу. На въезде приметили двоих мужиков, знатно лупцевавших друг друга. Пока проезжали мимо этой парочки, один из соперников повалил другого и начал охаживать его от всей своей широкой души. Ну или злости. А навстречу им уже неслась полицейская машина с включенными маячками.

– Работенки сегодня у ментов до задницы, – хмыкнув, заметил Лева.

– Копов, – на автомате поправил Василий и тут вскинулся: – Ну и что, сейчас, скажете, тоже ничего удивительного?

– А скажи-ка мне, Вася, что сегодня за день? – со вздохом поинтересовался Дмитрий.

– Ну, воскресенье.

– Получается, джентльмены пьют и закусывают. Хм. Вообще-то, насколько я помню, закусывать – это русская традиция, в цивилизованных странах это как-то не принято.

– Ага. Оттого они такие малолитражки и их прет на всякие глупости, – поддержал товарища Денисов.

– Вы это сейчас к чему? Хотите сказать, что это нормально? – возмутился Вася.

– Да кто же его знает, что у них нормально, а что нет. Мы здесь только второй день. Может, они тут каждое воскресенье кордебалет устраивают. И вообще, если бы что было, уже по сети тревогу подняли бы.

– А как быть со штрафами?

– Вася, ну вот чего ты меня терзаешь. Откуда мне знать. Вспомни Жюля. Скучно мужикам – решили спровоцировать драку. Нейросеть все пишет, полицейские могут без труда воссоздать события. Кто-то кого-то подловил – и понеслась.

– Но-о…

– Без «но», Вася. Без «но». Уж извини, но разделить твои опасения я ну никак не могу. Потому что бредятиной попахивает. И не фиг тут обижаться – мужик ты или погулять вышел?

– Да я уже не обижаюсь. Просто… Ну не знаю.

– А не знаешь, значит, поехали купаться. Кстати, Дим, а ты не в курсе, костры здесь разводить можно?

– Почитай правила. Это же просто.

– Читать еще… А сам ответить не можешь, если уже читал?

– Сомневаюсь, что Дима читал весь этот талмуд. Там объем – закачаешься. Но ведь его читать и не обязательно, – влез Василий. – Нейросеть же. Сделай запрос на интересующую тему и получишь сжатый ответ.

– Ты сделал? – вместо того чтобы воспользоваться советом, поинтересовался Лева.

– Ага.

– И?

– В зеленой зоне разводить огонь нельзя. Но про песочек на берегу ничего не сказано.

– Все, что не запрещено, то разрешено, – удовлетворенно заметил Денисов. – Я бекон захватил. Пожарим на костре.

– И я кое-что прихватил, – поддержал его Дмитрий.

Отдых получился знатным. Оно, конечно, не шашлыки на берегу речки. Но все одно вышло хорошо. И искупались, и поели, и поболтали. Ну и пожалели, что их общество оказалось не разбавленным женщинами. Все же что ни говори, а без них мир блеклый, а веселье неполное. Дмитрий, разумеется, любил свою жену. Эта мысль в его голове появилась только сугубо из чувства заботы о любвеобильном Леве и молодом Васе. Во всяком случае, лично он в этом был убежден.

– Дима, а ты ничего не замечаешь странного с сетью? – когда они после купания в очередной раз валялись на песке, поинтересовался Василий.

– А что там странного?

– Ну, я хотел позвонить Майку, айтишнику, и не смог.

– Ну мало ли, занят человек.

– Да нет, я вообще из контактов вижу только вас двоих.

Дмитрий полез в контакты и обнаружил ту же проблему. Только два контакта его товарищей, Джонстон был неактивен. Подключение к сети острова отсутствует. Что за ерунда?

– Лева, попробуй войти в сеть, – озабоченно произнес Дмитрий.

– Уже. Голяк. Авария у них там, что ли.

– Это какая же должна быть авария? Там вся система дублированная, – возразил Василий. – Мужики, вот вы как хотите…

– Да помолчи ты. И без тебя уже малость тревожно, – оборвал его Дмитрий. – Что думаешь, Лева?

– Ну, в зомбаков всяко-разных я не верю. А так – да, творится какая-то хрень.

– И варианты, йолки, один краше другого.

– А я говорил…

– Да помолчи ты, – хором перебили его Дмитрий и Лев.

– Что будем делать, бригадир? – тут же поинтересовался Лев.

– Ну, для паники я пока причин не наблюдаю. Что-то происходит, это факт. Но это мог быть и элементарный пожар. Вот скажи, Вася, основной и запасной серверы в одном здании?

– Ну да.

– И если, к примеру, случится пожар…

– Ну да, сеть сразу накроется, – признал парень.

– Значит, собираемся и едем в Центральный. У нас еще несколько свободных дней на акклиматизацию. Успеем отдохнуть.

– Согласен, – поддержал Лев, единым глотком добивая банку пива.

В Центральный заезжали с западной окраины, таким образом полностью объехав остров по периметру. И желание насладиться видами тут ни при чем: так банально было короче. Желание же выяснить наконец, что происходит, буквально захватило их. Уж больно много странностей. А тут еще и накрывшаяся сеть.

– Дима, стой!

Нефедов не стал выяснять, что там и к чему. Просто ударил по тормозам, отчего их всех троих бросило вперед. Ну да, не в лобовое стекло, и ладно. Денисов так и вовсе лишь слегка качнулся, успев упереться в торпеду. А едва пикап замер, окутавшись пылью, как сразу же толкнул дверь и выскочил наружу.

– Лева, аккуратней, чтобы он тебя не укусил! – только и успел выкрикнуть Василий.

То ли Денисов его услышал, то ли изначально собирался это сделать, но, несмотря на свое физическое превосходство, подхватил валяющийся на обочине деревянный брусок. Ничего особенного, сорок на сорок и длиной сантиметров пятьдесят, но в умелых руках грозное оружие. А как уже говорилось, Лев получил уличную закалку.

