Елена Петровна Блаватская
Тайная доктрина с комментариями

сост. и коммент. Е. Лиственной

© Лиственная Е.

© ООО «Издательство АСТ»

Основные вехи жизни

«Я – психологическая задача, ребус и энигма для грядущих поколений, сфинкс…»

Из письма тете Надежде Андреевне Фадеевой

Елена Петровна Ган (в замужестве Блаватская) родилась в ночь с 11 на 12 августа (с 30 на 31 июля по старому стилю) 1831 года в городе Екатеринославле (с 1926 года – Днепропетровск, с 2016 года – Днепр) сейчас это Украина, тогда это был юг Российской империи. Пожар, случившийся во время крещения девочки, родившейся под знаком огненной стихии Льва, в сочетании с ее именем (Елена (греч.) означает «солнечный свет» или «факел») стал символом огненного крещения женщины-светоча. Елена Петровна Блаватская, имевшая в генах яркую пассионарность[1], была старшей современницей Ленина (1870–1924) и Сталина (1879–1953). Она была немногим младше графа Льва Толстого (1828–1910) и Федора Достоевского (1821–1881). Незадолго до ее рождения умер Иммануил Кант (1724–1804), а Гегель[2] скончался осенью того же года, когда она родилась (27 августа 1770, –14 ноября 1831). При ее жизни было отменено крепостное право в России (1861). Завершилась эпоха великих географических открытий и колонизации мира, началось время смут и революций – передел сфер влияния. Палеонтологи откапывали кости гигантских животных – динозавров, а микробиологи изучали тайны мельчайшего строения живой клетки, давно известные древним грекам, унаследовавшим знания египтян, как те в свое время – у атлантов и лимурийцев.

Елена Петровна в своих книгах провела глубочайший сопоставительный анализ почти всех мировых религий на протяжении тысячелетий истории человечества: буддизм, индуизм, христианство во всех ответвлениях вплоть до ислама, иудаизм, конфуцианство, даосизм, зороастризм, эллинский пантеизм, египетские и коптские верования, названия которых уже утеряны, так называемое «язычество», арийские, лимурийские и атлантские культы – охват ее богоисследований актуален и сегодня. Целью ее исследований было стремление «…внушить ученикам и всем «любящим истину» некоторые великие нравственные истины. Отсюда и девиз, принятый Теософическим[3] Обществом – «Нет религии выше истины». Главной целью основателей эклектической теософической школы было: примирить все религии, секты и нации общей системой этики, основанной на вечных истинах», – пишет она в книге Ключ к теософии.

Мама – Елена Андреевна Фадеева

Елена Андреевна Фадеева, вышедшая в 16 лет за полковника артиллерии Петра Алексеевича фон Ган[4], который на тот момент был почти вдвое старше нее, через год после свадьбы родила первую дочь – Елену, Лёлю, как ее прозвали родные (в будущем – Блаватскую по мужу). Затем родилась Верочка (в замужестве Желиховская, впоследствии известная писательница) и в 1840 родился долгожданный сын – Леонид, в будущем юрист, судья в Ставрополе, ухаживал за состарившимся отцом, прожил скромно, недолго (45 лет) и ничего выдающегося не написал. Пожалуй, единственный из всех родственников Елены Блаватской, кто не оставил свое имя в военной или литературной истории страны или мира.

Елена Андреевна Ганн (1814–1842).

Мама Лёли – Елена Андреевна была романтичной натурой, в девичестве она мечтала об идеальном супруге с глубокими духовными интересами. Но рослый, статный капитан конной артиллерии фон Ган быстро развеял ее мечты. Он был блестяще образован, но все его интересы сводились к лошадям, ружьям, собакам и званым обедам. Его отличали редкое остроумие и закоренелый скептицизм. Елена Андреевна писала: «Все, к чему я стремилась с самого детства, все дорогое и святое моему сердцу было им осмеяно или выставлено передо мною в безжалостном и циническом свете его холодного и жестокого ума». Она нашла прибежище в сочинении романов о несчастном положении женщин в супружестве в России. Интересно, что романы известной немецкой писательницы Иды фон Ган, двоюродной бабушки Лёли со стороны отца, также были посвящены печальной участи женщин, не нашедших семейного счастья. Разочарованность женщин традиционным семейным укладом в те годы наблюдалась во всем просвещенном мире – в то время был в большой моде феминизм[5], а суфражистки[6] в Великобритании и США приковывали себя к воротам, садились на рельсы, устраивали демонстрации и стояли на улицах с плакатами, требуя равенства в гражданских правах с мужчинами.

«Две Елены (Елена Ганн и Елена Блаватская)». 1844–1845. По одной из версий, картина была написана самой Е. П. Блаватской[7]

Лёлечка росла в окружении самых ярких личностей своего времени, бывавших в доме ее родителей и других родственников. Но в то же время «…пока я жила в полку у отца, единственными моими няньками бывали солдаты артиллерии да калмыки-буддисты (!)», – вспоминала она. На фоне «привычного» ритуального православия ее родственников – все они были очень просвещенными светскими аристократами (а Ганы, скорее всего, были еще и католиками) – такое экзотическое верование, как буддизм не могло не привлечь внимание живого исследовательского ума озорной своенравной девочки Лёли. А путешествия по военным гарнизонам громадной Российской империи дали пищу для наблюдений над всеми другими верованиями многочисленных народов ее населяющих.

Через два года после рождения сына Леонида Елена Ган – в 28 лет – на тот момент уже известная русская писательница, сильная духом, но слабая здоровьем, умерла. На ее белом мраморном надгробии, на колоне, обвитой красивой розой, высечена надпись: «Сила души убила жизнь». Природа одарила ее и изысканной красотой, и тонкой чувствительной душой. В 1836 году она вошла в русскую литературу как переводчик, а известна стала, как автор одиннадцати романтических повестей. «Не являлось еще на Руси женщины столь даровитой, не только чувствующей, но и мыслящей. Русская литература по праву может гордиться ее именем и ее произведениями», – писал о ней В. Г. Белинский, который называл ее «русской Жорж Санд»[8].

Отец – Петр Алексеевич фон Ган

Прослужив в армии тридцать лет, П. А. Ган был награжден орденами Св. Анны 3-й степени, Св. Владимира 4-й степени, Георгия Победоносца 4-го класса, знаками отличия за беспорочную службу. Вышел в отставку в 1845 году в должности командира конноартиллерийской легкой № 6 батареи 3-й конноартиллерийской бригады и чине подполковника. При увольнении со службы был награжден «чином, мундиром и пенсионом полного жалования» (т. е. получил звание полковника с правом ношения мундира). Завершив службу в Белоруссии, из местечка Деречин Гродненской губернии Петр Алексеевич Ган переезжает в Саратов, где в то время в семье тестя – губернатора жили трое его детей: Елена, Вера и Леонид. И в эти, и во все последующие годы до конца жизни он – заботливый отец всем своим детям.[9] П. А. Ган всегда был другом и поддержкой старшей дочери – Елене, как бы далеко от него она не находилась. Такое же чувство любви испытывала к отцу и Е. П. Блаватская. Последние годы жизни П. А. Ган провел в Ставрополе, в семье сына. Там же в 1875 году он завершил свой жизненный путь и был похоронен.

Российский герб рода Ганов.

Папа-большой и бабочка

В 1842 году 11-летняя Леля, 9-летняя Верочка и 2-летний Леонид остались без мамы и переехали в любимый ими Саратов к папе-большому (деду) и бабочке (бабушке).

Дедушка с материнской стороны Андрей Михайлович Фадеев (1789–1867) – столбовой дворянин[10], государственный и общественный деятель, писатель-мемуарист, публицист. В Екатеринославле вначале служил в Конторе иностранных поселенцев младшим товарищем главного судьи, а с 1818 года, после преобразования Конторы в Попечительный Комитет колонистов южного края России, стал начальником его канцелярии и занимал эту должность до 1834 года. В Екатеринославле началась публицистическая деятельность Фадеева. Будучи одним из создателей и активных членов Екатеринославского помологического общества, он внес значительный вклад в развитие садоводства в крае. В последующие годы Фадеев занимал высокие государственные посты в Одессе, Астрахани, Саратове, Тифлисе. Оставил обширные мемуары – талантливое повествование о судьбе семьи и страны на фоне эпохи, бесценный источник знаний для исследователей.

Андрей Михайлович Фадеев к моменту смерти старшей дочери занимал пост саратовского губернатора. Губернаторская семья жила в доме, находившемся неподалёку от «Липок». В воспоминаниях современников этот дом описывался как «огромный, похожий на замок барский особняк, где стены длинных величественных залов были увешены фамильными портретами Долгоруковых и Фадеевых». Дом Фадеевых посещала саратовская интеллигенция, например Костомаров (историк), Мария Жукова (писательница).

Андрей Михайлович Фадеев и Елена Павловна Долгорукая.

Воспитанием и образованием детей занималась бабушка княгиня Елена Павловна Долгорукая (1788–1860) и три нанятых учителя. Широко и многосторонне образованная, пытливая натура, знавшая 5 иностранных языков, «бабочка» была одарена музыкально, хорошо рисовала, интересовалась археологией и ботаникой[11]. Удивительная женщина была также известным нумизматом, фалеристом[12], уникальная коллекция которой насчитывала многие сотни единиц. Гербарии Фадеевой и её рисунки различных растений, которые в настоящее время хранятся в архиве Академии наук РФ, были известны многим учёным и вызывали их восхищение. Е. П. Фадееву хорошо знали в среде ученых-естественников, особенно в Лондонском географическом обществе. Елена Павловна состояла в научной переписке с немецким учёным Александром Гумбольдтом, английским геологом и основателем Геологического общества Родериком Мурчисоном, шведским ботаником Христианом Стевеном, изучавшим флору и фауну Крыма и Кавказа.

Бабушкина библиотека, доставшаяся той от родителей: отца – князя Павла Васильевича Долгорукова (1755–1837), генерал-майора времен Екатерины Великой, товарища и сослуживца Кутузова и мамы – Генриетты де Бандре дю Плесси (внучки эмигранта-гугенота[13]) – стала местом притяжения для необыкновенно впечатлительной и пытливой внучки. В этой великолепной библиотеке Лёля уже тогда особо выделяла книги по средневековому оккультизму (!).

Все окружавшие не по годам развитую Лёлю отмечали, что свойства ее характера отличались решительностью и более подходили бы мужчине, чем женщине. Энергия никогда не покидала ее в трудностях и опасностях ее необычайной жизни. С детства у нее была страсть к путешествиям, к смелым предприятиям, к сильным ощущениям. Она никогда не признавала авторитетов, всегда шла самостоятельно, сама себе прокладывая пути, задаваясь независимыми целями, презирая условия света, решительно устраняя стеснительные для ее свободы преграды, встречавшиеся на пути.

На лето вся семья переезжала на губернаторскую дачу – большой старинный дом, окруженный садом, с таинственными уголками, прудами и глубоким оврагом, за которым темнел спускавшийся к Волге лес. Вся природа жила для пылкой девочки особой таинственной жизнью, часто разговаривала она с птицами, животными и невидимыми товарищами ее игр. Она очень оживленно говорила с ними и иногда начинала громко смеяться, забавляясь их, никому кроме нее невидимыми смешными проделками, а когда наступала зима, необыкновенный кабинет ее ученой бабушки представлял такой интересный мир, который способен был воспламенить и не столь живое воображение. В этом кабинете было много диковинных вещей: стояли чучела разных зверей, виднелись оскаленные головы медведей и тигров, на одной стене пестрели, как яркие цветы, прелестные маленькие колибри, на другой – как живые, сидели совы, соколы и ястребы, а над чними, под самым потолком, распростер крылья огромный орел. Но страшнее всех был белый фламинго, вытягивавший длинную шею совсем как живой.

Когда дети приходили в бабушкин кабинет, они садились на набитые опилками чучела черного моржа или на белого тюленя. И в сумерки им казалось, что все эти звери начинали шевелиться, и много страшных и увлекательных историй рассказывала про них маленькая Лёля, особенно про белого фламинго, крылья которого казались обрызганными кровью.

Из воспоминаний ее сестры, Веры Петровны, об их детстве для нас, уже знающих о психических и мистических способностях человека, делается ясным, что с самого детстве Елена Петровна обладала ясновидением. Невидимый для обыкновенных людей астральный мир был для нее открыт, и она жила наяву двойной жизнью: общей для всех физической и видимой только для нее одной. Кроме того, она должна была обладать сильно выраженными психометрическими способностями, о которых в те времена не имели иного представления, кроме осуждения и страха. Когда она, сидя на спине белого тюленя и поглаживая его шерсть, рассказывала о его похождениях, никто не мог подозревать, что этого ее прикосновения было достаточно, чтобы пред астральным зрением девочки развернулся целый свиток картин природы, с которыми некогда была связана жизнь этого тюленя. Она словно видела документальный фильм из жизни животного.

Вера Петровна вспоминает маленькую Лёлю, растянувшуюся на песке: локти ее погружены в песок, голова поддерживается соединенными под подбородком ладонями рук, и вся она горит вдохновением, рассказывая какой волшебной жизнью живет морское дно, какие лазурные волны с радужным отражением катятся по золотому песку, какие там яркие кораллы и сталактитовые пещеры, какие необыкновенные травы и нежно окрашенные анемоны покачиваются на дне, и между ними за резвыми рыбками гоняются разные морские чудовища. Дети, не спуская с нее глаз, слушали ее зачарованные, и им казалось, что мягкие лазурные волны ласкают их тело, что и они окружены всеми чудесами морского дна…

Она говорила с такой уверенностью, что вот около нее проносятся эти рыбки и эти чудовища, рисовала пальцем на песке их очертания, и детям казалось, что и они их видят… Однажды, в конце подобного рассказа, произошел страшный переполох. В момент, когда ее слушатели воображали себя в волшебном мире морского царства, она вдруг изменившимся голосом заговорила, что под ними разверзлась земля и голубые волны заливают их… Она вскочила на ноги, и на ее детском лице отразилось сперва сильное удивление, а вслед затем и восторг, и вместе безумный ужас, она упала ниц на песок, крича во всю мочь: «Вот они, голубые волны! Море… Море заливает нас! Мы тонем…» Все дети, страшно перепуганные, бросились тоже вниз головой на песок, крича изо всех сил, уверенные, что море поглотило их.

Сестра Вера вспоминала, что Лёля «была окружена таинственной атмосферой явлений, видимых и слышимых, и ощутительных для всех ее окружавших, но совершенно ненормальных и непонятных». Стоило ей войти в дом, как отовсюду начинали раздаваться странные звуки, предметы сами собой сдвигались с места, являлись призраки и т. п. Из воспоминаний самой Блаватской: «…я обладала этой способностью с четырехлетнего возраста, о чем знает вся моя семья. Я могу заставить мебель передвигаться, предметы летать по воздуху, а мои астральные руки, которые их поддерживали, при этом оставались невидимыми; все это я делала задолго до того, как узнала о каких-либо Учителях».

Первый Учитель

В 1846 год, папа-большой (дедушка А. М. Фадеев) получил новую должность в совете главного управления Закавказского края. Он и бабушка переехали из Саратова в Тифлис (ныне Тбилиси). Через год Елена, Вера и Леонид, гостившие это время у тети Е. А. Витте (урожденной Фадеевой) на ферме за Волгой, тоже едут в Тифлис – по Волге, Каспийскому морю и прикаспийским степям. Пятнадцатилетнюю барышню Елену Петровну пора было представить высшему свету. В Тифлисе Лёлю ожидал первый большой предновогодний бал у князя М. С. Воронцова, где она встретилась и подружилась с князем Голицыным, родственником царского наместника Кавказа. Немолодой уже Голицын слыл франк-масоном, магом и предсказателем. Князь Василий Сергеевич Голицын (1794–1861)[14], генерал-майор, начальник центра Кавказской линии, а позже тайный советник, прибыл в Тифлис и провёл там несколько месяцев, почти ежедневно посещая Фадеевых, часто вместе с молодыми сыновьями Сергеем (1823–1873) и Александром (1825–1864). Вероятно, старшее поколение подумывало о подобающей для Лёли «партии» – браке с одним Голицыных-младших. Но такую неординарную девушку, наверняка, гораздо больше привлекали таинственные рассказы самого Василия Сергеевича.

«Кажется возможным, что беседы ее с «магом» – князем Голицыным, человеком хорошо знакомым с медиумическими и ясновидческими феноменами – породили в ней мысли, которые вдохновили ее на решение избежать чуждой ей жизни дамы высшего общества. Также возможно, что она рассказала ему, симпатизирующему ей, о своих видениях, о своем «Хранителе», и он дал ей некоторую информацию. Может быть даже адрес того египетского копта, который стал, как полагают, ее первым учителем Оккультизма», – предполагала ее сестра Вера. Написанная Верой Петровной Желиховской (в девичестве Ган) биография Елены Петровны была переведена на многие языки и до сих пор считается самой правдивой (я использовала ее как основу для этой, биографической, части книги).

15 летняя Лёля встретила человека, который полностью понял и разделил ее духовные устремления, да еще знал гораздо больше, чем она даже смела мечтать! Но чему именно научил и к каким масонским тайнам князь Голицын приобщил Лёлю неизвестно. Блаватская предпочитала об этом никому не говорить, возможно, потому что масонская тайна обязывала к молчанию. Жаль, что она не вела дневников, а те отрывочные биографические сведения, что можно почерпнуть из ее многочисленных писем – по древней конспирологической традиции Посвященных – запутаны и не точны. Да и о князе Голицыне информации не много. Впрочем, для нас важна только его роль «компаса» в жизни Лёли – уверена, что именно он указал ей путь на восток.

