Ник Билтон
Киберпреступник № 1. История создателя подпольной сетевой империи

© by Nick Bilton. All rights reserved

Внимание!

Издательство «Эксмо» предупреждает о вреде употребления наркотиков.

© Егорова Е.М., перевод на русский язык, 2017

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2017

Проект TRUESTORY

Подпольный интернет

Автор книги проникает в тайны мрачного и опасного мира «подпольного Интернета» ‒ «Даркнета». Именно здесь рождаются самые радикальные идеи современности, а запрещенные законом услуги и товары без проблем приобретаются за крипто-валюту. Анонимность, терроризм, секретные документы, ставки на смерть знаменитостей – только малая часть того, о чем беспристрастно и честно рассказывает в своей книге Джейми Бартлетт.

Завтра я иду убивать

В современном мире более 350 000 детей участвуют в военных действиях. Эта книга ‒ исповедь молодого человека, который после нападения боевиков на его родной поселок, потерял всех членов своей семьи и был вынужден вступить в армию в возрасте 13 лет. К 16 годам он уже был профессиональным убийцей, не задающим лишних вопросов…

Подпольные девочки Кабула

В Афганской семье должен быть сын. Любой ценой. Женщины, не способные родить сына, идут на вынужденную провокацию. Они выдают своих дочерей за мальчиков ‒ одевают и воспитывают их как будущих мужчин. Журналистка Дженни Нордберг рассказывает истории реальных женщин и открывает правду о жестоких традициях Афганистана.

Русский дневник

Легендарная книга прославленного писателя, лауреата Пулитцеровской и Нобелевской премий Джона Стейнбека. После того, как на Восточную Европу опустился железный занавес, Стейнбек и военный фотограф Роберт Капа решили поехать в Советский Союз. Они увидели и запечатлели на бумаге и на пленке то, что Стейнбек назвал «большой другой стороной – частной жизнью русских людей». Признанная классика репортажа и путевых заметок.

* * *

Моей жене Кристе и сыну Сомерсету.

Вы самое дорогое, что есть у меня в этом огромном-преогромном мире.

Ни один человек не может так долго быть двуликим: иметь одно лицо для себя, а другое – для толпы; в конце концов он сам перестанет понимать, какое из них подлинное.

Натаниель Готорн, «Алая буква»

Я делал это для себя.
Мне нравилось.
У меня получалось.
И я жил… жил полной жизнью.

Уолтер Уайт, он же Хайзенберг

От автора
Часть первая

Моя мать, умершая в прошлом году, обожала читать, и была у нее одна небольшая причуда. Каждую новую книжку она открывала на последней странице, узнавала, что в конце, и только затем переходила на первую. Для нее каждый роман начинался с конца.

Я говорю об этой причуде, потому что начало своей книги – традиционное обращение автора с описанием творческого процесса – я решил поместить в конец.

В той, второй, части авторского обращения вы узнаете, как создавалась эта книга, я расскажу о миллионах свидетельств, отчетов, фотографий и видео (а также расследовании двух удивительных журналистов Джоша Бермана и Джошуа Дэвиса), которые легли в ее основу. Этим я и поставлю точку в своем повествовании.

Надеюсь, мои комментарии не испортят впечатление от этой поистине грандиозной истории, к тому же разъяснять построение книги прежде, чем читатель принялся за нее, было бы неправильно.

В книге вы найдете выдержки из разговоров основателя Шелкового пути с сотрудниками этого сайта, они переданы дословно, и, за исключением опечаток и неразборчивых слов, другие ошибки и особенности произношения были сохранены в целях соблюдения достоверности.

А теперь я обещаю: в конце все встанет на свои места. Как и должно быть.

Часть 01

Глава 1
Розовая таблетка

Розовая.

Крохотная розовая таблетка с выгравированной белочкой на обеих сторонах. Джаред Дер-Егиян не мог отвести от нее глаз.

В комнатке почтового отделения, где он стоял, не было окон, зато бил яркий свет галогенных ламп, отражаясь в бейдже Министерства внутренней безопасности у Дер-Егияна на шее. Каждые тридцать секунд снаружи доносился рев самолетов. Джаред, в мешковатой одежде не по размеру, стриженый под «ежика» и по-детски с распахнутыми зелено-карими глазами, казался почти что мальчишкой.

– Последнее время вылавливаем таких вот по нескольку штук в неделю, – произнес дородный таможенник Майк, вручая ему конверт, в котором прибыла таблетка.

Конверт был белый квадратный, с зубчатой маркой в верхнем правом углу. «HEIR OPEN» – значилось на его клапане, а ниже шел перевод: «ОТКРЫВАТЬ ЗДЕСЬ». Имя получателя было напечатано черными буквами и гласило: Дэвиду. Посылка следовала в Чикаго, на Вест Ньюпорт-авеню.

Ее-то и ждал Джаред еще с июня.

Самолет, в котором прибыл конверт, – «KLM»[1], рейс 611 – приземлился в чикагском международном аэропорту О'Хара несколько часов назад, проделав из Нидерландов путь, длиной почти в шесть с половиной тысяч километров. Пока уставшие пассажиры вставали с мест и разминали затекшие конечности, в шести метрах под ними грузчики доставали из брюха «Боинга-747» багаж. Чемоданы всех форм и размеров отправлялись в одну сторону, а ярко-синие ящики с международной почтой – в другую.

Эти синие корзины – прозванные местным персоналом «мелочевкой» – везли по взлетному полю на расположенный в пятнадцати минутах пути огромный склад для дальнейшей сортировки. Их содержимое – письма возлюбленным, деловые бумаги и тот самый белый квадратный конверт с розовой таблеткой – вскоре должно было покинуть склад, пройти через таможню и разойтись по обширной внутренней сети Почтовой службы США. Если бы все прошло по плану – как и бывало в большинстве случаев, – конвертик с таблеткой, как и множество других, подобных ему, мог незаметно проскользнуть к получателю.

Но не сегодня. Не пятого октября 2011 года.

Ближе к вечеру Майк Вейнтхалер, сотрудник Таможеннопограничной службы, как обычно, вступил на пост, налил себе чашку крепкого кофе и начал перебирать содержимое синей мелочевки в поисках чего-нибудь непривычного: вздутых посылок, неправдоподобных обратных адресов, шорохов пластиковой упаковки внутри бумажных конвертов, – словом, подозрительного. Вся работа своими руками, никакой техники в помощь. Никаких мощных сканеров последней модели или мазков на различные вещества с дальнейшим анализом. За последние десять лет электронная почта значительно обошла обычную, физическую почту, поэтому бюджет Почтовой службы сильно урезали. Хорошее техническое оборудование встречалось редко и применялось только в работе с большими грузами. А чикагских собак-ищеек, Тень и Разбойника, приводили не чаще двух раз в месяц. Так что никаких изысков: запускаешь руку в мелочевку, а дальше – полагайся на свои инстинкты.

Полчаса рутинной возни – и вот белый квадратный конверт привлек внимание Майка.

Он поднял его над головой, поближе к свету. Адрес печатный, не от руки. Для таможенников это первый повод насторожиться. Майк знал, что печатные адреса встречаются лишь на деловой корреспонденции, а не в личной переписке. Также на конверте имелась небольшая выпуклость: подозрительная, особенно если учесть, что пакет пришел из Нидерландов. Майк достал папку для показаний и бланк формы конфискации 6059B – с ними он имел законное право вскрыть конверт. Он прошелся ножом по пакету, распотрошив его, как рыбу, и на стол выскользнула крохотная розовая таблеточка экстази в пластиковой упаковке.

Майк проработал на таможне два года и прекрасно понимал, что из-за одной таблетки никто в правительстве даже не почешется. Каждый чикагский госслужащий знал негласное правило: агентов Управления по борьбе с наркотиками не интересуют находки, в которых насчитывается менее тысячи таблеток. Окружной прокурор только посмеется над таким уловом. Вокруг ведь полным-полно куда более крупной рыбы.

Однако Майк получил четкие указания от человека, который давно ожидал подобный конверт с таблеткой – агента Министерства внутренней безопасности США Джареда Дер-Егияна.

Несколькими месяцами ранее Майк перехватил похожий пакет с нелегальным веществом, направлявшийся в Миннеаполис. Он тут же позвонил в офис Следственной службы МВБ, находившийся в аэропорту, хотя был почти уверен, что его поднимут на смех или, как обычно, отмахнутся. Однако сотрудник, подошедший к телефону, как ни странно, проявил интерес к заявлению Майка. Джаред тогда проработал лишь два месяца и честно, как умел, выполнял свою работу.

– Я не могу полететь в Миннеаполис расспрашивать какого-то парня об одной-единственной таблетке, – ответил он. – Позвоните мне, если выловите что-то на моей территории – в Чикаго. Вот тогда я смогу взяться за работу и что-нибудь разузнать.

Четыре месяца спустя Майк наткнулся на пакет, следовавший в Чикаго, и Джаред явился посмотреть на находку.

– Почему вы заинтересовались? – спросил Майк. – Все прочие агенты и слушать не желают о таком, люди годами закрывают глаза на мет и героин. А вам почему-то интересно!

Конечно, Джаред понимал, что выловленная посылка может оказаться ничем. Скорее всего какой-нибудь сопляк из Нидерландов разослал парочке друзей МДМА[2]. Но все же ему казалось любопытным, с чего одна крохотная таблетка отправилась в такой долгий путь и каким образом отправители подобных посылок знакомятся с адресатами. Что-то в этой истории не давало покоя.

– Возможно, тут все не так просто, – ответил Джаред, забирая у Майка конверт. Следовало показать находку своей няньке.

Да, няньке. К каждому новичку Следственной службы МВБ на первый год работы приставляли своего рода наставника. Более опытный сотрудник, знавший все подводные камни профессии, следил, чтобы подопечный не влипал в неприятности, а также регулярно напоминал новичку, что тот – полнейшее ничтожество. Джаред каждое утро обязан был звонить наставнику и докладывать, чем собирается заняться. Сплошной детский сад, с той только разницей, что здесь ты обязан таскать с собой оружие.

Как и следовало ожидать, наставник Джареда не проявил интереса к таблетке, хотя через неделю он даже согласился помочь молодому коллеге с «опросом на дому» – подъезжаешь к дому подозреваемого, стучишь в дверь, а потом, если повезет, расспрашиваешь тех, кто вышел с тобой поговорить.

В тот день Джаред долго петлял по северной части Чикаго на служебном «Форде Краун-Виктория», и брелок в виде небольшого кубика Рубика на его ключах равномерно раскачивался вперед-назад. Радио, настроенное на спортивную волну, хрипело, что «Кабс» и «Уайт Сокс» исключены из соревнований, а «Медведи» готовятся к матчу со «Львами». Под нестройные звуки радио Джаред свернул на Вест Ньюпорт-авеню, и перед ним возник длинный ряд двухэтажных белокаменных зданий, разделенный линией, проходившей между нижними и верхними этажами. Джаред прекрасно знал это место. Когда он был мальчишкой, он часто ходил на бейсбольные матчи на стадион «Ригли-филд» неподалеку. Теперь здесь «Хипстервилль», полный модных кофеен, ресторанов и, как теперь знал Джаред, любителей получать из Нидерландов конверты с наркотиками.

Он понимал, каким чудаком, наверняка, кажется своему умудренному годами наставнику: поехать в самый спокойный район города с расспросами об одной таблетке экстази. Но Джареду было все равно, что там думает начальник: интуиция подсказывала, что дело куда крупнее, чем одна крохотная таблетка. Он не мог только сказать точно, насколько крупнее – пока что не мог.

Джаред выловил взглядом нужный дом и остановил машину; наставник находился тут же рядом, словно тень. Они поднялись на крыльцо квартиры номер один и постучали в витражную дверь. Постучать – это самая простая часть дела. А вот разговорить кого-нибудь – тут начинается настоящая борьба. Тот, кому предназначалась посылка, запросто может заявить, что ничего не знает и конверт не его. И тогда все – конец игры.

Прошло двадцать секунд, дверь открылась, и на пороге появился худой парень, в джинсах и футболке навыпуск. Джаред показал удостоверение, объяснил, что он – агент Следственной службы МВБ, и спросил дома ли Дэвид, имя которого напечатано на белом конверте.

– Он сейчас на работе, – сказал парень и приоткрыл дверь пошире. – Я его сосед.

– Можно зайти? – осведомился Джаред. – Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.

Сосед по квартире согласно кивнул, отступая в сторону и пропуская их на кухню. Джаред уселся на стул, достал ручку с блокнотом и спросил:

– Ваш сосед часто получает посылки?

– Ну да, бывает.

– Вот как, – откликнулся Джаред, мельком глянув на коллегу, тот тихо пристроился в углу кухни со скрещенными на груди руками. – Нам попался конверт, адресованный вашему соседу, а внутри – наркотики.

– Ну да, я в курсе, – небрежно бросил парень. Джаред немного растерялся от того, каким будничным тоном тот признался, что получает наркотики по почте, но решил продолжить расспросы, чтобы выяснить, где парни их заказывают. – На сайте.

– На каком сайте?

– Шелковый путь, – откликнулся юноша.

Ответ сбил Джареда с толку. Что за Шелковый путь? Он никогда не слышал о таком сайте. Джаред вообще не знал, что бывают сайты, на которых можно заказать наркотики, и его терзало любопытство: он ли такой беспросветный лопух или же в «Хипстервилле» с некоторых пор образовалась своя, местная доставка наркотиков на дом?

– Что еще за Шелковый путь? – спросил Джаред, стараясь не выдать своей растерянности, которая, несмотря на все усилия, так и сквозила в его голосе.

Худощавый сосед по квартире принялся тараторить с такой скоростью, что Джареду невольно вспомнились стремительно приземлявшиеся в аэропорту О'Хара самолеты: парень старался как можно быстрее вывалить все, что знал о сайте Шелковый путь. «Там можно заказать любой наркотик – все, что хочешь», – объяснял он, особо не скрывая, что они с соседом уже заказывали и марихуану, и мет, и розовые таблетки экстази, которые каждую неделю прилетали рейсами 611 авиакомпании «KLM». Джаред делал пометки в блокноте, а юноша все говорил и говорил, как заведенный. Оплачиваются наркотики местной сетевой валютой – биткоинами, а покупки совершаются только через браузер «Тор», гарантирующий полную анонимность. Любой желающий может зайти на Шелковый путь, выбрать из сотни веществ то, что по душе, оплатить покупку, а через несколько дней Почтовая служба доставит ее по нужному адресу. Ну а дальше нюхай, затягивайся, глотай, выпивай – тут уж кто что заказал.

– По сути, это тот же самый Амазон, – заключил парень, – только с наркотиками.

Рассказ о сайте с веществами поразил Джареда, хотя ему до конца не верилось, что где-то в темных уголках Интернета может существовать такой виртуальный рынок. «Через неделю прикроют», – думал он. Джаред задал юноше еще несколько вопросов, поблагодарил за уделенное время и покинул квартиру. Наставник, так и не проронивший за это время ни слова, последовал за ним.

– Ты что-нибудь слышал об этом Шелковом пути? – спросил его Джаред, когда они подходили к машине.

– Еще бы, – равнодушно отозвался тот. – О Шелковом пути знают все. По нему, наверное, открыты уже сотни дел.

Джаред немного устыдился того, что показал свою полнейшую неосведомленность об этом деле, однако интерес его к Шелковому пути не пропал.

– Попробую раскопать побольше информации и разобраться, что там к чему, – заявил он. Наставник пожал плечами и уехал.

Час спустя Джаред ввалился в свой темный, лишенный окон кабинет, а потом целую вечность дожидался, пока загрузится старенький рабочий компьютер. Наконец он открыл базу данных МВБ и принялся выискивать дела по запросу «шелковый путь». К его удивлению, поиск не дал результатов. Тогда он попробовал вбить другие ключевые слова и схожие с ними по написанию – ничего. Может, ввел запрос не в то окно? Попробовал в другом – снова ничего. Джаред совсем растерялся. Наставник говорил, что на Шелковый путь «заведены сотни дел», но в базе МВБ не оказалось ни одного.

Джаред поразмыслил и прибегнул к действенному методу, которым пользовались все госслужащие, когда искали важную информацию: Google. Первые ссылки вели на исторические сайты со статьями о древнем маршруте между Китаем и Средиземным морем. Однако в конце страницы нашлась ссылка на июньскую заметку в блоге, посвященном сплетням и новостям, «Зевака»: в ней говорилось, что Шелковый путь – это «подпольный сайт, на котором можно приобрести любые вещества, какие только можете вообразить». К статье прилагались скриншоты сайта, в уголке которых красовался логотип в виде зеленого верблюда. Также по ходу текста мелькали изображения, иллюстрирующие богатый спектр присутствующих там товаров – настоящий рог изобилия для наркоманов. 340 «наименований», в их числе афганка, марихуана «соур 13», ЛСД, экстази, кокаиновые шарики по три с половиной грамма и черный героин. Продавцы находились во всех уголках мира; равно как и покупатели. «Да вы издеваетесь надо мной? – промелькнуло в голове Джареда. – Вот просто так, бери и покупай через Интернет?» Оставшуюся часть дня и почти весь вечер он сидел и читал о Шелковом пути все подряд.

На выходных Джаред с женой и сыном отправились по антикварным ярмаркам (еженедельная традиция) близ Чикаго, однако мысли агента то и дело возвращались к сайту с наркотиками, порой заставляя забыть, где он находится. Джаред понимал, что, если у людей будет возможность беспрепятственно покупать наркотики на Шелковом пути, то люди этой возможностью непременно воспользуются, очень многие: от преуспевающей молодежи, живущей в северной части Чикаго, до детишек, растущих в самом центре города. И если на сайте сейчас торгуют наркотиками, то почему бы не ожидать, что в будущем там появятся и другие запрещенные товары? Пистолеты, бомбы, яды… Вполне возможно, полагал Джаред, с помощью такого сайта террористы могли бы повторить трагедию, случившуюся одиннадцатого сентября. Он смотрел в зеркало заднего вида на спящего сына, и все эти мысли пронзали его сердце леденящим ужасом.

Но как подступиться к Интернету, миру полному безымянных личин?

К концу выходных Джаред смог сформулировать идею, которая позволила бы открыть дело. Он знал, что его ожидает тяжкая и нудная работа, но она же давала шанс напасть на след создателя этого сайта.

Как отследить наркотики и выйти на дилеров или даже самого основателя Шелкового пути, – это все казалось пустяками по сравнению с настоящим вызовом, маячившим впереди: как убедить руководство дать добро на ведение дела, построенного на одной розовой таблетке? Даже если начальник пойдет навстречу, Джареду придется еще умаслить Генеральную прокуратуру, чтобы та поддержала его расследование. Но во всей стране не сыщется такого прокурора, который согласится дать ход делу, построенному на одной несчастной табле-точке. Все осложнялось еще и тем, что двадцатишестилетний Джаред работал в Следственной службе МВБ без году неделю. Никто и никогда на свете – никто и никогда! – не отнесется серьезно к рассуждениям новичка.