Приметив его приближение, мужчина метрах в тридцати от дороги поднял на Денисова злой взгляд и зарычал, полный решимости отстаивать свою добычу. Поваленная им девушка оглашала округу криком боли и ужаса, беспрерывно ерзая и пытаясь вырваться из цепких рук насильника. Хотя-а… Кой, к черту, насильник. До ее чести ему не было никакого дела. А вот до плоти… Оскаленный рот окровавлен. На шее девушки видна рваная рана, однозначно оставленная его зубами. Но артерия не задета, иначе кровь уже фонтанировала бы.

– Ну, чего вылупился, мать твою!

Выкрикнув это, Лев сорвался с места, быстро сокращая дистанцию. Видя такую решимость и выскочившего из машины Дмитрия с баллонником в руках, нападающий предпочел вскочить и убежать в кусты. Да резво так, что Нефедов даже усомнился – сумел бы он его догнать, если бы погнался.

– Вы как, в порядке? – приблизившись к девушке, поинтересовался Лев. – Ну спокойно. Спокойно. Все уже закончилось. Он убежал.

– Й-а-а… А-а о-он… А-а…

– Тихо. Тихо. Все хорошо, – продолжал увещевать Лев.

Подошел Дмитрий и сунул в рот пострадавшей бутылку с водой. Та сделала несколько судорожных глотков и начала приходить в себя. Остаток воды израсходовали на то, чтобы обмыть ей рану, которую Нефедов тут же начал перевязывать, распаковав аптечку. Ну как перевязывал – наложил тампон и начал неумело наматывать бинт. Из него тот еще санитар.

– Вася, только ничего не говори, – возясь с бинтом, потребовал Дмитрий.

– Не буду. Но и в салоне с ней не поеду, – осматриваясь окрест, нервно произнес парень.

– А куда ты денешься, – возразил Лев, но потом все же уточнил: – Сядешь на переднее сиденье, я устроюсь сзади и присмотрю за ней. В любом случае, если ты и прав, так быстро она не переродится.

Говорили они на языке родных осин, а потому оставались непонятыми и могли не стесняться. Сомнительно, чтобы у нее имелась база русского языка. У них ведь была установлена только английская.

– Согласен. И куда сейчас?

– В полицию, Вася, куда же еще-то, – пожав плечами, ответил Дмитрий. – Что с вами случилось, мисс?

– Это Эрик, сантехник. Он чинил у нас в общежитии кран. Мы с подругами шли с пляжа, а тут он. Они убежали. А меня он… Он…

– Ну спокойно. Все уже кончилось. Поехали, – заканчивая возиться с перевязкой, приказал Дмитрий товарищам.

Поселок встретил их полным безлюдьем. В смысле они видели, что в домах кто-то есть. То тень мелькнет, то жалюзи приоткроются. Но на улице появляться народ не спешил. Проехали мимо администрации. Тишина. Нет и намека на движение. Впрочем, чему удивляться, коль скоро сегодня воскресенье.

А вот и дом Дмитрия. С его стороны все нормально. У Джонстона дверь нараспашку, хотя машина все так же стоит во дворе. Интересно, что тут вообще произошло за те пять часов, что они провели на пляже? Ну да соваться в дом начальства не стал. Обижен на него мужик.

Дмитрий ударил по тормозам одновременно с испуганным вскриком девушки. Чихуахуа на этот раз совершенно безмолвно пронеслась перед самыми колесами и шмыгнула в кусты. Зато гнавшаяся за ней женщина резко затормозила. Вперила в них совершенно дикий, но не безумный взгляд. Что-то там для себя решила и, обогнув автомобиль, устремилась в погоню за бедной собачонкой.

– Дим, ты что-нибудь понимаешь? – поинтересовался Лев.

– Я ни хрена уже не понимаю. И чувствую, что нам с тобой за разъяснениями придется обращаться к Васе. Он же у нас спец по разным зомбям.

– Это не зомби, – как-то уж совсем по-детски шмыгнув носом, и вместе с тем испуганно, подал голос парень. – Если тут и есть что-то, то они зараженные.

– Хрен редьки не слаще, – вздохнул Дмитрий, вновь трогаясь с места.

– А ты типа теперь не уверен, да, Вася? – не сдержался Лев.

– Хочешь, чтобы это оказалось правдой? – полуобернувшись, спросил Носков.

– Вообще-то нет.

– Вот и я не больной на всю голову.

– Твою мать! Дима, ты это видишь?!

– Твою в гробину душу мать!

– Тормози!

– Да иди ты в задницу, – едва не выкрикнул Дмитрий.

А затем вместо остановки вдавил педаль газа до упора. Покрышки взвизгнули по новенькому асфальту, и «шевроле» прыжком сорвался с места. Пикап – не спортивный болид, но получилось настолько резво, что пассажиры откинулись на спинки сидений.

В следующем после дома Нефедова дворе двое мужиков и две женщины разложили на капоте машины чье-то истерзанное тело и рвали его зубами. Бог весть что тут творится, зомби это или зараженные – плевать. А вот то, что опасность более чем реальна, – это факт.

Двери полицейского участка были нараспашку. И вокруг никого. Полное безлюдье. Следом за ним шел медпункт, а дальше видно пепелище. Огню не дали разгуляться, сумев его локализовать и потушить. Но серверная, находившаяся в этом здании, приказала долго жить. И судя по тому, что творилось с сетью, оборудование накрылось тем же лохматым тазом.

– Все же пожар, – подал голос Василий.

– Плевать. Куда подевались наши доблестные полицейские? Честно говоря, я сейчас с удовольствием оказался бы поближе к ним, – произнес Дмитрий.

– Согласен, бригадир, – подтвердил Лев.

– Вижу движение на пристани, – вытянул руку Носков, указывая в нужную сторону.

Мини-порт острова был скрыт домами. Но сквозь просвет виднелась его совсем небольшая часть. И там действительно было заметно движение людей. Причем в привычном понимании этого слова, то есть они перемещались осмысленно. Одни махали руками, по-видимому отдавая распоряжения. Другие, выполняя эти приказы, куда-то двигались, что-то толкали или тянули.