Замужество «для вида»

Сейчас в статусах на страницах в социальных сетях можно встретить выражение: «женат (замужем) для вида», означающее немалый спектр вариантов причин: от банально-бытовых до деликатно-девиантных[15]. Во времена девичества Лёли девочка из приличной семьи ни в одной стране мира не могла не то что свободно путешествовать, а даже просто выходить на улицу без сопровождения. Если сейчас детям из богатых семей это диктуют соображения безопасности, то тогда это было требованием этики и морали. Незамужнюю Лёлю ни за что не отпустили бы странствовать по Египту или Гималаям (ее детской мечте) без патронажа кого-либо из взрослых. Впрочем, в 13 лет ей повезло побывать очень близко от Гималайского горного хребта: дядя, Ростислав Андреевич Фадеев, взял ее с собой в экзотическое путешествие – в киргизскую орду к князю Джангиру, в отроги Тянь-Шаня. Интересно, что через 100 лет, в Советской Социалистической республике Киргизии прославится ее внучатый племянник – Петр Алексеевич Ган. С 1947 и по 1989 гг., он возглавлял лесную науку и сделал очень много для сохранения редких высокогорных лесов. В 1996 году Постановлением Президиума Национальной Академии Институту леса и ореховодства было присвоено имя доктора биологических наук, профессора, заслуженного деятеля науки Кыргызской Республики П. А. Гана.[16]

Все знаменитые родственники Елены Блаватской любили и понимали окружающий их мир – и людей и природу. Все они, будучи настоящими аристократами духа, сердечно сочувствовали тяготам простого народа. Сестру Лёли – Веру Петровну Желиховскую (в девичестве Ган) вспоминают с благодарностью за ее материальную помощь, не говоря уже о поддержке нравственной, которую она оказывала, несмотря на очень ограниченные средства (рано овдовев, она осталась одна с шестью детьми). «Она никогда не падала духом, – писал о Вере Петровне Р. Николаев, – это была ее отличительная черта, как и сочувствие чужим бедам и горестям».

В ранней юности Лёля, в соответствии с требованиями своего сословия, вела светский образ жизни, часто бывала в обществе, танцевала на балах и посещала вечера. Она путешествовала не только по России и колониям, ее папа Петр Ган вывозил ее в Париж и Лондон. В биографическом очерке «Елена Петровна Блаватская» Е. Ф. Писарева сообщает, что «знавшие её в молодые годы вспоминают с восторгом её неистощимо весёлый, задорный, сверкающий остроумием разговор. Она любила пошутить, подразнить, вызвать переполох» Но к 16 годам с ней произошла внутренняя перемена, она резко повзрослела и стала ещё глубже изучать книги из прадедовской библиотеки, очевидно, под влиянием князя Голицына.

Надежда Андреевна Фадеева, тетя Елены по маме, пишет о племяннице: «Как ребёнок, как молодая девушка, как женщина она всегда была настолько выше окружающей её среды, что никогда не могла быть оцененной по достоинству. Она была воспитана как девушка из хорошей семьи (…) Необыкновенное богатство её умственных способностей, тонкость и быстрота её мысли, изумительная легкость, с которой она понимала, схватывала и усваивала наиболее трудные предметы, необыкновенно развитый ум, соединенный с характером рыцарским, прямым, энергичным и открытым – вот что поднимало её так высоко над уровнем обыкновенного человеческого общества и не могло не привлекать к ней общего внимания. Следовательно, и зависти, и вражды всех, кто в своем ничтожестве не выносил блеска и даров этой поистине удивительной натуры» Я намеренно не обращаю внимания на многочисленные инсинуации в адрес Блаватской, потому что не они стяжали золотое мировое наследие духовных ценностей, а те знания, которые донесла до нас Елена Петровна. Что бы она ни делала – все было продиктовано ее стремлением к тайнам и таинствам постижения бога.

Вполне понятно, почему 16-летняя Лёля дала согласие на брак с ничем не примечательным, но миролюбивым 40-летним дворянином Никифором Васильевичем Блаватским. В июле 1847 они обвенчались в селении Джелал-Оглы неподалеку от Тифлиса. В ноябре состоялась церемония официального вступления Н. В. Блаватского в солидную должность эриванского (ереванского) вице-губернатора, но его молодая жена Елена Петровна на этой церемонии уже не присутствовала. Она уехала из России в Константинополь.[17] Есть много версий того, как ей удалось попасть за границу – личных паспортов у женщин тогда еще не имелось, они были «приписаны» к мужьям, – но способы достижения цели особой роли не играют. С мужем Лёля развестись не могла (разводы тогда были величайшей редкостью), они еще раз встретились через 16 лет, возможно, чтобы попрощаться (в декабре 1864 года он подал в отставку и навсегда исчез из поля зрения истории – уехал доживать свой век в Полтавскую губернию, в имение своего брата).

Конечно, можно посочувствовать Никифору Васильевичу, который «составил состояние» и «войдя в должность» во вполне подходящем для мужчины возрасте взял в жены юную девушку из знатной семьи, с традиционной для того времени целью – родить законных наследников… Но… Кто же знал, что Лёля не «перебесится» и романтизм из ее милой головки не выветрится? Но и ее вполне можно понять: наглядевшись на печальное замужество мамы, пережив ее раннюю смерть, зная о повсеместной борьбе женщин за равноправие – Лёля решила не рисковать. Она сама в воспоминаниях сообщает, что оставалась девственницей всю жизнь, что не удивительно при отсутствии в те времена надежных средств контрацепции. Но в сохранении целомудрия была и еще одна – наверное, главная – причина: Лёля намеревалась стать чела.[18]

Е. П. Блаватская в молодости. Фотография известна за рубежом как «Прелестная дева» (Young Lady). Первая публикация в книге А. П. Синнета «Случаи из жизни М-м Блаватской». Оригинал находился в медальоне Надежды Фадеевой.

«В арийской аллегории восставшие Сыны Брамы все представлены как святые Аскеты и Йоги. Будучи вновь рожденными в каждой Кальпе, они обычно пытаются воспрепятствовать человеческому размножению. Когда Дакша, глава Праджапати или [19] Создателей, порождает 10 000 сыновей с целью населения мира, Нарада – сын Брамы, великий Риши, будучи действительно Кумаром, если и не по имени – вмешивается в намерения Дакши и дважды расстраивает их, убедив его Сыновей остаться святыми аскетами и отвергнуть брак. За это Дакша проклинает Нараду и осуждает его на «воплощение как человека», подобно тому, как раньше Брама проклял его самого за отказ вступить в брак и дать потомство, сказав: «Погибни в твоей (настоящей Дэва или ангельской форме); пусть чрево станет обиталищем твоим», – т. е. чтобы стать человеком[20]» – писала Блаватская в Тайной доктрине. Практически каждое слово в этой цитате нуждается в пояснительной сноске, но тогда книга будет наполовину состоять из мелкого шрифта примечаний. Многие термины будут понятны во второй – содержательной – части книги, адресую вас туда. А нетерпеливым – гугл в помощь. Сейчас все гораздо проще узнать, нежели во время жизни Елены Петровны, когда каждую крупицу древних истин нужно было выискивать с тщением золотодобытчика.

Думаю, что Лёля в свои 16 лет уже была прекрасно осведомлена о «законах и обязанностях девственных Адептов», если не князем-мистиком Голицыным (что скорее всего), то многими книгами по оккультизму, прочитанными ею в библиотеке бабушки.

Первые мистические опыты

«В Константинополе ей посчастливилось встретиться с одной знакомой русской дамой – княгиней Киселевой, с которой она отправилась на некоторое время в путешествие по Египту, Греции и другим местам Восточной Европы. Может быть, встреча с Киселевой была не счастливой случайностью, а все было заранее договорено. Если догадка моя верна, то меняется весь характер ее исчезновения, – это не бесцельные поиски приключений (что надо совершенно исключить), а договоренная встреча с определенной целью», – пишет Альфред Синнет в своей книге о Блаватской.

В Египте Елена Петровна познакомилась с некоторыми оккультными учениями, хотя и примитивными, отличающимися от тех, которые она узнала позже. В то время в Каире жил один старый копт, богатый и влиятельный человек, который окружающими признавался как маг.[21] По-видимому, Блаватская стала его ученицей, он заинтересовался ею, и она с воодушевлением приняла его учение. Позже она вновь встретила этого человека и провела с ним некоторое время в Булаке. Ее первое знакомство с ним не было продолжительным, она тогда провела в Египте всего лишь около трех месяцев.

Полковник Олькотт[22] рассказывал о некоторых событиях, происшедших с Блаватской в то время: «Однажды, – рассказывала она с большим юмором, – я путешествовала по пустыне с одним коптом, белым магом. Как-то на ночном привале я призналась ему, что мне очень хочется выпить чашечку кофе по-французски, с молоком. «Ну конечно, если вы этого хотите», – сказал мне копт. Затем он подошел к верблюду с нашей поклажей, набрал там воды и через некоторое время вернулся с чашкой горячего кофе в руках». Она его сердечно поблагодарила и с наслаждением стала пить кофе, говоря, что даже в парижском кафе она не пила лучшего. Маг на это ничего не ответил, только любезно поклонился и продолжал стоять, как бы ожидая получить чашку обратно. Е. П. Блаватская пила кофе маленькими глотками, весело беседуя. Но что вдруг случилось? Кофе исчез, а в ее чашке оказалась простая вода. Там никогда и не было ничего другого. Она пила простую воду, ощущая иллюзорный вкус и аромат кофе мокко».

Посвящения, полученные Еленой Петровной во время египетских мистерий и знания, полученные тогда, к 44 годам выльются в невероятно обширный по охвату исследованных исторических материалов труд – научный трактат «Разоблаченная Изида». Первый том в полтысячи страниц заканчивается словами: «Тому малому числу возвышенных умов, которые спрашивают у природы вместо того, чтобы предписывать ей законы для руководства; кто не ставят границ ее возможностям по примеру своих собственных несовершенных сил; которые лишь потому не верят, что не знают, мы напомним о наставлении Нарады, древнеиндийского философа: «Никогда не произноси таких слов: „Я не знаю этого – следовательно, этого не существует“ Нужно изучать, чтобы знать, знать – чтобы понимать, понимать – чтобы судить».

Ключевое слово в названии книги – разоблаченная – и во времена Блаватской имело несколько значений: раздетая и пойманная с поличным. Она намеренно использует броское название, желая привлечь читателей якобы изобличительной книгой, на самом деле в мире до сих пор нет более детального исследования неведомых для нас таинств и мистерий древних «язычников», как их принято называть. Вот лишь один актуальный и сегодня эпизод, касающийся кардинальных различий между спиритизмом, одержимостью и ведовством: «Эти духи суть те невидимые, но слишком ощутимые магнетические вампиры, субъективные демоны, так хорошо знакомые средневековым экстазникам, монахиням и монахам, «ведьмам», ставшим столь знаменитыми благодаря «Молоту ведьм»; и некоторым сенситивным ясновидцам, по их собственному признанию. Они – демоны крови, по Порфирию; лярвы и лемуры древних; дьявольские орудия, через которых так много несчастных и слабовольных людей попадали на дыбу или костер. Ориген считал всех демонов, которые вселялись в упомянутых в Новом Завете одержимых, человеческими «духами». Вот почему Моисей, который хорошо знал, что представляют эти духи и как ужасны могут быть последствия для слабых личностей, поддающихся их тлетворному влиянию, установил беспощадные жестокие законы против мнимых «ведьм»; но Иисус, полный справедливости и божественной любви к человечеству, лечил их, вместо того, чтобы убивать. Впоследствии наше духовенство, претендующее быть образцами христианских принципов, придерживалось закона Моисея, полностью игнорируя закон Того, кого они называют своим «единым Богом живым», и жгли дюжинами и тысячами таких мнимых «ведьм»[23].

Кажется, около 1678 года некий священник, по имени Джон Уэбстер, написал книгу: «Критика и толкование священного писания» – сочинение, не признающее существования ведьм и других «суеверий». Находя это сочинение «слабым и неуместным», доктор Мор раскритиковал его в письме Гланвилу, автору «Триумфа саддукейства», и, в качестве приложения прислал трактат по колдовству и объяснение самого слова witch (ведьма). Этот документ очень редок, но в нашем распоряжении имеется конспект, сделанный со старого манускрипта. Слова witch и wizard, по толкованию доктора Мора, означают не более чем мудрый мужчина или мудрая женщина. В слове wizard это ясно сразу; и «самая простая дедукция из названия witch выделит wit, из которого образуются производные прилагательные wittigh или wittich, что при сокращении превращается в witch; так как существительное wit произошло от глагола weet, что означает – знать. Поэтому witch (ведьма) означает просто, знающая женщина; что в точности соответствует латинскому слову saga, согласно выражению Фестуса: sagoe dictoe anus quoe multa sciunt».

Это определение слова кажется нам наиболее правдоподобным, так как оно точно отвечает явному значению славяно-русских названий для ведьм и колдунов. Первая называется ведьма, а последний – ведун; и то и другое название происходит от глагола знать, ведать; корень этих слов, положительно, санскритский. Кроме того, санскритское слово vidma, соответствующее немецкому wir wissen, означает буквально «мы знаем». Очень жаль, что этот великий филолог в то время, когда он приводит в своих лекциях примеры из санскрита, греческого, готического, англосаксонского и немецкого языков, пренебрегает славянскими языками. Другими русскими обозначениями колдуна и ведьмы, являются знахарь и знахарка (для женщины), имеющие тот же самый славянский корень – знать. Таким образом, определение этого слова, данное доктором Мором в 1678 г., совершенно верно и во всех подробностях совпадает с данными современной филологии.

«Закрой дверь перед демоном, – говорит Каббала, – и он будет убегать от тебя, как будто ты преследуешь его», – что означает, что вы не должны давать таким духам-одержателям власти над собою привлечением их в атмосферу близкого вам греха. Эти демоны стремятся забираться в тела простодушных людей и идиотов, оставаясь там до тех пор, пока более могучая и чистая воля не отторгнет их. Иисус, Аполлоний и некоторые из апостолов обладали властью изгонять бесов очищением атмосферы внутри и вне пациента, чем принуждали нежелательного жильца к бегству.

(…)

«Однажды в Индии мы были свидетелями испытания по искусству владения психическими силами, своего рода состязании между неким святым госсейном (факир, нищий) и колдуном (так называемый фокусник), что припомнилось нам в этой связи. До этого мы обсуждали соответственные силы питри, – до-Адамовых духов, помощью которых пользовался факир, и невидимых помощников колдуна. Договорились устроить испытание, и пишущая эти строки, была избрана третейским судьею. Мы предавались полуденному отдыху у небольшого озера в Северной Индии. На гладкой поверхности озера плавало множество водяных цветов и большие блестящие листья. Факир, приложив свой лист к груди, скрестил над ним руки и мгновенно погрузился в транс. Затем, перевернув лист поверхностью вниз, он положил его на воду. Колдун же прикинулся, что он в силах управлять «хозяином вод», то есть духом, который обитает в воде; и хвастал, что он заставит водяного духа предотвратить питри от какого-либо проявления на листе факира в своем элементе. Он взял свой лист и швырнул его вводу, предварительно проделав обряд варварского заклинания. Лист произвел сильное волнение, тогда как другой лист оставался совершение бездвижным. По истечение нескольких секунд оба листа были вынуты. На листе факира, к великому негодованию колдуна, мы обнаружили что-то похожее на симметрический рисунок, намеченный мелочно-белыми письменами, точно сок этого растения был употреблен в качестве едкой жидкости для письма. Когда лист подсох, и представилась возможность его тщательно изучить, то нанесенные знаки оказались необычайно изящным санскритскими письменами, в целом, представляли собой изречение высоконравственного содержания. Считаем нужным добавить, что сам факир не умел ни читать, ни писать. На листе же колдуна были обнаружены черты наибезобразнейшего злобного лица. Так что каждый лист носил на себе отпечатки или аллегорическое отражение характера состязующегося указывал на качество духовных существ, которыми он был окружен».

«Разоблаченная Изида», как и «Тайная доктрина», которой посвящена эта книга, не легкое чтиво. Отчасти Елена Петровна сделала книги трудночитаемыми намеренно – в виде фильтра для профанов, отчасти же сложности текста следствие высочайшей степени осведомленности автора о теме им излагаемой. По числу ссылок и цитат из научных и религиозных трактатов всех времен и народов ее книги до сих пор не превзойдены ни одним единоличным автором. Ее можно сравнить только с Википедией или Гуглом – где на каждую тему собран широчайший спектр ссылок.

Махатма Мория

В 1851 года двадцатилетняя Елена Блаватская вместе со старинным другом семьи и своей крестной – княгиней Багратион[24] – поехала в Лондон на Всемирную выставку. Желающие посетить ее съезжались со всего света. Здесь произошло таинственное и необыкновенное событие, очередной раз повернувшее линию жизни Блаватской: она встретила своего духовного Учителя – великого Махатму Мория – в реальном человеческом обличье.

Графиня Вахмейстер в своих «Воспоминаниях о Е. П. Блаватской» так описывает встречу Елены Петровны с Учителем: «В детстве своем она часто видела рядом с собой астральный образ, который всегда появлялся ей в минуты опасности, чтобы спасти ее в критические моменты. Е. П. Б.[25] привыкла считать его своим ангелом-хранителем и чувствовала, что всегда находится под Его охраной и водительством. Однажды, во время одной из прогулок (по Лондону), которые она обычно совершала в одиночестве, она с большим удивлением увидела в группе индийцев того, который являлся ей ранее в астрале. Первым ее импульсом было – броситься к нему и заговорить с ним, но он дал ей знак не двигаться, и она осталась стоять, остолбеневшая, пока вся группа не прошла мимо.

На следующий день она пошла в Гайд-парк, чтобы там наедине спокойно подумать о происшедшем. Подняв глаза, она увидала приближающуюся к ней ту же фигуру. И тогда Учитель сказал ей, что он приехал в Лондон с индийскими принцами для выполнения какого-то важного задания и захотел ее встретить, так как ему необходимо ее сотрудничество в некоем начинании. Затем он рассказал ей о Теософическом Обществе и сообщил ей, что желал бы видеть ее основательницей. Вкратце, он поведал ей обо всех трудностях, которые ей придется преодолеть, и сказал, что до этого ей надо будет провести три года в Тибете, чтобы подготовиться к выполнению этого очень трудного дела».

Гораздо позже, в 1885–1886 г., когда Блаватская вместе с графиней Вахмайстер была в Вюрцбурге, тетя Е. П. Б. прислала ей ящик со всяким «хламом», как она написала. Графиня Вахмайстер вскрыла посылку и, вынимая вещи одну за другой, передавала их Е. П. Б. Вдруг та вскрикнула: «Смотрите, что я здесь написала!» – и протянула ей альбом, где под каким-то рисунком было написано: «Незабываемая ночь! Значительная ночь, когда месяц зашел в Рамсгите, 31 июля, мой день рождения – мне исполнилось тогда 20 лет. Я встретила М., Учителя из моих снов!» На вопрос графини, почему она написала «Рамсгит» вместо Лондона, Е. П. Б. ответила, что она это сделала умышленно, из предосторожности, чтобы какой-нибудь случайный читатель этой записи не узнал, где она встретила своего Учителя, но что ее первая беседа с Учителем действительно произошла в Лондоне.

Встреча эта укрепила в Елене Петровне намерение попасть в таинственную обитель Шамбалу, в Тибете на горах Гималаев.