Джареду нужен был какой-то веский довод, чтобы достучаться до них и убедить, что розовая таблетка – это только вершина айсберга.

В понедельник утром он пришел на работу с готовым планом, от которого, хотелось верить, наставник не сможет отмахнуться. Джаред сделал глубокий вдох и зашел в кабинет.

– Уделите минутку? – спросил он, бросая на стол белый конверт. – У меня тут кое-что очень важное.

Глава 2
Росс Ульбрихт

Пятью годами ранее

– Давай, Росс, прыгай с обрыва.

Росс Ульбрихт, стоя на краю скалы, оторопело посмотрел вниз – на озеро парка Пейс Бенд в городе Остин. Холодная вода плескалась и сверкала, и лететь до нее пришлось бы ни много ни мало четырнадцать метров.

– Чего-чего? – Парень глуповато улыбнулся и ткнул себя в грудь. – Почему я?

– Да пры-ыгай уже, – протянула его сестра, Калли, махая в сторону обрыва. Двадцатичетырехлетний Росс был намного выше нее, поэтому чуть наклонял голову, когда слушал сестру. Без лишних слов он расправил плечи и крикнул «Ладно!», затем разбежался, оттолкнулся от края обрыва и полетел вниз. Падение сопровождалось дикими воплями, которые быстро оборвались в громком всплеске воды.

Конец видеозаписи.

Так начался длинный день, полный непрерывных съемок для кастинга в телевизионное реалити-шоу. Брату с сестрой потребовалась не одна неделя, чтобы написать сценарий видеоролика, и их мать, Лин, всячески поддерживала затею своих детей. Сцена с прыжком в озеро шла самой первой. Старшая сестра Росса, словно конферансье, объявила семейный дуэт Ульбрихтов и провозгласила, что они «готовы на все ради победы в «Удивительной гонке»: даже спрыгнуть со скалы», а затем ее брат выполнил трюк. Легко справившись с первым пунктом, они должны были отправиться колесить по Остину, совершая и снимая на камеру самые немыслимые и безумные поступки, призванные убедить продюсеров шоу, что Росс и Калли Ульбрихт – лучшие кандидаты, и «Удивительной гонке» без них не обойтись.

Когда Росс вынырнул из воды, он взглянул сначала на сестру, а потом на обрыв, с которого только что спрыгнул: совсем не такими представлялись ему эти летние каникулы.

В его голове то и дело вспыхивали кадры из фильма о совсем другом лете. Лете, которое начиналось бы с того, как он на все сбережения покупает обручальное кольцо и делает предложение своей обожаемой девушке Эшли. По сценарию Росса, она непременно отвечает: «Да!» (Ну а как иначе?) Потом неразлучные голубки оканчивают Техасский университет в Далласе, Росс получает степень магистра и становится дипломированным физиком, и следующие несколько месяцев пара проводит в предсвадебных хлопотах. Молодожены находят хорошую работу; Росс идет научным сотрудником на кафедру теоретической физики. Они ходят на дни рождения и свадьбы, со временем у них появляются двое детишек. Эшли и Росс счастливы. Они вместе встречают старость. Их жизнь удалась. Конец.

Однако придуманный Россом Ульбрихтом фильм не ушел дальше вступительных титров. Росс действительно скопил денег на прекраснейшее кольцо и сделал предложение своей дорогой Эшли, в самой романтической обстановке он попросил ее руки (скажи «да», пожалуйста, скажи «да»), однако Эшли ответила, что ей нужно кое в чем признаться Россу (так, звучит не ободряюще). Оказалось, что весь прошлый год она изменяла ему с несколькими парнями. (Несколькими? То есть больше, чем с одним? Да, верно, именно это и значит «несколько».) В довесок ко всему, один из них оказался его лучшим другом.

Экран темнеет.

Росс выбрался из воды у подножья утеса, и семья Ульбрихов отправилась к месту следующего трюка. Когда камера снова включилась, Росс и его сестра стояли на фоне городской панорамы и по очереди рассказывали о себе. Калли заявила, что Росса можно смело назвать их «мозговым центром», а потом рассказала, что он изучает физику и материаловедение и как-то раз даже установил мировой рекорд по созданию самого прозрачного кристалла на земле.

Сестра все говорила и говорила, а Росс тем временем смотрел вдаль. Миллион мыслей роился в его голове, словно дикая стая, заплутавшая в сложном лабиринте в поисках неведомо чего. Ему казалось, что здесь он не на своем месте. Но почему же? И когда все пошло наперекосяк?

Он родился в Остине двадцать четыре года назад на кухонном полу, и еще задолго до того, как он произнес свои первые «мама» и «папа», родители – Лин и Кирк – ясно поняли, что их сын особенный. Еще даже не научившись ходить, Росс был очень наблюдательным мальчиком и обладал знаниями не по возрасту. Например, ему никогда не говорили: «Не выползай на дорогу!», потому что он и сам понимал, что не нужно, как если бы при рождении он получил невидимую инструкцию по использованию окружающего мира. В детские годы Росс без проблем отвечал на такие вопросы по физике, которые его родители даже не понимали. В подростковом возрасте он начал интересоваться тем же, чем и сверстники: спортивными играми в парке, марафонами по настольным играм и симпатичными девчонками, – хотя все же частенько любил засесть где-нибудь с книжками по политической теории, экзистенциализме или квантовой теории.

Но Росс отличался не только умом. Он также обладал поистине добрым сердцем. В детстве он часто спасал животных. Став старше, он стал помогать и людям. Да, Росс был из тех, кто на полуслове прервет разговор и бросится к неприметной старушке, чтобы помочь ей перейти дорогу: подхватит сумки, остановит потоки машин и будет терпеливо ждать, пока бабушка неспешно добредет до противоположной стороны улицы.

Все, кто встречал Росса, видели в нем идеального ребенка, хотя его чрезмерный альтруизм порой наводил людей на мысли, что мальчик просто-напросто работает на публику.

«Нельзя быть настолько добрым, – говорили они, – да еще и таким умным». Однако вскоре все убедились в искренности его великодушия. Оно отражалось даже на его речи; все эти «право же», «боже ты мой» и «черт побери» порой звучали до боли простодушно. Если нужно было крепко выругаться, он говорил: «Блин!» вместо другого емкого слова.

Имелись у Росса и недостатки. Так в подростковом возрасте он начал пробовать расширяющие сознание вещества, совсем легкие. Они с приятелями частенько уходили в лесок неподалеку, там ребята забирались на деревья и, попыхивая косячками, неплохо проводили время. На музыкальных концертах в компании девчонок Росс экспериментировал с галлюциногенными грибами. А на вечеринке после школьного выпускного бала он упился настолько, что девушка, с которой он пришел накануне, нашла его утром в бассейне: он бесчувственно покачивался на надувном матрасе, все еще в смокинге, кроссовках (Росс не стал брать напрокат обувь, а попросту надел на выпускной бал свои старые теннисные кеды) и солнечных очках.

И вот он, эрудит и умнейший парень, наидобрейший человек во всем Остине, теперь стоит рядом с сестрой в парке и пытается пробиться на телевизионное реалити-шоу.

Но какой у него был выбор? Ехать на Запад, в Кремниевую долину, чтобы примкнуть к какому-нибудь новому проекту? Бесполезно. После того как несколько лет назад лопнул пузырь доткомов[3], компании, избравшие сомнительную стратегию и пустившие на ветер деньги акционеров, так и не смогли справиться с финансовыми проблемами и распались, превратив Сан-Франциско в своего рода пустырь. Отправиться на Восток? Сможет ли такой сообразительный парень, как Росс, найти что-то для себя на Уолл-стрит? Нет. После обвала жилищного рынка банки стали слишком неустойчивы. Совсем недавно был вариант осесть и жить долго и счастливо с Эшли в родном Остине, но теперь он отпал: мечты Росса о женитьбе и семейном очаге были растоптаны толпой каких-то парней.

Оставалось только заканчивать учебу или прыгать с обрыва.

Росс полагал, что известность и деньги, которые может принести реалити-шоу, – это лишь небольшой крюк на пути к настоящей жизненной цели. Он не сомневался, что где-то в будущем его ждет особое предназначение, хотя и сам не знал, какое именно. Пока еще не знал. Единственное, что Росс мог с уверенностью сказать: ему хотелось изобрести нечто такое, чего еще никто не изобрел.

Однажды у него все получится. Но не сегодня.

День плавно перетекал в вечер, и съемка ролика для «Удивительной гонки» подходила к концу. Росс и его сестра стояли на улице и смотрели в камеру. К вечеру похолодало, поэтому Росс переоделся в темные спортивные штаны и свитер.

– Росс, – спросила Калли, – что будешь делать со своей половиной миллиона, когда мы победим?

Брат с наигранно серьезным видом задумался, а через секунду доложил:

– Раскидаю деньги и буду в них валяться.

– Отлично, – Калли подняла руку, чтобы «дать пять» брату, – но сперва нужно победить в «Удивительной гонке»! Конец записи.

Убирая в родительскую машину весь съемочный инвентарь, Росс уже предвкушал все возможности, которые откроются перед ним в будущем, и почти наяву видел свои полмиллиона долларов, которые непременно выиграет. Он еще не знал, что его мечтам не суждено сбыться. Его никогда не возьмут в телевизионное реалити-шоу, и это станет первой неудачей из множества других, притаившихся впереди. Но он ехал в машине рядом с сестрой и продолжал мечтать. Тогда Росс и предположить не мог, что всего через пять лет он будет зарабатывать за один день целые горы денег.

Глава 3
Джулия Ви

Первая неделя в колледже стала для Джулии Ви самой сложной за всю ее жизнь – за прожитые восемнадцать лет. Она, робкая девушка, только-только приехала в Университет штата Пенсильвания, одна, без друзей и без особого представления о новом месте обитания. Джулия едва успела освоиться, как ее настигла страшная новость, перевернувшая жизнь. Девушка распаковывала чемоданы в комнатке общежития, раскладывая по полкам одежду и книги, когда зазвонил телефон и ей сообщили, что ее мать умерла от рака.

После похорон Джулия, все еще глубоко потрясенная, вернулась в Пенсильванию с надеждой обрести покой в повседневной студенческой жизни. Очень бы помогло, думала она, познакомиться и завести роман с каким-нибудь парнем. Ведь ей так хотелось, чтобы о ней заботились. Чтобы баловали вниманием и шикарными ужинами.

Однако судьба распорядилась иначе, и Джулия повстречала Росса Ульбриха.

Все произошло совершенно случайно. Девушка бесцельно бродила по кампусу, вспоминая маму, и ненароком зашла в огромное здание на Шортлидж-роуд. Она блуждала по старым коридорам, когда до нее донесся звук барабанов: громкий стук африканских тамтамов. Пойдя на звук, она обнаружила комнату, где полукругом сидели музыканты, ритмично стучащие по барабанам джембе. Вокруг них танцевали шестеро девиц.

Джулия притаилась в уголке, зачарованная музыкой и танцами: похоже случайно она попала в университетский клуб «НОММО», круг любителей игры на африканских барабанах. Она наблюдала за музыкантами, пока к ней не подошел растрепанный, небритый парень. Он протянул руку и назвался Россом. Джулия окинула его взглядом: совершенно босой, а футболка с шортами заношены до дыр и заляпаны пятнами. Девушка решила, что он бездомный. Парень не брился уже несколько месяцев и жутко зарос.

Они слушали барабанные ритмы, звучавшие вокруг них, и Джулия не могла не заметить, как очарован ею этот парень. Да и кто бы устоял? Стройная шустрая девчонка со смуглой кожей, с россыпью веснушек на щеках и большими сияющими глазами. У нее была экзотическая внешность: наполовину афроамериканка, наполовину кто-то еще. Она вежливо представилась собеседнику, а затем дала понять, что разговор с ним ей неинтересен. Да и кому интересно болтать с человеком, который полмесяца не видел душа?

Джулия думала, что больше не увидит бродягу, однако через неделю снова столкнулась с Россом. Но теперь он побрился, надел брюки и ботинки – настоящие ботинки!

Беседа с парнем заинтриговала Джулию. Она отметила, какой он оказался веселый, обходительный и остроумный – очень-очень остроумный. Он сказал, что учится в аспирантуре Школы материаловедения и инженерного дела. Когда Джулия поинтересовалась, чем же он там занимается, Росс объяснил, что работает над исследованиями редких свойств кристаллических веществ, а также занимается спинтроникой и ферроматериалами. Школа даже еженедельно выделяла ему несколько сотен долларов на исследования. Несколько дней спустя Росс и Джулия ужинали в суши-ресторане неподалеку от трассы «I-35», а еще через несколько дней – целовались у Росса в квартире. Когда они снимали друг с друга одежду, Джулия еще мало что знала о парне, с которым она так беззаботно пустилась в любовную авантюру. Но очень скоро ей предстояло узнать, что он за человек.

Они почти разделись, как вдруг раздался щелчок входной двери и в гостиную вошли соседи Росса, делившие с ним жилье. «Идем в мою комнату», – позвал Росс девушку и под хихиканье друзей поспешил покинуть гостиную. Он повел Джулию вниз по лестнице, в темный подвал, куда через крохотные оконца проникали несколько тонких лучиков света. Девушка ощутила запах цемента или плесени.

– Это и есть твоя комната? – недоверчиво спросила она, шлепая босыми ногами по ледяному полу.

– Да, – гордо ответил Росс. – Я живу тут бесплатно.

Слово «бесплатно» прозвучало с особой гордостью. Джулия обвела глазами подвал, пытаясь оценить его размеры и обстановку. Кровать размещалась рядом с батареей. Картонные коробки валялись повсюду, словно детские кубики, заготовленные для строительства крепости.

Джулия еще в первое их свидание в суши-ресторане приметила, каким экономным был парень и на каком дряхленьком – наверняка, старше чем она, – пикапе приехал за ней. На втором свидании девушка поняла, что Росс не придает особого значения одежде, например, он пришел на встречу, одетый как басист из гранж-группы. (Рваные шорты, испачканная футболка и такие ветхие туфли, что можно подумать, он одолжил их в доме престарелых.) Но только теперь, сидя в подвале на его кровати и разглядывая голые каменные стены, Джулия четко осознала, что у Росса и в самом деле, по-настоящему, нет денег, и он в самом деле не заботится о материальных благах, которым большинство людей чуть ли не поклоняется, как идолам.

– Почему ты живешь в подвале? – спросила Джулия, когда они легли на кровать, и Росс продолжил ласки.

Парень остановился и объяснил, что живет так скромно, потому что хочет доказать самому себе, что способен на это. Зачем платить за квартиру, если можно преспокойно жить и в покрытом плесенью подвале? Его слова заставили девушку нахмуриться. Но Росс продолжил, объясняя, что дело не в экономии денег. Его жизненный уклад также являлся частью эксперимента над самим собой, он хотел знать, где порог его потребностей и желаний, без которых он не может жить. Например, недавно он решил обходиться без горячей воды, просто хотел испытать свою стойкость. («Довольно быстро привыкаешь к холоду», – хвастался он.) Впрочем, Росс испытывал не только стойкость. Прошлым летом, гордо похвалялся парень, он целую неделю прожил на одной банке консервированных бобов и пачке риса.

– А как же кофе? – спросила Джулия.

– Не пью.

– Ну ты и нищеброд, – пошутила она.

Горячая вода и подвал были первыми из открывшихся странностей. В ногах кровати стояли два мусорных мешка, которые Росс называл «шкафами». В одном из них хранилась чистая одежда, а во втором – грязная. Каждая вещь его гардероба: каждый носок, рубашка и те самые ветхие туфли, – досталась ему от друзей, отдавших ему свою старую одежду.

– Боже, нет-нет-нет, – запричитала Джулия, хлопая ресницами, – так не пойдет! Мы непременно заглянем в магазин и купим тебе новую одежду, которая будет тебе подходить.

– Обязательно, – откликнулся Росс, целуя ее.

Однако Джулии не терпелось узнать о нем побольше. В голове рождались все новые и новые вопросы.

– А что там за книги? – спросила она, указывая на приличную стопку, стоящую рядом с кроватью.

Услышав этот вопрос, Росс чуть отстранился, но ответил со всей любезностью. Помимо барабанного клуба «НОММО», он также являлся завзятым членом университетского клуба «Коллежские либертарианцы» – политической фракции, которая еженедельно проводила собрания, посвященные обсуждению либертарианской философии и чтению книг по экономике и научным концепциям – тех самых книг, о которых спрашивала Джулия. Он читал все эти литературные труды, написанные Мюрреем Ротбардом, Людвигом фон Мизесом и прочими деятелями, для собственного удовольствия, чтобы отдохнуть от работы, связанной с физикой.

Когда девушка спросила, кто такие «либертарианцы», Росс без капли осуждения разъяснил, что это такие люди, которые полагают, что каждый человек сам отвечает за свою жизнь и сам решает, как ему жить, и государству не стоит вмешиваться и влиять на личный выбор. На каждый вопрос – от глобального «как прожить и на что потратить свою жизнь?» до бытового «а не закинуться ли чем-нибудь бодрящим сегодня?» – у всякого человека свой индивидуальный, ответ, и государство не вправе навязывать свои истины.

Не будь Росс таким остроумным, Джулия наверняка поскорей бы сбежала из его затхлого подвала и прервала все общение. Не будь Росс таким симпатичным, она ни за что бы не ответила на его звонок после первого свидания. Не обладай Росс фантастической уверенностью в себе, которую юная Джулия еще ни в ком не встречала и которой ей самой так не хватало в те непростые дни, она никогда бы не согласилась стать его девушкой.

Однако чудаковатый и обаятельный парень будоражил ее воображение. Он с улыбкой глядел на Джулию, снимая с нее рубашку и возвращаясь к поцелуям. Девушка видела, как он околдован ею. Она же, в свою очередь, пыталась не подать вида, насколько сильно Росс завладел ее чувствами. Валяясь на измятой кровати, они оба и представить не могли, что с этого момента начался самый бурный и будоражащий за всю их взрослую жизнь роман.

Который для Росса станет последним.

Глава 4
Дебаты

Студенты толпой – кто с рюкзаками, кто с книгами – заходили в здание имени Вилларда. Внутри уже зажгли свет, так как солнце почти село и кампус Университета Пенсильвании погрузился в густые сумерки. В большом лектории среди повседневной студенческой суеты Росс Ульбрихт готовился к предстоящим дебатам, расхаживая по залу.