Проверять здание участка не стали. Скорее всего, он не просто выглядит покинутым, а таковым и является. Поэтому Дмитрий направился прямиком к молу, ведущему на просторную площадку причала.

Вход на него был открыт. А вот метров через сто, где дорога упиралась в отсыпанную площадку мини-порта, уже стоял блокпост. Сама площадка отсыпана на уровне набережной, а потому на пару метров возвышалась над оголившимся по причине отлива песком.

По периметру этой площадки сейчас спешно возводили ограждения. С колючей проволокой и егозой имелись кое-какие проблемы. Она попросту отсутствовала. Зато хватало всевозможной арматуры и металлопрофиля. Тут ведь затевалась огромная стройка.

На набережной приметили сидящих то там, то тут людей. Все они обернулись в сторону автомобиля и провожали его кто злым, кто умоляющим, а кто и завистливым взглядами. И вряд ли Дмитрию это показалось. Но вот чего они не делали, так это не пытались идти вслед за машиной.

Нефедов остановился, не доезжая метров десять до наскоро устроенного шлагбаума. Ближе не рискнул. Больно уж выразительно повел пулеметом один из полицейских. Тогда как второй, со снайперской МК-14, поднял руку в останавливающем жесте. Оба в полицейских респираторных масках, с прозрачным забралом на все лицо. И это навевало на совсем уж нехорошие мысли.

А еще Нефедов приметил у них носимые радиостанции. Признаться, при наличии у всех нейросетей ничего подобного увидеть не ожидал. Но, похоже, полицейских все же экипировали на славу, с учетом возможного выхода из строя серверной.

Энрико, а со снайперкой был именно этот итальянец, вышел за шлагбаум, не перекрывая пулеметчику сектор, и предложил им покинуть машину. Спорить и качать права – глупее не придумаешь. Поэтому они молча подчинились.

– Что случилось, Энрико?

– А, это вы, мистер Нефедов. Нам известно немного, но и так объяснять слишком долго. Примите контакт. Так проще. Ага. Теперь ловите пакет.

Нейросеть просто потрясающая штука. Правда, в отсутствие ретрансляторов подключения ко всемирной паутине или локальной сети радиус действия ее сокращается до десяти метров. И все равно удобство несомненное. На рассказ нужно было затратить какое-то время. А так мгновение – и они уже знали всю информацию, запакованную в папку. Как видно, ее подготовили специально на вот такой случай. Умно, что тут еще скажешь.

Н-да. А вот то, что он узнал, Дмитрия обрадовало мало. Да чего уж там. Совсем не обрадовало. С большой долей уверенности предполагалось, что на острове обнаружился какой-то вирус. То есть доподлинно это неизвестно. Имеющийся здесь доктор пытался что-то выяснить. Но в то, что он преуспеет, не верилось от слова «совсем».

На острове – только один врач общей практики, датчанин Киркегор, и его медсестра. На экстренный случай предусмотрена связь с внешним миром и взлетно-посадочная полоса. Ее насыпали еще лет тридцать назад, в рамках программы с заморскими владениями. И она функционировала до момента эвакуации всего населения. Вот и вся медицина. Словом, здешний эскулап ни разу не вирусолог.

Исходя из имеющихся непродолжительных наблюдений, некоторых зараженных отличал повышенный аппетит. С чем это связано, решительно непонятно. Если вообще связано. Но если взять за основу предположения всевозможных фантастов, то можно допустить, что причина в необходимости энергии и материала для мутации организма. Так себе предположение.

Второй признак: в какой-то момент зараженный прекращал говорить. Он все еще адекватен, только без конца ест и уже не в состоянии произнести ни слова. Дальше он перестает реагировать на речь и знакомых, замыкается в себе. И в какой-то момент становится крайне агрессивным. При этом очень быстро учится. Напав на более сильного противника, в следующий раз он уже соизмеряет свои силы.

Многих людей, находящихся в неадекватном состоянии, отличают повышенные физические данные. Вот и эти спятившие не были исключением. Они становились сильнее, быстрее и выносливей. Но опять же это не точно, а только первые выводы, основанные на весьма скудных наблюдениях.

Распространяется зараза, опять же предположительно, воздушно-капельным путем и непосредственно через кровь. Словом, не так чтобы и далеко от фантастов. Хотя предположить нечто иное как бы и сложно. И вообще, если еще и через кожу, то тогда уж полный абзац. Окончательный и бесповоротный.

– Так. Ну с этим понятно, что ничего не понятно. Какие наши действия, Энрико? – поинтересовался Дмитрий.

– Что с девушкой? – вместо ответа спросил полицейский.

– Отбили от сантехника, он ее покусал.

– Ясно. Тогда она может быть свободна. Пускай отправляется домой, запрется на все замки или вон сидит на берегу в ожидании своей участи. У нас здесь карантин, и риски нам ни к чему.

– Погоди. Вы ведь ничего не знаете. Все это ваши домыслы и предположения, – попытался было возразить Дмитрий.

– Укусы – не предположения. У нас здесь было десять укушенных. Томас схлестнулся с Грэгом и рассадил себе костяшки о его зубы. На всех уже напал жор. Гражданских выпроводили за периметр, Томаса приковали кандалами и ждем.

– Заботитесь о своем?

– Слушай, ты представляешь, что может наворотить спятивший модификант? Это ведь не баба и не дрищ какой. Вон Грэга едва утихомирили, так он вырвал в камере решетку на окне и выбрался наружу.

– Это что у вас там за решетки? – удивился Дмитрий.

– А чего ты хотел? Постройка-то деревянная. Грэг же модификант пятого уровня. Не мелочь какая из переулка. Вот и вырвал с корнями. А теперь прикинь, что девять наших парней как сквозь землю провалились. Так что отправлять Томаса за периметр никак нельзя. Сварили по-быстренькому клетку – и туда его, скованного по рукам и ногам, как каторжника какого. Если обратится, так и будем держать. А случись от него реальная опасность – пустим в расход. Как и любого из нас. Вот так вот мы заботимся о своих, господин Нефедов. Мисс, вы можете идти. Говорю под протокол, если через минуту вы все еще будете здесь, мы вас расстреляем. Это не шутка и не пустая угроза, а приказ лейтенанта Рико.