Долгий путь Елены в Гималаи

После первых неудачных попыток попасть на Тибет, Елена Петровна на долгие годы превращается в странницу. Где только она не побывала: Египет, Англия, Северная и Южная Америка, Греция, Малая Азия, Китай, Япония, Индия. Но маршруты всех этих странствий замыкаются в одной и той же точке, куда ведет Елену Петровну ее непреклонная воля: Гималаи. И каждый раз – неудача. Лишь с четвертой попытки, когда ей уже исполнилось тридцать три года, она пересекает, наконец, заповедную границу. Трудно с определенностью судить о ее встречах и приключениях в Гималаях. Обычно словоохотливая, Елена Петровна хранила на этот счет молчание или отделывалась намеками и общими фразами. Достоверно одно: пробыла она в Гималаях семь лет.

Блаватская никогда не вела подробных личных дневников (о чем сожалеют все ее биографы) и не так часто в этот период писала письма, поэтому трудно указать точные даты ее путешествий. По сведениям Синнета, только в Америке она была три раза: в 1851 году она пропутешествовала из Канады в Мексику через Новый Орлеан, в 1853–55 годах она проделала путь из Нью-Йорка в Сан-Франциско и, наконец, в июле 1873 года она вновь прибыла в Соединенные Штаты и прожила там до декабря 1878 года, после чего вместе с полковником Олькоттом уехала в Индию.

Е. П. Блаватская в юности (около 1860).

Крэнстон пишет, что ее интересовало все, что было связано с древнейшими индейскими цивилизациями, и она посетила руины многих городов доколумбовой Америки. В 1852 г., удовлетворив отчасти свое любопытство, Блаватская отплыла в Индию. Спутниками ее были какой-то англичанин, с которым она познакомилась в Германии, и какой-то индус, встреченный ею в Гондурасе. Втроем они через мыс Доброй Надежды добрались до Цейлона, а оттуда на паруснике – до Бомбея. Об этом своем первом посещении Индии Блаватская позже писала в письме князю Дондукову-Корсакову: «В Англии я видела его (своего Учителя) всего дважды, и при нашем последнем разговоре он сказал мне: «Индия предназначена тебе, но позже, лет через 28–30. Поезжай туда и посмотри страну». Я поехала – сама не зная зачем! Я была как во сне. Провела там около двух лет, путешествуя и каждый месяц получая деньги, понятия не имея от кого они и добросовестно следуя по указанному пути. Я получала письма от этого индуса, но за эти два года не видела его ни разу».

Добравшись, наконец до Гималаев, Блаватская хотела через Непал ехать дальше в Тибет, но британские власти не пустили ее. Учитель в одном из писем велел ей возвращаться в Европу. По пути она побывала на Яве и в Сингапуре. У мыса Доброй Надежды корабль, на котором она плыла, потерпел крушение, но все пассажиры спаслись. В начале 1854 г. Елена Петровна прибыла в Лондон и вновь увиделась с Учителем. «Мы встретились с ним в чужом доме, в Англии, куда он приезжал с одним туземным развенчанным принцем, – вспоминала она позже, – наша встреча ограничилась двумя разговорами, которые хотя тогда и произвели на меня сильное впечатление своею неожиданной странностью, даже суровостью, но, как и многое другое, все это кануло с годами в Лету…» Из Англии она опять поплыла в Америку.

В 1855 г из Сан-Франциско Блаватская отправилась в новое плавание через Тихий океан в Индию, побывав по пути в Японии и Сингапуре. В начале 1856 г. она добралась до Калькутты. Это второе индийское путешествие проходило уже под непосредственным руководством Учителя. Позже в «Разоблаченной Изиде» Блаватская вспоминала: «Когда много лет тому назад мы (…) путешествовали по Востоку, исследуя тайники его покинутых святилищ, два мучительных и постоянно приходящих на ум вопроса угнетали мой ум: «Где, Кто и Что есть Бог? Кто видел когда-нибудь бессмертный дух человеческий и смог убедиться в бессмертии человека?» Стремясь изо всех сил разрешить эти ставящие в тупик вопросы, мы именно тогда и соприкоснулись с некоторыми людьми, наделенными таинственными силами и такими глубокими познаниями, что поистине мы можем назвать их Мудрецами Востока. Они показали нам, что при объединении науки с религией существование Бога и бессмертного человеческого духа могут быть доказаны так же, как теорема Евклида».

В следующие два года Блаватская объездила вдоль и поперек всю страну. Свои впечатления она описала двадцать лет спустя в увлекательной книге очерков «Из пещер и дебрей Индостана», опубликованной на русском языке под псевдонимом Радда-Бай. Тогда же через Кашмир, в сопровождении одного татарского шамана, она совершила небольшое путешествие в Тибет. В 1857 г., незадолго до того, как Индию охватило восстание сипаев[26], Учитель велел Блаватской возвращаться в Европу. Через Яву, Францию и Германию Блаватская в конце 1858 г., после десятилетнего молчаливого отсутствия, приехала в Россию.

Из воспоминаний ее сестры Веры Петровны Желиховской (в девичестве Ган): «Соскучившись по своим родным, Блаватская возвратилась в Россию ровно через десять лет. Сначала она приехала ко мне, сестре своей, и отцу нашему в Псковскую губернию, а потом к родным матери в Тифлис. Она возвратилась из своих странствий человеком, одаренным исключительными свойствами и силами, проявившимися немедленно и поражавшими всех ее окружающих. Она оказалась сильнейшим медиумом, состояние, которое она впоследствии сама сильно презирала, считая его не только унизительным для человеческого достоинства, но и очень вредным для здоровья. Позже ее психические силы, развернувшись, дали ей возможность подчинить своей воле и контролировать внешние проявления медиумизма. Но в 27 лет они проявлялись помимо ее воли, редко ей повинуясь. Ее окружали постоянные стуки и постоянные движения, происхождение и значение которых она тогда еще не умела объяснить…

Тогда американские теории, завезенные на практике в Петербург Юмом, уже всем были известны. Тем не менее, мало кто имел в России случай видеть медиумические проявления на деле. Удивительные свойства Блаватской наделали такого шуму в Пскове, что и поныне, более чем 30 лет спустя, старожилы помнят ее кратковременное в нем пребывание.

В особенности, поражали осмысленные ответы на задуманные вопросы; такое всезнание сил, орудовавших вокруг Блаватской, и в то время уже дало ей прозелитов из среды завзятых скептиков, гораздо более, чем движение неодушевленных предметов и постоянно видимые ею «тени», которые она описывала, тени, оказывавшиеся верными портретами умерших лиц, которых она сама никогда не знала, но присутствовавшие узнавали постоянно по ее описаниям.

Скоро Псков и отчасти Петербург, как позже и весь Кавказ, заговорили о «чудесах», окружавших Блаватскую. На нее приезжали смотреть как на диво, ее атаковали письмами и просьбами и самыми нелепыми требованиями, которым она благодушно подчинялась, позволяя себя связывать, класть на мягкие подушки и принимать всякие меры к предупреждению обмана. Что не мешало отнюдь всему вокруг нее звонить, стучать и ходуном ходить. Эти проявления всегда бывали, даже во время сна и болезненного беспамятства Елены Петровны.

В особенности не стало границ толкам, когда с помощью ее «духов» (так называли все эти проявления) был открыт убийца, совершивший преступление в окрестностях нашей деревни, села Ругодева, где мы проводили лето. Ее духи прямо назвали имя преступника, деревню и дом мужика, где он скрывался, недоумевавшему становому, который тотчас туда поскакал и там действительно нашел его и арестовал».

«Когда сталкиваешься с воспоминаниями и отзывами знавших Елену Петровну людей, как друзей, так и врагов, или когда расспрашиваешь живых свидетелей ее жизни, более всего поражаешься разнообразием их мнений, словно перед вами проходит не одна, а множество личностей с одним и тем же именем «Елена Петровна Блаватская». Для одних она – великое существо, открывающее миру новые пути, для других – вредная разрушительница религии; для одних – увлекательная и блестящая собеседница, для других – туманная толковательница непонятной метафизики; то – великое сердце, полное безграничной жалости ко всему страдающему, то – душа, не знающая пощады, то – ясновидящая, проникающая до дна души, то – наивно доверяющая первому встречному; одни говорят о ее безграничном терпении, другие о ее необузданной вспыльчивости и т. д. до бесконечности. И нет тех ярких признаков человеческой души, которые бы не соединялись с именем этой необыкновенной женщины», – писала о ней Е. Ф. Писарева в биографическом очерке «Елена Петровна Блаватская».

Блаватская и православие: «Нет силы не от Бога!»

Восемь лет жизни Блаватской, которые она безвыездно провела в России, изучены достаточно подробно. Однако и этот период имеет свои тайны. Остановившись инкогнито в Петербурге, она постаралась через родных выведать о планах своего мужа (она все еще боялась, что тот принудит ее возобновить супружескую жизнь). Генерал Блаватский ответил коротким письмом, в котором давал честное слово не преследовать жену и предоставить ее своей собственной судьбе. Успокоившись на этот счет, Блаватская поехала в Псков, где тогда жили ее отец и младшая сестра Вера. Возвращение «блудной дочери» и ее водворение в лоне семьи прошли на удивление буднично. Ни внешностью, ни манерами Елена Петровна совсем не походила на человека, дважды пропутешествовавшего вокруг света. Впрочем, что-то необычное в ней все-таки было, как и всегда. Все «стуки и бряки» по прежнему сопровождали 26-летнюю Лёлю, но она уже научилась отчасти ими управлять и даже использовать их.

Знаменательно в этом плане одно из событий тех лет. Митрополит Исидор, которого сестры помнили еще с детских лет, направляясь в Петербург, по пути остановился в Задонске, чтобы посетить местный монастырь. Вера Петровна (сестра Елены) вспоминает: «Мне очень хотелось его встретить. Он нас вспомнил и прислал известие, что очень будет рад видеть нас после молебна. Мы отправились в кафедральный собор.

У меня было плохое предчувствие, и по дороге я сказала сестре: «Прошу тебя, постарайся, чтобы твои милые чертики молчали, пока мы будем у митрополита» Она, смеясь, ответила, что и она желает того же, но не может за них поручиться. Я это знала также хорошо, и потому я не удивилась, что как только митрополит стал расспрашивать мою сестру о ее путешествиях, начались стуки: раз, два, три… Я испытала ужасные муки. Ясно было, что он не мог не заметить назойливого приставания этих существ, которые казалось, решили присоединиться к нашему обществу и принять участие в беседе. Чтобы перебить нас, они приводили в движение мебель, зеркала, двигали наши стаканы, даже янтарные четки, которые старец держал в руках.

Он сразу заметил наше смущение и, поняв положение, спросил, которая из нас медиум. Будучи большой эгоисткой, я поспешила указать на сестру. Митрополит беседовал с нами более часу. Когда он подробно расспросил мою сестру, нам показалось, что он вполне был удовлетворен, тем, что увидел этот феномен. На прощание он благословил Елену и напутствовал словами, которые навеки остались ей памятны и дороги как мнение об исключительном даре ее от просвещенного Иерея православной церкви. Он сказал: «Нет силы не от Бога! Смущаться ею вам нечего, если вы не злоупотребляете особым даром, данным вам… Мало ли неизведанных сил в природе? Всех их не дано знать человеку, но узнавать их ему не воспрещено, как не воспрещено и пользоваться ими. Он преодолеет и, со временем, может употребить их на пользу всего человечества… Бог да благословит вас на все хорошее и доброе».

Может быть, благодаря этой встрече отношение Елены Петровны к православию всегда оставалось глубоко уважительным.

В 1872 году Елена Петровна вновь появится в России. Это будет последний ее приезд на родину. В 1873 году у нее уже новый адрес: Нью-Йорк, а затем и гражданство США. Начнется предпоследний – американский период ее жизни.

История создания ее книг

«Вы не можете себе вообразить, в каком чудесном мире картин и видений я живу. Я пишу «Исиду»… Я сижу с открытыми глазами и внешне вижу и слышу все то, что реально и действительно происходит со мной, и при этом все же одновременно я вижу и слышу то, что я описываю. Я затаиваю дыхание, я опасаюсь сделать малейшее движение из страха, что эти чары могут быть разрушены. Медленно, век за веком, образ за образом, откуда-то издалека выплывает и проходит передо мной что-то типа магической панорамы, а я тем временем совмещаю все это воедино у себя в уме… Расы и нации, страны и города, которые уже давным-давно пропали во тьме доисторического прошлого, появляются и исчезают снова… Седая древность уступает место историческим событиям, мне открывается значение мифов… Каждое более-менее заметное событие, каждая новая открытая страница этой многоцветной книги жизни запечатлевается в моем мозгу с фотографической точностью.

Мои собственные расчеты и вычисления позже представляются мне отдельными раскрашенными кусочками мозаики, которую я собираю, пытаясь подогнать эти кусочки один к другому, и, в конце концов, они всегда собираются в некое геометрическое целое… Вероятнее всего, делаю это вовсе не я, а мое Эго, высший принцип, который обитает во мне. И даже он делает это при помощи моего Гуру и Учителя, который помогает ему во всем. Если случается так, что я забываю что-то, то я просто обращаюсь к нему или к другому, ему подобному, мысленно, и то, что я забыла, немедленно предстает перед моими глазами – иногда передо мной проходят целые таблицы чисел, огромная лента с записью событий. Они помнят все. Они знают все. Без них – откуда бы я еще смогла добыть свое знание…»

Блаватская никогда не претендовала на единоличное авторство своих книг даже внутри них редко можно встретить местоимение «я», она всегда говорила, что лишь записывает то, что видит внутренним зрением. Очевидно, что для этого и оттачивались ее медиумические способности Вознесенными и земными Учителями. Прежде чем перейти к краткому изложению «Тайной доктрины» приведу только еще один пример появления важнейшей части ее духовно-литературного наследия: знаменитые письма Махатм. До сих пор не утихают вокруг них споры, хотя оригиналы и хранятся в нескольких музея и поколения графологов анализируют почерки… Но никто не может поверить в то, что сами Махатмы рассказали о способе проявления так называемым «осаждением».

Е. П. Блаватская. Фотография 1875–1878 гг. Архив Исследовательского Центра Блаватской в Адьяре.

О процессе «осаждения» Учитель К. Х.[27] дает Синнету следующие объяснения: «Мне надо это сначала продумать, сфотографировать в мозгу каждое слово, каждую фразу, и лишь потом можно передать их «осаждением». Так же как фотокамера, фиксирующая изображение предмета на химически подготовленном светочувствительном слое, требует предварительной правильной фокусировки, ибо в противном случае, как это бывает у плохих фотографов – ноги сидящего не получатся пропорциональными по отношению к голове и т. д., – так же нам, приходится сперва каждую фразу, каждое слово запечатлевать в мозгу. То, что должно появиться на бумаге, сначала становится видимым и прочитывается. Пока это все, что могу сказать. Когда наука узнает больше о тайне литофила и о том, каким образом отпечатки листьев появляются на камнях, – тогда я смогу вам лучше объяснить этот процесс… Но вы должны знать и помнить одно: мы только следуем природе и стараемся копировать ее деятельность».

Е. П. Блаватская – «Сфинкс 19 столетия». Фото Энрико Реста. Лондон, 8 января 1889. Архив ТО в Англии. Первая публикация в журнале «Путь», т. IV, февраль 1890.

Сама Елена Петровна рассказывала: «Я часто видела Учителя с какой-то на китайском языке написанной рукописью, копию с которой он хотел снять. Перед ним лежали чистые листы. Он брал измельченный в порошок черный графит и рассыпал его по бумаге. Частички порошка собирались в знаки письма. Если никто Ему не мешал, то знаки получались правильными, но иногда Его прерывали, и тогда приходилось все переделывать». Похоже, что наше ксерокопирование – лишь механическое повторение того, что Посвященные делают без применения какого-либо оборудования.

В наследии Блаватской насчитывается множество томов прижизненных и посмертных книг: «Из пещер и дебрей Индостана»; «Разоблачённая Изида» (1877) (Том 1. Наука; Том 2. Теология); «Загадочные племена на голубых горах», (1883); «Оккультная или точная наука?» (1886); «Тайная доктрина» («The Secret Doctrine», 1888–1897); «Беседы с Блаватской» – стенографическая запись ответов Блаватской на вопросы учеников (1889); «Голос Безмолвия» (Голос тишины) (1889; текст); «Ключ к теософии» (1889; текст); «Кто такие теософы?»; «Философы и философишки»; «Is Theosophy a Religion?» (1888); «Теософский словарь» – посмертное издание (1892); «Письма друзьям и сотрудникам» (Сборник); «Практический оккультизм»; «Нео-буддизм» и множество других посмертных изданий с толкованиями и комментариями.

Выполнив поручения Махатм – основав Теософское общество в Индии, Елена Петровна не смогла жить в жарком климате этой страны. Здоровье ее, подорванное многочасовой литературной работой, кочевой жизнью и отравленное непониманием и завистью порой проявлявшимися даже в ближнем кругу – начало давать сбои. Несмотря на недуги, работоспособность Елены Петровны не только не уменьшилась, но, наоборот, увеличивалась. Последние семь лет ее жизни – самый плодотворный период. Кроме трех объемистых томов «Тайной Доктрины» (два первых вышли в 1888 г., а третий – посмертно), она опубликовала такие свои шедевры, как «Голос Безмолвия» и «Ключ к теософии», а также много статей для своего нового журнала «Люцифер».

Дальнейшие события показали значимость ее фигуры. Можно без преувеличения сказать, что Блаватская сыграла выдающуюся роль в великом диалоге двух цивилизаций – Западной и Восточной. Ознакомив своих современников с эзотерическим индуизмом и буддизмом, она проторила путь, по которому пришли на Запад различные виды йоги, трансцендентальная медитация, дзэн-буддизм, движение Сознания Кришны и многие другие. То, что для нас с вами обыденная реальность, в ее времена было тайной за семью замками.

Пренебрежительное отношение Европы и в частности англичан к «недоразвитому» индийскому народу и культуре оправдывало в глазах всего мира его колонизацию и уничтожение. Как и колонизацию Африки, а незадолго до этого Америки с почти полным уничтожением коренного населения. Благодаря Блаватской не погибли великие знания, сохраненные индийской культурой – последнее эхо атланто-лемурийцев.