Просторное помещение было заставлено рядами стульев, предназначавшихся для студентов, спешащих в здание, – для всех желающих послушать сегодняшние дебаты между либертарианцами, республиканцами и демократами.

Предстояло обсудить ряд вопросов, связанных с государственными выборами, в том числе легализацию наркотиков в США.

Прошел всего год с тех пор, как Росса не взяли в «Удивительную гонку», но воспоминания о тех днях уже успели стереться из памяти. Нынешняя университетская жизнь так и била ключом, особенно благодаря клубам, в которые он записался.

Чудесная барабанная группа, игравшая необычайную музыку (Росс настолько проникся ритмами барабанов, что, ложась спать, наигрывал у себя в голове эти мелодии). И вдобавок к ней – клуб либертарианцев, в котором он не пропустил ни одной встречи. За полтора года он с головой окунулся в либертарианскую политическую философию. Он летал по всей стране, чтобы побывать на различных либертарианских конференциях и послушать знающих людей. Также Росс проводил множество часов в баре «Угловая комната» или в «Кафе 210» на Колледж-авеню, где частенько болтал с президентом университетского клуба, Алексом, и другими друзьями-либертарианцами; те бурно обсуждали роль правительства в обществе и рассуждали, как можно ослабить его жесткий контроль.

Одержимость Росса клубной деятельностью пагубно отражалась на его работе, однако он не мог ничего с собой поделать. Книги и дискуссии завладели им без остатка.

Хотя имелся еще один аспект жизни, отвлекавший Росса от работы. Когда он не ходил на встречи клуба либертарианцев и не играл в кругу барабанщиков, он все время проводил с новой девушкой Джулией. Голубки, быстро признавшиеся друг другу в любви, старались как можно меньше разлучаться.

Джулии впервые предстояло провести Рождество без матери, поэтому Росс пригласил девушку на каникулы к себе, в Остин. Перед отъездом он успел прошмыгнуть в университетскую лабораторию и создать там кристалл для кольца, которое собирался подарить возлюбленной. Росс очень ценил внимание девушки и то, как она часами слушала его рассуждения, в том числе и на тему сегодняшних дебатов: «Реформа американских законов о наркотиках». В этой области парень разбирался лучше кого бы то ни было.

– Прошу, занимайте места, – прокряхтел профессор, отвечавший за организацию дебатов. – Мы начинаем.

Росс в непривычной для него деловой одежде (рубашке, заправленной в брюки) уселся за стол рядом с двумя другими членами клуба либертарианцев. Профессор сказал несколько приветственных фраз, и зал погрузился в тишину.

– Правительство не имеет права указывать людям, как поступать с их собственными телами, – заговорил Росс. Он решил объяснить собравшимся, что наркотики – любые наркотики – должны быть легализованы, потому что так будет безопасней для общества и потому что люди имеют право распоряжаться своими телами как хотят.

На дебаты пришло около сорока человек, большинство согласились присутствовать только из-за дополнительных баллов, которые им пообещал профессор политологии. Однако Росс выступал так яростно и увлеченно, будто перед ним находился целый Конгресс США.

Республиканцы привели свои аргументы: «Как можно легализовать то, что убивает десятки тысяч человек в год?» И тут же демократы подхватили: «Верно! Как можно закрыть глаза на такой очевидный факт?»

– То есть нам следует также запретить Биг-Маки в «Мак-доналдсах», потому что люди от них толстеют, схватывают инфаркт и умирают? – спокойно парировал Росс.

Как всегда, при обсуждении наркотиков его оппоненты пришли в неистовство. Они пытались отфутболивать аргументы, однако у Росса всегда находились ответы, обескураживающие противников.

– А может нам стоит и автомобили запретить? – наступал он. – Ведь сколько аварий случается в год, сколько людей погибает.

Росс приводил доводы в защиту курильщиков травки и даже в защиту тех, кто принимает героин: он сравнивал тех и других с любителями пропустить стаканчик-другой спиртного после рабочего дня.

Он объяснял также, что дикость и насилие в наркобизнесе процветают именно из-за жестких пагубных законов, которые установило правительство в попытке пресечь наркоторговлю: дилерам не остается ничего иного, кроме как уйти в подполье и ступить на чудовищный путь насилия, чтобы защитить себя в войнах, захлестнувших улицы. «Синдикаты не разводят вóйны вокруг алкоголя или БигМаков, потому что и то и другое легализовано», – заверял Росс. Если бы и наркотики легализовали, их стали бы продавать по определенным законам, и с рынка исчезли все некачественные, с добавками крысиного яда или талька, вещества.

– Тело принадлежит человеку, а не государству, – повторял Росс, окидывая взглядом лекторий, – и правительство не имеет права указывать людям, как им следует распоряжаться собственными телами.

Росс твердо верил в неоспоримость своих аргументов и в то, что продумал до мелочей каждый аспект, касавшийся войны с наркотиками. Чего он не мог понять и о чем частенько задумывался в перерывах между учебой, клубами и встречами с Джулией, так это что ему делать со своими убеждениями и как они могут повлиять на американские законы о наркотиках, казавшиеся ему бесчеловечными.

Глава 5
Кат Джареда

– Нет.

Одно слово. Один звук, полный безапелляционного несогласия.

– Нет, – повторил Джаред.

Начальник с недоверием посмотрел на него, будто спрашивая себя, не послышалось ли ему, что новичок из Таможеннопограничного патруля отказывается исполнять прямой приказ. (Да, отказывается. Наотрез отказывается.) Мелкая сошка, полутораметровое ничтожество двадцати одного года от роду, звавшееся Джаредом Дер-Егияном, казалось еще моложе, сидя напротив своего тучного руководителя. Словно ребенок, оказавшийся в кабинете директора, Джаред ерзал на стуле и качал ногами туда-сюда, не доставая ими до пола.

Он отвечал так, как считал нужным, ему нечего было терять. В конце концов, служба в Таможенно-пограничном патруле – вовсе не та работа, о которой он мечтал. Джаред пошел сюда только потому, что эта должность была хоть как-то связана с правоохранительными органами. Что работать в кинотеатре в Линкольншире, что ставить штампы в паспортах в чикагском аэропорту О'Хара – для заработка на жизнь все едино.

Джаред пробовал устроиться в Секретную службу – место работы, о котором он грезил. Но экзаменатор – весь из себя американец и любитель докопаться с разными вопросами – начал расспрашивать Джареда о его отце, американском судье армянского происхождения, который бежал из Сирии в годы геноцида. Сперва Джаред отвечал учтиво, однако постепенно стал выходить из себя: его мало что могло по-настоящему разозлить, и намеки на злокозненность родных и их неверность Америке были тем самым, что дико его взбесило. Излишне говорить, что после жарких споров Джареду отказали в работе.

Спустя какое-то время он подал документы в Управление по борьбе с наркотиками, однако и здесь произошло неприятное столкновение взглядов, на этот раз с полиграфологом относительно вопроса «что считается преступлением». Джареда снова не взяли.

Служба федеральных маршалов, Министерство внутренней безопасности и ФБР – все как один сказали «нет», потому что у него не было высшего образования. Тогда через две недели Джаред поступил в колледж, однако его раздражали профессоры, критиковавшие его взгляды, а длинные лекции казались пустой тратой времени. К тому же зачем просиживать штаны, если даже закончив всякие университеты, многие из его знакомых так и не смогли получить «стóящую» работу? Поэтому однажды Джаред просто вышел из здания колледжа и больше туда не вернулся.

Через связи отца, Самюэля Дер-Егияна, занимавшего некогда пост главы организации, контролирующей Таможеннопограничный патруль, Джаред получил одну из наискучнейших государственных работ – стал таможенником, день за днем ставящим штампы в паспорта.

Он надеялся, что эта рутинная работа сможет вывести его на что-то более стоящее – и она бы могла, если бы Джаред постоянно не испытывал терпение начальства. Теперь же стало совершенно ясно, что он, как обычно, сделался всеобщим бельмом на глазу.

Вся эта история началась год назад, в 2007-м. После нескольких лет нуднейшей работы на паспортном контроле Джаред, наконец, получил шанс испробовать себя в поиске преступников, провозивших в США наркотики. Ловля контрабандистов многим представляется неимоверно интригующим и возбуждающим делом, но не в случае тех наркотиков, которые должен был выискивать Джаред. Ему поручили вылавливать ребят, провозивших в Америку «ускоряющее» вещество под названием кат. В отличие от других наркотиков, вроде кокаина, который готовили в лаборатории или где-то в грязном подполье, кат представлял собой обычное растение с крупными зелеными листами, и обнаружить его было куда сложнее, чем огромные пакеты белого порошка. Кат оказывал довольно легкий эффект – чашечка крепкого кофе по сравнению с белой дорожкой, – поэтому правительство не придавало ему особого значения и мало интересовалось его поисками.

Однако Джаред взялся за поручение с такой одержимостью, как если бы его послали ловить опаснейших террористов. Он распечатал сотни данных о перелетах людей, когда-либо пойманных с катом на руках, разложил все документы на полу гостиной, словно Кэрри Мэтисон[4], и стал искать схожие черты в делах пойманных контрабандистов. Он до мельчайших подробностей изучил каждый арест, и в итоге вывел общую закономерность.

Зацепка первая: все контрабандисты резервировали места за день до вылета. Вторая: перевозчики пользовались исключительно почтой Google и Yahoo. Третья: номера их телефонов (конечно же, липовые) строились по общему алгоритму. Опираясь на эти три факта и еще пару других, Джаред проштудировал список пассажиров, которые должны были прибыть в аэропорт О'Хара, в поисках подходивших по всем трем критериям людей. В конце концов, он вычислил пассажира, который, по его мнению, вез с собой кат.

На следующий день таможенники сняли подозреваемого с посадки на рейс, открыли его чемодан и нашли там кат.

«Охренеть! Работает». То же самое происходило каждый раз, когда Джаред пробегался по базе данных о прибывающих в Чикаго рейсах и указывал на подозреваемых: у всех них обязательно находили кат.

Выведенная Джаредом схема работала настолько четко, что он решил опробовать ее и в других аэропортах страны, – и она сработала точно так же, как в Чикаго. По наводке Джареда таможенники в Международном аэропорту Джона Кеннеди вылавливали указанных людей и находили в их багаже, в носках, в рубашках и прочих вещах, – пакетики с катом.

Однако деятельность Джареда наткнулась на подводные камни, самым большим из которых оказалась уверенность сотрудников аэропорта Джона Кеннеди, что кат – пустяковый наркотик и возиться с ним нечего. Ведь никто не публиковал никаких скандальных новостей о том, как сотрудники таможни перехватили полкило ката, летевшего из Англии, и никто не выплачивал никаких премий и наград за поимку контрабандистов. Что еще хуже, успех Джареда бросал тень на остальных таможенников, которые по сравнению с ним казались лентяями. Всякий знает, что если начальство тебя не похвалит, то бюрократическая машина не повысит зарплату и не выделит дополнительных выходных дней. Словом, жалоб на Джареда накопилось столько, что его вызвали в кабинет руководства.

– Если хочешь добиться успеха, играй по правилам, – сказал ему начальник. – Ты тут для всех как заноза в заднице, и…

– Нет, – оборвал его Джаред.

Опять? Еще одно «нет»? Да он с луны что ли свалился?

– Слушайте, я всего лишь делаю свою работу, – пояснил Джаред. – Я следую предписаниям и…

– Да, но ты делаешь чужую работу, – рявкнул начальник. – Твоя территория – Чикаго, и все, что от тебя требуется – вылавливать хрень именно в Чикаго.

Джаред очень не любил, когда ему указывали, что делать, и запасы его терпения начали быстро иссякать. Он получил задание, он выполнил его наилучшим образом, однако теперь из-за типичной грызни в госорганах ему выговаривали, что работа его никуда не годится. Разве он не заслужил совершенно противоположного отношения: восхищений и оваций?

– Посмотрите-ка сюда, – произнес Джаред, тыкая на свою черно-золотую эмблему Таможенно-пограничной службы, прикрепленную к рубашке. – По-моему, тут написано «Соединенные Штаты Америки», и, насколько я знаю, аэропорт Джона Кеннеди расположен именно в Соединенных Штатах Америки.

Начальник бросил на Джареда возмущенный взгляд. Однако мелкая сошка не собиралась униматься.

– Я больше не желаю обсуждать данную тему с глазу на глаз, – заявил Джаред, поднявшись с места и шагнув к двери. – Если есть какие-то вопросы, прошу, излагайте в письменной форме.

И тут начальник осознал то, что однажды понимали все, общавшиеся с Джаредом: с этим парнем ужиться непросто.

Глава 6
Костер

Росс гнал пикап через холмы, прочь от Остина. Заходящее солнце заливало остатками света техасское небо, Джулия глядела в окно, созерцая бесконечную гряду деревьев.

– Кедры, – сказал Росс.

– Что? – повернулась она.

– Деревья эти – кедры.

Джулия снова посмотрела на зеленую стену, обрамлявшую края извилистой дороги.

– Техасцы ненавидят их, – добавил Росс. – Не могут от них избавиться. Перепробовали все, что только можно – эффект нулевой.

Он немного помолчал, а затем подытожил: «Природа всегда побеждает».

Джулия смотрела на эту природу и слушала интересные замечания о Техасе. Росс постоянно рассказывал ей что-то новое о штате, в котором они теперь жили. Он с радостью взял на себя роль историка и экскурсовода, без устали показывая девушке свои любимые кофейни, ресторанчики и парки. Он показал ей озеро Пейс Бенд – одно из лучших мест для прыжков в воду. Показал самые удобные места для катания на водных лыжах. Каждую поездку он сопровождал несметным количеством рассказов о местных зданиях или достопримечательностях.

Росс познакомил Джулию со своей семьей, и она быстро сдружилась с его сестрой, Калли. (Хотя мать отнеслась к новой подруге сына довольно прохладно.) Росс настолько доверял Джулии, что даже показал ей свою тайную коллекцию фигурок «Подземелий и драконов», припрятанную в старой спальне родительского дома. Как-то днем он с волнением выложил перед девушкой дюжину искусно раскрашенных фэнтезийных статуэток, несколько лет бережно хранившихся под его детской кроватью.

Россу нравилось, что Джулия целыми часами и с большой охотой слушает про его планы и надежды, даже те, которым так и не суждено было сбыться. Например, «Возврат оборотного капитала», инвестиционный фонд, который собирался учредить Росс и который обанкротился раньше, чем принес первые плоды.

– Там будут все твои школьные друзья? – спросила Джулия, отвернувшись от кедров.

– Ага, – бодро кивнул Росс. – Все, с кем мы когда-то шатались по Вестлэйку.

Они подъезжали все ближе, и Джулия уже видела впереди янтарно-рыжие искры, вьющиеся над костром подле маленького домика.

– Как же я по ним соскучился, – вздохнул Росс, сбавляя скорость.

Он вернулся в Техас несколько месяцев назад и быстро влился в жизненный ритм Остина, словно никуда не уезжал. Как и в прошлый раз, после расставания с Эшли, он не ожидал, что вернется в родные края – одержимость либертарианским клубом вышла ему боком. Он так увлекся постижением новых идеалов, что завалил защиту научной работы, в которой должен был исследовать «рост тонких пленок оксида европия при воздействии молекулярно-лучевой эпитаксии». Но в провале научной работы Росс видел добрый знак. Время, проведенное в политических дискуссиях, дало ясно понять, что его истинный интерес – общественная жизнь, а не физика. Поэтому он забрал диплом магистра и снова отправился на юг. Он убедил девятнадцатилетнюю Джулию бросить учебу и отправиться вместе с ним. Но для обоих грядущие перемены имели сладко-горький привкус.

Джулии, так долго прожившей в Пенсильвании, казалось, что она едет в штат, населенный вечно спорящим расистами и прожженными республиканцами. Однако родной уголок Росса в штате Одинокой Звезды (по большей части) отличался от остальных. В то время как большинство граждан Техаса поддерживали Джорджа Буша-младшего и выступали против геев и абортов, Остин оставался относительно либеральным городом. Люди в нем придерживались своих ценностей и горячо поддерживали Рона Пола, который считал, что правительство чересчур разрослось, обладает чрезмерной властью и слишком сильно вмешивается в людскую жизнь.

Что же касается Росса, для него переезд, как ни странно, прошел очень тяжело. Он покинул штат Пенсильвания совершенно не представляя, чем теперь займется. Он отчаянно хотел найти дело, связанное с либертарианскими взглядами. Дело, которое приносило бы деньги. Но больше всего Росс хотел, чтобы родители им гордились. Он искал работу, которая сочетала бы все три пункта, но выяснилось, что такой работы не существует. Правда он пока не отчаивался и продолжал рассказывать о своих новых взглядах всем, кто готов был его слушать.

Когда в стареньком местном баре Росс столкнулся с друзьями детства, вместо желания освежить в памяти былые дни, он ощутил острую потребность обсудить с ними будущее Америки. Он проболтал со школьными приятелями почти весь вечер: в баре «Шекспир» в центре Остина Росс с жаром рассказывал об австрийской экономике и доказывал, что нынешняя политическая система Америки смоделирована так, чтобы богатые граждане наживались на бедных. Он объяснял, насколько здорово было бы устроить эксперимент с проживанием на плавучих островах.

Систейдинг – так называлась идея о создании людьми собственного общества на морских просторах, вдали от правительства и навязанных регламентов, где можно было жить без государственных законов и со своим, свободным рынком. Кто-то уже придумал, что нужно раздобыть заброшенную нефтяную платформу и жить на ней в открытом океане, устроив свой собственный либертарианский мир, где не существовало бы законов и правил, как в Америке или где-либо еще. Некоторые же люди, продолжал рассказывать Росс, решили переоборудовать круизные суда, превратив их в свободные, анархичные государства, путешествующие по морям. После отъезда из Пенсильвании, Росс даже пробовал разработать компьютерную игру, которая наглядно показывала бы, насколько осуществимы эти теории. Однако игра так и не увидела свет, оставшись всего лишь мечтой. Как и остальные идеи Росса.

Джулии доводилось участвовать в нескольких таких беседах, она порой даже возражала Россу, пытаясь отстоять иную точку зрения, однако вскоре бросала эту затею и позволяла парню гнуть свою линию. Сегодня же пара ехала к маленькому домику с ярко пылающим костром во дворе; нынешний вечер, к счастью, обещал обойтись без политики и разговоров о свободных от законодательного гнета странах, бороздящих океанские просторы.

Росс свернул с дороги и покатил по грязной тропе, ведущей к одноэтажному деревянному дому с уютно мерцающими огоньками в окнах.