Девушка не сдвинулась с места. Потом начала требовать. Попыталась пройти мимо тупого солдафона и, получив удар раскрытой ладонью в грудь, отлетела на несколько метров. Причем Энрико не бил ее, а скорее оттолкнул, и далеко не в полную силу. Потом выстрелил из электрошокера. Но заряд поставил небольшой. Так, только для острастки. Втянул провода с электродами обратно и повторил требование.

Все это время Дмитрий с товарищами стояли, безучастные к происходящему. Во-первых, они понятия не имели, какой из поступков будет правильным. Девушка несла на себе укус. Из имеющихся сведений, соприкосновение с зубами – однозначное заражение. Ну и во-вторых, поди сделай что-нибудь даже безоружному модификанту. Пусть это и низкорослый и едва ли не самый щуплый из полицейских.

– А эвакуировать людей вы собираетесь? – поинтересовался Дмитрий, когда причитающая девушка поднялась и, все время оглядываясь, пошла обратно.

Как видно, Энрико на посту было скучно. Именно поэтому он и беседует с вновь прибывшими. Так отчего бы не вызнать как можно больше информации?

– Ты не слышишь, что я тебе говорю? Нас в строю осталось двадцать. Сил недостаточно. Всяк, кто не дурак, потянется за защитой к полиции, а там и мимо порта не пройдет. Но на завтра, по завершении укрепления периметра, вроде бы намечен выезд. Это пока неточно.

– А отстреливать зараженных вы не собираетесь?

– С ума сошел? Ты вообще в курсе таких понятий, как массовый расстрел мирных граждан и военное преступление?

– Да кой к черту мирных, если они кидаются на людей!

– Это пока не повод. Мне оказаться под судом совсем не улыбается.

– А то, что они раскладывают человека на капоте машины и жрут, – это повод?

– Вы это видели?

– Не далее как десять минут назад по соседству с моим домом.

Энрико расфокусировал зрение, как видно получая доступ к их нейросетям, а по факту к мозгам, и скачал необходимую информацию. Наконец его взгляд вновь стал осмысленным.

– Ладно. Сейчас ставите машину на стоянку на набережной. Потом сбрасываете с себя всю одежду вон в ту кучу. Проходите на посту обработку. Профанация, но хоть что-то. Получаете комплект рабочей одежды, респираторы – и добро пожаловать в карантин.

– И что дальше?

– А дальше – если заболеете, то за ворота. Все просто, как дважды два.

– А вообще?

– Ждем. Через шесть дней должно подойти судно с очередным грузом. Сообщим о случившемся.

– То есть связи с внешним миром у нас нет?

– Серверная сгорела. Оба этих умника, похоже, свихнулись в числе первых и чего-то там сотворили. Радиоточка находилась там же.

– Понятно. Еще вопрос. Не знаешь, что с Джонстоном?

– Видел его. Свихнулся.

– Понятно.

Вообще-то он это понял, едва ему стало известно о повышенном аппетите зараженных. Так и стоял перед глазами Дэвид, грузящий в свою машину пару набитых едой пакетов.

– А что с его арсеналом?

– Лейтенант приказал изъять. Я сам ездил.

– Ясно. Значит, так, парни, – обратился он уже к товарищам. – Вы давайте за шлагбаум. А я прокачусь за нашими. Не дело бросать своих.

Вообще-то он ни разу не герой, но ведь бригада поехала именно за ним, а значит, все они являются его ответственностью. Так что оставить их просто так он не мог. Сидят, скорее всего, в общежитии и ничего не понимают. Опять же сюда доехали без проблем. Значит, и не так чтобы опасно.

– Я с тобой, бригадир, – произнес Лев, как видно также посчитав, что опасности минимум.

– И я, – тут же подхватил Василий, похоже не пожелавший пропустить такое приключение. Тем более что выглядело оно нереально страшным, но пока не таким опасным.

– Парни, через час стемнеет.

– Значит, не стоит тянуть время, – пожав плечами, ответил Лев.

– Энрико, мы прокатимся в общежитие за своими.

– Это ваше решение. Погодите.

Он отошел к блокпосту и тут же вернулся с тремя упакованными гражданскими респираторами в виде полных масок, с фильтрами по бокам. Не полицейский вариант, но от витающей в воздухе заразы уберечь должны.

– Запасные фильтры можете присмотреть в магазине. Там, правда, небольшой бардак. Ну да такие дела, что уж тут поделать. И это, я в хозяйственном отделе видел рабочие краги. Это, конечно, не тактические перчатки, но все одно кевлар: если вдруг придется дать кому в зубы, поможет не получить ссадину. Тем более что сейчас там все бесплатно. Приказ лейтенанта, – хитро подмигнув, закончил полицейский.

– Спасибо, мы учтем, – на полном серьезе ответил Нефедов, отворачиваясь к машине.

– Эй, Дмитрий, – окликнул его Энрико, – капсюльные стволы остались в доме. Мы не нашли зарядов, и лейтенант отмахнулся от них.

Сказал и, отвернувшись, пошел к блокпосту.

Глава 4
Этот долгий день

– Дима, а ты куда? – поинтересовался Денисов.

Съехав с мола, Нефедов, вместо того чтобы повернуть налево, к общежитию строителей, поехал направо. Лев, конечно, слышал о том, что именно сказал Энрико, но, признаться, не придал этому значения. Капсюльное оружие – априори однозарядное и ненадежное. Хлам, одним словом.

– Домой к Джонстону, – глухо, сквозь пластиковое забрало респиратора, закрывающего все лицо, ответил Дмитрий.

– Этот полицейский ведь не нашел капсюли.

– Они хранятся отдельно, в ящике с принадлежностями для ухода, там целый набор.

– Да пофиг. На фига тебе нужны эти пугачи? Случись нужда, от лопаты и то больше толку.