С 1887 г. Блаватская практически безвыездно жила в Лондоне. Здесь она и скончалась 8 мая 1891 г. На ее смерть откликнулись газеты во многих странах мира. Одна из них – индийская «Индиан миррop» – в некрологе писала: «Елены Петровны Блаватской нет больше в земной сфере… она не принадлежала к какой-то одной нации. Весь простор земли был ее домом, все человечество – ее братьями… Вся жизнь ее была необычной. Нет человеческих мерок, которые можно было бы приложить к ней. Она всегда оставалась единственной в своем роде».

Тайная доктрина
Очень краткий вариант основной части станц с комментариями[28]

Страницы из доисторического рекорда[29]

Книга Дзиан

Архаический манускрипт – коллекция пальмовых листов, приведенных особым, неизвестным науке, способом в состояние непроницаемости для воды, огня и воздуха – лежит перед глазами пишущей эти строки. На первой странице изображен чистый, белый Диск на черном фоне. На следующей странице тот же Диск, но с Точкою в центре. Первый, как это известно изучающему оккультную науку, представляет Космос в Вечности перед новым пробуждением еще дремлющей Энергии, эманации Вселенной в последующих системах. Точка, в до сих пор незапятнанном круге, – Пространство и Вечность в состоянии Пралайи[30] – указывает на зарю дифференциации. Эта Точка в Мировом Яйце есть Зародыш внутри его, который разовьется во Вселенную, во все Сущее, в беспредельный, периодический Космос; Зародыш, являющийся, периодически и поочередно, то скрытым, то действенным. Единый Круг есть Божественное Единство, откуда все исходит и куда все возвращается; его окружность – вынужденно относительный символ в силу ограниченности человеческого ума – предпосылает отвлеченное, вечно-непознаваемое ПРИСУТСТВИЕ, а его площадь Вселенскую Душу, хотя оба они едины. Тем, что лишь площадь Диска белая, вся же окружающая плоскость черная, ясно указывается, что этот план, как бы ни был он еще тускл и туманен, является единственным, доступным человеку, знанием. На этом плане начинаются проявления Манвантары[31], ибо в этой ДУШЕ дремлет, во время Пралайи, Божественная Мысль[32], в которой сокрыт план каждой грядущей Космогонии и Теогонии.

Это есть ЕДИНАЯ ЖИЗНЬ, вечная, невидимая и, в то же время, вездесущая, без начала и конца, но периодичная в своих регулярных проявлениях, между которыми царствует мрак тайны Не-Бытия; несознательное, вместе с тем Абсолютное Сознание, непостижимая, тем не менее, единая самосущая Реальность; истинно, «Хаос для чувств, Космос для разума». На эзотерическом языке ее единое абсолютное свойство, вечно непрекращающееся Движение, называется «Великим Дыханием[33]», и является непрестанным движением Вселенной в смысле беспредельного, вечносущего Пространства. То, что лишено движения не может быть Божественным. Но фактически и в действительности нет ничего абсолютно неподвижного во Вселенской Душе.

Почти за пять веков до Р. Хр. Левкипп, учитель Демокрита, утверждал, что Пространство от Вечности наполнено атомами, побуждаемыми непрестанным движением, которое по истечении соответствующего времени, по мере их скопления, порождало вращательное движение, производя в силу взаимных столкновений боковые движения. Эпикур и Лукреций учили той же доктрине, добавляя к боковому движению атомов идею сродства, что есть оккультное учение.

С изначала человеческого наследия, с самого первого появления строителей планеты, на которой живет человек, сокрытое Божество признавалось и рассматривалось лишь в его философском аспекте Всемирного Движения, трепета творческого Дыхания в Природе. Оккультизм суммирует Единое Сущее так: «Божество есть сокровенный, живой (или движущийся) Огонь, и вечные свидетели этому невидимому Присутствию – Свет, Тепло и Влага; эта троица вмещает в себе все и является причиной всех феноменов в Природе[34]». Интра-космическое движение вечно и непрерывно; космическое движение, видимое или то, которое подлежит познаванию, конечно и периодично. Как вечная отвлеченность, оно есть Вечно-Сущее; как проявление, оно – конечно, как в грядущем направлении, так и в прошлом, будучи Альфой и Омегой последовательных перестроений. Космос-Нумен[35] не имеет касания к причинным соотношениям феноменального[36] Мира. Только по отношению к интра-космической Душе, к идеальному Космосу в непреложной Божественной Мысли, можем мы сказать: «Не имело начала и не будет иметь конца». Что же касается его тела или космической организации, хотя нельзя сказать, что оно имело первое или же будет когда-либо иметь последнее построение, все же, при каждой новой Манвантаре, его построение может быть рассматриваемо, как первое и последнее в своем роде, ибо каждый раз его эволюция происходит на более высоком плане.

Лишь несколько лет тому назад было установлено, что: Эзотерическая доктрина, подобно Буддизму и Браманизму и даже Каббале, учит, что единая, бесконечная и непознаваемая Сущность существует от Вечности, являясь пассивной, либо активной в регулярной и гармонической последовательности. В поэтической фразеологии Ману эти состоянии называются Днями и Ночами Брамы. Последний «бодрствует», либо «спит». Свабхавики или же философы древнейшей школы Буддизма (еще существующей в Непале) допускают умозрение лишь деятельного состояния этого «Естества», которое они называют Свабхавата, и считают безрассудным обсуждать отвлеченную и «непознаваемую» Мощь в ее пассивном состоянии. Отсюда и прозвище атеисты, данное им христианскими богословами и современными учеными, ибо никто из них не может понять глубины логики их философии. Первые не допускают иного Бога, кроме олицетворения второстепенных сил, выработавших видимую Вселенную, и которая в их глазах становится антропоморфическим Богом христиан – Иеговою, мужского начала, угрожающего среди молний и грома. В свою очередь, рациональная наука приветствует буддистов и свабхавиков, как «позитивистов» архаических времен. Если мы придержемся одностороннего взгляда на философию последних, то наши материалисты могут оказаться правыми, со своей точки зрения.

Буддисты утверждают, что нет Творца, но лишь бесконечность творческих сил, образующих в совокупности своей единую вечную Сущность, естество которой неисповедимо, потому не может быть предметом умозрительных спекуляций для истинного философа. Сократ неизменно отказывался обсуждать тайну Мировой Сущности, тем не менее, никто никогда не подумал обвинить его в атеизме, за исключением тех, кто жаждали его гибели.

При начале периода деятельности, говорит Тайная Доктрина, в силу повиновения вечному и непреложному закону, совершается распространение этой Божественной Сущности извне во внутрь и изнутри наружу; и феноменальный или видимый мир является конечным результатом длинной цепи космических сил, последовательно приведенных в движение. Так же, когда наступает возвращение к пассивному состоянию, происходит сокращение Божественной Сущности, и предыдущее созидание постепенно и последовательно растворяется. Видимый Мир разлагается, его материалы рассеиваются, и единая «Тьма», еще раз одинокая, лежит над ликом «Бездны». Приводим метафору из сокровенных книг, еще яснее передающую эту мысль: «Выдыхание «Непознаваемой Сущности» рождает мир, а вдыхание заставляет его исчезать. Этот процесс продолжается извечно, и наша Вселенная есть лишь одна из бесконечных серий, неимеющих ни начала, ни конца»[37].

Символы

Первая символическая фигура дает простой диск . Вторая, в этом архаическом символе, являет диск с точкой в нем , указывая на первую дифференциацию в периодических проявлениях извечной Природы, бесполой и бесконечной – «Адити в ТОМ[38] или потенциальное Пространство внутри отвлеченного Пространства. В третьей фазе точка превращается в диаметр , символизируя этим божественную, девственную Матерь-Природу, внутри всевмещающей, абсолютной Беспредельности. Когда горизонтальный диаметр пересекается вертикальным , он становится крестом мира. Человечество достигло состояния Третьей Коренной Расы; это знак зарождения человеческой Жизни. Когда же окружность исчезает, оставляя лишь крест +, это означает, что падение человека в материю совершилось, и Четвертая Раса началась. Крест внутри круга есть символ чистого Пантеизма. Когда же окружность исчезает, крест становится фаллическим; то же значение, кроме еще других, он имел, как Тау, вписанный в круг , или как Молот Тора, так называемый Крест Джайна, или же Свастика в круге .

Компьютерная реконструкция нашей галактики с 4 рукавами , многократно делящимися дальше. Древние и это уже знали.

Третий символ – круг, разделенный пополам горизонтальным диаметром, означал первое проявление творческой Природы еще пассивной, ибо она женского начала. Первое туманное понятие человека, что касается до процесса рождения, является связанным с женским началом, ибо человек знает свою мать больше, нежели отца, потому женские божества были более священны, нежели мужские. Потому Природа женского начала и до известной степени объективна и осязаема, а Принцип Духа, оплодотворяющий ее, сокрыт[39]. Добавлением перпендикуляра к горизонтальной линии в круге получался Тау – Т, древнейшая форма буквы. Это был глиф Третьей Расы вплоть до ее символического падения, то есть, когда произошло разделение полов путем естественной эволюции; тогда фигура стала двояким глифом или символом, означая, что бесполая жизнь изменилась или разъединилась. Среди суб-рас нашей Пятой Расы знак этот в символике первообразованных рас[40] сделался Sacr', и в еврействе Ncabvah; затем он стал египетской эмблемой жизни , и еще позднее знаком Венеры . Затем появилась Свастика (Молот Тора, ныне Герметический Крест), совершенно отделенная от ее круга, ставшая, таким образом, чисто фаллическим символом. Эзотерическим символом Кали Юги является опрокинутая вниз пятиконечная звезда с ее двумя остриями, обращенными вверх , знак человеческого колдовства – положение, признаваемое каждым оккультистом, как знак «Левой Руки», и употребляемое в церемониальной магии.

Надо надеяться, что по прочтению этого труда, существующие в обществе ошибочные представления о Пантеизме значительно изменятся. Ложно и несправедливо рассматривать буддистов и адвайта-оккультистов, как атеистов. Если и не все среди них философы, то, во всяком случае, все они приверженцы логики, и возражения и доказательства их основаны на точном рассуждении. Истинно, если Парабраман индусов может быть рассматриваем, как представитель скрытых и безымянных божеств других народов, то этот абсолютный Принцип будет явлен, как прообраз, с которого были взяты все остальные подражания. Парабраман не «Бог» – ибо Он не есть личный Бог – Он есть ТО, что есть высочайшее и невысочайшее (Паравара)[41]. Он высочайший, как причина, но не как следствие. Парабраман просто Реальность, Неимеющая себе Второй, Всеобъемлющий Космос, или, скорее, беспредельное космическое Пространство, конечно, взятое в высшем духовном понимании. Браман (непроявленный), будучи неизменным, чистым, свободным, нерушимым, высочайшим Корнем, «Единым Истинным Существованием, Парамартхика и абсолютным Чит и Чайтанья (Разум и Сознание), не может быть познающим, «ибо ТО не может иметь объекта для познавания». Может ли пламя быть названо Естеством Огня? Это Естество есть «Жизнь и Свет Вселенной, видимый же огонь и пламя суть разрушение, смерть и зло». «Огонь и пламя разрушают тело Архата, их естество делает его бессмертным». «Знание абсолютного Духа, подобно лучезарности солнца или жару в огне и есть ничто иное, как сама абсолютная Сущность», говорит Шанкарачарья. Это есть «Дух Огня», но не сам Огонь; потому «свойства последнего. Жар или Пламя, не есть свойства Духа, но того, чему Дух этот является несознательной причиной». Не являются ли выше-приведенные слова основной нотой позднейшей философии розенкрейцеров? Парабраман, вкратце, есть коллективная совокупность Космоса в своей Беспредельности и Вечности, «ТО» и «ЭТО», к которому не могут быть приложимы распределяемые агрегаты. «В начале ЭТО было Самим Собою, Едино»[42], и великий Шанкарачарья объясняет, что «ЭТО» относится к Вселенной (Jogat). Слово «вначале» означает перед новым проявлением феноменальной Вселенной.

Потому, когда пантеисты повторяют Упанишады, которые утверждают, как и «Тайная Доктрина», что «ЭТО» не может создавать, они не отрицают Создателя или, вернее, коллективную совокупность создателей; они просто отказываются, и очень логично приписать «создание» и, в особенности, образование – нечто законченное – Бесконечному Принципу. Для них Парабраман пассивен, будучи абсолютной Причиной, безусловным Мукта. Лишь ограниченное всеведение и всемогущество отвергаются в нем, ибо они являются еще свойствами, отраженными в человеческом понимании; и потому Парабраман, будучи Высочайшим ВСЕМ, вечно невидимым Духом и Душой Природы, неизменным и вечным, не может иметь атрибутов. Термин Абсолюта, естественно исключает всякую возможность мысли о конечности и условности в связи с ним. И если ведантисты предполагают, что свойства эти принадлежат просто его эманации, называя это Ишварой плюс Майа и Авидья (скорее, агностицизм и неведение, чем невежество), то трудно найти признак атеизма в этом понятии[43]. Раз не могут быть ни две Бесконечности, ни два Абсолюта во Вселенной, которая предполагается беспредельной, то эта Само-Сущность едва ли может быть понята, как лично-творящая. Для чувств и понимания конечных существ «ТО» есть небытие в том смысле, что оно является ЕДИНЫМ БЫТИЕМ; ибо в этом ВСЕМ сокрыта извечная и присущая ему эманация или свойственная ему лученосность, которая, становясь периодически Брамою (Двуполою Силою), развертывается в проявленную Вселенную. «Нараяна, движимый над (абстрактными) Водами Пространства», превращается в Воды конкретной субстанции, движимой им, и становится теперь проявленным Словом Логоса.

Правоверные брамины, те, кто более всего восстают против пантеистов и адвайтистов, называя их атеистами, принуждены допустить смерть Брамы-Создателя, по истечении срока каждого Века этого Божества – 100 божественных лет – периода, требующего пятнадцати чисел для выражения его в нашем исчислении. Тем не менее, ни один из философов не будет рассматривать эту «смерть» в ином смысле, нежели, как временное исчезновение из проявленного плана существования или, как временный покой.

Потому оккультисты согласны с философами Адвайта-Веданты, что касается до вышеприведенного положения. Они доказывают на философском основании невозможность принятия идеи Абсолютного Всего, созидающего или даже развивающего «Золотое Яйцо», в которое он как бы входит для преображения в Браму-Творца, развертывающегося впоследствии в Богов и всю видимую Вселенную. Они говорят, что абсолютное Единство не может перейти в Бесконечность, ибо Бесконечность предполагает беспредельное протяжение «чего-то» и продолжительность этого «чего-то». Но Единое – Все – подобно Пространству, являющемуся его единственным умозрительным и физическим представлением на нашей Земле или нашем плане существования – не может быть ни объектом, ни субъектом для познавания. Если бы возможно было предположить, что вечное, бесконечное Все, вездесущее Единство, вместо бытия и Вечности, может стать, в силу периодических проявлений, многообразной Вселенной или же многообразным Существом, то это Единство перестало бы быть таковым.

Будучи – на плане абсолютной отвлеченности – вечно-непознаваемым Божеством, являющимся пустотою только для ограниченных умов[44] на плане иллюзорного умозрения, или же Пленумом, абсолютным Вместилищем всего Сущего, проявленного или же непроявленного, оно есть потому то АБСОЛЮТНОЕ ВСЕ. Нет различия между утверждениями христианских апостолов – «в Нем мы живем и движемся и имеем наше бытие» и утверждениями индусских Риши – «Вселенная живет, исходит и возвращается к Браману»; ибо Браман (непроявленный) есть эта Вселенная in abscondito, а Брама-проявленный есть Логос, ставший двуполым[45] в символических ортодоксальных догмах; и, таким образом, Богом, посвященного Апостола и индусского Риши является Пространство, как Невидимое, так и Видимое. Пространство, в эзотерическом символизме, называется «Семижды облаченная Вечная Матерь-Отец», ибо от недифференцированной до его дифференцированной поверхности, оно состоит из семи слоев.

Человек, в своем бесконечном самомнении и по врожденной гордости и тщеславию, изваял Его своей святотатственной рукой из материала, который он нашел в своем ограниченном мозгу и навязал его своим собратьям, как непосредственное откровение из единого сокрытого ПРОСТРАНСТВА[46]. Оккультист принимает откровение, как исходящее от божественных, но, все же, конечных Существ, проявленных Жизней, но никогда не от Непроявленной ЕДИНОЙ ЖИЗНИ; от Сущностей, называемых – первородным человеком, Дхиани-Буддами, или Дхиан-Коганами, Риши-Праджапати у индусов, Элохимами или Сынами Божьими у евреев. Планетарными Духами всех народов, ставшими Богами для людей. Также оккультист рассматривает Ади-Шакти – непосредственную эманацию Мулапракрити, вечного Корня «ТОГО» и женский аспект Творческой Причины – Брамы, в ее образе Акаши-Всемирной Души – как Майю, с философской точки зрения, и как причину человеческой Майи. Но это воззрение не препятствует ему верить в ее существование на все время ее проявления, а именно на всю Манвантару; также и в применение Акаши, излучения Мулапракрити[47], к практическим целям, ибо эта Мировая Душа связана со всеми природными феноменами, известными и неизвестными нашей науке.

Древнейшими религиями мира – экзотерически[48], ибо эзотерический корень или основа одна – являются религии индусов, маздейцев и египтян. Далее следует религия халдеев, как отпрыск предыдущих и теперь совершенно утерянная для мира, исключая следов ее в искаженном Сабеизме, как это ныне толкуется археологами. Затем, минуя некоторые религии, которые будут упомянуты позднее, идет еврейская, эзотерически следуя по линии вавилонской магии, как, например, Каббала; и экзотерически являясь сборником аллегорических легенд, как книга Бытия и Пятикнижие. Прочитанные в свете Зохара четыре начальные главы Бытия являются фрагментом высоко-философской страницы в мировой космогонии; оставленные в их символическом одеянии, они детская сказка, уродливый терний в глазах науки и логики, очевидный результат Кармы. Предоставить им служить прологом к христианству было жестоким мщением со стороны раввинов, знавших смысл своего Пятикнижия. Это был молчаливый протест против их ограбления, и евреи сейчас, конечно, имеют преимущество перед их традиционными преследователями. Вышеуказанные экзотерические верования будут в дальнейшем объяснены в свете Всемирной Доктрины.

Для более ясного понимания читателя следует указать, что Оккультная Наука признает семь Космических Элементов – четыре вполне физических и пятый (эфир) полуматериальный, который будет виден в воздухе к концу нашего Четвертого Круга, чтобы верховно главенствовать над другими в продолжении всего Пятого.