– Кое-кого из друзей я уже сто лет не видел, – объявил Росс, выключая двигатель. Солнце к тому времени уже опустилось за горизонт, и горы поблизости покрылись тьмой, а воздух пропитался запахом золы. Росс и Джулия шагали к домику, возле которого их уже ждала компания.

– Россман! – воскликнули ребята, обнимая школьного приятеля.

– Это моя девушка, Джулия, – гордо произнес Росс.

У огня завязалась беседа, принесли пива, затем по кругу пошел косячок, и народ погрузился в школьные воспоминания. «А помните, как Россман уболтал полицейских, и нас не забрали за тот раскуренный косячок?» – начиналась одна история. Заканчивалась она словами: «Да-а, Росс обожал травку».

– Так он до сих пор обожает, – заметила Джулия, и компания разразилась смехом.

Еще истории, еще травка, еще пиво, еще смех. Росс и Джулия веселились на полную. Так продолжалось, пока речь не зашла о работе. Один из ребят рассказал, что работает в госучреждении, другой – что устроился инженером, третий – что решил открыть свое дело.

– А ты, Росс? – протянул кто-то по другую сторону костра. – Чем ты теперь занимаешься?

Росс ответил не сразу. Он смотрел на Джулию и чувствовал себя совершенно не в своей тарелке. Меньше всего ему сейчас хотелось говорить о работе.

– Да нет у меня никакой работы, – бросил он.

– Ништяк, – послышалось в ответ. – И как сводишь концы с концами?

Все вокруг замолчали и стали слушать.

Росс объяснил, что помогает старому приятелю Донни и управляет одним не особо прибыльным проектом «Фургон полезных книжек». Фургон разъезжал по Остину от дома к дому, собирая ненужные книги, которые потом продавались онлайн. Все, что не расхватывали в Интернете, уходило в местные тюрьмы. Дело малоприбыльное, но Россу нравилось работать с книгами. Чтобы с лихвой покрыть любопытство друзей, он пояснил, что зарабатывает достаточно, чтобы хватало на жизнь, плюс сдает домик в Пенсильвании (его аскетичный образ жизни, когда он бесплатно жил в подвале друзей и работал помощником преподавателя, позволил ему скопить денег на крохотный домишко в черте города). Он рассказал собравшимся о своих победах и достижениях, которые кормили его последние несколько месяцев.

Но Росс умолчал о том, что ему пришлось отказаться от дей-трейдинга[5], потому что он оказался совершенно невыгодным, а в те несколько раз, когда ему удалось заработать, он проклинал бестолковые законы и непомерные налоги, которыми дядюшка Сэм обременил инвесторов. Он также умолчал о том, что провалил защиту научной работы. И о том, что решил не сдавать студентам домик в Пенсильвании, чтобы избежать проблем, с которыми сталкивается каждый домовладелец. И уж точно он ни словом не обмолвился о видеоигре, которую он разрабатывал несколько месяцев и которая потерпела полный провал, потому что никто не хотел покупать симулятор систейдинга. Росс не упоминал и случайные подработки – редактирование научной документации, – найденные на Крейглисте[6], которые приносили в его карман дополнительные несколько долларов. Он не рассказал друзьям, что все его начинания, от Эшли и до нынешнего момента, потерпели полнейший крах. Ни одна его гениальная идея так и не нашла отклика, потому что никто не считал его идеи гениальными.

Наконец-то тема сменилась, и все снова стали припоминать времена десятилетней давности. Росс смеялся и шутил, но в душе остался потрясен только что состоявшимся разговором. Конечно, работа всех его друзей оставляла желать лучшего – сплошная рутина с девяти до пяти, но все же у всех ребят работа была. А что Росс мог бы написать в своем резюме? Диплом магистра и череда неудачных проектов. А ведь он так страстно желал добиться успеха! Заняться чем-то поистине важным, сотворить что-то великое и куда более значимое, чем рабочая пятидневка от звонка до звонка.

Уже далеко за полночь Росс и Джулия распрощались с компанией и отправились обратно в Остин. Росс с силой захлопнул дверцу машины и шумно пристегнул ремень. Джулия сразу почувствовала, что с ним что-то не ладно. Пикап неспешно выехал на дорогу и пустился в путь.

– Что бы я ни делал – все идет прахом, – горестно выдохнул Росс. – Я не добился ничего стоящего.

Тьма скрывала проносящиеся кедры.

– Милый, – утешала его Джулия, – ничего страшного, ты пробуешь то одно, то другое – в итоге ты найдешь…

– Я хотел обзавестись своим делом, – перебил он. – Я испробовал уже и то, и другое, и пятое, и десятое – ничего не работает.

– …все получится, нужно только…

Но Росс будто не слышал ее.

– Мне нужны результаты, – говорил он. – Я хочу построить что-то по-настоящему великое.

– …продолжать пробовать.

Росс даже не догадывался, насколько Джулия окажется права.

Глава 7
Шелковый путь

Для Росса барахло всегда оставалось барахлом. Оно его не интересовало.

Единственная вещь, без которой он не мог обойтись – это ноутбук. Компьютер походил на морскую раковину прямоугольной формы, в которой проходила значительная часть жизни ее обладателя. Все папки и спрятанные в них файлы казались волшебной картой выдающегося и для многих непостижимого ума Росса. Именно на этом ноутбуке однажды, августовским утром 2010 года, Росс начал работу над проектом, который перевернет мир.

Он и Джулия недавно переехали в квартиру с блестящими каменными полами – уютное местечко в центре Остина, служившее им и жильем, и рабочим местом. Девушка открыла фотостудию, которую назвала «Муза Вивьен», там она делала для мужей снимки их полуобнаженных жен. Ее логика была проста: что можно дать мужчине, у которого есть все? Чувственные фотографии его обнаженной жены. Так что несколько дней в неделю Джулия расставляла свечи по всей гостиной, включала эротическую музыку и проводила будуарные съемки.

В то же время в спальне Росс работал над своим проектом, и до него то и дело долетал голос Джулии, повелевавшей очередной музе: «Подними попку» и «теперь представь, что у тебя оргазм!», – ее слова то и дело сопровождались яркой вспышкой и громким – щелк! щелк! щелк! – «О да, шикарно. Очень обольстительно».

В комнате, где сидел Росс, царил полный бардак, всюду валялись смятые джинсы и грязные платья, а каменный пол был устлан женским нижним бельем. Свободное время парочка предпочитала проводить под одеялом, в любовных ласках или же за просмотром сериалов на ноутбуке.

Последний сериал, который Росс скачал из Интернета и который затянул их обоих с головой, назывался «Во все тяжкие». Росс и Джулия лежали в обнимку на кровати и наблюдали за превращением Уолтера Уайта в жуткого и неуловимого наркобарона Хайзенберга, человека, который мог оправдать любое свое преступление благодаря высокому интеллекту. Россу нравилось развитие драмы, и он восхищался тем, чего добился Хайзенберг. Некогда ничем не примечательный слабохарактерный учитель химии, Уолтер Уайт, начинает производить наркотики и постепенно осознает, что только таким образом он по-настоящему реализует себя как химик и предприниматель. Его поступки можно было бы назвать чудовищными и разрушительными, но Уолтер Уайт настолько изящно и ловко проворачивал все дела, что хотелось простить ему любое прегрешение за одно только мастерское исполнение.

Все же Росс полагал, что сюжет слишком натянут. «В реальной жизни такое не провернешь», – говорил он Джулии.

Когда сериал оставался в стороне, Росс занимался разработкой своей новой идеи: анонимного сайта, на котором можно было бы продать и купить что угодно.

Эта концепция родилась в голове парня в один из будних дней, когда он между рабочими делами замечтался о будущем. Тогда, год назад – он даже помнил, в какой именно момент! – его озарила потрясающая идея, у которой, впрочем, имелся один большой недостаток: технологий, нужных для ее реализации, просто не существовало.

Тогда Росс возобновил переписку со старым знакомым с одного либертарианского форума; человеком, носившим никнейм «Арто». Он начал расспрашивать Арто: возможно ли создать анонимный онлайн-магазин (для запрещенных наркотиков, которые, по мнению Росса, следовало легализовать), не привлекая к нему внимания властей?

Арто, настоящий эксперт в данной области, объяснил, что все технологии для создания такого сайта уже существуют. Есть такой браузер – Тор, он позволяет людям проскользнуть из одной части Интернета в другую: в которой власти США не могут никого отследить, потому что благодаря Тору все пользователи делаются невидимыми. Если в обычном Интернете каждое действие Росса фиксировалось в базах Фейсбука, Гугла, Комкаста[7] или Агентства национальной безопасности, то в иной части Сети, прозванной Даркнетом, не оставалось никаких следов.

В Даркнете, объяснил Арто, запросто можно открыть желаемый магазин. Однако тут имелись свои проблемы. На дворе был 2009 год, но еще не существовало никаких способов анонимной оплаты. Платить наличкой – слишком опасно, платить картой – оставлять следы незаконных транзакций.

Также он предупредил Росса, что сложнее всего будет убедить людей доверять друг другу в месте, где все одинаково безлики. Многие до сих пор избегают пользоваться сервисом eBay и Крейглистом, боясь связываться с незнакомцами. Если ты собираешься создать сайт, на котором люди будут продавать и покупать незаконные вещества, откуда тебе знать, что среди продавцов не затесались федералы? Как узнать, что можно доверять дилеру, у которого ты собрался брать товар? Что он не пропадет, получив деньги, и что не продаст вместо кокаина обычную муку или крысиный яд?

Арто посоветовал Россу прочитать малоизвестный роман на схожую тему – «Пристанище странников»[8]. Роман повествовал о компании либертарианцев, которые в поисках свободы создали собственное онлайн-сообщество с виртуальной валютой, скрытое от глаз и контроля властей. По сюжету это сообщество разрослось так быстро, что правительство США оказалось парализованным. Оно послало агентов ФБР найти создателей и закрыть сайт прежде, чем новый виртуальный мир разрушит привычный строй общества.

Переписка с Арто сильно вдохновила Росса, а книга, которую тот посоветовал, оказалась созвучна идее Росса о создании систейдинга в киберпространстве. Однако вопрос с платежной системой так и оставался открытым. Конечно, здорово, что существовали нужные технологии для создания сайта, но ведь для покупок нужна еще и валюта, которую никто не сможет отследить.

Целый год хранилась эта идея в голове Росса.

И вот теперь парень вернулся к старой задумке. Недавно на просторах Интернета он наткнулся на новейшую технологию – «Биткоин». Ее афишировали как современную форму криптовалюты, которую, насколько успел понять Росс, невозможно было отследить. Люди со всех концов света могли использовать ее, чтобы купить или продать что-либо, не оставляя следов.

Создатели (или же создатель) хранили анонимность, но их мысль звучала ясно: для покупок в Америке нужны доллары, в Англии – фунты, в Японии – йены, а в Индии – рупии, биткоин же являлся универсальной валютой, которую можно использовать по всему миру и особенно в Интернете – и все транзакции останутся анонимными. Обзавестись биткоинами можно так же, как если бы вы меняли в аэропорту доллары на евро. Именно этого последнего кусочка не хватало Россу, чтобы попробовать построить свой мир без правил и границ.

Итак, летом 2010 года Джулия фотографировала обнаженных женщин, а Росс Ульбрихт, несостоявшийся физик, мечтавший перевернуть мир, сидел за любимым ноутбуком и тщательно продумывал идею, которая так долго томилась в его голове. Создание сайта, на основе которого расцветет свободный и открытый рынок, где люди со всего света смогут купить все, что захотят. Все, что они не могли себе позволить из-за законов, выдуманных правительством США, в первую очередь, наркотики. Его пальцы коснулись клавиатуры – и тут же по экрану побежали строчки кода. Росс представлял себе, как стремительно начнет развиваться его сайт. Так стремительно, что правительство вскоре окажется парализованным! Росс воображал, как сайт станет живым свидетельством того, что легализация наркотиков способна положить конец насилию и тирании во всем мире. Если все заработает так, как он замыслил, новый виртуальный мир навсегда изменит традиционный строй общества. Конечно же, Росс мечтал и о деньгах. Но о деньгах, заработанных либертарианским путем. К тому же он и в самом деле хотел помочь людям освободиться. Миллионы душ томились в тюрьмах по всей стране из-за запрета на наркотики – по большей части на безвредные наркотики, такие как марихуана и галлюциногенные грибы. Жестокая и прогнившая тюремная система отрезала несчастных граждан от остального мира. Людские жизни ломались, потому что правительство стало решать за своих граждан, как человеку следует поступать с собственными телом и жизнью.

Сайт, над которым трудился Росс, должен все изменить.

Он решил назвать его «Шелковый путь»[9] в честь древнекитайского торгового пути в империи Хань. Росс еще в колледже в своих либертарианских книгах читал о свободе Великого Шелкового пути. Еще немного поизучав исторические отсылки, он понял, что это название идеально подходит для его зарождавшегося проекта.

Самой большой сложностью теперь стало выкроить время на разработку, ведь Росс все еще работал в «Фургоне полезных книжек» и отвечал за большинство технических процессов. Тогда он решил нанять помощников, чтобы сгрузить им бóльшую часть книжных дел, и освободить себе время для сайта.

Росс провел бесчисленное количество часов за написанием фронтэнда, бэкэнда[10] и кода, сшивающего их вместе.

Он осваивал языки программирования по ходу работы. По сути, он занимался созданием чего-то вроде eBay или Amazon, но в одиночку, без всякой помощи и обширных знаний. Он научился делать корзины для товаров, базы данных с паролями, страницы пользователей и все прочие элементы сайта. Также он принялся прорабатывать идеи, как можно было бы убедить пользователей доверять друг другу. Когда же Росс заходил в тупик, он возвращался к куче нерешенных программных проблем и вопросов, которые были куда сложнее и насущнее. Помощи со стороны ждать не приходилось: ведь не мог же он дать объявление, что ему требуется программист, который помог бы создать сайт для продажи наркотиков и прочей контрабанды.

К тому же Росс решил для себя, что будет разрабатывать сайт самостоятельно, даже если работа затянется надолго. Он глядел в экран ноутбука и переносился из захламленной спальни в страну символов и кодов. Наконец-то его либертарианские идеи готовились обрести реальные черты и, возможно, реальную силу.

Оставалась лишь единственная вещь, которую Росс совсем никак не мог понять. Где ему раздобыть наркотики для своего сайта?

Глава 8
Фермер Росс

Нужно было кому-то рассказать, а еще важнее – показать. Но он не мог. Он просто не мог, потому что слишком опасно.

Это противоречие не давало Россу покоя. После недели размышлений он все же решил, кому рассказать.

– Хочу свозить тебя кое-куда, – обратился он к Джулии одним ноябрьским вечером. – Но тебе придется завязать глаза.

– Завязать глаза? – Девушка радостно вспорхнула со стула в предвкушении чего-то необычного и, наверняка, развратного. – Отлично!

Росс тут же пояснил, что вовсе не намекает на секс.

– Повязка на глазах – для твоей безопасности, – с ноткой беспокойства пояснил он. – Чтобы ты потом никому не смогла показать путь.

Признание ничуть не обескуражило Джулию, и внутри нее все так же кипело любопытство, когда ей на глаза опустилась черная ткань, которую Росс плотно завязал, не давая проникнуть под повязку ни единому лучику света. Парень не казался привычно спокойным, он был нервным и задумчивым. Пара молча вышла из квартиры, Росс держал Джулию за руку, сперва указывая путь, а затем помогая залезть в машину. Он мог видеть все, что происходит вокруг, а девушка – только слышать. Зазвенели ключи, словно ошейник на пробегавшей собаке. С щелчком открылась дверь пикапа. Глухой стук – дверь закрылась. Заворчал двигатель. Наконец машина поехала вперед. Джулии казалось – сквозь темноту, а Росс отчетливо видел – сквозь волны света.

– Куда мы едем? – спросила Джулия, всматриваясь в тени.

– Я же сказал – это сюрприз, – прошептал Росс. – Скоро все увидишь.

Больше он не сказал ни слова и лишь гнал машину по вечерним улицам Остина. Девушка ощущала его беспокойство, поэтому больше не задавала вопросов.

В последнее время все у них ладилось. Джулия даже познакомилась почти со всей родней Росса. В выходные они часто ездили ужинать к его родителям, которые – чего уж удивляться – разительно отличались от всех других родителей, с которыми девушке доводилось общаться.

Большинство техасских родичей за едой обычно обсуждали футбол и автогонки, а в семье Ульбрихтов разговаривали об экономике, либертарианской политике и удручающем состоянии общественного строя. Кирк Ульбрихт, уроженец южной части Техаса, всегда находился на шаг впереди в спорах с Россом; своим вкрадчивым голосом он спокойно объяснял сыну, что взгляды того слишком идеалистичны, и аргументировал, почему. Лин, мать Росса, прагматичная женщина родом из Бронкса, часто защищала точку зрения Росса, с ее поддержкой аргументы Росса звучали намного убедительней. Кирк хотел научить сына смотреть на вещи с разных сторон, а Лин делала упор на интеллект Росса, надеясь пробудить гениальные способности сына. У нее не получилось претворить в жизнь собственную мечту и стать выдающейся журналисткой, поэтому все свои амбиции и ответственность за успешное будущее она переложила на плечи Росса, ее многообещающего мальчика. И он всеми силами старался оправдать надежды матери.

Возможно, именно поэтому он так сильно трудился в последнее время.

В последние несколько недель Джулия стала замечать, что Росс часами где-то пропадает, не говоря чем занимается. Девушка полагала, что он уходит на склад «Фургона полезных книжек» или же (что куда вероятнее) корпеет над своим сайтом, который полностью завладел его мыслями. Парень дни напролет проводил в компании ноутбука, не отрывая глаз от экрана. А может, думала Джулия, Росс ходит с друзьями в парк или же, как случалось когда было свободное время, устроился волонтером в благотворительную организацию неподалеку от дома.

И все же к моменту, когда автомобиль добрался до места, ей начало казаться, что дело тут в чем-то другом. Двигатель умолк, и Джулию разобрало любопытство, куда же они приехали. Может, они неподалеку от Хайленд Молл или Рандберг-лейн? А может, они покинули город и теперь где-то возле парка «Бастроп». Хотя вполне возможно, Росс полчаса наматывал круги по городу, и теперь они неподалеку от дома. Джулия слышала, как он вылез из машины, как брякнули ключи, хлопнула дверь, а затем ощутила прикосновение к своей руке, когда Росс помог ей выбраться наружу.

– Так, все хорошо, следуй за мной, – проговорил он, ведя ее за руку. – Осторожно, сейчас будет лестница.