– Из одного пугача я сегодня стрелял на три сотни метров, и весьма удачно. А пуля там такая, что слона свалит. Второй – шестизарядный кольт. Древний. Но очень даже рабочий. Тем более с современными капсюлями.

– А чего же ты тормозил, когда мы проезжали мимо?

– Вообще-то на тот момент мы еще не знали, какая тут началась задница. А это как бы чужой дом.

– А. Ну да. Ладно, поехали.

– Уже еду, – вдавливая педаль газа, ответил Дмитрий.

Впрочем, ехал он недолго. Уже через пару сотен метров остановился и указал на лопату, приставленную с внутренней стороны заборчика двухквартирного коттеджа. Лев понял все без слов. Не он ли меньше минуты назад говорил о том, что отбиться можно и с помощью банальной лопаты. Выскочил, подхватил орудие труда и вновь устроился на переднем сиденье.

Четверка людоедов все еще занимались своей добычей. Разве только один из мужчин отошел к надувному бассейну, наполненному водой. Такие имелись в продаже в супермаркете. Голубая лагуна – это, конечно, замечательно, но кому-то нравится полежать в джакузи. Да-да, там имелись пластиковые сопла и система подачи к ним воздуха.

– Пить захотел, с-сука, – констатировал очевидное Лева.

Каннибалы дружно обратили взоры в сторону проезжающего мимо автомобиля, прервав свое занятие. Впрочем, сообразив, что им мешать никто не собирается, продолжили свою трапезу. Ну и Дмитрий решил не разочаровывать их. Во всяком случае, пока. Тем более что место остановки укрыло их от взоров этого страшного квартета. Н-да. Только не сказать, что от этого стало спокойней. Все же когда видишь опасность, ты хоть как-то контролируешь обстановку.

Выходя из машины, Нефедов вооружился баллонником. Василий, отказавшись оставаться в машине, держался за идущими впереди товарищами. Впрочем, едва сравнялись с «шевроле» хозяина, как он залез в инструменты и вооружился точно таким же ключом. Оно вроде и несерьезно, но уже не с пустыми руками.

В распахнутую дверь входили как заправские спецназовцы. Страхуя друг друга, заглядывая за углы и стараясь рассмотреть, что там творится в мертвых пространствах. Резко вваливались в помещение, держа перед собой жалкое подобие оружия и осматриваясь в поисках угрозы. Н-да. Им-то, конечно, не до смеха. Но со стороны это выглядело настолько комично, что могло вызвать лишь презрительную усмешку.

Две комнаты и ванная. Чисто. Общий порядок практически не нарушен. Во всяком случае, следов борьбы не наблюдается. Окно в спальне выбито. Василий сразу же предположил, что это переродившийся хозяин не смог открыть входную дверь и выломал раму. Парень никак не желал называть их ни психами, ни сбрендившими, окончательно и бесповоротно уверовав в апокалипсис.

Оружие Джонстон вычистить успел. Вон он, кольт, висит на крючке, а «спрингфилд» стоит на своем месте в пирамиде. Но ни пороха, ни капсюлей, ни пуль не видно. В смысле пластиковая коробка, в которой Дэвид брал припасы на стрельбище, вон она, присутствует. Но только пустая, потому что они все расстреляли.

Разумеется, у него имеется запас всего необходимого для стрельбы и ухода за оружием. Просто хранится оно не под кроватью и не в сейфе, а в платяном шкафу. Скорее всего, туда заглянули, но железный инструментальный ящик, который никак не поместить под кроватью, никого не заинтересовал. Времени же у полицейских не было. Ну да оно и к лучшему.

Дмитрий подошел к платяному шкафу и, что-то там для себя решив, открыл дверцу, сместившись в сторону. Мало ли, вдруг переродившийся Дэвид укрылся именно там. Бред, конечно. Но тут и на воду дуть станешь.

– О. А это что? – удивился Лев, указывая на пластиковые контейнеры рядом с кроватью.

– Не видишь, патроны двенадцатого калибра, – извлекая наружу свою тяжелую добычу, ответил Дмитрий.

– Это я вижу. А какого они их оставили?

– Дробовой заряд. Наверное, забрали только картечь и пули, – раздвигая полочки ящика, ответил Дмитрий.

– А на фига ему дробь? – не унимался Лев.

– Для стрельбы по тарелочкам. Там же под кроватью и разобранная машинка для их запуска лежит. Этот ящик туда попросту не поместился: слишком высокий. А еще Дэвид говорил, что на острове уж больно много свиней и коз расплодилось. От прежних жителей остались. Кормовая база хорошая, хищников нет. Ну и руководство компании вроде как грозилось квотами на отстрел. Но для этого, наверное, все же нужны пули и картечь, – изучая содержимое ящика, пояснил Дмитрий.

– Вообще-то этой дробью сбить козу – как два пальца об асфальт, – возразил Лев.

– Ну, может быть. Я не в курсе.

Итак, в нижнем, основном коробе десяток четырехсот-граммовых банок с дымным порохом. По мнению Дмитрия, это очень много. Один заряд винтовки требовал четыре с половиной грамма, револьвер – два. Ну и сколько можно палить? Вот то-то и оно. Похоже, насчет оружейного маньяка Джонстон все же слегка поскромничал. Был он им. Еще как был.

Там же, в основном коробе, четыре банки с мастикой для камор револьверного барабана. Конечно, самопроизвольное воспламенение во время выстрела явление нечастое, но все же случается. Разорвавшийся в руках револьвер или самопроизвольный выстрел из боковых камор – не то событие, которое хотелось бы испытать на себе. Так что лучше пользовать мастику.

Две нижние полки набиты войлочными пыжами для винтовки. Джонстон не любил крутить патроны и предпочитал заряжать прямо из пороховницы, уплотняя пулю войлоком. На второй полке слева готовые револьверные пули, справа винтовочные. Сотни по две, никак не меньше. И на самых верхних слева – коробки с капсюлями. Справа две пороховницы, под винтовку и револьвер, пара пулелеек и столько же капсюльниц, что серьезно упрощает заряжание.