Остальные два, пока абсолютно вне человеческого познавания. Тем не менее, они появятся, как намеки, в шестой и седьмой расе этого Круга и будут соответственно вполне известны в Шестом и Седьмом Круге[49]. Эти семь Элементов с их бесчисленными суб-элементами, гораздо более многочисленными, нежели это известно науке, являются просто условными изменениями и аспектами Единого Элемента. Последний не Эфир[50], ни даже Акаша, но Источник их.

Пятый Элемент, ныне открыто защищаемый наукою, не есть гипотетический Эфир Исаака Ньютона, хотя он и называет его этим именем, ассоциировав его, вероятно, в своем уме с Æther – «Отцом-Матерью» древних. Как интуитивно говорит Ньютон: «Природа – труженица в непрестанном круговращении, порождающая жидкости из твердых тел, неподвижные тела из летучих, летучие из неподвижных; тончайшие из грубых и грубые из тончайших… Таким образом, может быть, все вещи могут зарождаться в Эфире»[51].

Читатель должен иметь в виду, что Станцы трактуют только о космогонии нашей планетной системы и о видимом вокруг нее после Солнечной Пралайи. Тайные Учения, касающиеся эволюции всего Космоса, не могут быть выданы, ибо они не будут поняты даже величайшими умами настоящего века; и лишь немногим Посвященным, даже среди высочайших, разрешаются рассуждения по этому предмету. Более того, Учителя открыто говорят, что даже высочайшие Дхиан-Коганы никогда не проникали в тайны за пределами тех границ, которые отделяют миллиарды солнечных систем от так называемого Центрального Солнца. Потому данное относится лишь к нашему видимому Космосу, после Ночи Брамы.

Прежде чем читатель перейдет к обсуждению Станц из Книги Дзиан, составляющих основу настоящего труда, совершенно необходимо, чтобы он ознакомился с несколькими фундаментальными понятиями, которые лежат в основании и охватывают всю систему мысли, предложенную его вниманию. Эти основные идеи не многочисленны, но от их ясного усвоения зависит понимание всего последующего; потому не требуется извинений за просьбу к читателю освоиться сначала с этими понятиями, прежде чем он приступит к чтению этого труда.

Основные положения доктрины

Итак, Тайная Доктрина устанавливает три фундаментальные, основные положения:

Существует лишь Единая, Абсолютная Действительность

I Вездесущий, Вечный, Беспредельный и Непреложный ПРИНЦИП, о котором никакие рассуждения невозможны, ибо он превышает мощь человеческого познания и может быть лишь умален человеческими выражениями и уподоблениями. Он вне предела и достижения мысли и, согласно словам Mândûkya – «Немыслим и Несказуем».

Чтобы яснее представить читателю эти идеи, пусть он начнет с предположения, что существует лишь Единая, Абсолютная Действительность, которая предшествует всему проявленному и условному Сущему.

Эта Бесконечная и Вечная Причина, туманно формулированная в «Бессознательном» и в «Непознаваемом» современной европейской философии, является «Бескорним Корнем» всего, что было, есть, или когда-либо будет». Она, конечно лишена всяких атрибутов и по существу не имеет никакого отношения к проявленному конечному Сущему. Это скорее Бытийность, чем Бытие – Сат по санскритски и превышает мышление и рассуждение.

Это Бытие символизировано в Тайной Доктрине под двумя аспектами. С одной стороны – Абсолютное, Абстрактное Пространство, представляющее чистую субъективность, то единственное, что никакой человеческий ум не может ни изъять из своего миропонимания, ни представить его как само по себе; с другой стороны – Абсолютное, Абстрактное Движение, представляющее Безусловное Сознание. Даже наши западные мыслители пришли к заключению, что сознание немыслимо для нас отдельно от изменения, и потому движение является лучшим символом этого процесса изменения и его главнейшим признаком. Этот последний аспект Единой Реальности также символизируется термином Великое Дыхание; символом, достаточно изобразительным и не нуждающимся в дальнейшем разъяснении. Таким образом, первая основная аксиома Тайной Доктрины есть это метафизическое Единое Абсолютное БЫТИЕ, символизированное конечным разумом, как теологическая Троица.

Парабраман, Единая Реальность, Абсолют, есть область Абсолютного Сознания, то есть, та Сущность, которая вне всякого отношения к условному существованию; условным символом которой является сознательное существование. Но как только мы мысленно отходим от этого (для нас) Абсолютного Отрицания, получается двойственность в противоположении Духа (или Сознания) и Материи, Субъекта и Объекта.

Дух (или Сознание) и Материя, тем не менее, должны быть рассматриваемы не как независимые реальности, но как два символа или аспекта Абсолюта, Парабрамана, составляющего основу обусловленного Бытия, субъективного либо объективного.

Рассматривая эту метафизическую триаду, как Корень, из которого исходит все проявление, Великое Дыхание принимает характер Пред-Космической Мысле-основы. Как Пред-Космическая Мысле-основа есть корень каждого индивидуального сознания, так Пред-Космическая Субстанция является субстратом Материи в различных стадиях ее дифференциации.

Отсюда очевидно, что противоположение этих двух аспектов Абсолюта необходимо для существования Проявленной Вселенной. Независимо от Космической Субстанции Космическая Мыслеоснова не могла бы проявиться, как индивидуальное сознание, ибо сознание развивается, как «Я есмь Я», только через проводник (упадхи) материи; физическое основание, будучи необходимым для средоточия Луча Космического Разума при достижении известной сложности. В свою очередь, отделенная от Космической Мысле-основы, Космическая Субстанция осталась бы пустою отвлеченностью и никакое возникновение Сознания не могло бы произойти.

Потому Проявленная Вселенная исполнена двойственности, которая является как бы самой сутью ее Проявленного Существования. Но именно, как противоположные полюсы Субъекта и Объекта, Духа и Материи, являются только аспектами Единства, в котором они синтезированы, так и в Проявленной Вселенной имеется «то», что связывает Дух, с Материей, Субъекта с Объектом.

Это нечто, неизвестное пока умозрению Запада, называется оккультистами Фохатом. Это есть «мост», посредством которого Идеи, существующие в Божественной Мысли, запечатлеваются на Космической Субстанции, как Законы Природы. Фохат, таким образом, является динамической энергией Космической Мыслеосновы. Рассматривая же его с другой стороны, он – разумный посредник, руководящая сила всех проявлений. Божественная Мысль, переданная и проявленная Дхиан-Коганами[52], Строителями видимого Мира. Так от Духа или Космической Мысле-основы происходит наше сознание, от Космической Субстанции те несколько проводников, в которых сознание это индивидуализируется и достигает до самоосознания – или размышляющего – сознания. Между тем, как Фохат, в его различных проявлениях, является таинственным звеном между Разумом и Материей, животворящим принципом, электризующим каждый атом к жизни.

Следующий перечень даст читателю более ясное представление:

1) АБСОЛЮТНОСТЬ: Парабраман ведантистов или Единая Реальность, «Сат», являющаяся, по словам Гегеля, Абсолютным Бытием и Не-Бытием одновременно.

2) Первый Логос: Безличный, и в философии – Логос Непроявленный, предтеча Проявленного. Это есть «Первопричина», «Бессознательное» европейских пантеистов.

3) Второй Логос: Дух-Материя, Жизнь; «Всемирный Дух», Пуруша и Пракрити.

4) Третий Логос: Космическая Мысле-основа, Махат или Разум, Космическая Всемирная Душа; Космический Нумен Материи, основа разумных проявлений Природы и в Природе, также называемый Маха-Буддхи.

ЕДИНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ; ее двойственный аспект в обусловленной Вселенной.

Чередование – один из абсолютных Законов Вселенной

Далее Тайная Доктрина утверждает:

II Вечность Вселенной в целом, как беспредельный план (проекция); периодически – «ристалище бесчисленных Миров, беспрестанно проявляющихся и исчезающих», называемых «Проявляющимися Звездами» и «Искрами Вечности». «Вечность Странника[53] подобна мгновению Ока Само-Существования, так говорит Книга Дзиан. «Появление и исчезновение Миров, подобно правильному возвращению прилива и отлива».

Это второе утверждение Тайной Доктрины относится к абсолютной всемирности этого закона периодичности, прилива и отлива, нарастания и убыли, усмотренного и рекордированного физической наукой во всех отделах Природы.

Чередование Дня и Ночи, Жизни и Смерти, Сна и Бодрствования является таким общеизвестным, таким абсолютно всемирным и без исключения фактом, что легко понять, что в нем мы видим один из наиболее абсолютных Законов Вселенной.

Единый Принцип не имеет пола, безусловен и вечен

Кроме того, Тайная Доктрина учит:

III Основной тождественности всех душ с Всемирной Превышней-Душой, последняя сама есть аспект Неведомого Корня; и обязательному странствованию для каждой души – искры Превышней Души – через Цикл Воплощений или Необходимости, согласно Закону Циклов и Кармы, на протяжении всего срока. Другими словами, ни одна чисто духовная, божественная душа (Буддхи) не может иметь независимого, сознательного существования, прежде чем искра, отлетевшая от чистой Сущности Вселенского Шестого Принципа – или ПРЕВЫШНЕЙ ДУШИ:

(а) не пройдет через каждую начальную форму феноменального Мира этой Манвантары,

(b) не обретет индивидуальности; сначала в силу врожденного импульса, а затем посредством личных самопроизвольных усилий, контролируемых ее Кармою, подымаясь, таким образом, через все степени разума, от низшего до высшего Манаса, от минерала и растения до высшего Архангела (Дхиани-Будда).

Основная доктрина Эзотерической Философии не допускает ни преимуществ, ни особых дарований в человеке, за исключением завоеванных самим «Эго» личными усилиями и достижениями на протяжении длинного ряда метампсихозиса[54] и воплощений.

Вот почему индусы говорят, что Вселенная есть Браман и Брама, ибо Браман пребывает в каждом атоме Вселенной; ибо Шесть Принципов в Природе исходят – как различные дифференцированные аспекты – из Седьмого и Единого, Единой Реальности во Вселенной, как космической, так и микрокосмической. Почему также все изменения, психические, духовные и физические на плане проявления и форм Шестого Принципа (ибо Брама – носитель Брамана), рассматриваются метафизическим антифразисом, как иллюзорные и майавические. Ибо, хотя корень каждого атома индивидуально и каждой формы коллективно является этим Седьмым Принципом или Единою Реальностью, все же, в своем проявленном и временном виде, это не более, нежели мимолетная иллюзия наших чувств.

В своей абсолютности Единый Принцип, в его двух аспектах Парабрамана и Мулапракрити, не имеет пола, безусловен и вечен. Его периодическое манвантарное выявление или первичное излучение также Едино, двуполо и предельно. Когда это излучение начинает, в свою очередь, излучать, то все его излучения также двуначальны, становясь в своих низших аспектах мужским и женским началами.

После Пралайи, как Великой, так и Малой – последняя оставляет все миры «в status quo»[55] – первой к активной жизни просыпается пластическая Акаша, Отец-Матерь, Дух и Душа Эфира, или же Площадь Круга. Пространство называется Матерью до его космической деятельности и Отцом-Матерью при первой стадии пробуждения. В Каббале это тоже Отец-Мать-Сын. Но тогда как в Восточной Доктрине они являются Седьмым Принципом Проявленной Вселенной или же ее Атма-Буддхи-Манас (Дух-Душа-Разум), Триадой, разветвляющейся и разделяющейся на семь космических и семь человеческих Принципов, в Западной Каббале христианских мистиков она является Триадою или Троицей, а среди их оккультистов двуполым Иеговою Jah-Havah. В этом и заключается все различие между эзотерической и христианской Троицами. Мистики и философы, восточные и западные пантеисты, синтезируют свою предначальную Триаду в чистую божественную абстракцию.

Ортодоксальные очеловечивают ее. Хиранья-гарбха, Хари и Шанкара – Три Ипостаси проявленного «Духа Превышнего Духа», титул, которым Притхиви-Земля приветствует Вишну в лице его первого Аватара[56] – являются чисто метафизическими, абстрактными свойствами Образования, Сохранения и Разрушения, также божественными Avasthâ (Ипостаси) того, что «не разрушается вместе с созданными вещами», Achyuta, имя Вишну.

Тогда как ортодоксальный христианин разъединяет свое Личное Творящее Божество на Три Лика Троицы и не признает другого высшего Божества.

Последнее в Оккультизме является абстрактным Треугольником; у ортодоксальных современным кубом.

Бог, творящий или же совокупность созидающих богов, рассматривается восточным философом, как Bhrântidarshanath «ложные видимости», нечто, «представленное в силу ложных видимостей, как материальная форма», и поясняется ими, как возникающее по причине иллюзорного понятия эгоистической, личной и человеческой Души (низшего Пятого Принципа).

В этой стадии пробуждения Вселенной, сокровенный символизм представляет ее, как совершенный Круг с Точкою (Корнем) в Центре . Этот знак был всемирным, потому мы находим его также в Каббале. Тем не менее, Западная Каббала, находясь теперь в руках христианских мистиков, совершенно не признает его, хотя он очень ясно указан в Зохаре. Эти сектанты начинают с конца и дают, как символ прегенетического Космоса , называя его «Союзом Розы и Креста», великой тайной оккультного зарождения, откуда и имя розенкрейцер (Крест Розы)! Это можно видеть на одном из их наиболее значительных и известных символов, который еще никогда не был понят, даже современными мистиками. Именно символ Пеликана, разрывающего свою грудь, чтобы накормить своих семерых птенцов – символизирует истинное верование Братьев Розенкрейцеров, являющееся прямым отпрыском Восточного Сокровенного Учения.

Браман (непроявленный), так же как и Брама-Творец, называется Калахамса, что означает, как это объяснено западными востоковедами, Вечный Лебедь (или Гусь). Таким образом, раскрывается большая ошибка. Браман (непроявленный) должен быть рассматриваем, как Хамса-вахана (тот, кто пользуется Лебедем, как своим Носителем), а не Брама-Создатель, являющийся истинным Калахамса. Тогда, как Браман (непроявленный) есть Хамса и А-хамса, как это будет объяснено в Комментариях. Следует понять, что термины Брама и Парабраман употребляются здесь не потому, что они принадлежат нашей эзотерической номенклатуре, но просто потому, что они более знакомы западным исследователям. Оба вполне соответствуют нашим терминам – одногласному, трехгласному и семигласному, обозначающим ВСЕЕДИНОЕ и Единое – «Все во Всем».

Таковы основные понятия, на которых покоится Тайная Доктрина.

Формула эволюции

История Космической Эволюции, как она намечена в Станцах, есть, так сказать, абстрактная, алгебраическая формула этой эволюции. Следовательно, изучающий не должен ожидать найти в них отчет всех стадий и трансформаций, привходящих между первыми началами Вселенской Эволюции и нашей настоящей стадией. Дать такое изложение было бы столь же невозможно, как и непонятно людям, которые не могут даже уразуметь природу плана существования, ближайшего к тому, которым ограничено сейчас их сознание.

Станцы потому и дают абстрактную формулу, которая может быть приложима ко всей эволюции; к эволюции нашей крошечной Земли, к цепи Планет, в которую входит наша Земля, к Солнечному Миру, к которому принадлежит эта цепь и так далее в восходящем измерении, пока ум не начнет колебаться и не истощится в этом усилии. Семь Станц, данных в этом томе, представляют семь терминов этой абстрактной формулы. Они относятся и описывают семь великих стадий эволюционного процесса, о которых говорится в «Пуранах», как о «Семи Творениях» и в Библии, как о «Днях Творения».

Термины Станц

Станцы, составляющие тезис каждого отдела, даны в их современной версии, ибо было бы более, чем бесполезно осложнять предмет введением архаической фразеологии оригинала с ее головоломным стилем и словами.

Выписки приведены из китайских, тибетских и санскритских переводов, оригинальных сензарских комментариев и толкований из Книги Дзиан, даваемой впервые на европейском языке. Почти излишне утверждать, что здесь дана только часть Семи Станц. Если бы они были напечатаны полностью, они остались бы непонятными для всех, исключая нескольких высоких оккультистов. Также излишне уверять читателя, что автор или, вернее, скромная рекордистка, понимает лучше эти запрещенные страницы, нежели большинство из непосвященных. Чтобы облегчить чтение и избежать слишком частых ссылок на примечания, было решено соединить вместе текст и толкование, предпочитая употребление санскритских и тибетских имен собственных, всякий раз, где они не могли быть избегнуты, нежели давать термины оригинала. Тем более, что указанные термины являются принятыми синонимами, при чем последние употребляются только между Учителем и его учениками.

Так, если бы мы переводили на русский язык, пользуясь только существительными и техническими терминами, употребленными в одном из тибетских и сензарских изложений, то первый стих читался бы так: «Tho-og в Zhi-gya спало семь Khorlo. Zodmanas-zhiba. Все Nyug лоно; Konch-hog нет; Thyan-Kam нет; Lha-Chohan нет; Tenbrel Chugnyi нет; Dharmakâya прекратилась; Tgen-chagn не стало; Barnang и Ssa в Ngobonyidj; лишь единый Tho-og Yinsin в ночи Sun-chan и Yons-Grub (Паранишпанна) и т. д., и т. д.», – это звучало бы, как чистейшая Абракадабра.

Так как этот труд написан для осведомления изучающих Оккультизм, а не для филологов, то мы можем прекрасно избежать подобных чуждых нам терминов, где только возможно. Оставлены лишь непереводимые термины, непонятные, если смысл их не объяснен, но все подобные определительные переданы в их санскритской форме. Излишне напоминать читателю, что эти термины, в каждом случае, являются позднейшими развитиями этого языка и принадлежат Пятой Коренной Расе. Санскрит таким, как он известен теперь, не был языком Атлантов, и большинство философских терминов, употреблявшихся в системах Индии в период Махабхараты, не находимо в «Ведах», так же как они не встречаются и в оригинальных Станцах, но только их эквиваленты.

Читатель, не теософ, приглашается еще раз принять все последующее, как волшебную сказку, если он желает или, в лучшем случае, как еще недоказанные грезы мечтателя; в худшем же, как добавочную гипотезу ко всем многочисленным научным гипотезам прошлого, настоящего и будущего, из которых некоторые уже взорваны, другие же находятся в ожидании того же. Это ни коим образом не менее научно, нежели многие, так называемые, научные теории и, во всяком случае, более философичны и ближе к истине.

Космическая эволюция. Станцы дзиан

Станца I

1. Предвечная Матерь-Рождающая, сокрытая в своих Покровах, Вечно-Невидимых, еще раз дремала в продолжении Семи Вечностей.