Джулия преодолела сотню ступенек и услышала, как Росс открывает дверь. Девушка сделала несколько шагов внутрь помещения, а затем повязка соскользнула с ее глаз.

Жмурясь от нахлынувшего света, Джулия пыталась разглядеть то, что хотел показать Росс. Она смотрела направо и налево, однако ничего не могла понять – вокруг пустота. Она оказалась в небольшом обшарпанном помещении, похожем на заброшенную клинику. Свет проникал внутрь через единственное окошко в противоположном конце комнаты, часть стекла была прикрыта картонкой. На полу лежал бледно-желтый ковер весь в грязных пятнах. Никакой мебели, только кучи барахла, походившие на мешанину коробок и склянок для химических опытов. А еще в комнате сильно пахло пометом.

– Что это? – спросила Джулия. – Где мы?

– Пойдем, – откликнулся Росс и повел ее в спальню, прочь из грязной гостиной. Едва они зашли за угол, в них врезался поток ледяного воздуха из кондиционера. Джулия осторожно прошла в комнату и, словно в остросюжетном детективе, на нее снизошло озарение. Она сразу же поняла, зачем требовалось завязать глаза и почему ей не следовало знать, где они находятся.

– Я решил показать тебе, потому что должен показать хоть кому-то, – проговорил Росс.

Слева, на стене, Джулия заметила еще одно оконце, точно так же прикрытое картоном: Росс даже своему тайному убежищу сделал своеобразную повязку на глаза. В пустой спальне стоял высокий кривобокий стеллаж, который, казалось, находился тут со времен постройки дома.

Вокруг витал запах. Тот самый, землистый и едкий, который ударил ей в нос, когда она переступила порог гостиной и сняла повязку. Теперь запах ощущался сильнее – сырой навоз на лесной земле.

Джулия осмотрела полки, а затем улыбнулась Россу. Она и без его объяснений сразу поняла, что на них. Росс не в первый раз разыгрывал из себя безумного ученого. Год назад он уже проводил подобные эксперименты у них в квартире, только в меньших масштабах, все полученные результаты он отправлял в черные мусорные мешки, которые прятал в шкафу среди вещей Джулии.

Но то, что находилось перед ней сейчас – на этих самых полках! – полностью покорило ее воображение: она никогда прежде не видела ничего подобного. Она подошла поближе к ветхому стеллажу, чьи широкие полки занимали почти все место в комнате. В голове Джулии все встало на свои места; теперь ей стали понятны исчезновения Росса. Он приезжал сюда.

Росс с энтузиазмом наклонился к нижним полкам, указывая на один из лотков. «Посмотри сюда, – говорил он, проводя рукой над ним. – И сюда. И вот здесь».

На каждой полке стояло по белому лотку в метр шириной – более десятка таких лотков по всему стеллажу, – и в каждом из них виднелись сотни крохотных росточков. Если отступить на пару шагов, казалось, что стеллаж уставлен подносами, полными маленьких дикобразов. Девушка подошла поближе, пристально рассматривая содержимое одного из белых лотков, и ее поразило несметное количество проклюнувшихся бело-коричневых грибов. Конечно же, речь не шла об обыкновенных грибах. Джулия прекрасно понимала, что они галлюциногенные.

– Погляди вот сюда, на этот, – просиял Росс. Джулия посмотрела в указанном направлении: там был упитанный коричневый с белым гриб, который так и просился, чтобы его сорвали и покрошили в салат. Росс смотрел на него с родительской гордостью.

Чем дольше девушка рассматривала стеллаж, тем яснее понимала, как много здесь грибов. Не меньше двух тысяч, решила она. Когда придет время собирать урожай, для содержимого этих белых пластиковых лотков понадобится два больших мешка.

– Сколько стоит аренда этого места?

– 450 долларов в месяц.

– Настоящий отстойник!

Росс рассмеялся. Джулия попала в самую точку. В конце концов, «отстойник» – идеальное место для секретной нарколаборатории.

Росс пока еще не знал, но все предприятие – весь его грибной огород, урожай с которого должен был дать жизнь империи «Шелковый путь» – грозило обойтись ему в семнадцать с лишним тысяч долларов, включая арендную плату и рабочие материалы, которые можно закупать бесконечно. Требовались чашки Петри, клейкая лента и клеевые пистолеты; ингредиенты, включающие торф, гипс и рожь; а также кухонный инвентарь, вроде скороварки и кухонного таймера. Росс уже купил все необходимое. Чтобы покрыть расходы, он решил продавать грибы примерно по пятнадцать долларов за грамм. По расчетам Росса, когда он соберет с полок урожай, то получит несколько килограммов продукта, что позволит ему с легкостью получить прибыль в десятки тысяч долларов. Но – и очень веское «но» – при таком огромном количестве товара до сих пор оставалось неясным, будет ли сайт работать. Станут ли люди покупать через Интернет галлюциногенные грибы у какого-то незнакомца? – Не боишься, что тебя поймают? – спросила Джулия.

– Конечно, боюсь, – усмехнулся парень, словно речь шла о бытовых вещах. – Но мне нужен товар для сайта.

Росс повторил, что никто, кроме них двоих, не знает об этом убежище. И он принял все меры предосторожности, чтобы его грибная ферма оставалась незамеченной и дальше, он даже начал читать книгу «Создание и управление подпольными нарколабораториями»: пособие «для чайников», решивших попробовать себя в области наркопроизводства.

Обычно, когда люди узнают, что их вторая половинка решила создать секретную ферму по выращиванию наркотиков, это открытие приводит к шоку, слезам или холодящему ужасу; Джулию же наоборот, обрадовало признание Росса: ведь она теперь владеет секретом, которого больше никто не знает! Девушка понимала, что Росс сильно влипнет, если его схватят, но считала, что наказание за такую деятельность не должно быть суровым: ведь грибы – это не мет и не героин. Просто безобидные грибочки.

В отличие от Джулии, парень прекрасно понимал, что ему светит, если правоохранители найдут его ферму. Беспощадные техасские законы давали от пяти до девяносто девяти лет тюрьмы за четыреста грамм грибов. А на его ферме сейчас зрело почти сорок пять килограммов галлюциногенов.

– Нам пора, – сказал Росс, когда они вышли в гостиную. Он снова накинул девушке на глаза темную ткань и крепко завязал узел.

Дверь захлопнулась, а следом послышался звон ключей, запиравших вход в тайное логово Росса.

Глава 9
Шелковый путь открывается

Наконец свершилось. С ума сойти! Привет, 2011 – наконец-то январь закончился. Прошел год с тех пор, как эта идея впервые вспыхнула и улеглась, словно снежинка, в голове Росса; прошло несколько месяцев с тех пор, как Росс осознал, что его идея жизнеспособна; прошло несколько недель с тех пор, как Джулия посетила его грибную ферму. И вот теперь оставались всего лишь считанные часы до того момента, когда Шелковый путь явит себя миру.

Чтобы удостовериться в полной безопасности, следовало перепроверить каждую мелочь. «Товар» – первоклассные грибочки в черном мусорном мешке – уже готов к отправке. (Росс со своим другом недавно наведался в лес и опробовал их, чтобы удостовериться в качестве, и грибы оказались просто потрясающими.) Фронтэнд и бэкэнд помещены на хорошо спрятанный сервер, которому Росс дал имя «Фрости». Конечно, сайту не хватало еще кое-каких штрихов, но со временем он намеревался довести все до ума. Логотип в виде зеленого верблюда приветствовал посетителей наркотического «Amazon». Сайт выглядел совсем простенько, зато Росс сделал его своими руками.

И вот настал тот самый день. День открытия.

Сколько раз ему казалось, что этот момент никогда не наступит – и не зря казалось! Перед самым открытием, по прихоти судьбы, случилось кошмарное происшествие, грозившее закончиться тюремным сроком. Пару недель назад в Остине началась оттепель, и в секретной нарколаборатории Росса образовалась течь. Домовладелец начал обход в поисках причины затопления и наткнулся на грибную ферму. В гневе он тут же позвонил Россу и предупредил, что немедленно позвонит в полицию. Росс тут же примчался в убежище и вывез оттуда все, что только можно. К счастью, он успел обернуться до приезда полицейских. Когда вечером он ввалился в квартиру, измазанный и насквозь пропахший грибами, его била крупная дрожь, и Джулии пришлось просидеть с ним несколько часов, чтобы хоть как-то успокоить. Парень не переставал думать о том, что произошло бы, поймай его полиция, и каждая мысль отзывалась в нем новым приступом паники.

Однако Росс не отказался от своей затеи. Отойдя от случившегося, он твердо решил продолжать работу. Помимо случая с полицией, были и другие препятствия на его пути.

Кроме разработки сайта, требовавшей уйму времени, Россу по-прежнему приходилось управляться с «Фургоном полезных книжек» и давать указания пяти нанятым сотрудникам.

Но настоящим камнем преткновения стало написание кода, в котором то и дело возникала какая-то путаница, и Россу все же пришлось обратиться за помощью к старому другу, Ричарду Бейтсу, с которым он познакомился в Техасском университете. Он не рассказал Ричарду, над чем работает, лишь упомянул, что дело касается «сверхсекретного» проекта. В нашем мире в голове у каждого человека зреет идея своего «сверхсекретного» стартапа, поэтому Ричард не стал слишком много расспрашивать и просто помог отладить код PHP[11], в котором Росс все намешал в беспорядке.

Но теперь проблемы остались в прошлом. Сейчас имел значение только Шелковый путь.

Впрочем, оставался еще один важный вопрос, не дававший Россу покоя. Станут ли пользоваться его сайтом? Даже если ты в силах создать магазин без ограничений и правил, будут ли люди закупаться в нем?

Если его детище превратится в очередную строку в длинном списке неудач, Росс будет уничтожен. Он в одиночку проделал работу двенадцати специалистов, побывав и фронтэнд-разработчиком, и бэкэнд-программистом, и специалистом по базам данных, и консультантом по Тору, и аналитиком по Биткоину, и менеджером проекта, и специалистом по вопросам рекламной стратегии, и директором предприятия, и его же инвестором. Не говоря о том, что он же – главный грибовод. Такая работа, вздумай кто повторить ее, обошлась бы в миллионы долларов. Плюс тысячи строчек PHP, MySQL и разных кодов, чтобы подключиться к блокчейну[12] Биткоина[13], десятки всяких элементов и прочих мелочей. Если все это провалится, значит, Росс ни на что не годен.

Но что-то подсказывало парню, что на этот раз его ждет успех и сами космические силы на его стороне, ведь он вершит дело своей жизни. В этом и заключается его миссия: воплотить в жизнь идею, которая поможет всем тем, кого правительство поймало в свои силки. Росс верил, что его сайт подарит людям свободу.

Он разработал целый план, как познакомить пользователей со своим творением; конечно же, анонимно. Но прежде, чем презентовать сайт интернет-сообществу, он сперва должен был показать его одному важному человеку.

Росс зашел в комнату к Джулии и объявил, что настало время для демонстрации.

«Дамы и господа, мальчики и девочки, люди всех возрастов и, конечно же, Джулия, прошу вас, присаживайтесь. Наша презентация вот-вот начнется». Росс доложил девушке, что сайт наконец готов и он, его создатель, желает с гордостью показать свое детище. Начал он с того, что попросил у нее макбук.

– Сперва нужно скачать Тор, – объяснял парень, нажимая клавиши. – Запомни, Тор – это браузер, который делает тебя невидимой. Из-за него воришки… – так Росс называл правительство – …не смогут следить за тем, что ты делаешь в Сети и что там ищешь.

– Здорово! – воскликнула Джулия. Ей нравилось скачивать нечто, скрывающее ее от любопытных глаз правительства. «Выкусите, ворюги!» И девушка ликующе хлопнула в ладоши.

– Дальше вводишь вот этот адрес, – продолжал объяснять Росс, набирая тем временем в адресной строке Тора странную комбинацию символов: tydgccykixpbu6uz.onion. Казалось, что по клавиатуре прогулялась кошка, однако Росс пояснил, что такие сочетания в Торе обеспечивают безопасность и анонимность.

Сайт начал неспешно подгружаться, и довольный Росс вручил ноутбук Джулии. На экране во всем своем анонимном великолепии перед девушкой предстал небольшой мирок, к созданию которого Росс шел очень давно. Анонимный рынок – сообщала главная страница сайта, – где вы можете продать и купить все, что угодно, не опасаясь ненасытных глаз правительства, готового упечь вас за решетку, и его жесткой хватки.

– Обалденно! – откликнулась Джулия, схватив ноутбук обеими руками. – Пупсик, у тебя все получилось! А как тут покупать товар?

Росс показал ей ассортимент и объяснил, как все устроено. Когда он нажал на зеленую ссылку «Наркотики», она переправила его в раздел «Психоделики». В этом разделе Шелкового пути висели галлюциногенные грибы, выращенные Россом несколько месяцев назад. Выглядело все так, словно собираешься покупать подержанный велосипед или коробку домашнего печенья на интернет-барахолке.

Затем Росс рассказал, как покупать биткоины: валюту, используемую на сайте. Процесс походил на покупку жетонов для игровых автоматов: меняешь деньги на условные значки и идешь играть. Так же, как и с автоматами, к концу дня никто не смог бы отличить, где чьи жетоны, потому что все они одинаковые. (Биткоины используются не только для покупки запрещенных товаров, их также принимают десятки легальных сайтов по всему свету.)

– Дай свою кредитку, – попросил Росс, заходя на страницу биткоиновского обменника, где Джулия могла превратить свои доллары в виртуальное золото. Пара заполнила всю нужную информацию и ждала, когда завершится обмен.

– Вот ты объяснил мне, ну а как другие люди научатся пользоваться твоим сайтом? – спросила Джулия.

«Во-от, из зала нам пришел замечательный вопрос… и мы к нему готовы, на Шелковом пути продумано все до мелочей».

Росс рассказал, что разместил в блоге подробное руководство, разъясняющее каждый шаг, который он продемонстрировал Джулии.

– А как люди узнают о сайте? – поинтересовалась девушка.

Росс самодовольно улыбнулся.

В 16:20, в четверг двадцать седьмого января, Росс зашел на сайт «Грибоводство», который воплощал собой виртуальный рай для любителей галлюциногенных грибов, и зарегистрировал аккаунт с именем «Альтоид». Затем он оставил на форуме комментарий, в котором сообщал пользователям, что он «недавно наткнулся на сайт Шелковый путь», как будто он прогуливался по Дип-вебу[14] и вдруг споткнулся о такой вот сайт. А теперь зовет остальных посмотреть на свою находку. Росс надеялся, что таким способом заманит посетителей на свое детище.

Однако он не до конца был уверен, сработает ли это анонимное сообщение, поэтому тут же зарегистрировался еще на одном биткоиновском сайте и в ветке форума, в которой обсуждали возможность создания в Сети «героинового рынка», пригласил всех участников посетить Шелковый путь. «Офигенную тему затронули! – написал он. – Ребят, вы просто генераторы идей. Уже побывали на Шелковом пути?» Как и в прошлый раз, он оставил сообщение инкогнито, не оставляя никаких следов своей личности.

Теперь оставалось только ждать. Как оказалось, совсем недолго.

– Просто безумие, – прошептал Росс. – Люди уже здесь, приходят с тех самых форумов.

– Может, уже и покупатели есть? – тут же поинтересовалась Джулия, изучая на своем ноутбуке Шелковый путь.

– Пока нет, – откликнулся Росс.

Но обязательно будут. Разве они смогут пройти мимо?

Глава 10
Все, что имеет начало, имеет и конец

На Остин опустились сумерки, и склад «Фургона полезных книжек» объяла гробовая тишина, в которой отчетливо слышалось щелканье клавиш. Росс сидел за рабочим столом и лихорадочно дописывал код своего сайта, желая уже поскорей отправиться домой.

Никогда в жизни на него не наваливалось столько работы разом.

Помимо Джулии (которой требовалось внимание), Росс все так же вертелся со своими книжными делами, улаживал рабочие вопросы с шестью нанятыми сотрудниками и управлялся с сайтом наркотиков.

Ему очень хотелось забросить «Фургон полезных книжек» и разгрузить рабочее время, но он не хотел огорчать своего друга, доверившего ему бизнес, и, что важнее, Росс очень не хотел пополнить список своих провальных начинаний очередным неуспешным проектом.

К счастью, дела не сильно мешали друг другу.

Каждое утро Росс приезжал на склад «Фургона полезных книжек» и включал в своем крохотном кабинете ноутбук. Сперва проверял книжные заказы, затем переходил к заказам наркотиков, и только потом принимался за рассылку товаров заказчикам, находившимся во всех уголках страны.

Блуждая среди островов, выросших из книжных стопок, скопившихся за месяцы работы; среди десятков рядов трехметровых стеллажей, заставленных романами классиков и научной литературой – все тщательно рассортировано по алфавиту, – Росс выискивал заказанные книги. Он упаковывал их в плотные конверты из манильской бумаги, а затем с помощью печатной машинки заполнял поля отправления.

Потом следовал небольшой перерыв на ланч – сэндвич из пары кусков крошащегося хлеба и арахисового масла с джемом, – и только после этого начинались самые интересные дела.

Упаковка наркотиков.

С помощью вакуумной упаковочной машинки, которую обычно используют при хранении продуктов, он запаковывал в пластиковые пакетики выращенные на ферме грибы. Затем кидал их в такие же, как и для книг, пухлые конверты и в конце точно так же с помощью печатной машинки заполнял данные получателя. Росс получал истинное удовольствие от процесса.

Сначала он отправлял «грибные» посылки раз-два в неделю. Но теперь заказы поступали ежедневно. К тому же внезапно случилось небольшое расширение сайта – невероятное и потрясающее! На Шелковом пути теперь торговал не один только Росс. Появилась еще пара дилеров, продававших марихуану, кокаин и таблетки экстази.

Когда Росс рассказал Джулии о прибывших единомышленниках, она забеспокоилась. Одно дело продавать через Интернет маленькие пакетики с грибами, переживала она, и совсем другое – тяжелые наркотики: ответственность за них намного выше. Росс заверил ее, что построенная им система абсолютно анонимна и безопасна и что никто не сможет его выследить.

В гарантиях и заверениях нуждалась не только Джулия, но и новые покупатели. Чтобы не растерять потенциальных клиентов и обеспечить им комфортное ведение дел с неизвестными дилерами, Росс разработал для Шелкового пути рейтинговую систему, которая начисляла продавцам специальные баллы, «Карму», и работала примерно так же, как система позитивных и негативных отзывов на eBay или Amazon.

Работа изматывала Росса, но успех сайта необычайно воодушевлял его. В конце марта 2011 года прибыль его детища составила несколько тысяч долларов.

Теперь главной задачей стало распределение времени между сайтом с наркотиками, книжным делом и Джулией.