– Живем, парни, – снимая большой револьвер с крючка, не без удовольствия констатировал Дмитрий.

Оно вроде и не особый любитель оружия. Но с другой стороны, уж больно впечатлился увиденным. А потому хотелось иметь в руках какой-нибудь убойный аргумент. Хм. И похоже, не ему одному. Лев выставил на кровать два пластиковых контейнера с дробовыми патронами, явно намереваясь их забрать.

– Это зачем? – приступая к заряжанию, поинтересовался Дмитрий.

– Такая дробь и волка свалит, и человеку будет более чем достаточно. Тем более если с расстояния в десяток метров. А дальше палить и не придется.

– Из чего палить-то? Ружья тут нет, – удивился Василий.

– Нет, значит, слеплю на коленке, – уверенно заявил Лев. – Дима, у них тут где-нибудь сварочный аппарат и трубы под диаметр патронов найти можно?

– Мы проезжали мимо сварочного цеха, когда въезжали в поселок. Метров двести. Но-о… – Нефедов с сомнением указал на контейнеры с патронами.

– Даже не сомневайся. Если найдется все, что нужно, за полчаса слеплю стреляющую палку. Две. Еще и Васе. А там и за парнями поедем. С оружием оно ведь лучше, чем без него. А с этими раритетами ты сам разбирайся. Как, Вася, не откажешься от дробовика?

– Не откажусь, – нервно сглотнув, ответил парень.

И ведь поди пойми, от страха или от охватившего его возбуждения. Дмитрий даже опасался, что парень может начать воспринимать окружающую действительность как игру. А что, имплантировали нейросеть, подключили к виртуалу и отрабатывают какую-то там модель поведения в определенной ситуации. Ох, как много он отдал бы, чтобы это действительно было так.

– Пока будем возиться, стемнеет, – усомнился Дмитрий, споро заряжая револьвер.

– Ничего. Энрико же сказал, что уличное освещение работает. Так что не так страшно. А там, глядишь, еще и дотемна успеем. Эти самопалы и впрямь ладить недолго.

Вроде и практика в обращении с этими стволами была небольшой, но управился быстро. Может, оттого что времени прошло всего-то несколько часов. А может, просто потому, что ему реально нравился этот револьвер. Дай только бог выбраться с этого дерьмового острова, обязательно купит себе такой.

Зарядив кольт, Нефедов достал из оружейного шкафа штатный деревянный приклад и быстренько прикрепил его к рукояти. Получился эдакий шестизарядный мини-карабин, под два кило весом. Сегодня на стрельбище Дмитрий стрелял из револьвера на дистанцию в семьдесят метров, причем именно с прикладом, и с весьма неплохим результатом.

Интересно, у Джонстона есть кобура и оружейный пояс вообще? Ничего подобного не видно, а сам хозяин не рассказывал. Может, и нету. Но с ношением оружия нужно что-то придумать. Хм, а что, если так? Дмитрий взял с полки в шкафу два кожаных ремня. Один затянул на шейке приклада, проделав дополнительное отверстие и отрезав лишнее. Второй подсунул под него и застегнул на штатный замок. Получился одноточечный ремень.

– Лева, пока не обзаведешься своим дробовиком, смотри, как нужно пользовать эту винтовку.

– Ла-адно, показывай, как обращаться с этим карамультуком.

Зарядил, комментируя свои действия для внимательно наблюдающего за ним Льва. Впрочем, несмотря на всю серьезность, он заявил, что будет таскаться с этой бандурой ровно до того момента, пока не соорудит собственный самопал, доверия к которому у него больше.

Когда уходили, Василий и Лев прихватили по контейнеру с патронами. Дмитрий понес увесистый инструментальный ящик с принадлежностями. Ну и не выпускал из рук оружие. Несмотря на приклад, из кольта вполне возможно стрелять и с руки. Конечно, не так удобно, но не смертельно.

– Ты куда, Дима? – удивился Денисов, когда бригадир направился к соседскому дому.

– Да каннибалы эти… Сейчас отоварю по-быстренькому – и назад. Здесь обождите.

– Ага. Щаз-з. Вася, сядь в машину и не вылезай из салона. Я кому сказал. Вот так. Пошли уж, Верная Рука, – поудобнее перехватывая «спрингфилд», произнес Денисов.

Шли особо не прячась, а как раз наоборот, стараясь держаться середины дороги, подальше от возможных укрытий для нападающих. Опыт двух прошлых встреч указывал на то, что при появлении посторонних зараженные не особо-то и отрываются от трапезы.

Так в общем-то и вышло. Когда Дмитрий со Львом подошли к забору, каннибалы оторвались от своего занятия, вперив в них недовольные взгляды. Но, видя, что те остановились и не думают приближаться, вновь впились зубами в свою добычу. Кстати, отходивший попить вновь присоединился к товарищам.

Но, судя по всему, дело у них не особо спорилось. Человеческие зубы не приспособлены к перемалыванию сырого мяса. Да и отрывать куски получается откровенно плохо. До этих безумцев метров тридцать. Так что Нефедов отчетливо слышал и недовольное утробное рычание, и чавканье.

– Дима, ты не находишь, что зомбаки какие-то странные? Не кидаются на нас. Едят себе и едят.

– Ну, на зомбаков они точно не тянут. Что же до кидаться… Наверное, нет смысла. Еды-то у них вдоволь.

– Но они же не звери, а сбрендившие люди.

– Да откуда мне-то знать! Ладно. Не мешай.

Дмитрий вскинул револьвер, уперев приклад в плечо Ч-черт. Целиться с респираторной маской на все лицо совершенно неудобно. Приловчился. Взвел курок и задержал дыхание. Пристроившийся лицом к нему мужик поднял на него любопытный взгляд. Нефедов был готов поклясться, что именно любопытный, и никак иначе. Впрочем, на его решимость эти гляделки не оказали ровным счетом никакого влияния. Скорее даже наоборот.