2. Времени не было, оно покоилось в Бесконечных Недрах Продолжительности.

3. Вселенского Разума не было; ибо не было Ах-хи, чтобы вместить Его.

4. Семи Путей к Блаженству не было. Не было и Великих Причин Страдания, ибо не было никого для порождения их и обольщения ими.

5. Едина Тьма наполняла Беспредельное Все, ибо Отец-Матерь и Сын еще раз были воедино, и Сын не пробудился еще для Нового Колеса и Странствий на нем.

6. Семь Превышних Владык и Семь Истин перестали существовать, и Вселенная – Необходимости Сын – была погружена в Паранишпанна, чтобы быть выдохнутой тем, что есть и в то же время нет. Не было ничего.

7. Причины Существования исчезли; бывшее Видимое и Сущее Невидимое покоились в Вечном Не-Бытии – Едином Бытии.

8. Лишь Единая Форма Существования, беспредельная, бесконечная, беспричинная, простиралась, покоясь во Сне, лишенном Сновидений; Жизнь бессознательная трепетала в Пространстве Вселенском во Всесущности той, что ощущается открытым Оком Дангма.

9. Но где была Дангма, когда Алайа Вселенной была в Парамартха, и Великое Колесо было Анупадака?

Станца II

1. …Где были Строители, Лучезарные Сыны Зари Манвантары?… В Непознаваемой Тьме, в их Ах-хи Паранишпанна. Создатели Форм из Не-Формы – Корень Мира – Дэваматри и Свабхават покоились в Блаженстве Не-Бытия.

2. …Где было Безмолвие? Где слух, чтобы ощутить его? Нет, не было ни Безмолвия, ни Звука; ничего, кроме Нерушимого Вечного Дыхания, незнающего себя.

3. Час еще не пробил; Луч еще не проник в Зародыш; Матрипадма еще не набухла.

4. Сердце Ее еще не раскрылось для привхождения Единого Луча, чтобы затем низвергнуть его, как Три в Четыре, в недра Майи.

5. Семеро еще не родились из Ткани Света. Едина Тьма была Отцом-Матерью, Свабхават; и Свабхават была во Тьме.

6. Эти Двое и есть Зародыш, и Зародыш Един. Вселенная была еще сокрыта в Божественной Мысли и Лоне Божественном.

Станца III

1. …Последний Трепет Седьмой Вечности дрожит в Бесконечности. Матерь набухает, распространяясь изнутри наружу, подобно почке Лотоса.

2. Трепет распространяется, касаясь своим стремительным Крылом всей Вселенной и Зародыша, пребывающего во Тьме, Тьме, что дышит над дремлющими Водами Жизни.

3. Тьма излучает Свет, и Свет роняет одинокий Луч в Воды, в Глубину Лона Матери. Луч пронизывает Девственное Яйцо, Луч пробуждает трепет в Вечном Яйце и зароняет Зародыш, не-вечный, и он сгущается в Мировое Яйцо.

4. Трое упадают в Четыре. Лученосное Естество усемеряется; Семь внутри, Семь во вне. Сияющее Яйцо, в себе Троичное, сворачивается, распространяясь молочно-белыми Сгустками в Глубинах Матери, Корне, растущем в Недрах Океана Жизни.

5. Корень остается, Свет остается, Сгустки остаются и, все же, Oeaohoo Един.

6. Корень Жизни был в каждой Капле Океана Бессмертия, и Океан был Светом Лучезарным, который был Огонь, и Тепло, и Движение. Тьма исчезла и более не существовала; она исчезла в своем Естестве, в Теле Огня и Воды, Отца и Матери.

7. Узри, о Лану, Дитя Лучезарное тех Двух, несравненное, блистающее Величие – Пространство Света, Сына Пространства Тьмы, возникающего из Глубин Великих Темных Вод. Это Oeaohoo Младший***. Он сияет, как Солнце, Он Пламенеющий, Божественный Дракон Мудрости; Эка есть Чатур, и Чатур берет себе Три, и Союз порождает Сапта (семь), в нем Семеро, которые становятся Тридаша, Сонмы и Множества.

Узри его, приподымающего Покров и развертывающего его с Востока на Запад. Он скрывает Горнее и оставляет Подножие, явленное, как Великая Иллюзия. Он намечает места для Блистающих и обращает Горнее в безбрежное Море Огня и Единое Проявленное в Великие Воды.

8. Где был Зародыш? И где ныне была Тьма? Где Дух Пламени, горящего в твоем Светильнике, о Лану? Зародыш есть ТО, и ТО есть Свет, Белый, Блистающий Сын Отца, во Тьме Сокрытого.

9. Свет-Хладный Пламень, и Пламень – Огнь, и Огнь рождает Тепло, Воду производящее, – Воду Жизни в Матери Великой.

10. Отец-Матерь прядет Ткань, верхний край ее прикреплен к Духу, Свету Единой Тьмы, а нижний к Теневому краю, к Материи; и Ткань эта есть Вселенная, сотканная из Двух Сущностей, воедино слитых, что есть Свабхават.

11. Она распространяется, когда Дыхание Огня над нею; она сокращается, когда Дыхание Матери касается ее. Тогда Сыны разъединяются и рассыпаются, чтобы вернуться в Лоно Матери к концу Великого Дня, чтобы снова соединиться с нею. Когда она охлаждается, она становится сияющей. Сыны ее разворачиваются и сокращаются Сами собою и своими Сердцами; они вмещают Беспредельность.

12. Тогда Свабхават посылает Фохат, чтобы отвердить Атомы. Каждый есть часть Ткани. Отражая, подобно зеркалу, «Самосущего Владыку», каждый, в свою очередь, становится Миром.

Станца IV

1. …Внимайте, вы, Сыны Земли, Вашим Наставникам – Сынам Огня! Познайте нет ни первого, ни последнего; ибо все есть Единое Число, исшедшее из Не-Числа.

2. Познайте то, что мы, исшедшие от Первозданных Семи, мы, рожденные Предвечным Пламенем, узнали от наших Отцов…

3. Из Лучезарности Света – Луча Вечной Тьмы – устремились в Пространстве Энергии, вновь пробужденные; Единый из Яйца, Шесть и Пять. Затем Три, Один, Четыре, Один, Пять – Дважды Семь, Сумма Всего. 1653141577=40

И эти суть Естества, Пламена, Начала, Строители, Числа, Арупа, Рупа и Сила или же Божественный Человек – Сумма Всего. И от Божественного Человека произошли Формы, Искры, Священные Животные и Вестники Сокровенных Отцов, заключенных в Пресвятой Четверице.

4. То было Воинство Гласа, Божественной Матери Семерых. Искры Семерых подвластны и слуги Первому, Второму, Третьему, Четвертому, Пятому, Шестому и Седьмому из Семи. Они именуются Сферами, Треугольниками, Кубами, Линиями и Формовщиками; ибо так держится Вечная Нидана – Oi-Ha-Hou.

5. Oi-Ha-Hou есть Тьма, Беспредельность, или же Не-Число, Ади-Нидана, Свабхават –

1. Ади-Санат, Число, ибо он Один.

2. Глас Слова, Свабхават Числа, ибо он Один и Девять.

3. «Квадрат без Формы».

И эти Три, заключенные внутри , суть Сокровенная Четверица; и Десять суть Арупа Вселенная. Затем идут Сыны, Семь Воителей, Один – Восьмой оставлен в стороне, и Дыхание его есть Свето-Датель.

6. …Затем Вторые Семь, которые есть Липики, порожденные Тремя. Отвергнутый Сын Один. «Сыны-Солнца» бесчисленны.

Станца V

1. Первозданные Семь, изначальные Семь Дыханий Дракона Мудрости, в свою очередь, порождают своим Священным Кружно-Спиральным Дыханием Огневой Вихрь.

2. Они делают его Вестником своей Воли. Джью становится Фохатом; стремительный Сын Божественных Сынов, чьи Сыны – Липики, устремляется в вихре спиральном. Фохат есть Конь, а Мысль – Всадник. Подобно молнии пронизывает он тучи огневые. Делает Три, Пять и Семь Продвижений через Семь Областей вверху и Семь внизу. Он возвышает Глас свой и созывает бесчисленные Искры, соединяя их вместе.

3. Он их направляющий дух и водитель. Начиная работу, он отделяет Искры Низшего Царства, в радости носящиеся и трепещущие в своих светозарных обиталищах, и образует из них Зачатки Колес. Он помещает их в Шести Направлениях Пространства и Одно посреди – Колесо Срединное.

4. Фохат начертывает спиральные линии для соединения Шестого с Седьмым – Венцом. Воинство Сынов Света стоит на каждом углу; Липики в Колесе Срединном. Они говорят: «Это хорошо». Первый Божественный Мир готов; Первый; Второй. Затем «Божественный Арупа» отражает себя в Чайа-Лока, Первом Облачении Анупадака.

5. Фохат делает пять Продвижений и строит крылатое колесо на каждом углу квадрата для Четверых Пресвятых… и для Воинств их.

6. Липики очерчивают Треугольник, Первый Единый, Куб, Второй Единый, и Пентаграмму в Яйце. Это Кольцо, названное «Не преступи» для тех, кто нисходят и восходят; кто в течение Кальпы продвигаются к Великому Дню «Будь с Нами»… Так были созданы Арупа и Рупа; от Единого Света Семь Светочей; от каждого из Семи семижды Семь Светочей. Колеса охраняют Кольцо…

Станца VI

1. Мощью Матери Милосердия и Знания, Гуань-Инь – Троичность Гуань-Ши-Инь, пребывающая в Гуань-Инь-Тянь – Фохат, Дыхание их Порождения, Сын Сынов, вызвал из низшей Бездны Призрачную Форму Сянь-Чан и Семь Начал (Элементов).

2. Стремительный и Лученосный порождает Семь Лайа Центров, которых никто не одолеет до Великого Дня «Будь с Нами»; и утверждает Вселенную на этих Вечных Основах, окружая Сянь-Чан Зародышами Первичными.

3. Из Семи – Первый проявлен, Шесть сокрыты; Два проявлены, Пять сокрыты; Три проявлены, Четыре сокрыты; Четыре выявлены, Три сокрыты; Четыре и Один Цзан проявлены, Два и Половина Одного сокрыты; Шесть должны быть проявлены, Один оставлен в стороне. Наконец, Семь Малых вращающихся Колес: одно, рождающее другое.

4. Он слагает их на подобие старших Колес, утверждая их на Несокрушимых Центрах. Фохат, как же созидает их? Он собирает Огненную Пыль, он слагает Огненные Шары, устремляется через них и вокруг них, сообщая им жизнь и затем, приводя их в движение; одних в одном направлении, других в ином. Они холодны, он делает их жаркими. Они сухи, он делает их влажными. Они пылают, он обвевает и охлаждает их. Так действует Фохат от одних Сумерек до следующих на продолжении Семи Вечностей.

5. У Порога Четвертой Сынам указано создать свои Подобия. Одна Треть отказывается. Две повинуются.

Проклятие произнесено: они будут рождены в Четвертой, страдать и причинять страдания. Первая Война зародилась.

6. Старшие Колеса вращались сверху вниз и снизу вверх… Зародыши Матери наполняли все сущее. Битвы возникли между Созидателями и Разрушителями, и Битвы велись за Пространство; Семя рождалось и вновь появлялось, беспрестанно.

7. Разочти, о Лану, если хочешь познать точный век твоего Малого Колеса. Его Четвертая Спица – Наша Матерь. Достигни Четвертого Плода Четвертой Тропы Знания, ведущего к Нирване, и познаешь, ибо ты узришь…

Станца VII

1. Познай начало Жизни чувствующей и вне формы.

Вначале, Божественный, Единый от Матери-Духа; затем, Духовный; Три от Одного, Четыре от Одного и Пять, из которых Три, Пять и Семь. Эти суть Троичные и Четверичные в нисходящем порядке; Первого Владыки рожденные Разумом Сыны, Блистающие Семь. Они и есть Ты, Я, Он, о Лану; они блюдут тебя и твою Матерь-Бхуми.

2. Единый Луч размножает малые Лучи. Жизнь предшествует Форме, и Жизнь переживает последний Атом. Через бесчисленные Лучи, Луч-Жизни, Единый, подобно Нити в Ожерелье.

3. Когда Единый становится Двумя, Троичный проявляется и Трое Едины; это наша Нить, о Лану, Сердце Человека-Растение, называемого Саптапарна.

4. Это есть Корень, никогда неумирающий; Три-язычное Пламя Четырех Фитилей. Фитили – Искры, которые извлекают из Три-язычного Пламени, устремленного Семью, – их Пламя – Лучи и Искры единой Луны, отраженной в струящихся Волнах всех Рек Земли.

5. Искра, Фохата Нитью тончайшей с Пламенем соединенная. Она странствует через Семь Миров Майи. Она останавливается в Первом, становясь Металлом и Камнем; проходит во Второй, и узри – Растение; Растение вращается в Семи Сменах и становится Священным Животным. Из этих свойств сочетаний Ману-Мыслитель создается. Кто создает его? Семь Жизней и Единая Жизнь. Кто завершает его? Пятеричный Лха. Кто совершенствует последнее Тело? Рыба, Грех, Сома…

6. От Перворожденного Нить между Молчаливым Свидетелем и его Тенью становится все крепче и все лучезарнее с каждой Сменою… Утренний солнечный Свет преобразился в сияние Полдня…

7. «Ныне, это твое Колесо», сказало Пламя Искре. «Ты – Я, мое Подобие и моя Тень. Я Сам облекся в тебя и ты Мой Вахана, до Дня «Будь с Нами», когда ты снова станешь мною и другими, собою и мною.» После этого Строители, облекшись в свою первую Оболочку, спускаются на блистающую Землю и над людьми главенствуют – будучи ими самими…

Так заканчивается эта часть архаического Манускрипта, затемненного, сбивчивого, почти непонятного. Попытка будет сделана теперь осветить эту затемненность и выявить смысл этого кажущегося бессмыслия.

Комментарии на семь станц и на их термины в порядке их нумерации в станцах и стихах

Станца I

1. ПРЕДВЕЧНАЯ МАТЕРЬ-РОЖДАЮЩАЯ[57], СОКРЫТАЯ В СВОИХ ПОКРОВАХ, ВЕЧНО-НЕВИДИМЫХ, ЕЩЕ РАЗ ДРЕМАЛА В ПРОДОЛЖЕНИИ СЕМИ ВЕЧНОСТЕЙ.

«Матерь-Рождающая», Пространство, есть вечная, всегда-сущая Причина всего – Непостижимое БОЖЕСТВО, чьи «Невидимые Покровы» являются мистическим Корнем всей Материи и Вселенной. Пространство есть то единое, вечное, что нам легче всего представить незыблемым в его отвлеченности и вне влияния и зависимости от присутствия или отсутствия в нем объективной Вселенной. Оно вне измерения во всех смыслах и самосущно. Дух есть первая дифференциация от «ТОГО», Беспричинной Причины, как Духа, так и Материи. Как учит нас Эзотерический Катехизис – «оно, ни «безграничная Пустота», ни «условная Полнота», но и то и другое. Оно было и всегда будет».

Так «Покровы» означают нумен недифференцированной Космической Материи. Это не материя, как мы знаем ее, но духовная сущность материи, которая совечна и даже едина с Пространством в его отвлеченном смысле. Корень-Природа является также источником тончайших, невидимых свойств в видимой материи. Это, как бы Душа Единого и Бесконечного Духа.

Под «Семью Вечностями» подразумеваются эоны или периоды. Слово Вечность, как оно понимается в христианском Богословии, не имеет смысла для восточного уха, исключая в применении его к Единому Существованию. Так же, как и термин «во веки веков», вечный только в будущем, есть ничто иное, как ложное наименование[58]. Такие слова не существуют и не могут существовать в философской метафизике, и были неизвестны до возникновения церковного христианства. Семь Вечностей означают семь периодов, или же период времени, равный семи периодам одной Манвантары на протяжении Махакальпы или «Великого Века» (100 Годов Брамы), составляющего итог в 311,040,000,000,000 лет; каждый Год Брамы состоит из 360 Дней и такого же числа Ночей Брамы (исчисляя по Чандраяна или Лунному году). День же Брамы исчисляется в 4,320,000,000 годов смертных. Эти Вечности принадлежат к самым сокровенным исчисленьям, в которых для того, чтобы прийти к истинному итогу, каждая цифра должна быть 7x, при чем х разнится согласно с природой цикла в субъективном или реальном мире. И каждая цифра, относящаяся или представляющая различные циклы – от величайшего до малейшего – в объективном или не реальном мире, должна быть неизбежно кратна семи. Ключ к этому не может быть дан, ибо в этом заключается тайна эзотерических исчислений, а для целей обычных вычислений это не имеет смысла. «Число Семь», говорит Каббала, «есть великое число Божественных Тайн»; число десять есть число общечеловеческого знания (Декада Пифагора). 1,000 есть третья величина числа десяти, потому и число 7,000 так же символично. В Тайной Доктрине цифра 4 является мужским символом только на высочайшем плане абстракции; на материальном плане число 3 есть мужской, а 4 женский символ – вертикальный и горизонтальный в четвертой стадии символизма, когда символы становятся глифами зарождающих сил на физическом плане.

Станца I. – Продолжение

2. ВРЕМЕНИ НЕ БЫЛО, ОНО ПОКОИЛОСЬ В БЕСКОНЕЧНЫХ НЕДРАХ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТИ.

«Время» есть лишь иллюзия, создаваемая последовательными чередованиями наших состояний сознания на протяжении нашего странствования в Вечности, и оно не существует, но «покоится во сне» там, где нет сознания, в котором может возникнуть Иллюзия. Настоящее есть лишь математическая линия, отделяющая ту часть Вечной Длительности, которую мы называем Будущим, от части, именуемой нами Прошлым. Ничто на Земле не имеет истинной, реальной длительности, ибо ничто не остается без изменения – или тем же самым – на биллионную часть секунды; и ощущение, которое мы получаем от очевидности разделения времени, известного, как Настоящее, происходит от неясности мимолетных восприятий или ряда восприятий предметов, передаваемых нам нашими чувствами, по мере того, как эти предметы из области идеальных представлений, называемой нами Будущим, переходят в область воспоминаний, именуемой нами Прошлым.