К счастью, одно из трех дел, месяцами вытягивавшее из Росса силы, должно было вот-вот растаять в облаке пыли. Парень как обычно сидел у себя в кабинете за ноутбуком, как вдруг раздался – БУМ! – грохот, прокатившийся по всему складскому зданию. Росс бросил работу и испуганно замер. За стеной снова громыхнуло, будто туда подкинули взрывчатку.

За долю секунды в голове парня пронеслись ужасные картины всего, что могло произойти. Возможно, это полицейская облава и таран выламывает двери склада, чтобы схватить создателя Шелкового пути. Возможно, началось землетрясение или же случился взрыв на газовой линии. Несколько секунд Росс сидел парализованный холодным ужасом, думая что все бесчисленные часы кодирования и грибоводства ушли впустую и что он обречен всю жизнь оставаться неудачником, не способным ничего достичь.

Грохот стих так же внезапно, как и начался. Вокруг повисла мертвая тишина.

Сердце Росса потихоньку возвращалось к прежнему ритму, когда он наконец набрался храбрости и заглянул в дверной проем склада, чтобы узнать, что же случилось.

Внутри, словно гигантское домино, один на другом лежали стеллажи «Фургона полезных книжек», каждый из которых весил по нескольку сотен килограмм. Весь недавний шум случился из-за обвалившихся с жутким треском деревянных полок и сошедшей с них книжной лавины. Казалось, по складу прошелся настоящий ураган.

Росс принялся осматривать место трагедии, оценивая нанесенный урон. Раскрытые детективы валялись поверх книг по программированию, а разделы научной фантастики и любовных романов оказались погребены под завалом. Окажись на месте Росса кто-нибудь другой, он непременно свалился бы в обморок.

Сначала парень не мог прийти в себя от увиденной разрухи. Затем бросился в кабинет, чтобы позвонить Джулии и рассказать о случившемся. Однако во время своего рассказа о грохоте и беспорядке он вдруг осознал, что рухнувшие полки с книгами вовсе не катастрофа, из-за которой стоит рвать на себе волосы. На самом деле это счастливый случай. Знак божий или происки судьбы. Теперь Росс со спокойной душой мог распрощаться с книжным делом и шестью сотрудниками. Он запросто мог сказать, что восстановление склада и реорганизация книг – непосильный и затратный труд, и с таким оправданием никто не смог бы упрекнуть его в том, что он забросил нелюбимую работу.

С этого дня Росс перестал разрываться между Шелковым путем, «Фургоном полезных книжек» и Джулией и с полной отдачей сосредоточился на оставшихся двух делах. Пока месяцы спустя не произошло еще одно судьбоносное событие, после которого в жизни Росса осталось лишь одно важное дело.

Глава 11
Статья в «Зеваке»

«Ворчун»[15] – кофейня в Гринпойнте, в районе Бруклина – выглядела как любое американское место обитания хипстеров: мерцающие экраны ноутбуков, из наушников глухо звучит музыка. Юноши и девушки попивают непомерно дорогой кофе и выглядят как штампованные копии друг друга: все в узких джинсах и с богемными татуировками на руках и пальцах. Снаружи проходит промышленная магистраль Макгиннесс-авеню, которая соединяет Бруклин и Квинс и расположена над канализационным тоннелем «Ньютаун Крик». На ближайших улочках ютятся бензоколонки и мастерские. Над ними возвышается несколько модных многоквартирных домов – безмолвный знак того, что творческие личности, суетящиеся вокруг своих ноутбуков, находятся здесь в меньшинстве, почти под угрозой вымирания. Впрочем, местные хипстеры представляют собой эссенцию состоятельного населения района, подвергшегося джентрификации[16], и живут будто на отколотом от огромного государства островке, столица которого находится в кофейне «Ворчун».

Кофейню посещали писатели, начинающие вести блоги, а также блогеры, пытавшиеся писать. Люди нового творческого класса, живущие мечтой о самовыражении, работающие в свободном режиме и истово желающие, чтобы их труды хоть кто-нибудь где-нибудь прочитал.

Среди таких вот писателей и сидел Эдриан Чен, молодой азиат, полностью поглощенный своим ноутбуком, а точнее, чтением дискуссии на форуме. Обсуждение развернулось вокруг нового сайта в Дип-вебе, прозванного «Амазоном для наркотиков». Тема казалась очень скользкой и неоднозначной.

Некоторые форумчане ныли, что сайт под названием Шелковый путь очень опасен: продавать героин через Интернет нельзя, ведь люди, не знающие, как употреблять «Г.», могут умереть. Или что этот новый наркорынок может очернить репутацию криптовалюты, биткоина. Другие же посетители форума настаивали, что данный сайт позволяет безопасно покупать наркотики и использует все плюсы сетевой анонимности.

Эдриан же читал форум и думал совершенно иное: «Брехня, наверняка, вброс». В конце концов, он лучше, чем кто-либо из других писателей, знал темную сторону Интернета. Он уже два года писал статьи для «Зеваки»[17], нью-йоркского сайта, посвященного сплетням. Работая ночами и по выходным, он близко сошелся с троллями и хакерами и написал о них не одну статью. Он бродил по самым темным и опасным закоулкам Сети, добывая истории о людях, делающих извращенные и безумные вещи.

«Может ли кто-то оказаться настолько безумным, чтобы открыть подобный магазин?» – думал Эдриан. Впрочем, способ узнать правду был прост. Он скачал Тор, вбил адрес Шелкового пути – и действительно, такой безумец существовал.

Сайт сообщал, что «вы можете приобрести любые вещества, какие только можете вообразить». А если быть точным: 343 наименования различных наркотиков. Черный героин, грамм афганки, немного марихуаны «соур 13» и экстази. Все по уличным ценам, а порой даже дешевле. Просто обмениваешь деньги на биткоины, биткоины – на наркотики и ждешь себе, пока почта США доставит посылку.

Все же Эдриан сомневался, что кто-то действительно покупает здесь наркотики. Он зарегистрировал аккаунт на форуме, взяв ник «Эдриан802» (802 – телефонный код родного города в Коннектикуте), а затем разместил пост, в котором интересовался, не против ли кто-нибудь из покупателей дать ему анонимное интервью для блога, в котором он собирается опубликовать статью об этом безумном сайте.

Эдриан получил несколько ответов, а затем номер телефона одного из откликнувшихся. Прогуливаясь по тротуару перед «Ворчуном», он побеседовал с Марком, разработчиком программного обеспечения, и расспросил его, каково это, приобретать наркотики через Интернет.

«Как будто опробовал технологии будущего», – поделился впечатлениями Марк. Он также рассказал, что заказал десять «марок» ЛСД у дилера из Канады, и уже через четыре дня почтальон закинул кислоту в почтовый ящик.

Потом на сообщение Эдриана откликнулся еще один человек: владелец Шелкового пути.

Шелковый путь разрастался, и вместе с ним росло беспокойство Росса. Пять месяцев назад он оставил анонимные сообщения на нескольких форумах и представить не мог, как быстро отреагируют на них пользователи. Сперва клиентов было совсем немного, всего пара десятков разовых покупок, однако с тех пор, как закрылся «Фургон полезных книжек», Шелковый путь стал разрастаться не хуже грибов. Теперь здесь торговали сотни продавцов, и к ним приходили тысячи покупателей.

Грибы Росса тоже расходились на ура. Он уже распродал большинство своих запасов и получил солидную выручку в несколько тысяч долларов.

Предпринимательство рождало в душе Росса смесь восторга и страха, и он часто не мог найти себе место от переживаний: что если Джулия права, и его творение приведет его в тюрьму? Он все время уверял себя, что никто и никогда не догадается, что он связан с Шелковым путем.

За исключением двух людей.

За несколько недель до того, как на форуме Шелкового пути объявился автор из «Зеваки», Россу пришлось рассказать своему давнему приятелю Ричарду, что он и есть основатель наркодилерского «Амазона», иначе бы тот отказался ему помочь. «Либо выкладывай все как есть, либо ищи кого-то другого, – написал Ричард в ответ на просьбу. – Больше ни слова не смей писать о «секретных проектах», если не собираешься меня в них посвящать». Без Ричарда и его профессионального взгляда Росс бы окончательно и просто чертовски влип. Если бы сайт перестал работать, парень оказался бы в темном глухом небытии. Так что ему не оставалось ничего другого, кроме как признаться во всем.

Сначала признание Росса шокировало Ричарда. Но потом он все же согласился помочь. В качестве благодарности Росс прислал ему несколько пакетиков его особых галлюциногенных грибов. Вскоре Ричард и сам начал закупаться на сайте: экстази, марихуана, викодин и кое-какие нужные ему антибиотики. (Ричард страдал гермофобией и был рад найти способ добывать лекарства в обход докторов.) Покончив с кодом, Ричард уверенно объявил, что теперь к ним точно никто не сможет подкопаться.

Куда сложнее оказалось убедить Джулию в том, что теперь они в безопасности. Последние два месяца пара постоянно ругалась из-за Шелкового пути. На сайте еженедельно регистрировались тысячи людей, и девушка переживала, что ее возлюбленного, в котором она души не чаяла, поймают и посадят за решетку на всю оставшуюся жизнь.

– Мы в безопасности, – уверял Росс, объясняя, что Тор не оставляет следов, а система биткоинов абсолютно анонимна. – Поверь, никто не пронюхает, что я управляю сайтом.

Но предостерегающий голос Джулии подтачивал уверенность Росса. Он не питал иллюзий относительно своих программистских навыков, поэтому, желая быть уверенным, что он не оставляет следов, решил нанять экспертов (помимо Ричарда), чтобы те написали для сайта новый протокол системы безопасности. Он разместил на форуме Шелкового пути вакансии, и несколько программистов, не питавших любви к правительству, с удовольствием согласились помочь защитить магазин от власть имущих; тем более что работа оплачивалась и не требовала постоянной занятости.

Как ни странно, пресса пока не проявляла интереса к сайту, хотя на многих форумах люди вовсю обсуждали Шелковый путь. Впрочем, Россу казалось, что он и сам не готов к подобному вниманию. Однако вскоре час настал, и на сайте объявился некто Эдриан802, представившийся автором, пишущим статью о Шелковом пути для блога «Зевака».

Росс понимал, что статья неминуемо выйдет в свет – с его участием или без, – а потому решил, что лучше связаться с Эдрианом802. Он излучал вежливость, благодарил за интерес к сайту и высказывал убеждение в том, что Шелковый путь – самый безопасный способ приобретения наркотиков. «У нас потрясающее сообщество», – писал Росс, выдавая себя за анонимного администратора Шелкового пути. Он довольно смутно представлял себе, чем аукнутся его слова, поэтому решил быть предельно откровенным с Эдрианом802, желая донести до читателей свою либертарианскую идею. Росс открыто заявил, что сайт покажет властям, насколько они ошибаются, отказывая людям в их естественных правах. «Хватит драть с нас налоги, направьте лучше вашу энергию в полезное русло – займитесь черным рынком», – печатал он Эдриану.

Росс и не догадывался, к каким масштабным и печальным последствиям приведет его заявление.

Первого июня 2011 года, в 16:20, Эдриан сидел в кафе «Ворчун», пил черный кофе и любовался своей только что опубликованной статьей, посвященной Шелковому пути. Заголовок вещал: «Подпольный сайт, на котором вы можете приобрести любые вещества, какие только можете вообразить». А дальше начинался рассказ: «Покупать травку на улице – для лохов. Покупать кокаин – слишком стремно. Вот бы запросто заказать наркотики через Интернет, как лампочки или книжки… Да запросто! Добро пожаловать на Шелковый путь».

Глава 12
Они открыли на меня охоту

– Пупсик, что не так? – любуясь подбородком возлюбленного протянула Джулия. Однако Росс, лежавший рядом с ней, не ответил. Он с головой ушел в чтение новой статьи о Шелковом пути. Он предполагал, что после появления статьи Эдриана Чена, опубликованной в «Зеваке» несколько дней назад, со стороны правительства последует негативная реакция. Однако все оказалось намного хуже, чем он мог себе представить.

Росс с волнением нажал на видео, прикрепленное к прочитанной статье. В окошечке проигрывателя показался сенатор Чак Шумер, стоявший за трибуной для пресс-конференций, на его лице читалась тревога. По бокам от него, справа и слева, висели гигантские распечатанные скриншоты Шелкового пути. А внизу, на деревянной кафедре, красовалась бело-голубая с золотом эмблема США, сразу бросавшаяся в глаза журналистам и Россу.

– Перед нами незаконный магазин, продающий весь спектр наркотиков, и он в самой наглой манере заявляет нам, что может свободно распространять свой товар через Интернет, – вещал Шумер в толпу галдящих корреспондентов. – Это самая наглая выходка за последние десятилетия.

«Дьявол!» – только и пронеслось в голове Росса.

Дело принимало скверный оборот. Росс, конечно, мечтал о признании и внимании, но то, что творилось, теперь ушло далеко за рамки его фантазий и развивалось слишком стремительно: к такой известности его наркорынок еще не готов.

Следующая сцена в видеоролике показывала сидящего за компьютером Шумера и сайт Росса, отображавшийся на экране монитора. Сенатор водил пальцем по списку товаров, выставленных на продажу. «Героин, опиум, конопля, экстазя, психоделики, стимуляторы», – перечислял Шумер (его ляп с «экстазей» красноречиво давал понять, насколько он далек от обсуждаемой темы). «Чего тут только нет!» – подытожил сенатор, а в ответ наперебой зашумели камеры – щелк, щелк, щелк!

От прочитанной в новостях статьи, к которой прилагался ролик, Россу стало дурно, особенно от момента, когда Шумер из Нью-Йорка и Джо Мэнчин, младший сенатор из Западной Виргинии, в один голос обратились к Министерству юстиции и Управлению по борьбе с наркотиками с просьбой закрыть «Амазон для наркотиков» – закрыть немедленно.

«Блинский блин!» – пронеслось в голове Росса. Он чувствовал себя так, словно ему удалось пнуть сильнейшего в мире задиру и теперь этот задира готовился дать Россу сдачи.

– Посмотри, – парень откинулся на спинку кровати и показал ролик Джулии. – Они открыли на меня охоту.

– Росс, – прошептала девушка, с ужасом глядя на экран, – это все очень плохо.

Меньше всего ему сейчас хотелось привлекать к себе внимание правительства США. Через месяц или полгода еще куда ни шло, он бы наверняка справился. Но не сейчас.

С тех пор как появилась статья в «Зеваке», на Шелковый путь обрушилась лавина любопытных журналистов. Почти безызвестный сайт Росса в одночасье обрел популярность, попав во все новости страны. Крупнейшие медиа один за другим подхватывали историю о магазине наркотиков. Журнал «Атлантик» публиковал статьи, крупнейшая государственная радиостанция «Эн-Пи-Эр» обсуждала сайт в эфире, многочисленные телекомпании, включая «Эй-Би-Си» и «Эн-Би-Си», показывали короткие репортажи. («Его называют Амазоном, на котором можно купить наркотики…») Можно еще добавить посты в блогах, дискуссии на форумах, посвященных наркотикам, и статьи на либертарианских сайтах – их количество давно перевалило за тысячу.

И все же, несмотря на шумиху, поднятую СМИ, многие люди продолжали не верить, что в Интернете можно так запросто купить наркотики и ожидать, что тебе их без проблем пришлют по почте. Они говорили, что все это очередные «нигерийские письма» или же «утка» спецслужб, которой хотят выманить дурачков и сцапать их, чтобы подчистить Интернет от наркоторговли. Но, дурачки или нет, а тысячи людей скачали себе Тор и ради интереса зарегистрировались на Шелковом пути. «Мы же только посмотреть».

Росс наблюдал со смесью ужаса и наслаждения, как базы данных пополняются все новыми именами и как потихоньку начинает тормозить сайт. После той статьи он почти всю ночь не спал, лежал, глядя в ноутбук, или же сидел в удобном кресле, наблюдая, как все больше и больше людей заходит в его магазин.

На следующий день после выхода статьи в «Зеваке» совершенно не выспавшийся и помятый Росс поднялся с кровати и тут же столкнулся с катастрофой. Нет, власти не прикрыли сайт. Хакеры его тоже не трогали. Ничего такого. Все намного хуже.

В то время как некоторые люди приходили на Шелковый путь просто поглазеть, другие продавали и покупали наркотики. И каждый раз, когда кто-то оплачивал товар, несколько биткоинов Росса исчезали в ходе транзакции. «Какого черта тут происходит? Должно быть, какая-то ошибка в коде». Его личный заработок, который составлял десятки тысяч долларов, каждые несколько часов уменьшался на тысячи долларов. Россу срочно нужно было подлатать течь, о местонахождении которой он даже не догадывался.

Просто чудовищно.

После нескольких часов поиска ошибки, Росс понял, что, создавая Шелковый путь, использовал фрагмент кода с названием «bitcoind», который отвечал за интерфейс платежной системы. Теперь же выяснилось, что он написал этот интерфейс неверно. Он даже не понимал, как и почему так получилось. Походило на то, как если бы он стоял на обочине дороги с заглохшей машиной, не в силах разобраться, сдох ли двигатель, или же просто бензин закончился. Единственное, что Росс знал наверняка, что он создал кассовый регистр, при каждом использовании которого деньги улетали в небытие. И сейчас, когда пошел наплыв новых покупателей, касса то и дело открывалась и закрывалась.

Росс подсчитал, сколько человек на сайте в данный момент оплачивают товар, и пришел к выводу, что Шелковый путь стремительно скатывается в сторону банкротства. Очень скоро Росс мог оказаться не только первым человеком, основавшим виртуальный наркорынок, но еще и первым человеком, которому пришлось бы наблюдать, как этот самый рынок терпит крах только из-за того, что он написал корявый код.

Росс начал с решения посильных проблем. Скрепя сердце, он заблокировал новых пользователей Шелкового пути, что хоть немного, но помогло серверам справиться с потоком посетителей. Следующим шагом он решил выяснить, почему при каждой транзакции исчезают деньги. Для этого требовалось переписать программу на языке, которого он совершенно не знал.

Последующие несколько дней Росс едва спал и почти совсем не ел. Джулия пыталась поддержать любимого, готовя сэндвичи с арахисовым маслом и джемом и оставляя их рядом с ноутбуком. Однако когда несколько часов спустя она возвращалась, нетронутые сэндвичи лежали на том же месте.

Тревога не отпускала Росса, пожирая его изнутри.

После недели, полной тяжких забот. После приостановления работы сайта и сенаторских призывов разобраться с Шелковым путем (и его основателем), Росс начал в полной мере осознавать, во что ввязался и каковы грозящие последствия.