Выстрел! И тут же перед ним выметнулось облако дыма, сквозь молочную пелену которого Дмитрий сумел рассмотреть, как голова каннибала взорвалась, подобно переспелому арбузу. Свинцовая коническая пуля в одиннадцать миллиметров – это более чем серьезно. Да еще и на столь незначительной дистанции.

Палец потянул курок. Вся тройка вскинулась на гром выстрела, вперив в Дмитрия удивленный и испуганный взгляд. Выстрел! На этот раз свинец прилетел в грудь обернувшегося второго мужика. Видимость еще хуже, но Дмитрий все же рассмотрел, как тот сложился изломанной куклой и рухнул на асфальт.

Реакция обеих женщин оказалась мгновенной. Они тут же бросились прочь, даже не пытаясь проявлять агрессию. Дмитрий вновь взвел курок и выстрелил. Мимо. Еще выстрел. И опять мимо. Еще. И столь же плачевный результат. Перед взором от частой стрельбы плотная завеса дыма, сквозь которую едва можно различить, как беглянки скрылись за углом дома. В барабане последний заряд.

Вновь взвел курок и направился во двор. В смерти первого сомнений никаких. Уж больно эффектно он разметал свои мозги. А вот второго, если что, нужно бы добить. Ну надо же. Живой. Сипит, пускает кровавые пузыри и мелко сучит ногами, но все еще живой. Ну или отходит. Впрочем, мало ли как у них все, вдруг они регенерируют, словно ящерицы. Дмитрий вскинул револьвер, чтобы разнести этому упырю башку.

– Не надо, бригадир, – положив руку на запястье, остановил его Денисов.

– Не понял. Жалко стало? Так ты глянь на нее. – Нефедов указал на истерзанное женское тело.

Вот странное дело. Вроде и картина жуткая, и в то же время никакой рефлексии. Возможно, едва решив для себя, что это зомби-апокалипсис, они уже настроились и ожидали чего-то подобного. Конечно, зрелище не из приятных, но блевать они все же не начали. Разве только от злости скрипели зубами.

– Жалко тут ни при чем, Дима. Лучше побереги заряд. Перезарядиться-то только в машине сможешь, – возразил Лев.

Потом открыл пассажирскую дверь, извлек уже привычный баллонник и, коротко хекнув, проломил людоеду голову. Тот дернулся в последний раз и, вытянувшись во весь рост, замер. Все. Тут регенерируй – не регенерируй, а с проломленной черепушкой ты не жилец в любом случае.

Покончив с этим, вышли на улицу. Хм. Ну вот что ты будешь делать. Опять эта чихуахуа. Несется так, что уши прижались, а шерстка развевается, что твоя лошадиная грива. А за ней, уже по обыкновению, гонится женщина. Не хозяйка и не та, что гналась в прошлый раз. Только на этот раз, похоже, преследовательница все же нагонит коротконогую собачонку.

– Лева, дай-ка винтовку.

– Дима, она людей не жрет, даже менты за стволы не берутся.

– Дай сюда винтовку.

– Держи. – Денисов протянул оружие, не скрывая своего раздражения.

Нефедов вскинул «спрингфилд». Взвел курок. Метров сто пятьдесят. Женщина бежит прямо на него. Упреждения не нужно. Прицелился в грудь. Выстрел! Винтовка мягко толкнула в плечо, что свойственно для черного пороха. Быстро истаивающее облако дыма, полетевшая кубарем по асфальту преследовательница – и порскнувшее в сторону испуганное рыжее чудо.

– Сейчас гонится за собачкой, а потом наградит укусом кого-нибудь из нас. А что до полицейских, то как бы их стремление к соблюдению законности не обернулось нам всем боком.

Прежде чем отправиться в сварочный цех, зарядили оружие. Лева вполне управился со «спрингфилдом». Но ввиду низкой скорострельности и мешкотности заряжания в дальнейшем иметь с ним дело отказывался. Все его надежды были связаны с будущим самопалом.

Сварочный цех, как и все постройки на острове, являлся модульным зданием. Разве только имел большое свободное пространство, высокие потолки и хорошую вентиляцию. При входе справа административное помещение. Слева раздевалка и душевая.

Заходили в цех без опаски, так как при входе пришлось сбивать навесной замок. С одной стороны, оно вроде как имущество компании и взлом, с другой – идут они все лесом. Уложив троих, Дмитрий словно перешел незримый Рубикон, после которого пути назад уже не будет. Бог весть отчего именно такое ощущение, но вот не отпускало, и все тут.

В цеху достаточно светло. Дневной свет заливает довольно прохладное помещение через большие окна. Материалы, инструменты и оборудование в наличии. Лева только руки потер – мол, сейчас все будет в лучшем виде.

Дизель-генераторы поселков обеспечивали электроэнергией только дома, административные здания, общественные места и заведения. Уличное освещение автономное, от солнечных панелей с аккумуляторами. Что же до предприятий и строительных площадок, то они имели свои генераторы. Так что оставалось только запустить таковой и подать энергию в сеть цеха.

Лев ничуть не врал и не преувеличивал, когда говорил, что при наличии всего необходимого управится за полчаса. Так оно, собственно говоря, и вышло. Правда, для начала пришлось повозиться, придумывая, как обезопасить себя от искр и окалин. Шорты и цветастая рубашка не больно-то подходят для сварочных работ. Впрочем, обнаружившийся на верстаке кусок брезента вполне сошел за фартук.

Два обрезка трубы. Один, будущий ствол – внутренним диаметром под патрон двенадцатого калибра. Второй – так сказать, ствольная коробка, в которой ствол должен двигаться как поршень. С казенной части в центре установить боек. Дальше – приварить под незначительным углом плечевой упор из трубы квадратного сечения. Подобие пистолетной рукоятки. И все. Самопал готов.

Со слов Левы, они так с пацанами забавлялись в деревне, куда он ездил отдыхать каждое лето. Конструкция проще некуда. И при этом исправно работает. Правда, требует определенной осторожности в обращении. Предохранитель отсутствует как класс. Малейший накол – и выстрел.