Совершенно так же испытываем мы впечатление длительности от действия мгновенной электрической искры, вследствие туманного и длительного отпечатка ее на сетчатке глаза. Действительно, человек или предмет не состоит только из того, что видимо в нем в какой-либо данный момент, но является совокупностью всех своих различных и сменяющихся состояний с момента своего появления в материальной форме вплоть до своего исчезновения с нашей Земли. Именно «эти совокупности», существующие извечно в Будущем, и проходят постепенно через материю, чтобы вечно существовать в Прошлом.

Никто не скажет, что брус железа, уроненный в море, начал свое существование, покинув воздух, и перестал существовать, войдя в воду, и что самый брус состоял лишь из этого пересечения плоскости, совпавшего в данный момент с математическим планом, разделяющим и, в то же время, соединяющим атмосферу с океаном. То же происходит и с людьми, и предметами, которые, выпадая из «будет» в «было», из Будущего в Прошедшее, являют мгновенно нашим чувствам, как бы пересечение своей целости по мере их продвижения во Времени и Пространстве (как материя) от одной Вечности к другой. И эти две вечности и составляют ту Длительность, в одной лишь которой все имеет истинное существование, если бы только наши чувства были способны воспринять это.

Станца I. – Продолжение

3. ВСЕЛЕНСКОГО РАЗУМА НЕ БЫЛО, ИБО НЕ БЫЛО АХ-ХИ[59], ЧТОБЫ ВМЕСТИТЬ ЕГО[60].

«Разум» есть наименование, данное совокупности состояний Сознания, сгруппированных под определительными – Мысль, Воля и Чувства. Во время глубокого сна мышление прекращается на физическом плане и память приостанавливается; таким образом, на это время «Разум не существует», ибо орган, через который «Эго» проявляет свое мышление и память на материальном плане, временно перестал действовать. Нумен может стать феноменом на любом плане существования, проявляясь на этом плане через подходящую основу или проводник.

Ах-хи (Дхиан-Коганы) суть сонмы духовных Существ – Ангельские Чины христианства, Элохимы и «Вестники» евреев – являющиеся Проводниками для проявления Божественной или Вселенской Мысли и Воли. Они суть Разумные Силы, дающие и устанавливающие в Природе ее «Законы» и, в то же время, сами они действуют согласно Законам, возложенным на них аналогичным образом еще более Высокими Силами; но они не являются «олицетворениями» Сил Природы, как это часто ошибочно думают. Эта Иерархия духовных Существ, через которые проявляется Всемирный Разум, подобна армии – Воинство, воистину, посредством которого проявляет себя воинственная, мощь народа; она состоит из корпусов, дивизий, бригад, полков и т. д.; каждая имеет свою индивидуальность или свою особую жизнь, с известной долей свободы в действиях и соответствующей ответственностью; каждая включена в еще более обширную Индивидуальность, которой подчинены ее личные интересы и каждая заключает в себе еще меньшие индивидуальности.

Станца I. – Продолжение

4. СЕМИ ПУТЕЙ К БЛАЖЕНСТВУ[61] НЕ БЫЛО (а). НЕ БЫЛО И ВЕЛИКИХ ПРИЧИН СТРАДАНИЯ[62], ИБО НЕ БЫЛО НИКОГО ДЛЯ ПОРОЖДЕНИЯ ИХ И ОБОЛЬЩЕНИЯ ИМИ (b).

а) Существуют «Семь Троп» или «Путей» к «Блаженству» Не-Бытия, которое есть Абсолютное Бытие, Существование и Сознание. Они не существовали, ибо Вселенная не была проявлена и имела бытие лишь в Божественной Мысли.

b) Ибо это есть… Двенадцать Нидан или Причин Бытия. Каждая есть следствие предшествовавшей причины и, в свою очередь, причина последующей. Совокупность всех Нидан основывается на Четырех Истинах, доктрина эта особенно характерна для Системы Хинаяны[63]. Они принадлежат теории потока, закону сцепления, порождающего заслуги и проступки, и приводящего, наконец, Карму в полную силу. Эта система основана на великой истине, что следует страшиться воплощения, ибо существование в этом мире приносит человеку лишь страдание, несчастье и боль; и сама смерть не в состоянии освободить человека от этого, ибо смерть есть лишь дверь, через которую он проходит к следующей жизни на Земле, после краткого отдыха у ее преддверия – Девачана. Человек может освободиться от страданий рождения и даже от ложного блаженства Девачана, путем достижения Мудрости и Знания, которое одно лишь может рассеять плоды Иллюзии и Неведения.

Майа или Иллюзия является элементом, входящим во все конечные предметы, ибо все, что существует, имеет не абсолютную, но лишь относительную реальность, так как видимость, в которую облекается скрытый нумен для данного наблюдателя, зависит от познавательных способностей последнего. Для неразвитого глаза дикаря любая картина явится сперва бессмысленным хаосом полос и мазков красок, тогда как воспитанный глаз тотчас же увидит лицо или пейзаж. Ничто не постоянно, за исключением единого, скрытого, абсолютного Бытия, заключающего в себе нумены всех реальностей. Существования, принадлежащие к каждому плану бытия вплоть до высочайших Дхиан-Коганов, являются как бы аналогичными теням, отброшенным волшебным фонарем на бесцветном экране.

Тем не менее, все вещи относительно реальны, ибо познающий также есть отражение и потому все постигаемые им вещи являются для него такими же реальными, как и он сам (Выделено Е. Л.)

Какой бы реальностью не обладали вещи, реальность эта должна быть найдена в них до или после того, как они промелькнут, подобно молниеносной вспышке в нашем материальном мире; ибо мы не можем познать подобное существование непосредственно, пока имеющиеся у нас чувства-инструменты могут передавать лишь материальное существование в поле нашего сознания. На каком бы плане наше сознание ни действовало, мы и предметы, принадлежащие этому плану, являемся на это время единственными нашими реальностями. Но, по мере нашего продвижения в развитии, мы постигаем, что в стадиях, через которые мы прошли, мы приняли тени за реальности и, что восходящий процесс Эго состоит из целого ряда прогрессивных пробуждений, и каждое продвижение приносит с собою убеждение, что, наконец, теперь, мы достигли «реальности». Но только, когда мы достигнем абсолютного Сознания и сольем с ним наше сознание, только тогда будем мы освобождены от заблуждений, порожденных Майей.

Станца I. – Продолжение

5. ЕДИНА ТЬМА НАПОЛНЯЛА БЕСПРЕДЕЛЬНОЕ ВСЕ (а), ИБО ОТЕЦ, МАТЕРЬ И СЫН ЕЩЕ РАЗ БЫЛИ ВОЕДИНО, И СЫН НЕ ПРОБУДИЛСЯ ЕЩЕ ДЛЯ НОВОГО КОЛЕСА[64] И СТРАНСТВИЙ НА НЕМ (b).

а) «Тьма есть Отец-Матерь: Свет их Сын», говорит древнее восточное изречение. Свет непостижим иначе, как исходящим из какого-либо источника, являющегося причиною его; и так как в случае Первичного Света, этот источник не познаваем, хотя разум и логика настойчиво требуют этого, то, с точки зрения рассудка, мы называем его «Тьмою». Что же касается заимствованного или второстепенного Света, каков бы ни был его источник, он может быть лишь временным и иллюзорным. Потому «Тьма» есть Вечное Вместилище, в котором Источники Света появляются и исчезают. Ничто не добавляется к тьме, чтобы добыть из нее свет, или же к свету, чтобы сделать его тьмою на нашем плане. Они взаимно сменяются; и научно Свет есть лишь вид тьмы и обратно. И, тем не менее, оба они феномены одного и того же нумена, являющегося абсолютною тьмою для ума ученого и лишь серыми сумерками для познавания обычного мистика, но абсолютным Светом для духовного глаза Посвященного.

Степень различаемого нами света, сияющего во тьме, зависит от нашей силы зрения. То, что свет для нас, есть тьма для некоторых насекомых, а глаз ясновидящего видит сияние там, где нормальный глаз усматривает лишь мрак. Когда вся Вселенная была погружена в сон – то есть, возвратилась к своему первичному элементу – не было ни центра света, ни глаза, чтобы воспринимать свет; и тьма неизбежно наполняла «Беспредельное Все».

b) «Отец» и «Матерь» – мужское и женское начало в Корне-Природе, противоположные полюсы, проявляющиеся во всем на каждом плане Космоса – или Дух и Субстанция в менее аллегорическом аспекте, результатом которых является Вселенная или же «Сын». Предыдущая объективная Вселенная растворилась в свою единую, первичную и вечную Причину и, так сказать, сохраняется в состоянии растворения в Пространстве, чтобы снова дифференцироваться и выкристаллизоваться заново к следующей Заре Манвантары, являющейся началом Нового Дня или деятельности Брамы – символа Вселенной. В эзотерической фразеологии Брама есть Отец-Матерь-Сын или Дух, Душа и Тело одновременно. Каждый аспект есть символ одного атрибута и каждый атрибут или качество есть последовательное исхождение Божественного Дыхания в его циклической, инволюционной и эволюционной дифференциации. В космо-физическом смысле это есть Вселенная, Планетарная Цепь и Земля; в чисто духовном – Непознаваемое Божество, Планетный Дух и Человек – сын обоих, существо из Духа и Материи и проявление их в его периодических выявлениях на Земле во время «Колес» или Манвантар.

Станца I. – Продолжение

6. СЕМЬ ПРЕВЫШНИХ ВЛАДЫК И СЕМЬ ИСТИН ПЕРЕСТАЛИ СУЩЕСТВОВАТЬ (а), И ВСЕЛЕННАЯ – НЕОБХОДИМОСТИ СЫН – БЫЛА ПОГРУЖЕНА В ПАРАНИШПАННА[65](b), ЧТОБЫ БЫТЬ ВЫДЫХНУТОЙ ТЕМ, ЧТО ЕСТЬ И В ТО ЖЕ ВРЕМЯ НЕТ. НЕ БЫЛО НИЧЕГО (с).

a) «Семь Превышних Владык» суть Семь Духов – Творцов или Дхиан-Коганы, соответствующие Элохим'ам евреев. Это та же Иерархия Архангелов, к которой в христианской Теогонии принадлежат Св. Михаил, Св. Гавриил и другие. В то время, как в догматическом, латинском Богословии только Св. Михаилу разрешено блюсти над всеми вершинами и безднами, в Эзотерической Системе Дхиани блюдут последовательно над одним из Кругов и великими Коренными Расами нашей Планетной Цепи.

До сих пор «имеются лишь Четыре Истины и Четыре Веды» – говорят буддисты и индусы. На этом основании Ириней настаивал на необходимости Четырех Евангелий. Но так как каждая Новая Коренная Раса, при начале Круга, должна иметь свое, ей надлежащее Откровение, также и носителей его, то ближайший Круг принесет Пятое, следующий за ним Шестое и так далее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Пассионарность – избыток некой «биохимической энергии» живого вещества, порождающий жертвенность, часто ради высоких целей. Пассионарность – это непреодолимое внутреннее стремление к деятельности, направленной на изменение своей жизни, окружающей обстановки, статуса-кво. Деятельность эта представляется пассионарной особи ценнее даже собственной жизни, а тем более жизни, счастья современников и соплеменников. Она не имеет отношения к этике, одинаково легко порождает подвиги и преступления, творчество и разрушение, благо и зло, исключая только равнодушие. Лев Гумилёв «Пассионарная теория этногенеза».

Вернуться

2

Георг Вильгельм Фридрих Гегель – немецкий философ, как и Кант.

Вернуться

3

Теософия – это «Божественная Мудрость», θεοσοϕια (Теософия) или мудрость богов, как θεογονια (теогония) – родословие богов. Слово θεος по-гречески означает «бог», одно из божественных существ, но, конечно же, не «Бог» том смысле, какой ему придают в наши дни. Следовательно, это не «мудрость Бога», как переводят некоторые, а божественная мудрость – такая, какой обладают боги. Этому термину много тысяч лет. (Ключ к Теософии, Е.П.Блаватская)

Вернуться

4

Потомок барона Августа Гана (1729 или 1730–1799), приехал в Россию по приглашению Екатерины II (Великой), в девичестве принцессы Анхальт-Цербстской, с которой с детства был знаком. Остался здесь навсегда, став родоначальником российской линии немецких аристократов. Документы свидетельствуют, что в 1757 году из Мекленбурга в Петербург приехали Густав Ган фон Роттенштерн-Ган (Август Иванович) и Вильгельм Ган фон Роттенштерн-Ган – представители старинного немецкого аристократического рода, восходящего, по семейному преданию, к женской линии династии Каролингов и германским рыцарям-крестоносцам. Из рук императрицы Август Иванович Ган получил высокую должность Санкт-Петербургского почт-директора, чин действительного статского советника, российское дворянство и герб, а также пожалованные земли (в том числе в Приднепровье). Один из сыновей Августа Ивановича – Алексей Августович (1780–1830), дед Е. П. Блаватской, был генерал-лейтенантом, прославленным боевыми подвигами и увенчанным орденами России. У него было восемь сыновей, один из них, Петр Алексеевич – ее отец.

Вернуться

5

Феминизм (от лат. femina, «женщина») – общественно-политическое движение, целью которого является предоставление женщинам всей полноты социальных прав. В широком смысле – стремление к равноправию женщин с мужчинами во всех сферах общества. Возникло в XVIII веке.

Вернуться

6

Суфражистки (или суфражетки, фр. suffragettes, от фр. suffrage – избирательное право) – участницы движения за предоставление женщинам избирательных прав. Также суфражистки выступали против дискриминации женщин в целом в политической и экономической жизни. Суфражистки активно применяли ненасильственные методы гражданского неповиновения.

Вернуться

7

В год столетия со дня смерти Елены Петровны – в 1991 году, ее внучатый племянник Петр Алексеевич Ган передал Музейному центру Е. П. Блаватской в Днепропетровске старинный парный женский портрет «Две Елены». Петру Алексеевичу об этом портрете рассказывали мать и бабушка, на нем изображены знаменитая русская писательница Елена Андреевна Ган (из рода Долгоруких-Фадеевых) и ее старшая дочь, всемирно известная теософ, писательница и философ Елена Петровна Ган, в замужестве Блаватская. Несмотря на бурные события ХХ в., этот портрет и другие семейные реликвии чудом уцелели, П. А. Ган по поручению своей матери разыскал их в Крыму и перевез в Бишкек (тогда Фрунзе), а затем переда в ее музей. Так Елена еще раз «вернулась» на родину. Причудливы были маршруты путешествий Елены Блаватской, но еще экзотичнее перемещаются по миру ее семейные реликвии.

Вернуться

8

Жорж Санд – настоящее имя Амандина Аврора Люсиль Дюпен (1804–1876) французская писательница, автор более 30 романов (у нас известны Мопра и Консуэло) и более 60 повестей и рассказов. Дочка революционера и писателя, внучка любительницы идей Руссо, предпочитала мужской костюм, путешествовала по злачным местам Парижа, из-за этого фактически потеряла статус баронессы. Недолго пробыла замужем за буржуа Казимиром Дюдеваном. Современники считали Санд непостоянной и бессердечной, называли ее лесбиянкой и удивлялись, почему она выбирала мужчин моложе себя. Сгорел от страсти к ней поэт Альфред де Мюссе. Тонкий, ранимый Шопен влюбился в женщину, которая курила табак и открыто говорила на любые темы. Среди любовников Жорж Санд были 32-летний гравер Александр Дамьен Мансо (ей было 45, прожили вместе 15 лет), художник Шарль Маршал (ему 39 лет, а ей – 60) и другие часто умиравшие молодыми мужчины…

Вернуться

9

Из статьи Калининой Н. М. «Петр Алексеевич Ган – основатель лесной науки в Кыргызстане».

Вернуться

10

Столбовое дворянство – в дореволюционной России представители дворянских родов, относившиеся к древним потомственным дворянским родам.

Вернуться

11

В отделе редких изданий и рукописей Одесской государственной научной библиотеки имени М. Горького, в Пушкинском фонде, хранятся документы архива Фадеевых. В нем есть перечень значительных научных работ Елены Павловны Фадеевой, оставшихся после нее:

Книги большого формата, величиною в лист, толстые.

По Ботанике: 17 томов с описанием растений, которые Елена Павловна сама собирала, срисовывала с натуры и определила ботаническими названиями. Естественной истории: 10 томов рисунков с определенными названиями: Бабочек, насекомых, птиц, ящериц, рыб, раковин и проч. 1 том рисунков окаменелостей, с натуры и копии.

Книги меньшого формата.

По Естественной истории и Зоологии: 3 тома с рисунками птиц и рыб.

По Археологии и истории: 4 тома рисунков древних вещей, оружия, доспехов, утвари, ламп и проч. С натуры и копии.

6 томов рисунков древних монет.

2 тома рисунков Древних исторических костюмов и Головных уборов с древних времен.

1 том «Украинских песен, собранных Еленой Павловной в Киевской губернии с 1803-го до 1814-го года».

Смесь: 2 книги с рисунками «Беседок, украшений для садов, видов и проч».

8 томов «Собрания старинных стихов, песен, баллад, шарад и проч.».

2 книги по части Домашнего хозяйства.

Всего 57 томов собственноручной работы Елены Павловны Фадеевой рожденной княгини Долгорукой.

Вернуться

12

Фалеристика: коллекционирование орденов, медалей, значков, любых нагрудных знаков; наука, вспомогательная историческая дисциплина, занимающаяся изучением истории этих предметов, их систем (например, системой наград в одной стране) и их атрибуцией.

Вернуться

13

Гугеноты (фр. Huguenot(s)) – название с XVI века французских протестантов (кальвинистов).

Вернуться

14

Голицын Василий Сергеевич (1794 – 18610), князь, поручик, адъютант генерала графа Воронцова, ложа «Св. Георгия Победоносца» (1818–1819, член-основатель).

Вернуться

15

Девиация – отклонение. В обществе чаще всего это понятие употребляется к половым девиациям, девиациям социального поведения и др.

Вернуться

16

Статью «Петр Алексеевич Ган, потомок старинного рода Ганов» позволила процитировать ее автор – Калинина Наталья Михайловна, профессор КРСУ, зав. лабораторией физики взрыва и синергетики, доктор технических наук. Я благодарна ей и всем, кто откликнулся на мою просьбу поделиться не публиковавшейся ранее информацией о Е. П. Б.

Вернуться

17

Константинополь (греч. Κωνσταντινούπολις, Констандинуполис, или ἡ Πόλις – «Город») – название Стамбула с 330 до 1930 года, неофициальное. Офиц. название Новый Рим – столица Римской империи (330–395), Византийской (395–1204), Латинской (1204–1261) и Османской империи (1453–1922).