– Они меня ищут, – прошептал Росс однажды вечером полуобморочным голосом.

– Никто тебя не ищет! – попыталась успокоить его Джулия.

Она уже видела парня в подобном состоянии несколько месяцев назад, когда его едва не поймали на грибной ферме. Как и в прошлый раз, его лицо выражало страх и возбуждение. Джулии казалось, что рядом с ней два разных Росса, поделивших общее тело. Один – робкий и ласковый юноша, который от всего сердца хочет помочь людям и сделать мир безопасней; другой же – упрямый бунтарь, который ни за что не сдастся и готов воевать со всем правительством США. Милый Росс и бунтующий Росс.

– Росс, может, пора остановиться, – проговорила Джулия, соображая, к чему все идет. – Может, сайт слишком разросся, и торговля слишком быстро набирает обороты?

Но милый Росс не ответил. Вместо него рядом сидел Росс-бунтарь, погруженный в раздумья о прорехе в коде, через которую утекали его кровно заработанные на Шелковом пути деньги. Что ему с ней делать? Но куда важнее (возможно, важнее всего) были мысли о защите сайта: он готовился наглухо задраить люки, чтобы все эти сенаторы США никогда не смогли добраться до него.

Глава 13
Джулия рассказывает Эрике

На Джулию нахлынула волна спокойствия: она лежала на полу и слушала симфонию звуков за окном. Выла сирена нью-йоркской полиции; шуршали деревья; скрипели и визжали поезда, несшиеся из Бронкса по эстакадной железной дороге. Она лежала и ждала очередную затяжку марихуаной и думала, как же все-таки хорошо отдохнуть недельку от Росса.

– Принимай, – пропела ее подруга Эрика, возвращая раскуренный косячок.

Джулия затянулась, и легкие наполнились ядреным ароматом травы. Она не знала, стоит ли рассказывать Эрике, почему она вдруг решила приехать в Нью-Йорк. Джулия никому – ни единой душе – ни словом не обмолвилась о Шелковом пути, о грибах и хакерах, которых Росс нанял для помощи с сайтом. Она не знала, считать ли себя сообщницей. Девушка не работала с кодом, не получала никакой выручки, и все же страх пробирал ее до костей. По неведомой ей причине Росс продолжал делиться с ней своими тайнами, ожидая, что она никому о них не расскажет и что ее совершенно не озаботит моральная сторона вопроса.

Первое время Джулия и правда не переживала из-за сайта, ведь он был крохотный и мало кто о нем знал. Теперь же все радикально изменилось.

Ладно трава: еще никто не умирал от передоза марихуаной. Или грибы: они растут в лесу и просто-напросто делают людей счастливыми. Но в последние месяцы на сайте появились и другие товары. Крэк, кокаин, героин и еще какие-то другие тяжелые наркотики, о которых Джулия знала лишь то, что их изготовляют в подпольных азиатских лабораториях. Такой поворот событий ей совсем не нравился.

– А что, если у кого-то случится передоз? – спросила она Росса, когда новые вещества появились на Шелковом пути.

– У нас есть рейтинговая система, – решительно ответил парень. – Если кто-то станет продавать «паленые» наркотики, с ним просто не будут иметь дело.

– Да как о «паленых» наркотиках вообще узнают? Мертвые покупатели не оставляют отзывы!

Споры продолжались часами и могли бы длиться до бесконечности. Какой бы аргумент ни выдвигала Джулия, у Росса всегда находился ответ, подсказанный либо его выдающимся умом, либо либертарианской философией. Когда же обсуждение заходило в тупик, возвращаясь к одним и тем же вопросам по десятому кругу, Росс просто обрывал разговор фразой: «Все, мы просто не понимаем друг друга».

Ссоры из-за сайта, приправленные пристальным вниманием со стороны СМИ и правительства, превращали воркующих голубков в бойцовых петухов. «Бросай свою затею! – кричала девушка на Росса. – Тебя ведь посадят на всю жизнь. Как мы тогда поженимся? Что за семья у нас будет, если ты окажешься за решеткой?» А Росс ей спокойно отвечал: «Тор и Биткоин надежны. Меня не поймают». Затем он начинал расписывать, какой значимый след в истории собирается оставить. Шелковый путь, по его словам, являлся величайшим даром обществу. С его помощью Росс мог уберечь людей от уличной торговли, за которую сажали в тюрьму или, хуже того, калечили или убивали. Разве Джулия не понимала всего этого? Разве не хотела помочь благому делу?

Каждый стоял на своем и говорил все громче и громче, пока ссора не переходила в скандал и кто-то из двоих не хлопал дверью, уходя в другую комнату или на улицу. Через пару часов накал спадал, и любовь притягивала успокоившихся голубков друг к другу. Они мирились и засыпали в обнимку. Джулия – с мечтами о крепкой семье, уютном домике и хохочущих детишках, бегающих по двору; а Росс – с мечтами об успехе Шелкового пути, который однажды разрастется так, что сможет перевернуть все законы о наркотиках, и люди будут восхвалять его создателя и благодарить за большую услугу, оказанную обществу.

А утром все начиналось сначала.

Занятость сайтом давала о себе знать и в иных сферах их отношений. Джулии хотелось отправиться куда-нибудь потанцевать или съездить в хороший ресторан, чтобы развлечься и как-то пустить в ход получаемую прибыль. Но Россу для счастья вполне хватало поедания сэндвичей с арахисовым маслом и джемом во время ковыряния в коде на ноутбуке. Парень порой днями просиживал в спальне (даже не одеваясь) за компьютером, почти не разговаривая со своей девушкой и не заходя в душ.

Джулия всерьез начала беспокоиться за их отношения и за Росса в частности, что вылилось в периодические приступы паники на пустом месте. Она заходила в продуктовый магазин и, окидывая взглядом посетителей, пыталась вычислить, кто из них мог бы оказаться полицейским под прикрытием, следившим за девушкой человека, основавшего Шелковый путь. Она не раз плакала в душе. Она любила Росса всей душой, но он, очевидно, любил свой сайт куда больше.

Все так и продолжалось, неделя за неделей. Пока однажды вечером Росс не вернулся домой взбудораженный. Он хотел что-то ей показать. После нескольких секунд копания в ноутбуке он повернул экран к Джулии. Каждый раз, пытаясь убедить девушку, что тяжелым наркотикам тоже есть место на Шелковом пути, Росс использовал веский аргумент, что власти не имеют права решать за человека, как ему поступать с собственным телом, и что уровень преступности и насилия значительно снизится, если прекратятся нарковойны: если наркотики станут продавать наравне с алкоголем или вредной пищей. Девушка хоть и не соглашалась с его точкой зрения, однако же могла ее понять, да и в теории все звучало не так уж и плохо. Но с тем, что приготовил ей Росс сейчас, она не могла смириться.

– Посмотри-ка. – Росс гордо ткнул пальцем в экран. – Теперь у нас и пушки продаются.

Джулия глазам своим не поверила, ее даже начало мутить. – Росс, – жалобно прошептала она, – это уже слишком.

– Почему? У нас есть конституционное право приобретать оружие, мы должны уметь…

– Зачем людям покупать оружие анонимно? – оборвала его Джулия.

– Я не могу отвечать за чужие поступки, каждый сам решает, что и зачем он делает, – отрезал парень, явно раздосадованный ее реакцией.

– Да, но… – начала было девушка, но он ее тут же перебил.

– Значит, представителям власти можно иметь оружие, а простым гражданам нет? – заметил Росс. (Он уже затрагивал тему оружия на Шелковом пути, говоря своим новым сотрудникам: «Я всегда был за личное оружие. Оно позволит нам на равных заговорить с правительственными деспотами».)

Хотя Джулия четко осознавала свою правоту, отстаивать точку зрения перед Россом, закаленным в политических дебатах, у нее не получалось. Даже если бы она нашла остроумный и убедительный довод, парень все равно закрыл бы тему привычным: «Все, мы просто не понимаем друг друга».

Для Джулии новость про оружие стала последней каплей. Соломинкой, переломившей хребет зеленому верблюду. Легкие наркотики? Прекрасно. Тяжелые наркотики? Ну ладно. Может, Росс прав и мы все сами должны решать, что нам делать с нашими телами. В конце концов, как так, что правительство разрешает употреблять алкоголь, от которого в год гибнет девяносто тысяч американцев; разрешает курить, хотя от сигарет в США ежемесячно умирает сорок тысяч человек; даже не против мяса, от которого ежедневно случаются сотни сердечных приступов; но с тем запрещает марихуану, от которой никто не умирает? Тут Росса можно понять. Но анонимная покупка нелегального оружия? Джулия не могла такое стерпеть, поэтому через пару недель она улетела в Нью-Йорк.

Ей казалось, что осенняя поездка на северо-восток страны поможет успокоиться и трезво взглянуть на вещи. Эрика с распростертыми объятиями встретила старую подругу. Теперь они лежали на полу гостиной и болтали. Косячок, гулявший между ними, не мог унести Джулию прочь от хаоса последних месяцев, и, слушая мелодию городских звуков, круживших за окном, девушка решилась на серьезный шаг. Она села и обратилась к Эрике:

– Я хочу кое о чем поговорить.

– О чем? – откликнулась подруга.

– Обещай, что никому и ни за что не расскажешь, – попросила Джулия. – Если расскажешь, Росс меня прибьет.

– Клянусь! – с любопытством отозвалась Эрика, жаждущая выслушать страшный секрет. – Честное слово!

Джулия сделала глубокую затяжку и задержала воздух на несколько секунд. Выдохнула, наблюдая, как рассеивается дым. А затем выложила Эрике всю подноготную.

Глава 14
Что ты натворила?!

Росс несся вверх по лестнице, по щекам его катились слезы. В нем клокотали и страх, и гнев. Он с грохотом распахнул входную дверь в квартиру Джулии, ворвался внутрь и закричал:

– Как ты могла? Как ты только могла? – Дверь за его спиной, отскочив от стены, с шумом захлопнулась. – Мне конец!

– Что случилось? – пробормотала девушка, поднимая взгляд от ноутбука. Внезапный визит напугал ее, хотя еще больше ее растревожил затравленный и полный ужаса взгляд Росса.

– Ты предала меня! – выкрикнул он, вытирая бегущие слезы. – Ты все рассказала! Как ты могла?

Его била дрожь, которую он пытался унять, пытаясь сообразить, что же теперь делать. Никогда за всю жизнь он так не злился. Никогда так не боялся.

Джулия моментально сообразила, что произошло, и еще через несколько минут – каким образом. Очевидно, тут не обошлось без Эрики. Но как Росс узнал? И почему он паникует? Глядя на Росса, бурлившего гневом, девушка принялась проматывать в голове события последних недель в поисках ответа.

В начале осени она вернулась из Нью-Йорка и тут же порвала с Россом, заявив, что, если он хочет продолжать работать с сайтом, то пусть – но не в ее квартире, она такого терпеть не станет. Тогда Росс нашел жилье в другой части Остина и съехал.

И хотя проблемы развели их порознь, любовь время от времени вносила свою лепту и ненадолго сводила их вместе.

После того как Росс переехал, из Нью-Йорка приехала Эрика и сняла свободную комнату в студии подруги. Все шло прекрасно, пока однажды вечером Эрика не напилась и не затеяла драку с Джулией. Россу пришлось разнимать девушек, однако его поступок лишь еще больше взбесил Эрику, которая в отместку устроила в доме сцену из «Настоящих домохозяек Беверли-Хиллз»[18], только без дорогих украшений и миллионной аудитории. Шумная потасовка привлекла внимание соседей, которые без промедления вызвали полицию. Эрику выпроводили из дома и запретили возвращаться. На этом для Росса и Джулии инцидент исчерпался. «Счастливого пути, Эрика. Непременно расскажем друзьям о твоей выходке и все вместе посмеемся».

Вскоре Росс отправился к себе домой, открыл ноутбук, просмотрел статистику на Шелковом пути, а затем зашел на Фейсбук. С леденящим сердце ужасом он обнаружил на своей странице сообщение от Эрики, видимое всем и каждому. «Уверена, что властям не терпится узнать, что Росс Ульбрихт – наркобарон», – красовалась запись на его стене. Будто огромный рекламный щит, мигающий разноцветными огнями на весь Интернет.

Росс готов был умереть. Трясущимися руками, с ухающим сердцем он стер сообщение Эрики, удалил ее из друзей и окунулся в водоворот нахлынувших мыслей. «Что ей известно? Кто еще в курсе? Может, все уже все знают? Блин!»

Только один человек мог ответить на его вопросы. Росс запрыгнул в машину, рванул к дому Джулии и взбежал по лестнице.

– Ты предала меня! – кричал он. – Кому еще ты рассказала?

– Никому. Клянусь, – молила Джулия, и слезы ручьями текли по ее щекам. – Не следовало рассказывать ей. Не знаю, что на меня нашло. Прости, прошу прости. Я такая дура. Просто с языка сорвалось, я не хотела…

– Врунья, – выпалил Росс. – Нельзя тебе верить.

Услышав обвинения, девушка тут же начала защищаться.

– Ты вывалил на меня свои секреты и даже не подумал, каково мне один на один со всей этой правдой. Ты ведь и меня под удар поставил.

– Моя безопасность серьезно подорвана, – отвечал Росс, – потому что теперь еще кто-то знает меня лично, знает мое лицо и знает, что именно я создал сайт.

Он говорил жестоким и беспощадным тоном. Джулия предала его – ничего хуже парень не мог себе представить даже в самые безнадежные моменты. Она сдала его, выболтала все самые сокровенные тайны и теперь перестала существовать для Росса. Девушка смотрела в его глаза, понимая, что ее нападки лишь еще больше разозлят его.

– Может, это знак, что тебе даже не стоило браться за сайт? – сквозь рыданья проговорила она, сидя на полу и вымаливая прощение.

– Нет, – отрезал Росс, поспешно размышляя, как ему поступить дальше. – Это знак, что мне придется прятаться. Придется оставить Остин. И все из-за тебя.

– Прости, я… – всхлипывая, пробормотала Джулия. Но пути назад не было.

– Все кончено, – сказал Росс. Затем он развернулся и вышел из студии, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Глава 15
Джаред и фламинго весом пятьдесят тонн

Комплекс государственных зданий Чикаго казался темной неприступной крепостью на фоне ясного ноябрьского неба. Лишь две пестрые детали скрашивали мрачные сооружения: красно-синий флаг США, развевавшийся на ветру, и громоздкая ярко-красная скульптура «Фламинго», стоявшая посреди комплекса.

Именно фламинго весом пятьдесят тонн и его абстрактные стальные арки бросались в глаза всем, кто выходил из метро. Люди миновали скульптуру, порой проходя под самим фламинго, и направлялись к одному из государственных зданий: почтовому отделению, суду или же к самому страшному месту во всем комплексе – тридцатиэтажной черной башне на Саут Дирборн-стрит, известной как Правительственное здание имени Дирксена.

Стоял конец ноября 2011 года, и внутри Правительственного здания имени Дирксена двое мужчин с фамилией Дер-Егиян готовились к важным делам. На девятнадцатом этаже Сэмюэл Дер-Егиян, федеральный судья пятидесяти девяти лет, переодевался в мантию и проверял список дел, назначенных на сегодняшние слушания. А шестнадцатью этажами ниже его сын Джаред, тридцати одного года от роду, направлялся в Генеральную прокуратуру; за плечами у него висел рюкзак, хранивший ноутбуки, кубик Рубика и папки с фотографиями улик. В руках он нес почтовую корзину, полную конвертов разных форм и размеров.

Молодой Дер-Егиян представлял собой сейчас сплошной комок нервов – он шел на важнейшую за всю его карьеру встречу. Джаред прекрасно понимал, что если получит отказ, то вся его затея обернется одной роковой ошибкой, которая быстро долетит до отцовского кабинета.

Джаред сменил мешковатую одежду, в которой работал в аэропорту О'Хара, на мешковатый строгий черный костюм с белой выглаженной рубашкой. Его наставник из Следственной службы МВБ следовал за ним неспешным, размеренным шагом. Вскоре они добрались до кабинета помощника федерального прокурора по делам о наркотиках, ответственного за рассмотрение исков в штате Иллинойс.

После небольшой вступительной речи Джаред бросил на пол корзину с почтой. Прокурор посмотрел на содержимое, а затем снова перевел взгляд на агента, явно озадаченный его действиями. Он, конечно, согласился выслушать иск о контрабанде наркотиков через Интернет, однако ожидал чего-то большего. Парочка увесистых «кирпичей» героина? Замечательно. Несколько кило белоснежного кокаина? Идет. Килограммы марихуаны? Так держать. Но ящик пустых конвертов? Как-то… убого. И все же прокурор продолжил слушать.

Джаред принялся рассказывать о Шелковом пути и объяснять принцип его работы; параллельно он выкладывал на стол конверты: один за другим, словно карты в казино. «Здесь, – он указал на первый конверт, – находился ЛСД». Затем достал второй: «Здесь – амфетамины». Еще конверт: «Здесь – кокаин». «Кетамин». «Героин». Наконец он вынул белый квадратный конверт с чикагским адресом. «А вот тут… – протянул Джаред, роясь в рюкзаке в поисках папки с делом Шелкового пути, а затем доставая на свет фотографию крохотной таблетки, – …находился МДМА».

С тех пор как он впервые столкнулся с той памятной таблеткой экстази из Нидерландов, Джаред стал размышлять, как убедить наставника, а теперь и Генеральную прокуратуру, дать ему завести дело на Шелковый путь. Усилия всех последних месяцев работы привели его к сегодняшнему, поворотному моменту.

Как только наставник из Следственной службы МВБ дал добро на ведение дела в качестве второстепенного, Джаред принялся яростно собирать все улики, выловленные в аэропорту О'Хара. Каждый вечер он ездил на стареньком служебном автомобиле (прозванном коллегами «извращенским авто», так как он походил на машину растлителя малолетних) в почтовое отделение аэропорта, откуда забирал посылки с наркотиками, выцепленные из «мелочевки».

– Откладывай для меня каждый конфискованный конверт, – попросил Джаред таможенника Майка, который наткнулся на самую первую розовую таблетку.

– А вам зачем? – поинтересовался Майк, удивленный просьбой. – Никому ж никогда дела нет до этих посылок с наркотой.

– Для работы над делом, – ответил Джаред. – Просто помечай их как улики и складывай куда-нибудь, а я буду потом забирать.