Кстати, испытания провели тут же. Не успел еще металл толком остыть, как патрон был уж в стволе. Упор в плечо, казенная часть и линия прицеливания удерживаются за счет пистолетной рукояти. Двинуть ствол на себя, накалывая капсюль, – и с гулким грохотом дробь вылетела из обрезка трубы, вздыбив на земляном полу облачко пыли.

– Я гляжу, работает, – появляясь из раздевалки, произнес Дмитрий.

– А ты сомневался? О. А что это ты несешь, бригадир?

– Рабочие комбинезоны сварщиков. Выгреб все шкафчики. Подбирайте себе по размеру.

– Дима, вообще-то могут и мародерство приписать. Энрико говорил насчет магазина, а не…

– Брось, Лева. Я только что завалил троих человек. Думаешь, есть смысл париться по поводу кражи? А нам для защиты самое то. У зараженных с клыками определенные сложности. Через эту брезентуху они, может, ущипнут, и больно, но точно не прокусят ее. И хорошо еще, что комбинезоны, а не распашонки, что пользуют у нас дома со времен царя Гороха.

– Ну, тут ты слегка не прав. У распашонок есть свои плюсы, – прикидывая размер комбинезона, возразил Лев.

– Возможно. Но мы сейчас их рассматривать не будем, – следуя его примеру, произнес Дмитрий. – С самопалами что?

– Первый готов. Вот сейчас переоденусь и через десять минут смастерю второй. Заготовки уже нарезали.

– Лева у нас чисто Кулибин. Видал, Дим, какую он стреляющую палку соорудил?

– И даже слышал, как она бабахает.

Минут через пятнадцать они выехали со двора сварочного цеха, так сказать, вооруженные и экипированные. Единственно, Дмитрий не стал брать кевларовые перчатки сварщиков. Безопасность – это, конечно, замечательно, но ему с его капсюльными образцами в них не управиться. Вот если бы пальцы обрезать, тогда совсем другое дело. Да только не получится, потому что при подобном обхождении перчатки эти очень быстро придут в негодность. Попросту распустится нить.

– Чего такой задумчивый, Вася?

– Да странно как-то все. Ну живые-то прячутся, ждут, когда власти наведут порядок. Это нормально. Укладывается в общую картину. Но в книгах, фильмах и играх зомби или зараженные бегают за живыми или иммунными. Как только увидят, так и кидаются. Выстрелы – вообще типа приглашение на обед. А тут…

– А тут не игра, Вася. Дима видал, те два трупака так и валяются, а тело с капота уволокли, – переключившись с парня, заметил Денисов.

– Те сбежавшие бабы и постарались. Шуганули их. Так теперь убрались в кусты, – ответил Дмитрий.

– Похоже на то, – согласился Лев. – А той бабы, что ты подстрелил на дороге, нет.

– Утащил кто? – предположил Дмитрий, замедляя ход рядом с местом ранения женщины.

– Да кто ж поймет. Вон кровь тянется за дом. А волокли ее или она сама…

– После такого калибра? – усомнился Дмитрий.

– Ну, значит, уволокли.

– Дим, как думаешь, они мутируют во что-то? – поинтересовался Василий.

– Кто о чем, а вшивый о бане, – не удержавшись, хмыкнул Лев.

– Понятия не имею. Возможно, заболевание сделало их агрессивными и включило инстинкт убийцы. Но не выключило самосохранение, – решил все же ответить Дмитрий. – Но даже если они и мутируют, испытывая при этом потребность именно в человеческом мясе, то жрать бесконечно они не в состоянии. Хотя бы потому, что пищу нужно как минимум переварить. А процесс этот не мгновенный. Так что бегать за всеми смысла нет. Схватили добычу, уволокли в уголок и, пока не съедят, не переварят, да не сходят по-большому, носа не высунут. А еще добыча по зубам далеко не всем. И яркое тому подтверждение – та четверка. Как видно, попытались поодиночке, но получили отлуп. Напали толпой, загрызли и стали есть, не особо скрываясь. Но вот им и тут дали по зубам. Двое погибли, оставшиеся получили опыт и теперь не станут действовать напоказ. Озвереть озверели, но мозг-то у них остался высокоразвитым. Значит, учиться будут быстро. Хотя, возможно, дальше звериной хитрости и не поднимутся.

– Ты так думаешь? – глядя на него внимательным взглядом, поинтересовался Василий.

– Только не нужно видеть во мне эксперта и истину в последней инстанции. Это лишь мое личное умозаключение. Ничуть не лучше и не хуже многих других, описанных сотнями фантастов. Всего-навсего мысли вслух. Что это и с чем их едят, нам придется узнавать на собственном опыте.

– И через кровь, – вздохнув, согласился Лев.

В ответ Дмитрий только промолчал. Оно бы лучше не надо. Но… Как в том анекдоте – товарищ, вам в отдел фантастики. Все уже случилось, и первая кровь пролилась. И тот полицейский с трупом мужчины на плече Василию не привиделся. И люди будут продолжать перерождаться или слетать с катушек, как предполагают оптимисты. За опыт в подобных ситуациях всегда приходится платить кровью. И лучше бы она была не твоей и не твоих близких.

Единственная улица поселка была пустынной. Оно и в другие дни не особо людно. Если только в будни все время снует транспорт. Ну или в районе магазина, кафе и бара народ суетится. Но сегодня поселок словно вымер. Разве только, проезжая мимо причала, приметили на берегу сбившихся в кучки людей. Это те, кого не допустили на причал. Дальше вновь полное безлюдье.

– Дима, а ты куда? – в который уж раз за день удивился Денисов.

– На автостоянку, куда еще-то. Сейчас возьмем пару автобусов и поедем за нашими.

– А, ну да. Я как-то не подумал. А ключи?

– Так не частная лавочка, должны быть в будке диспетчера.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Вепрь-308СУ – «вепрь» калибра 308 снайперский укороченный, под патрон 7.62х51 НАТО. Плод воображения автора.

Вернуться