Вернуться

18

Чела (санскр.) – ученик, воспитанник Гуру или Мудреца, последователь определенного Адепта или философской школы.

Вернуться

19

Альфред Перси Синнетт (1840–1921) – британский журналист, писатель и теософ.

Вернуться

20

Вайю Пурана; Харивамша, 170. (Это примечание Блаватской в книге «Тайная доктрина», в основной части книги я буду обозначать свои примечания инициалами: Е. Л.)

Вернуться

21

В книге Г. С. Олькотта «Страницы старого дневника» названо его имя: «это Паоло Метамон».

Вернуться

22

Генри Стил Олкотт (1832–1907) – один из основателей и первый президент Теософского Общества, участник гражданской войны в США, полковник, юрист, журналист и писатель. Известен также как первый выдающийся человек Запада, который перешёл в буддизм. Его деятельность в качестве главы Теософского общества помогла возрождению буддизма, и за это он почитается в Шри-Ланке. (Е. Л.)

Вернуться

23

Всего за пять лет до рождения Е. П. Б, по приговору инквизиционного суда, была казнена последняя жертва святой инквизиции – испанский учитель К. Риполь. В 1835 папа Григорий XVI официально отменил все местные инквизиционные трибуналы, но сохранил Священную канцелярию, чья деятельность с этого времени ограничилась отлучениями от церкви и изданием Индекса. Для Елены Петровны костры и чудовищные пытки инквизиции не были такой уж седой историей, как для нас с вами, возможно, этим объясняется ее критика монотеистического христианства, хотя к православию она всегда относилась с уважением: «…в то время как Христос, Учитель всех истинных христиан, был во всех отношениях божественным, те, кто прибегали к ужасам Инквизиции, к унижению и пыткам еретиков, евреев и алхимиков, протестант Кальвин, который сжег Сервета, и его наследники протестанты-преследователи, вплоть до бичевателей и сжигателей ведьм в Америке, должно быть, имели своим Учителем Дьявола», – писала Блаватская.

Вернуться

24

Княгиня Екатерина Павловна Багратион, урождённая графиня Скавронская (1783–1857) прославившаяся в Европе своей красотой и беспечным поведением. По протекции императора Павла I была выдана замуж за генерала Багратиона. Брак свершился исключительно по воле императора, решившего по окончании удачных гатчинских манёвров устроить семейное счастье героя. Жених был поражён, но никто не осмелился спорить с монархом. Супружество было неудачным. В 1805 году княгиня окончательно порвала с мужем и уехала в Европу. Детей у супругов не было. Багратион звал княгиню вернуться, но та оставалась за границей под предлогом лечения. Есть информация, что состояние свое она завещала крестной дочери – Елене Блаватской.

Вернуться

25

Е.П.Б. – так Елена Петровна Блаватская сама подписывалась.

Вернуться

26

История завоевания Индии переполнена такими жестокостями, которые сложно даже вообразить. Память об Англии в Индии – завоевание обманом и насилием, безмерное вымогательство и правление террора. Все началось в 1587 году: пират Фрэнсис Дрейк захватил португальского торговца, чьи документы давали право на прохождение мимо Мыса Доброй Надежды и на получение прибыли от индийской торговли. В 1600 году была основана Ост-индская компания. В 1661 году Англия обосновалась в Бомбее, через несколько лет в Калькутте. В целом раннее вторжение было мирным. Соглашения с местными правителями были использованы, чтобы вытеснить португальцев, датчан и французов. Англия обокрала Индию, когда-то самую богатую страну в мире, до такой степени, что за один 1770 год около 10 миллионов индийцев умерли от голода. Продажные индийские принцы, слишком поздно осознавшие всю опасность, которая перед ними возникла, объединились против захватчика. Первым шагом к индийской независимости и установлению демократии западного образца явилось назначение индийских советников в администрации британского вице-короля. С 1920 года такие лидеры как Махатма Ганди начали массовую кампанию против британского колониального правительства. Территории Британской Индии получили независимость в 1947 году.

Вернуться

27

Вознесенный Учитель Кут Хуми. Елена Петровна «знакомила» своих одаренных последователей со своими Учителями.

Вернуться

28

В этой части книги комментарии от редактора-составителя Елены Лиственной, обозначены: Е. Л., без обозначений – комментарии автора.

Вернуться

29

Слово «рекорд» во времена Блаватской означало информационный источник (Е. Л.).

Вернуться

30

Пралайа – растворение вселенной, «ночь» Брамы (Е. Л.).

Вернуться

31

«День» Брамы (Е. Л.)

Вернуться

32

Едва ли нужно напоминать читателю, что термин Божественная Мысль, так же как и термин Мировой Разум, не должен быть рассматриваем, даже хотя бы отчасти, как отражающий процесс, сходный с процессом, выявляемым человеком. «Бессознательное», согласно фон Гартману, достигло обширного творческого или, вернее, эволюционного плана, «посредством ясновидящей мудрости, превышающей всякое сознание», что на языке Веданты означало бы Абсолютную Мудрость. Только те, кто осознают, насколько полет интуиции выше и быстрее медлительных процессов рациональной мысли, могут составить себе бледное представление этой Абсолютной Мудрости, превышающей все понятия Времени и Пространства. Ум, как мы его понимаем, может быть разложен на состояния сознания различной продолжительности, напряженности, сложности и т. д.; и, в заключение, все они будут опираться на чувствование, являющееся опять-таки Майей. Кроме того, чувствование неизбежно предполагает ограничение. Личный Бог ортодоксального Теизма думает и чувствует; он раскаивается и испытывает «яростный гнев». Но представление подобных умственных состояний ясно вовлекает в немыслимое предположение о привхождении возбудительных стимулов извне, не говоря уже о невозможности приписывать неизменяемость существу, чувства которого колеблются с событиями в мирах, над которыми он главенствует. Таким образом, представление Личного Бога как неизменного и бесконечного, является антипсихологичным и, что еще хуже, антифилософским.

Вернуться

33

Платон выказывает себя, истинно, Посвященным, говоря в «Cratylus», что «θεός» производится от «θέειν» двигаться, бегать, ибо первые астрономы, наблюдавшие движения небесных тел, называли планеты «θεοί» – богами. Позднее это слово произвело другой термин «άλήθεια» – Дыхание Бога.

Вернуться

34

Номиналисты, возражая Берклею, что «невозможно представить себе абстрактную идею движения отдельно от движущегося тела («Principles of Human Knowledge» введение, пар. 10), могут поставить вопрос: «Каково это тело, производящее это движение? Есть ли это сущность? Тогда вы верите в личного Бога?» и т. д. На это ответ будет дан в дальнейшей части этого труда. Пока же мы претендуем на наши права концепционалистов, как противников материалистических взглядов Росселини, относительно Реализма и Номинализма. «Открыла ли наука», говорит один из ее наиболее талантливых защитников, Эдуард Клодд, «что-либо, что ослабляет или противополагается древним словам, в которых дана сущность всех прошлых, настоящих и будущих религий: «поступать справедливо, любить милосердие и предстоять в смирении перед своим Богом?». И мы соглашаемся с ним под условием, что под словом Бог, мы поймем не грубый антропоморфизм, все еще являющийся основанием нашей настоящей теологии, но символическое представление того, что есть Жизнь и Движение Вселенной; знать это в физическом порядке, значит знать время прошлое, настоящее и грядущее в существовании последовательности феноменов; знать это в порядке моральном, значит познать, что было, есть и будет в пределах человеческого сознания. (Cм. «Science and the Emotions», речь, произнесенная (South-Place) Лондон – Finsbury, Дек. 27. – 1885 г.).

Вернуться

35

Нумен (от греч. νοούμενον – мысленное, умопостигаемое) – истинная сущностная природа бытия, в отличие от иллюзорных объектов чувств. Понятие, применяемое Платоном для характеристики трансцендентных идей, которые, по его учению, образуют идеальные архетипы, прообразы чувственно воспринимаемых вещей (Е. Л.).

Вернуться

36

Феномен (от греч. φαινόμενον – «являющееся», «явление») – термин, в общем смысле означающий явление, данное в чувственном созерцании (Е. Л.).

Вернуться

37

«Разоблаченная Изида». II. 264–5.

Вернуться

38

Риг-Веда.

Вернуться

39

Математики Запада и некоторые каббалисты Америки утверждают, что и в Каббале «значение имени Иеговы, есть значение диаметра в Круге». Добавьте к этому тот факт, что Иегова является третьим среди Сефиротов, Бинах – слово женского начала, и вы имеете ключ к тайне. Посредством некоторых каббалистических превращений это имя, являющееся двуполым в первых главах книги «Бытия», становится в своих превращениях совершенно мужским, каиническим и фаллическим. Избрание божества из языческих богов и принятие его, как национального Бога, и призывание его, как «Единого Живого Бога», «Бога Богов», а затем провозглашение этого поклонения монотеистическим, не преображает его в Единый Принцип, «Единство которого не допускает умножения, изменения или формы», особенно в аспекте приапического божества, каким теперь выставлен Иегова.

Вернуться

40

См. замечательный труд «The Source of Measures», в котором автор объясняет истинное значение слова Sacr', от которого происходят: «sacred», «sacrament» слова, ставшие теперь синонимами святости, хотя они чисто фаллические!

Вернуться

41

«Мандукья Упанишад», I. 28.

Вернуться

42

«Айтэрейя Упанишад».

Вернуться

43

Тем не менее, предубежденные и фанатичные востоковеды хотели бы доказать, что это есть чистый атеизм. В доказательство этого сравните Vedânta Sâra майора Jacob'а, однако, вся древность отзывается на мысль, высказанную Лукрецием и передающую чисто ведантическое представление: Omnis enim per sе divom natura necesse est // Immortali aevo summa cum pace fruatur.

Вернуться

44

Самые имена двух главных божеств – Брама и Вишну, давно должны были бы подсказать свое эзотерическое значение. Браман или Брам производится некоторыми от корня brih – расти или распространяться (см. Calcutta Review, том XVI, стр. 14) и Вишну от корня «vish». «проникать», входить в природу сущности. Брама-Вишну, таким образом, есть бесконечное Пространство, в котором Боги, Риши, Ману и все, что существует в этой Вселенной, являются лишь Силами (Vibhûtayah).

Вернуться

45

См. изложение Ману о Браме, разделившем свое тело на мужское и женское; последнее и есть женское начало – Вак, в котором он создает Вирадж, и сравните это с эзотеризмом второй, третьей и четвертой главы в Книге Бытия.

Вернуться

46

Оккультизм, истинно, носится «в воздухе» в конце нашего XIX столетия. Среди многих книг, недавно изданных, мы особенно рекомендуем изучающим теоретический Оккультизм тем, кто не отваживаются за пределы нашего определенного человеческого плана, New Aspects of Life and Religion – Генриха Пратта, д-ра Мед. Эта книга полна эзотерических догм и философии, последняя, однако, в заключительных главах довольно ограничена духом, так называемого, условного позитивизма. Тем не менее, сказанное о Пространстве, как о «Неведомой Первопричине», заслуживает упоминания. «Это неведомое нечто», признанное таковым и отождествленное с первичным воплощением Простого Единства, невидимо и неощутимо (как абстрактное пространство, мы согласны) и, будучи невидимо и неосязаемо, оно непостижимо. И эта непостижимость ввела в заблуждение, заставив предположить, что оно является просто Пустотою, лишь способностью к восприятию. Но, будучи рассматриваемо даже, как абсолютная пустота, Пространство должно быть признано или самосущим, бесконечным и вечным, или же имевшим причину во вне, за собою и за пределами себя. «И, все же, если бы подобная причина была найдена и определена, это привело бы лишь к передаче ей атрибутов, которые иначе прикладываются к пространству, и, таким образом, отбросило бы трудность начала еще на шаг назад, не выиграв добавочного света, что касается до перво-причинности.» (Op. cit., стр. 5). Что и было сделано верующими в человекоподобного создателя; именно явлен был вне-космический Бог вместо интра-космического. Многие темы д-ра Пратта, можем сказать, большинство из них – являются старыми каббалистическими идеями и теориями, которые он предлагает в совершенно новом облачении в своем труде – «Новые Аспекты» Оккультного в Природе. Тем не менее, Пространство, рассматриваемое, как Субстанциальное Единство – живой Источник Жизни – было как и «Неведомая Беспричинная Причина», древнейшей догмой в Оккультизме, тысячелетия раньше греческого и латинского «Pater Æther». Также и «Сила и Материя, как Потенциал Пространства, неотделимы и являются неизвестными разоблачителями Неведомого». Все они встречаются в арийской философии, олицетворенными, как Вишвакарман, Индра, Вишну и т. д… Тем не менее, они выражены в вышеуказанном труде очень философски и под многими необычными аспектами.

Вернуться

47

Как противоположение к проявленной материальной Вселенной, термин Мулапракрити (от мула – корень и пракрити – материя) или непроявлеяная предвечная Материя – называемая западными алхимиками Землею Адама – применяется ведантистами к Парабраману. Материя двуначальна в религиозной метафизике, а в эзотерических учениях она семерична, как и все остальное во Вселенной. Как Мулапракрити, она недифференцирована и вечна; как Виакта, она становится дифференцированной и условной, согласно Shvetâshvatara Upanishad, I. 8 и Devi Bhâgavata Purâna. Автор четырех лекций о Бхагават-Гите, говоря о Мулапракрити, заявляет: «С его (Логоса) объективной, основной точки, Парабраман является ему под видом Мулапракрити… Конечно, эта Мулапракрити так же материальна для него, как и любой материальный предмет материален для нас… Парабраман есть безусловная и абсолютная реальность, а Мулапракрити, как бы покров, наброшенный на Него (Theosophist – III – 304).

Вернуться

48

Экзо… (гр. exo) – снаружи, вне, в отличии от эзо – внутри. (Е. Л.)

Вернуться

49

Среди эволюционных циклов идей, любопытно отметить, как древняя мысль отражается в современных теориях. Не читал ли Герберт Спенсер древних индусских философов, когда он писал некоторые страницы в своих «Первые Принципы», (стр. 82)? Или же это самостоятельный проблеск внутреннего озарения, заставивший его наполовину правильно и наполовину неправильно сказать: «движение, так же как и материя, будучи определенными в количестве (?), то казалось бы, что изменение и распределение материи под воздействием движения, достигая предела в каком бы то ни было направлении (?), в силу нерушимого движения, требует затем обратного распределения. Очевидно, всемирно существующие силы притяжения и отталкивания, требующие, как мы это видели, ритма во всех малых изменениях на протяжении всей Вселенной, так же как и ритма всей совокупности ее изменений, производят, поочередно, или неизмеримый период, в течение которого силы притяжения, будучи преобладающими, производят всемирное концентрирование, или затем неизмеримый период, на протяжении которого преобладают силы отталкивающие, производящие всемирное разложение, т. е. сменные эры эволюции и разложения.

Вернуться

50

Каковы бы ни были воззрения физической науки на эту тему, но Оккультная Наука учила на протяжении веков, что Акаша (грубейшим аспектом которой является Эфир), Пятый Всемирный Космический Принцип – которому соответствует, и от которого происходит человеческий Манас – космически есть светящаяся, холодная, прозрачная пластическая материя, творческая в своей физической природе, соотносительная в ее грубейших аспектах и частях, и неизменная в своих высших принципах. В творческих условиях она называется Суб-Корнем; в соединении с лученосным теплом она вызывает «мертвые миры к жизни». В ее высших аспектах она есть Всемирная Душа, в своих низших – она является Разрушителем.

Вернуться

51

Hypoth., 1675.

Вернуться

52

В христианской теологии называемые Архангелами, Серафимами и т. д.

Вернуться

53

«Странник» есть наименование, данное нашей Монаде (Двое в одном) на протяжении ее цикла воплощений. Она есть единственный вечный Принцип в нас, неделимая часть всего целого – Всемирного Духа, от которого она исходит и которым поглощается при конце цикла. Когда говорится, что она исходит от Единого Духа, то приходится употреблять это неуклюжее и неточное выражение из за недостатка надлежащих слов в английском языке. Ведантисты называют ее Сутратма (Душа-Нить), но их объяснение слегка отличается от объяснений оккультистов. Но объяснение этой разницы предоставляется самим ведантистам.

Вернуться

54

Метампсихоз (греч. μετεμψύχωσις, от μετά- пере- и έμψύχωσις – одушевление, оживление, собственно – переодушевление) – один из греческих терминов для обозначения переселения душ (Е. Л.).

Вернуться

55

Не физические организмы, еще менее их психические принципы, остаются в status quo, на протяжении великой Космической или даже Солнечной Пралайи, но только их «акашные или астральные «фотографии». Но на протяжении малых Пралай, захваченные «Ночью», планеты остаются не тронутыми, хотя и мертвыми, именно, подобно огромному животному, захваченному и врезанному в полярных льдах и в силу этого оставшемуся без изменений в течение веков.

Вернуться

56

Аватара (санскр. avatāra IAST, «нисхождение») – термин в философии индуизма, обычно используемый для обозначения нисхождения божества на землю, его воплощение в смертное существо (Е. Л.).

Вернуться

57

Пространство.

Вернуться

58

Во Второй Книге Вишну Пураны, в гл. VIII. сказано: «Под Бессмертием понимается существование до конца Кальпы»; переводчик г. Уильсон указывает в примечании: «Согласно Ведам, это все, что следует понимать под бессмертием (или вечностью) богов; они погибают в конце всемирного разложения (или Пралайи)». Но Эзотерическая философия говорит: «Они не погибают, но вновь поглощаются».

Вернуться

59

Небесные Существа.

Вернуться

60

И, следовательно, проявить его.

Вернуться

61

Нирвана. На китайском языке Не-пань. Неиббан на бурмийском. Мокша в Индии.

Вернуться

62

Нидана и Майа. Двенадцать Нидан (по тибетски Тен-дель-чуг-ньи) суть главные причины существования, следствия, порожденные сцеплением заложенных причин.

Вернуться

63

См. – «Буддизм», Васильева, стр. 97–128.

Вернуться

64

Термин «Колесо» есть символическое выражение мира или шара, свидетельствующий, что древние знали, что наша Земля была вращающимся шаром, а не неподвижным квадратом, как учили некоторые христианские отцы. «Великое Колесо» есть законченный период нашего Цикла Бытия или Махакальпа, то есть, полный оборот нашей особой цепи семи Глобусов или Сфер от начала до конца. «Малые колеса» означают Круги, которых также Семь.

Вернуться

65

Абсолютное Совершенство, Паранирвана; по тибетски Ионг-Дуп (yoňs-grub).

Вернуться