После выхода статьи в «Зеваке» улов наркотиков на таможне значительно вырос – дела Шелкового пути, очевидно, шли в гору. Джаред тем временем копил посылки, и вскоре его кабинет сам стал напоминать почтовое отделение. Еще пару месяцев назад, когда он с наставником ездил на допрос в Хипстервилль, у него в распоряжении имелась лишь одна розовая таблетка, теперь же в компанию к старому рабочему компьютеру и коллекции кубиков Рубика добавилось более сотни конвертов, аккуратно разложенных по почтовым корзинам, покоившимся на полу. И вот сейчас Джаред стоял перед генеральным прокурором Чикаго и объяснял методы работы Шелкового пути.

– Неужели все так просто? – откликнулся прокурор, обдумывая слова агента и с сомнением рассматривая изображения на ноутбуке. Даже если все действительно «так просто», он не видел в сайте большой угрозы, ради которой стоило бы обращаться в прокуратуру.

– Дело не в наркотиках, – бросился пояснять Джаред. – И не в одной маленькой таблетке.

Он не одну неделю репетировал свою речь, поэтому, глубоко вздохнув, спокойно продолжал излагать.

– Дело в самом сайте и его предназначении, а в том, как люди на этом сайте используют наш – созданный правительством США – Интернет. Как они используют браузер – тоже созданный правительством США – и почтовую систему страны. Они с их помощью обходят законы нашего государства. И мы не можем им противостоять.

Прокурор молчал, внимательно слушая и обдумывая услышанное.

– Сайт пока только набирает силу, – продолжал Джаред. – Сейчас только наркотики, а что потом? Вполне возможно на нем будут закупать контрабанду для терактов. Представьте наихудший поворот событий, в котором группировка сродни «Аль-Каиде» использует этот сайт или похожую платформу для координации ударов по Америке – и все с помощью наших собственных, американских разработок.

Его логика была проста. Шелковый путь не являлся всего лишь виртуальным наркокартелем. Он представлял собой перспективную разработку со множеством возможностей. «Амазон» начинал свою работу как виртуальный книжный магазин и со временем сделался ведущим универсальным магазином, где есть почти все. Или Гугл – он начинал с поисковой системы, а теперь располагает огромнейшим рынком смартфонов и думает собирать автомобили, которым не потребуется шофер. Джаред упирал не на то, чем являлся Шелковый путь в данный момент, а на то, во что он мог превратиться. Очевидно, что сайтом заправляла гениальная личность, прекрасно разбиравшаяся в технологиях, политике, а также потребностях своей аудитории. Такую личность, кем бы она ни оказалась, следовало остановить, пока сайт не превратился в бесконтрольную противодействующую государству силу.

Джаред говорил, и его слова складывались в четкую картину, поразившую прокурора своим чудовищным масштабом. Равно как террористы, захватившие американские самолеты и подорвавшие Всемирный торговый центр, Шелковый путь мог разрушить строй общества США, используя разработки самой Америки. Последствия представлялись живым кошмаром.

Прокурор не дал договорить Джареду, прервав его на полуслове.

– Добро, – произнес он, глядя сперва на конверты, а затем поднимая взгляд на принесшего их агента. – Я назначу людей на ваше дело.

Глава 16
Из Остина в Австралию

– Продаю машину, – объявил Росс всем своим друзьям. – Покупайте!

Осень подходила к концу, а у него оставалось всего две недели, чтобы убрать в коробки все дорогие сердцу вещи, распродать все ненужное и покинуть Остин.

Долбанутая Эрика. Если бы не ее обличающий пост на Фейсбуке о том, что Росс наркокороль или барон, или кто там еще, то не пришлось бы ему сейчас спешно паковать чемоданы и бежать из страны. Он еще до всего переполоха собирался съездить в Австралию к сестренке Калли, чтобы немного отдохнуть и от Джулии, и от друзей, и от семьи, теперь же поездка обернулась делом вынужденным и не терпящим промедления.

Росс, конечно, верил, что вовремя удалил идиотское сообщение Эрики, но что если нет и кто-то все-таки успел его прочесть? Тогда его ожидала цела гора непосильных проблем. Также парень не знал, стоит ли ожидать новых выходок от Эрики. Если она всерьез взялась мстить ему, ей ничего не стоило пойти дальше и рассказать обо всем ФБР или УБН, а может и тем сенаторам, которые месяцами ранее объявили охоту на Шелковый путь.

Одно Росс знал наверняка: он не хотел рисковать. Поэтому он бросил все силы на поспешный побег из Остина в Австралию, к сестре, где он мог бы залечь на дно.

На машину довольно скоро нашелся покупатель, еще пара личных вещей обрела новых хозяев, а остальное отправилось в коробки и под кровать детской спальни в родительском доме, к старым коробкам с фигурками из «Подземелий и драконов», старательно выкрашенными мальчишечьей рукой. Росс взял с собой лишь несколько самых необходимых в быту вещей, вроде любимой серой футболки с вырезом, джинсов и, конечно же, ноутбука.

Паранойя все сильнее одолевала его, заставляя выискивать в окружающих скрытых врагов: «Вот он, полицейский? А она? Может, ФБР или УБН уже на хвосте? Кому что известно?» Но больше всего подозрений и страха у него вызывали люди, которые знали о Шелковом пути всю правду.

Росс рассказал им о сайте не по глупости или наивности, просто в те дни, когда он впервые поделился своей тайной, он даже не догадывался, насколько сильно разрастется Шелковый путь. В день открытия магазина ему казалось, что самая большая популярность, на которую стоит рассчитывать, – это человек пятьдесят постоянных покупателей. Однако очень скоро их количество перевалило за десяток тысяч. Рынком заинтересовались СМИ, сенаторы и бог знает какие еще органы правопорядка – и теперь Россу надо исчезнуть.

За несколько дней до полета в Австралию он зашел к Ричарду. Его друг уже перестал помогать с решением проблем на сайте, испугавшись стремительного роста наркорынка и внимания прессы, но все же оставался единственным, кроме Джулии, человеком, знавшим создателя Шелкового пути в лицо. Росс хотел убедиться, что информация никуда не утечет.

Вечером одиннадцатого ноября чудаковатый Ричард готовился к вечеринке, которую он собирался устроить в честь особенной математической даты – 11.11.11, когда день, месяц и год устроили парад единиц. Росс объявился на пороге его дома незадолго до начала празднования, оглушив коридор тревожным стуком в дверь.

– Нам надо поговорить, – тут же объявил нежданный гость. Они зашли в аскетичное жилище Ричарда, белое и почти безукоризненно чистое, увешанное разве что парой украшений в честь знаменательной даты. – Ты кому-нибудь рассказывал о… ну знаешь, моей связи с Шелковым путем?

Ричард, как всегда, говорил едва слышным шепотом, он не без волнения объяснил, что чуть было не проболтался, но потом выкрутился, так что нет, он никому не рассказал.

Росс же поделился с ним историей о том, как некто разместил на его странице в Фейсбуке разоблачающее сообщение, что он, Росс, – основатель сайта, связанного с наркотиками, и что власти непременно им заинтересуются.

От рассказа друга на Ричарда накатила волна привычного страха: он ведь сообщник Росса, он помогал с сайтом и он знает основателя в лицо. Хрупкий здоровьем Ричард мог следом за Россом очутиться за решеткой, а уж для чего не был создан его болезненный организм, так это для тюремной жизни.

– Отключи сайт, – с мольбой попросил Ричард. – Не стоит он наших жизней.

Росс ожидал подобной просьбы.

– Я не могу его отключить.

– Почему?

– Потому что я отдал его, – печально ответил Росс, – у него теперь новый владелец.

Часть 02

Глава 17
Завтрашний день Карла Форса

Большинство людей живут с уверенностью, что завтра им удастся совершить нечто выдающееся. Что завтра они проснутся и вдруг поймут свое истинное предназначение на земле. Но вот начинается завтрашний день, как вдруг хоп – он уже закончился. Так же проносится и следующий день. И еще, и еще, пока люди наконец не осознают, что завтрашних дней в их жизни осталось не так уж и много.

Так случилось и с Карлом Форсом. Он никогда не предполагал, что его карьера упрется в стенки сиреневого кубика, маленького рабочего загончика, расположенного в безликой высотке в центре Балтимора, и что день за днем ему придется глазеть на компьютерный монитор до определенного часа, а потом можно будет отправляться домой. В правоохранительных кругах такого как он зовут «солнечным агентом»: тем, кто работает в дневную смену. (Карл и сам частенько так себя называл, с долей иронии и с толикой гордости.) Как только стрелка часов опускалась на три, он покидал офис и на служебной «Шевроле-Импала» ехал домой к жене и детям.

Очередной прожитый день, очередное подошедшее к концу «завтра».

Случись кому пройтись мимо его рабочего места, ему показалось бы, что там сидит не агент УБН, а наркоторговец, пойманный на улице. Карл почти всегда носил черную шапку бини, прикрывавшую его лысую голову. На его широком лице красовались темные глубоко посаженные глаза и седоватая бородка, походившая больше на недельную небритость, под которой скрывались морщины. Тело его усеивали татуировки, самая большая – кельтский этнический узор – находилась на спине и вилась вниз по рукам.

Как и большинству матерых сотрудников УБН, Карлу уже перевалило за сорок, и он порядком устал от работы. Он занимался наркотиками и знал свое дело, однако работа его превратилась в сплошную рутину офисного планктона. Он днями сидел, уставившись в монитор, и попивал опостылевший кофе из кружки с символикой УБН, прихваченной давным-давно на одной из конференций. Иногда он слушал радио «Надежда 89.1», местную христианскую станцию, которая вещала молитвы Господни, обещая Карлу райские сады и сбывшиеся чаяния, если он последует библейским заповедям и станет свершать благие деяния.

Когда-то жизнь Карла текла совсем по-другому. Тринадцать лет назад, в конце девяносто девятого года, когда он только присоединился к служебному штату, он жил и дышал своей работой. Тогда, на заре своей карьеры, он обожал будоражащие кровь облавы. Карл просыпался в четыре утра, надевал бронежилет, проверял патроны в оружии и вламывался в дома крупных дилеров или барыг средней руки, гонявших мет, с криками: «Ни с места!» и «На пол! Живо!»

Мечта, а не работа. Однако со временем ранние подъемы стали даваться с трудом. Облавы перестали будоражить. Когда один наркоторговец отправлялся за решетку, ему на смену тут же приходил другой.

Трансформация из восторженного новичка в измотанного ветерана проходила неспешно. Сначала ему не удалось накопать себе хорошее дело. Потом начались проблемы с облавами. К ним прибавилось давление работы под прикрытием, на которой либо ты ловишь преступников, либо они тебя. Вдобавок ко всему у него появились проблемы с алкоголем и наркотиками, которые он старательно пытался скрыть. В конце концов, напряжение дошло до предела и Карла прямо на работе арестовали за вождение в нетрезвом виде, а еще через четыре года у него случился нервный срыв. Он потерял почти все: семью, работу, кота. Но Господь смилостивился и Карлу все же позволили снова работать в УБН: стать «солнечным агентом» и заниматься бумажной волокитой. С тех пор у него редко появлялась возможность проявить себя.

Однако в конце января 2012 года его жизнь собралась сдвинуться с мертвой точки.

Карл, как обычно, сидел за рабочим столом и ожидал, когда закончится очередное завтра, и вдруг до него донесся окрик начальника, Ника, звавшего его к себе в кабинет.

Так частенько случалось: сперва зов Ника, а потом тебе поручают какое-нибудь нелепое дело. Например, приказ отправиться на улицы и «выпрыгивать»: проезжаешься по Балтимору, останавливаешься на углу улицы, выпрыгиваешь из машины и ловишь мелких наркодилеров. Все агенты считали такой метод никудышным в борьбе с наркотиками: они полагали, что куда эффективней охотиться на наркобаронов.

Как бы то ни было, раз Ник позвал – надо идти. В его кабинете, как всегда, темнота: вроде бы повезло начальнику и есть у него окошко с видом на пустой обледеневший Балтимор, однако он всегда закрывал его шторами, не оставляя ни единой щели даже для крохотного луча света. Вдобавок ко всему расклеивал по стенам постеры «Металлики» и «Айрон Мейден».

– Дело касается Шелкового пути, – без прелюдий начал Ник.

Карл заметно оживился. Он уже слышал об этом сайте месяц назад, на собрании, когда следователь и сотрудники Почтовой службы США выступали с небольшой презентацией по данной теме. «Перед нами новое явление, – докладывал почтовый инспектор, – которое наводнило почтовую систему страны небольшими посылками с наркотиками». Инспектор также пояснил, что связующим звеном всех отправителей и получателей является Шелковый путь.

После того собрания Карл очень заинтересовался сайтом. Он стал искать о нем информацию в Интернете и прочитал несколько статей, включая написанную Эдрианом Ченом. Тогда он задумался, к чему может привести подобный сервис и о последствиях грандиозного масштаба. «Дилеров в Сети “выпрыгиваниями” не схватишь», – размышлял он. Карл понимал, что не силен в компьютерной криминалистике, а значит, его не подпишут на подобное дело. Так он полагал, пока Ник не спросил, готов ли он присоединиться к группе Следственной службы МВБ в Балтиморе. «У них нашелся информатор, который уверяет, что может привести к разработчику сайта», – пояснил Ник.

Карл поинтересовался, чем же он может помочь делу, и начальник объяснил, что группа в Балтиморе специализируется по контрафактам («Поддельные сумки Louis Vuitton и прочая фигня»), а не по наркотикам. Теперь же они столкнулись с делом о наркотиках, и им нужен агент УБН. «Ты в деле?» – заключил Ник.

Карл ненадолго задумался. Его карьера подошла к тому витку, на котором он мог спокойно сказать: «Нет, не хочу», выйти из темного кабинета Ника и продолжить жизнь, работая «солнечным агентом». Он бы посещал футбольные матчи сына, наведывался с женой и детьми в церковь по выходным и однажды, ко всеобщему счастью, осознал бы, что для него завтрашний день – это его семья. Или он мог согласиться на участие в расследовании и, возможно, – всего лишь «возможно» – сделать себе имя в Управлении по борьбе с наркотиками.

– Согласен, – ответил Карл. Он возьмется за дело.

Карл вышел из кабинета начальника, не подозревая, что одним только словом – «согласен» – он ступил на путь, ведущий в мрачное подземье алчности, готовое поглотить его, и что соблазны Шелкового пути отнимут все, что ему было дорого.

Глава 18
Змей и Многоликий Джонс

Росс провел в Австралии уже несколько недель и однажды ему приснился необычный сон. В нем он повстречал тридцатиметровую сколопендру с темными глазами и шустрыми ножками, а потом заметил вдали очертания змеи, куда более громадной и зловещей, чем сколопендра.

Росс не знал, что означает его сон, и не понимал, почему совсем не боялся опасных созданий. Они ему совсем не казались злобными, хотя, может, он ошибался и просто не разгадал их намерения. Весь последующий день Росс не мог выкинуть приснившихся тварей из головы и даже рассказал о них на своей страничке в Фейсбуке, любопытствуя, что может значить подобный сон.

Возможно, бессознательное таким образом отражало переживания последних месяцев. В Техасе из Росса высасывали силы две сложные задачи: решение рабочих вопросов с Шелковым путем и безопасность собственной личности. В те напряженные дни он даже подумывал продать сайт и выйти из дела. Однако когда он переехал в Сидней, поближе к сестре, жизнь стала налаживаться. Все беспокойство, привезенное из Техаса, рассеялось в тихой невозмутимой Австралии. Росс днями валялся на пляже, пил с новыми приятелями пиво в тики-барах, ухлестывал за девушками, а в перерывах работал на Шелковом пути.

Но даже благостный пляж Бонди-бич, вблизи которого Росс теперь жил, не мог искоренить страхи, что его некогда крохотное начинание превратилось в международный наркорынок. Больше всего Росса тревожил факт, что помимо Эрики, которая всего-то слухов нахваталась, существовали еще двое людей – Джулия и давний друг Ричард, – доподлинно знавшие, кто основал Шелковый путь.

Ричарду он еще успел наплести, что передал сайт, а вот с Джулией все оставалось неясным. Но что бы Росс ни придумал, как бы ни отвел им глаза, они все же знали самое главное: именно он разработал этот сайт. При всех своих талантах и уме Росс совершенно не представлял, как ему распутать этот клубок.

К счастью, ему вскоре повстречался человек, способный вернуть жизнь в прежнее, беззаботное русло: человек, который знал, как разобраться с терзавшими Росса неприятностями и как уладить множество других серьезных проблем, мешавших росту Шелкового пути.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

«Королевская авиационная компания», голландская авиакомпания. – Прим. пер.

Вернуться

2

Метилендиоксиметамфетамин, он же экстази. – Прим. пер.

Вернуться

3

Экономический пузырь (продажа ценных бумаг, акций интернет-компаний по завышенным ценам), существовавший с 1995 по 2001 год. – Прим. пер.

Вернуться

4

Главная героиня сериала «Родина», аналитик ЦРУ. – Прим. пер.

Вернуться

5

Вид торговли на бирже в течение дня, без переноса сделок на следующий день. – Прим. ред.

Вернуться

6

Сайт электронных объявлений. – Прим. пер.

Вернуться

7

Крупная телекоммуникационная компания, предоставляющая услуги доступа в Интернет, кабельного телевидения, телефонии. – Прим. пер.

Вернуться

8

Ориг. название: A Lodging of Wayfaring men, автор: Пол Розенберг (2007 г.). Книга не переводилась на русский язык. – Прим. ред.

Вернуться

9

В ориг. – Silk Road. – Прим. ред.

Вернуться

10

Интерфейсная часть сайта, видимая пользователям; бэкэнд – серверная часть, к которой пользователь не имеет доступа. – Прим. пер.

Вернуться

11

Язык программирования, использующийся для разработки вебприложений. – Прим. ред.

Вернуться

12

От англ. Blockchain – технология распределенной базы данных, на основе которой построена система Биткоин; цепочка блоков транзакций. – Прим. ред.

Вернуться

13

От англ. Bitcoin – электронная платежная система с одноименной криптовалютой, использующая шифрование для защиты данных. – Прим. ред.

Вернуться

14

От англ. Deep Web – Глубокая паутина, часть Всемирной паутины, состоящая из веб-страниц, не индексируемых поисковыми системами. К ней же относятся сайты и страницы, доступ к которым открыт только для зарегистрированных пользователей по паролю. – Прим. ред.

Вернуться

15

В ориг. – Café Grumpy. – Прим. ред.

Вернуться

16

Процесс модернизации трущоб по инициативе властей, в ходе которого реконструируются дома и происходит переселение граждан с высокими доходами в районы жителей с низкими доходами. – Прим. пер.

Вернуться

17

В ориг. – Gawker. – Прим. ред.

Вернуться

18

Популярное в США реалити-шоу о жизни богатых домохозяек, с частыми сценами скандалов и драк между героинями сериала. – Прим. ред.

Вернуться